Колыбель

      Сонхун обомлел, когда услышал это имя, и крепче схватил брата за руку. Уйти просто так им явно не дадут. Словно бы в подтверждение его мыслей Король Небес продолжил:       — Боюсь, вам придётся задержаться здесь на какое-то время.       — Это ещё почему? — раздражённо спросил Чонсон.       — Мне придётся вас допросить, — развёл руками Сокга, — существа не из этого мира проникли в мои владения. Это нарушает всякие правила. Возмутительно, не находите?       — Но мы же ничего не сделали!       — Чем докажите, что оказались здесь без злого умысла?       — Так спросите этих… как их там… гоблинов, вот! Живут тут где-то. Они знают моего брата и наверняка подтвердят, что мы ничего такого не делали.       — Эй… — Сонхун одёрнул Чонсона за рукав.       — Гоблины, значит, говорите, — задумчиво протянул Сокга, — случайно не те трое, которые живут вон там за поворотом?       Чонсон посмотрел на брата. Тот молча стоял, опустив глаза вниз, и, как обычно он делал, когда волновался, ковырял заусенцы на пальцах.       — Если не хотите отвечать, — со строгостью в голосе сказал Король Небес, — я сам у них спрошу.       — Не стоит, — подался навстречу Сонхун, — я сам во всём виноват. Случайно свалился в колодец, который ведёт сюда. А потом случайно по ошибке завёл и брата.       — Но твой брат здесь впервые. А ты, как минимум, второй.       — Да.       — Что поделать, — Сокга улыбнулся и подозвал сопровождающих его токкэби к себе, — попасть обратно можно только с помощью существа из этого мира. Сам ты никак не мог выбраться.       Сонхун побледнел ещё больше.       — Впрочем, ты и сам это знаешь, потомок Великой Прародительницы. А теперь идите. Мой слуга проводит вас. И помните, — сказал напоследок бог, — если и впредь будете вмешиваться в порядок мироздания, это приведет к необратимым последствиям. Поэтому живите в своём мире, и никогда больше не возвращайтесь в этот.

***

      — Что мы наделали? — размышлял вслух Сонхун, сидя на полу в спальне и вытирая мокрые волосы.       — Ты о чём? — спросил Чонсон, закрывая дверь в их комнату.       — О тех братьях-токкэби. С ними же ничего не будет?       — Это уже не наша забота. Мы выбрались оттуда живыми, и это самое главное.       — Да, но ты не думаешь, что мы подставили их? Они же ни в чем не виноваты.       — У нас не было выхода, — вздохнул Чонсон, — я бы не простил себя, если бы с тобой что-то произошло.       — Ты слишком много на себя берёшь, хён.       — Давай ложиться.       Утром следующего дня Сонхун ходил сам не свой. Чонсон замечал изменения в настроении младшего брата, но ничего не говорил и старался вести себя как обычно. Они всё так же пропадали целыми днями в ближайшем лесу на взгорье, катались на лошадях, исследовали дом, который, казалось, имел нескончаемое количество коридоров, и подолгу засиживались в библиотеке за неимением других развлечений. Впоследствии в шкафу ими была обнаружена целая полка с традиционными настольными играми. Сонхун даже ненадолго отвлёкся от своих тяжёлых размышлений.       Вечером того же дня он прогуливался по подворью, улизнув из-под пристального взгляда брата, который заболтался на кухне со слугами. В садике, который находился за углом правого крыла дома, на скамейке у небольшого пруда сидел господин Кан и кормил рыб. Завидев Сонхуна, он улыбнулся и жестом подозвал его к себе. Парень подошёл, поклонился и умостился рядом на траве, вдыхая свежий влажный воздух.       — Тебя что-то беспокоит, юноша? — спустя несколько минут молчания спросил старик.       — Да, господин, — ответил Сонхун, — как Вы это поняли?       — По походке. Твоей былой выправки сегодня не видать. Даже с коня чуть не свалился.       — Вы это видели?       — Как тут не увидеть? Окна моего кабинета выходят прямо на тропу, по которой вы с братом ездите в лес.       — Что ж, Вы меня поймали, — невесело усмехнулся Сонхун и опустил голову.       — Знаешь, юноша, — продолжил господин Кан, — если тебя что-то тревожит, делай так, как подсказывает сердце.       — Вы же учёный, — поднял голову Сонхун, — я был готов услышать от Вас что-то в духе «поразмысли, взвесь все "за" и "против", делай логические выводы».       — На старости лет начинаешь думать иначе, — рассмеялся старик, — и то, и другое хорошо. Просто в определённые жизненные моменты разуму нужна помощь сердца и наоборот. Выбор за тобой.       — Но что если сердце подсказывает мне одно, а разум — другое?       — Тебя не устроило изначальное решение, и ты принялся искать другое. Не говорит ли это о том, что ты уже нашёл ответ на свой вопрос?       — Пожалуй, Вы правы.

***

      Сонхун сидел на краю колодца, свесив ноги в бездонную пропасть. Луна зашла за тучи, так что вокруг царила непроглядная тьма. Его точно никто не должен был видеть. После разговора с господином Каном Сонхун только уверился в своём решении всё исправить.       Памятуя о том, что время по ту сторону течёт иначе, он уповал на то, что брат даже не заметит его исчезновения и что он вернётся до того момента как в этом мире наступит следующий день. Чонсон спал без задних ног, так что Сонхуну не составило труда найти тёплую одежду, переобуться и так же тихо выйти на улицу.       Посмотрев на небо ещё раз, он набрал побольше воздуха в лёгкие и спрыгнул.