Альтернативная История Генсокё

С тех пор, как Айка покинула деревню, прошло две недели. Новостей о ней не поступало. В деревне у неё не было ни друзей, ни родных, поэтому никто особенно не тревожился; все давно привыкли к тому, что обычно случается с пришельцами из Внешнего Мира, если те долго не появляются в родных местах. Однако один мальчик всё же волновался о ней. Сидя в своей комнате, Коджо не переставал думать об Айке. Его отец погиб по вине ёкаев, и потому он лучше многих понимал, насколько опасно порой бывает за пределами деревни, особенно у Горы Ёкаев. Для неподготовленного человека шансы выжить там близки к нулю, и он не мог избавиться от этих мыслей, сидя за низким столом. "Вечер уже давно наступил, сегодня она должна была вернуться. Если не появится до завтра, попрошу помощи у Камиширасавы-самы. Жаль, я ей и так многим обязан, но другого выхода нет. Сам я вряд ли доберусь до той горы". За окном лил густой дождь. Молния осветила небо, и через секунду вблизи раздался громкий раскат грома. Коджо слегка вздрогнул, но, убедившись, что это всего лишь гроза, выдохнул спокойно. Когда он погружался в свои мысли, мало что могло вывести его из этого состояния. "Скоро сезон дождей, такие грозы станут обычным делом. В такую непогоду выходить за пределы деревни ещё опаснее. Надеюсь, она успеет вернуться до их начала..." Подумав так, Коджо потянулся и откинулся на татами. Смотря в потолок, он ощущал, как на него накатывает сонливость. Сегодня выдался особенно трудный день. За эти дни он несколько раз подрабатывал, но так и не нашёл постоянной работы. В конце концов он начал понимать, что такими способами не заработаешь достаточно денег, и подумывал всё же согласиться на предложение Кейне, несмотря на угрозу издевательств со стороны одноклассников. Лежа и глядя в потолок, парень слушал стук крупных дождевых капель по крыше. В прошлый раз, когда он чинил крышу, это обошлось ему в немалую сумму, и он не хотел повторения подобных расходов. Размышляя над тем, что при очередном протекании крыши у него не будет средств купить материалы, Коджо внезапно услышал хлюпающие шаги на улице. "Кто там идёт? Наверное, спешит домой. Хотя странно, дождь давно идёт, человек уже мог бы добраться до дома". Однако звуки приближались всё ближе. Коджо понял, что кто-то идёт прямо к его дому, и насторожился. Кто мог прийти в такую погоду, да ещё и вечером? "Чёрт, что делать?! А вдруг это воры? Нужно спрятаться!" **Плюх!** — Ой! Неожиданное падение и знакомый голос тут же развеяли его опасения, и он мгновенно расслабился, а затем даже обрадовался. "Погодите-ка, Окава-сан?! Это же она!" Вскочив на ноги, Коджо поспешил к двери и открыл её. С трудом отодвинув ставни, он стал вглядываться в улицу, надеясь увидеть Айку, но её нигде не было. "Видимость плохая, ничего не видно, да ещё этот дождь..." Парень уже собирался надеть папин плащ с капюшоном и проверить окрестности, когда взгляд случайно упал вниз, и он увидел на земле Айку. Она лежала на мокром грунте лицом вниз, не подавая признаков жизни. — Окава-сан! Бросившись к ней, Коджо аккуратно приподнял девушку и с трудом перевернул на спину. Сердце сжалось, он уже готовился к худшему, но счастью не было предела: она была в сознании. Моргнув несколько раз, Айка уставилась на парня и прищурилась. Очков на ней не было — они остались в грязи, поэтому разглядеть его было трудно, но по голосу она сразу узнала его. — Коджо-кун... это ты? — Кто же ещё! — улыбнулся он. — Честно говоря, я и сама не видела, куда иду, очки запотели и намокли... Вот так совпадение, ха-ха. — Неважно. Давайте скорее в дом, а то простудитесь! — серьёзно и громко сказал Коджо, взяв девушку за руку и перекинув её руку себе через плечо. Общими усилиями они встали и направились к дому. Зайдя и разувшись, Коджо первым делом снял с Айки мокрый дождевик. Затем с трудом забрал у неё тяжёлый рюкзак и поставил его у входа. Парень велел ей принять ванну, благо позаботился заранее о дровах. "Хотя эти дрова я заготавливал сам для себя на вечер. Видимо, придётся мыться в холодной воде". Слушая, как Айка плещется и тихо постанывает, он вспомнил, что ранее заметил бинты на её ногах. Видимо, её поход за деревню оказался опаснее, чем она предполагала. Тем не менее, она выглядела довольной и, как всегда, улыбалась своей привычной улыбкой, что несколько сбивало парня с толку. "Ей больно, в этом нет сомнений. Она наверняка встретила не одного ёкая на пути, так почему же она так радуется? Странно..." Переведя взгляд на рюкзак, Коджо понял, что он довольно тяжёлый. Возможно, именно оттуда и исходят причины её радости. "Что же она там нашла?" Вздохнув, парень почувствовал облегчение: Айка вернулась в деревню, и теперь нет смысла переживать. К тому же, по счастливой случайности её путь привёл прямо к его дому. В противном случае, быть может, она и вовсе увязла бы в грязи. "Как только она выйдет из ванны, я всё у неё расспрошу". Как бы там ни было, Коджо очень не хотел, чтобы Айка продолжала свои опасные вылазки. Всё это было чересчур рискованно, что уже можно было понять по её виду. К тому же мальчик сильно переживал за неё, а это для него было едва ли не самым мучительным. Только он начал думать, как отговорить её от таких авантюр, как дверь ванной распахнулась, и в комнату вошла Айка, завернутая в его белое полотенце. — Фуух, тут холоднее, чем в ванне. Блин, у тебя что, хибати нет? — словно ни в чём не бывало, проговорила она, оглядывая гостиную. Коджо же едва сдерживал взгляд, стараясь не смотреть на чуть приоткрытые бедра девушки. Ох уж эта гравитация... — М-мы можем развести очаг и поставить чайник. Я в-всё подготовлю! — сказал он, вскочив на ноги и взглянув на её раненую ногу. Судя по всему, дело было не так плохо, как он опасался: девушка твёрдо стояла на ногах и почти не хромала. — Ох, буду рада. Честное слово, после тёплой ванны здесь можно и переохладиться, — сказала Айка и села за стол. Коджо убрал стол и футон из комнаты, очистил татами и выложил вокруг камни, создав круг для огня. Внутрь насыпал немного песка, разложил щепки и бересту для растопки, сверху — поленья. Зажёг огонь спичками и, когда пламя разгорелось, поставил чайник на подставку, чтобы вскипятить воду. — Значит, ты нашёл работу? — внезапно спросила Айка, вызвав у парня лёгкое удивление. — Нет, я просто немного подрабатывал в разных местах, — ответил он, крепко держа в руках тяжёлый чайник. — Вот как? У вас тут так плохо с работой? — Меня ведь все считают ещё ребёнком, и мало кто берёт на постоянную работу. А где берут, платят мало, — грустно пояснил Коджо, поставив чайник возле костра. — Хе, понятно. Ты же ещё мелкий. — Я не мелкий! — возразил парень, на что Айка лишь заулыбалась и хихикнула в кулак. — Да-да, мелкий. — Гм! — Включив "режим обиды", Коджо вздохнул и сел напротив Айки, разминая уставшие пальцы. — Так как прошло ваше путешествие? Изучили этих самых ёкаев? — сразу спросил парень, подозревая, что Айка хочет поговорить об этом, несмотря на усталость. — Ещё бы! — оживилась девушка. — В основном попадались феи, и делали они ничего особенного: играли и дрались между собой. Иногда к ним присоединялись ёкаи, как я поняла, низшие. Надо сказать, они по характеру очень похожи на фей, но часто отличаются излишним садизмом и жестокостью. Если феи просто не осознают, что причиняют кому-то боль, то ёкаи делают это намеренно, — сразу начала рассказывать Айка. Парень даже скривился, он не был готов к такому потоку слов, но терпеливо слушал. — Понятно, значит ёкаи более злые? — спросил он, пытаясь как-то поддерживать разговор. — Если упрощённо, то да. Во всяком случае, они очень похожи на обычных детей — играют, дерутся и всё такое. Также я встречала более старших ёкаев. Они были спокойнее и сдержаннее. Даже когда та тэнгу заметила меня, она не стала сразу атаковать, а просто прогнала. Меня заинтересовала эта разница в поведении, и я стала наблюдать за ними внимательнее... и знаешь, что поняла?! — Что? — обессилено спросил парень. — А то, что, несмотря на разницу в нашем мышлении, они очень похожи на людей! Правда, я пока мало понимаю об их периоде роста и возможном потенциале мышления, но это ненадолго! Ах, вот бы можно было бы изучить их поближе... — замечтала посреди разговора Айка. — Куда уж ближе, — тихо прокомментировал Коджо. Так, за чаем, Айка продолжала рассказывать о своих приключениях. О том, как она влилась в одну группу фей, как тайком попыталась забраться в жилище зверя-ёкая, о том, как получила рану на ноге, убегая от ёкая тьмы, и так далее. Чем дольше Коджо слушал эту девушку, тем больше ему хотелось сказать ей слова вроде: "Ты совсем рехнулась?", "это же самоубийство!" и так далее. Но он понимал, что даже если придумает кучу весомых аргументов, то не сможет отговорить эту девушку от дальнейших подобных походов. Он просто продолжал её слушать, каждый раз дивясь её храбрости и безрассудству. С её слов казалось, что она совсем не пытается быть осторожной, о чём парень, кстати, пару раз намекнул. Отдав парню все карты и сказав, что они ей больше не понадобятся (так как она уже срисовала их по пути), она с позволения Коджо заняла его футон и в один миг вырубилась. Коджо же начал с интересом рассматривать те самые карты и её блокнот, где Айка рисовала свой маршрут. Она разрешила ему ознакомиться с ним, а так как делать в эту дождливую пору было нечего, а книги, одолженные в Судзунаане, были прочитаны, он решил изучить их, так сказать, для общего развития. "Неужели она проделала такой большой путь только для того, чтобы понаблюдать за ёкаями?! Вот уж действительно странная. Хмм, должен ли я доложить об этом Камиширасаве-саме? В конце концов, это опасно, и Окава-сан может умереть там..." Он ещё раз взглянул на спящую девушку. Её выражение лица во сне было по-настоящему счастливым. Да, он не сможет этого сделать, так как тогда, скорее всего, настроит эту девушку против себя и сделает её несчастной. "Она прямо как я, старается, даже если очень сложно. Не могут же все её труды быть напрасны, верно? К тому же она сказала, что это ради людей, а значит, она герой, да? Стало быть, если бы я рассказал об её походе Камиширасаве-саме, то сделал бы хуже для всех. Да, точно не стоит говорить ей об этом", — убеждал сам себя доверчивый парень, хотя на самом деле не знал об истинных мотивах этой девушки. Но это было не важно, ведь она вернулась живой и почти невредимой. Она почти не пострадала ни физически, ни ментально, а значит, всё хорошо. Ещё раз вздохнув, Коджо лёг на татами. По крыше продолжал бить дождь, но уже куда менее интенсивно. Гроза значительно ослабла, а значит, утром будет свежая и ясная погода. Уже набросав планы на завтра, он закрыл глаза и начал проваливаться в сон. Только одно не давало ему покоя... "Ха... впервые в нашем доме ночуют гости", — подумал Коджо, зарывшись головой в свои руки и улыбаясь, не в силах сдерживать внутреннее, умиротворённое счастье. *Несколько дней спустя* Проснувшись рано утром, Коджо первым делом отправился в школу. Да, он наконец решился устроиться на постоянную работу; всё-таки недостаток денег и страшная неопределённость будущих дней победили упёртость парня. Встал он как можно раньше, так как не хотел попасть на глаза своим одноклассникам. Собрав в свою небольшую сумку еду и питьё, он вышел из дома и направился прямиком в сторону школы. На улице стояла приятная утренняя прохлада. Вчера были перистые облака, а значит, сегодня, скорее всего, тоже стоит ожидать дождь. Идя по дороге и оглядывая дома всё ещё спящих жителей деревни, Коджо думал: "Без понятия, как пользоваться фотоаппаратом, это довольно сложно, особенно возиться с пленкой. Как только отработаю, зайду к Окаве-сан и отдам его обратно. Она вроде говорила, что в ближайшее время не будет устраивать вылазки за деревню, так что она должна быть дома." Думая обо всём, только не о грядущей работе, Коджо продолжал идти, отвлекаясь почти на всё подряд. То кошку погладит, то на опадающую сакуру засмотрится, то побросает камни в реку. В общем, не трудно было догадаться, что энтузиазма у парнишки не было от слова совсем. "А на улице сегодня так хорошо. Вот бы погулять подольше..." Придя к школе, Коджо обнаружил, что в ней ещё никого не было, он пришёл слишком рано. Сев недалеко от входа, он начал ждать Кейне или других учителей. "Светлеет в последнее время очень рано, похоже, я слишком поторопился." Зевнув, парень почувствовал, как его начинает клонить в сон. Несмотря на все свои попытки противостоять этому, он всё-таки, опустив голову, задремал. Прохладный утренний ветерок будто бы умышленно усыплял парня. Только противная мошка пыталась разбудить парня своим надоедливым жужжанием, но она быстро была прибита его ладонью. Спустя секунду он задремал опять. Вдруг кто-то осторожно дотронулся до плеча парнишки и тихонько толкнул его. — Коджо-кун, ты чего? — послышался мягкий голос, будто доносившийся сквозь темноту. — Ммм? — не без труда открыл глаза парень. Прямо над ним стояла ег о бывшая учительница и обеспокоенно смотрела на парня. Увидев, что тот проснулся, она облегчённо вздохнула и притронулась своей ладонью к его лбу. — Температуры нет... — Камиширасава-сама, я в порядке, просто спать захотелось внезапно... — сразу сказал сонный парнишка, чтобы Кейне перестала беспокоиться о нём, но та была непреклонна и стала внимательно осматривать лицо парня. — Н-ну, хватит! — Парень отчаянно пытался убрать руку Кейне со своего лица, но она только сильнее схватила его. Внимательно рассмотрев сонную физиономию парня, она отпустила его и вздохнула. — Опять не спал? — Спал! Просто сегодня решил проснуться пораньше, — отвел глаза в сторону школы, сказал парень. Понятное дело, Кейне сразу поняла, в чём дело, но не волноваться за парнишку она не могла. Она отлично знает, как он может себя нагружать. — Эх, ладно, в любом случае я рада, что ты сделал правильный выбор, — наконец показала свою улыбку Кейне, и парнишке стало как-то спокойнее. Похоже, сейчас отчитывать его не собираются. — Просто были трудности с работой, у меня не было выбора. — Обидно, знаешь ли, такое слышать. — П-простите, — подумав, что он сказал что-то грубое, Коджо уже привычно опустил глаза вниз. Умилившись, девушка потрепала парня по волосам и прошла за ворота школы. — Ну, ты идёшь? — Да, иду! — Быстро встав, Коджо поудобнее перехватил сумку и начал догонять Кейне. "Думаю, он пришёл так рано, потому что не хотел встречаться с другими детьми. Эх, хотела бы я подружить его с кем-нибудь, но насильно это сделать не выйдет. Он очень одинок и страдает из-за этого. Чем бы мне ему помочь?" Даже слова Коджо о работе очень сильно печалили Кейне. Дети не должны работать. Особенно её в дрожь бросала одна мысль: "Сколько ещё в деревне таких людей, как он?" Трущобы в деревне не такие уж и большие, но даже там живут сотни людей и просто беспризорных детей. Частенько там живут те самые семьи преступников, а иногда там можно встретить излишне странных гостей из Внешнего Мира, которые решили остаться в Генсокё, чем только сделали себе хуже. Были и те, кому просто не повезло, но даже так Кейне очень хотела им помочь. Впервые она задумалась об этом давно, но до недавнего времени даже особо не задумывалась над этим вопросом так серьезно. У неё, как у учителя и хранителя деревни, всегда было очень много дел, так что времени подумать об этом попросту не было. Но со временем в их школу поступил этот мальчик. Его отец долго и упорно трудился для того, чтобы восстановить свою репутацию и чтобы его сын смог получить хорошее образование. Кейне тоже была наслышана о прошлом Йошинори и была искренне рада за него, ведь он пошёл по верному пути. Жаль, что так думали не все. Хотя поначалу Коджо и смог познакомиться с несколькими ребятами, вскоре информация о его отце - убийце просочилась и в школу. Некоторые дети стали бояться его, к тому же на его плече было довольно странное родимое пятно, похожее на знак проклятого ками, что тоже не добавляло популярности маленькому Коджо. Но со всем этим можно было жить, пока не произошёл тот самый инцидент... Один мальчик, который сразу невзлюбил Коджо, однажды нелестно высказался о его отце при нём. Будучи тогда со взрывным характером, Коджо ударил этого мальчика, и тот, понятное дело, сразу начал звать на помощь. Это действие, понятное дело, никак не помогло Коджо с его репутацией: от него только сильнее отстранились другие дети, многие стали бояться его ещё сильнее, а кто-то, как тот мальчик, воспользовавшись этим, стали больше его дразнить, желая снова вывести из себя. Даже Кейне в тот день отругала Коджо, за что сожалеет до сих пор. Конечно, она наказала и того задиру, но всё же... "Я и подумать не могла, что вскоре всё обернётся таким образом..." — Ну так, что мне надо будет делать? — спросил парень задумавшуюся учительницу. Повернувшись к нему, она увидела то самое любопытное лицо парня. Прямо как тогда, когда она рассказывала им об основателях их деревни, величайших охотников на ёкаев того времени. Вот только тогда одежда паренька была куда чище, а лицо упитаннее. Вздохнув, она сказала: — До начала уроков следует подготовить класс. Расставить столы, подушки, листы и кисточки. Справишься? — Конечно! А после этого? — Можешь отдохнуть и понаблюдать за уроками, — улыбнулась Кейне. Однако радости на лице парня так и не было видно. — Наблюдать значит? — тихо сказал он себе под нос. Кейне отлично понимала, как тяжело будет парнишке возвращаться в это общество. Она пообещала себе, что в этот раз сделает всё, чтобы защитить этого паренька. "В этот раз я постараюсь быть рядом с ним так часто, как это возможно. Тогда я не допущу ни издевательств, ни рукоприкладства." — Коджо-кун. — А? Чуть наклонившись, Кейне взглянула прямо в глаза парнишке и положила свою ладонь ему на плечо. Коджо удивился, но ничего делать не стал, а только лишь взглянул в глаза своей бывшей учительницы в ответ, ожидая не зная чего. — Я знаю, что ты очень сильный человек. Я мало знаю таких сильных людей, как ты, но! Если вдруг тебя кто-то будет обижать или плохо скажет о твоих родителях, немедленно говори мне, понял? — Но... — Никаких но! Я их учитель и твой наставник, я ответственна за вас, и если что-то случится, значит, виновата буду я, понятно? — Строго смотря в глаза Коджо, говорила Кейне, пытаясь подбирать слова так, чтобы он согласился. Конечно, парень хотел возразить, ведь он считал себя взрослым, а взрослые решают свои проблемы самостоятельно. Но его очень задели последние слова Кейне. Не означает ли это, что в прошлый раз она сильно пострадала из-за его действий? Немного подумав, он всё-таки решился. — Хорошо... но это не значит, что я ябеда, да? — Хи-хи, конечно нет, — снова умилилась девушка и стала гладить парнишку по голове. — Н-ну, хватит! А то кто-нибудь увидит! — сразу начал протестовать покрасневший парень. — Ладно-ладно, — хихикнув, девушка убрала руку. Глядя на покрасневшего Коджо, который взялся обеими руками за голову и смотрел то в пол, то на неё, Кейне ещё больше хотела погладить его по голове, но всё-таки остановилась. Это было бы невероятным унижением для взрослого девятилетнего парня. Потому она решила подавить в себе столь странное, несвойственное ей желание. — Хорошо, я пока уберусь во дворе, а ты, как и договаривались, подготовь класс к уроку. — Хорошо! — сразу воодушевился парень. Чтобы не мешать ему, Кейне поспешно вышла из класса и с улыбкой приступила к своей утренней работе. "Всё-таки не думала, что он поднимет мне настроение с самого утра, хи-хи." Подумала Кейне, вспоминая то покрасневшее и надутое лицо парня, параллельно стараясь не засмеяться. "И почему это вдруг я так к нему привязалась?" *** В классе ещё довольно долго обсуждали возвращение Коджо. Большинство детей думали, что его попросту выгнали из школы. Они очень удивились, когда узнали, что теперь он будет работать тут уборщиком. Несмотря на это, никакого протеста это не вызвало; все приняли это как данность и продолжили заниматься своими делами. Некоторые задиры, конечно, желали поиздеваться над парнем, но так как Кейне постоянно наблюдала за Коджо, они решили не рисковать лишний раз и не навлекать на себя гнев строгой учительницы-хакутаку. По крайней мере, пока она смотрит. Сейчас Коджо спокойно сидел в противоположном конце просторного коридора и сквозь приоткрытые сёдзи слушал урок Кейне, параллельно стараясь конспектировать всё в свою тетрадь. Кажется, никто не обращал внимания на него, так что он мог спокойно сосредоточиться. "Иероглиф "Рис"... сначала вот такая черта влево, потом крючок вниз... Нет, Камиширасава-сама рисует его иначе. Ох, и почему у меня такие кляксы получаются?" Прогресс ребят довольно сильно смутил парня. По сравнению с ним, ребята занимались тут почти каждый день весь тот год. Понятное дело, он сильно отстал от них, хотя ранее был очень даже перспективным учеником. Всё это опечалило парня, ведь ему придётся ещё очень много работать, чтобы нагнать ребят. — Эй! Ты будешь сидеть тут или работать? — громко сказал подошедший старик по имени Нода Дай. Этот лысый и сутулый старикашка всегда был очень строгим, и не только к Коджо. Из детей его никто не любил, а особенно все ненавидели его уроки математики, в том числе и Коджо. — П-простите, я тут просто... — дёрнувшись, парень уже начал было оправдываться, но старик сразу же его перебил. — Сейчас же встал и пошёл убирать коридор! Кому-то вроде тебя не нужно учиться! Ишь, понабегут из трущоб, — плюнув последние слова себе под нос, старик ушёл в соседний кабинет. Коджо же остолбенел и даже чуть не заплакал. Тем не менее, послушно взяв тряпку и ведро, он пошёл вычищать коридор. "Всё-таки он прав, мне деньги платят не за то, чтобы я просто сидел сложа руки. Лучше заниматься учебой дома. Сейчас у меня будет больше времени на это, так что думаю, я смогу нагнать всех в скором времени..." Думал про себя парень, продолжая убирать пол. Как никак, опускать руки он не собирался, несмотря на всё это тяжёлое давление. "Надо попросить у Камиширасавы-самы те свитки, дома я смогу спокойно всё переписать и выучить. Эх, как я не люблю полагаться на других, но иного выхода, похоже, нет." Вздохнув и немного успокоившись, парень убедился, что его лицо не выглядит слишком заплаканным, и продолжил заниматься уборкой. *** — Ну, как первый рабочий день? — внезапно спросила парня коричневоволосая девушка, работающая воспитателем. Её звали Курихара Мао, и она, как и Коджо, работала тут совсем недавно. Можно сказать, что она на испытательном сроке. — Курихара-сама? Ну, не так плохо, как я думал, — ответил парень, который уже закинул сумку через плечо и готовился уходить домой. — М? А почему ты думал, что тут будет так плохо? — хлопая глазами, спросила девушка, не зная всей истории этого парня. Улыбнувшись, Коджо лишь покачал головой и сказал: — Неважно. До завтра, Курихара-сама! — Эм, вообще-то завтра выходной, — поправила девушка парня, мило при этом улыбнувшись. — Э? Правда? Ну, тогда до послезавтра! — Ага, хорошей дороги, Куросава-кун, — помахала девушка спешившему к выходу парню и пошла собираться сама. Дети уже давно ушли по домам, в школе остался только обслуживающий персонал и учителя, которым нужно было проверить довольно много работ и утвердить учебную программу для нескольких классов на неделю вперёд. "Наконец-то это закончилось. Я так устал, что даже не взял у Камиширасавы-самы задания, да и идти до Окавы-сан неохота... эх, ладно, в другой раз", — зевнул парень и наконец вышел из школы. — Коджо-кун, что-то ты немного задержался. — А? Камиширасава-сама? Я думал, вы сейчас в школе... Неожиданно для Коджо у ворот школы его ждала Кейне. В руках у неё были несколько свёртков, как он сразу понял, с тем самым учебным материалом, который они сегодня изучали в классе. Снова понурив взгляд, Коджо сказал: — Спасибо вам... снова. — Что это ещё за такой взгляд? А? — Ай! За что?! — щёлкнув паренька по лбу и усмехнувшись, Кейне молча протянула ему свёрток с кучей свитков. Коджо надулся, но всё-таки взял его. — Это тебе на выходной. Чтобы к следующему понедельнику принёс всё в целости и сохранности, понятно? — строго сказала Кейне, на что парень наконец улыбнулся и ответил уже более бодрым кивком. — Вот и хорошо. Ах да, не обижайся сильно на Ноду-куна. Я много раз ругала его за его отношение к ученикам, но, похоже, его уже ничего не исправит, — с тяжёлым вздохом сказала Кейне. Да, она всё видела и слышала, что этот пожилой, несчастный человек наговорил мальчику, но отвлечься от уроков не могла. Она могла бы выместить всё на нём после уроков, но и этого делать не стала. С возрастом некоторые люди настолько уверуют в свою точку зрения, что не принимают никакие другие; даже Кейне он бы слушать не стал. — Да ничего, в конце концов он ведь был прав. Я получаю деньги за работу и поэтому должен работать. — Эх, и не поспоришь ведь... — промямлила про себя учительница. — А? — Ничего. В общем, внимательно всё изучи, перепиши в тетрадь и перечитай раз пять. Тебе нужно тренировать технику чтения в первую очередь, уяснил? — Да, зевнул. Извините, могу я уже идти? — устало сказал парень. Недосып предыдущего дня плюс нагрузка сегодняшнего дали о себе знать. Коджо уже не мог ясно думать, ему хотелось лишь быстрее поужинать, прыгнуть в ванну, а затем в тёплый и мягкий футон. Хихикнув, Кейне снова погладила парня по голове, но привычной реакции отторжения не было. Клюя носом, парень лишь сильно зевнул, чем только больше умилил девушку. — Ладно, иди, вижу, ты сегодня потрудился на славу, — улыбаясь, сказала Кейне, убирая ладонь с макушки парня. — До свидания, Камиширасава-сама! — помахав учительнице, Коджо спокойно пошёл к своему дому, зевая по пути. Проводив его взглядом, Кейне вернулась в школу. Она была искренне рада, что он наконец-то согласился на её предложение. Как бы она ни хотела, она не могла так просто заставить его это сделать. Он слишком упёртый, и обычными уговорами сделать это не удалось бы. Тем не менее, она знала, что вскоре всё придёт именно к этому, такое уж сейчас время. "В любом случае, градус ответственности повысился и для меня. Хех, и всё-таки ты ничуть не изменился, Коджо-кун." Сидя за столом, Кейне вспоминала те школьные времена парня, когда он ещё не был таким изгоем общества, как сейчас. Грустно покрутив в руке кисточку для письма, она вздохнула и приступила к работе... *** Наконец-то наступил первый месяц лета. Прошёл выходной день, и Коджо уже с большей уверенностью собирал свои вещи для рабочего дня. В прошлый раз всё прошло не так уж и плохо, как могло бы, так что уверенности в парне было куда больше. "Ну, думаю, на обратном пути могу купить немного риса. Сегодня должны дать зарплату. Хотя много мне не дадут, в конце концов я только один день проработал, так что побаловать себя не выйдет." Открыв свой кошелёк, Коджо понял, что денег до конца месяца ему точно не хватит. Учитывая всё это, ему скорее всего снова придётся искать подработку в этом месяце. Этот факт немного подпортил настроение парнишки, но, вспомнив, что вскоре всё должно стабилизироваться, он улыбнулся и хмыкнул. "Ну да ладно, как-нибудь переживу. Самое главное, я успел всё переписать и перечитать аж десять раз! Текст этот довольно простой, даже я его смог прочитать, хотя вчера у меня на это весь день ушёл, ну не важно." Пробежавшись глазами по своему конспекту, Коджо запихнул его в сумку и выбежал из дома. Ничего не предвещало плохого в этот день. Приятная прохлада раннего утра будто бы манила парня погулять подольше. В этот день сильнее всего хотелось любоваться красивыми цветами где-нибудь на холмах за деревней. Так бы Коджо вчера и поступил, если бы не домашняя работа. "Какая хорошая погода, однако это также время сезона дождей. Даже не знаю, сколько ещё времени продлится такая приятная погода. Эх, а ведь сейчас должны цвести гортензии." Проходя мимо моста с ивой, Коджо остановился и, оперевшись о перила, некоторое время смотрел на быстро текущую воду. Закрыв глаза, он слушал нежное журчание воды, которое действовало на него словно колыбельная. "Лишь немножко." Ветер стих, и стало значительно теплее. Солнце вышло из облаков, одаривая весь мир своими теплыми и приятными лучами. Коджо тут же пригрелся и стал засыпать прямо стоя, оперевшись телом и руками о перила, что было достаточно опасно – он мог запросто упасть в воду. Но этого не случилось. Со стороны школы Коджо услышал шаги. Открыв глаза, он потянулся, не обращая особого внимания на прохожего. "Ух, чуть не уснул. Если бы не эти шаги, я бы тут и вырубился. Опасно." — Аааа, вот ты где ошиваешься, придурок, — послышался грубый и до боли знакомый голос позади. — Чего тебе надо? — развернулся Коджо и ответил таким же грубым голосом. — Ты ещё и голос поднимаешь? Разве Кейне-сенсей не преподала тебе урок в прошлый раз? — продолжал язвить мальчик, на год старше Коджо. У него были коричневые волосы и карие глаза. На нём было надето синее кимоно и такого же цвета штаны. Звали этого довольно высокого и крепкого для своего возраста мальца — Араки Хисаси. Тот самый задира, который ранее получил в глаз от Коджо. "А он стал куда выше, чем раньше", — удивился Коджо. Действительно, Хисаси за это время подрос и окреп, в отличие от Коджо, который стал более худым и хилым. Этот факт заставил паренька немного сбавить пыл; перед ним теперь не тот самый задира-плакса, этот парень теперь может постоять за себя. — Иди куда шёл, чего пристал? — сразу попробовал отвязаться парень, но Хисаси, похоже, не желал так просто уходить. — А что? Испугался? Знаешь, я тебе ещё прошлый раз не простил, хе-хе, — потирая кулаки, оскалился Хисаси. Коджо напрягся; уж что-что, а драться ему сейчас вовсе не хотелось. — Нам тогда обоим досталось, помнишь? Если ты повторишь это, то и ты под раздачу попадёшь. — Да плевать! Я вообще скоро истребителем стану! Видишь? — сунув руку в карман, Хисаси достал оттуда какую-то бумажку. Это был какой-то документ. Почерк был весьма мелкий, так что Коджо было не так просто прочитать, что же там написано. "Что это?" — прищурился Коджо и уже стал медленно читать, но... — Идиот, даже читать толком не умеешь. Тут написано, что Ивасаки-сама берёт меня в ученики! — А?! Ивасаки-сама?! — удивился парень. Да, со смертью прошлой жрицы Хакурей, именно Ивасаки Дайширо стал главным защитником деревни, не считая Кейне. В деревне этого человека почитают как талантливого истребителя ёкаев. Сейчас Ивасаки уже отошёл от дел в силу своего возраста и, как ходят слухи, ищет себе преемников. Так как у него нет сына, Дайширо решил передать свои знания и опыт талантливому ребёнку из деревни. Кажется, не считая Хисаси, у него было двое учеников. "Если он не врёт, то..." — Я, знаешь ли, много тренировался, чтобы получить его признание, и он признал меня! Скоро я уйду из школы и буду тренироваться целыми днями! А в будущем я стану великим охотником на ёкаев! — продолжал громко хвалиться Хисаси, уже позабыв, что он собирался сделать. Коджо же не понимал, к чему клонит Хисаси. Да, станет он охотником, ну и что с того? Чего он хочет добиться, рассказывая ему всё это. — Рад за тебя, теперь иди куда шёл. — Грубиян. Ты ведь теперь в школе работаешь, уборщиком, да? — внезапно спросил Хисаси, чем удивил Коджо. К чему он это? — Ну да, и что? — Ха-ха! Так и думал! — Да что тебе от меня нужно!? — уже перешёл на крик Коджо. Он до сих пор не понимает, что от него хочет добиться Хисаси, но одно он понимал точно: ничего хорошего от этого человека ждать не стоит. Однажды он не поленился нагрубить его отцу, а сейчас, когда он стал куда увереннее в себе, он и не такое скажет. — Это твоя судьба, работать жалким уборщиком за гроши. Так и помрёшь в своей халупе, как твоя мать! — оскалился Хисаси, стало ясно, что он просто пытается вывести Коджо из себя. Коджо тоже отлично это понимал, но ничего не мог сделать с наступающей в груди жгучей яростью. Еле как сдерживаясь, чтобы не наброситься на Хисаси, он стал кричать: — Ублюдок! Только и можешь что хвастаться и задираться! — прокричал синеволосый парниша громче прежнего, чем сначала удивил, а затем разгневал Хисаси. — Как ты меня назвал? Насекомое! — Ты отлично слышал! Такое ничтожество как ты никогда не станет кем-то великим! Не говоря уже об истребителе! — продолжал орать парень, уже не думая о последствиях. Слова Хисаси о матери сильно задели его чувства, и он уже не мог контролировать то, что говорил. Ранее он бы точно набросился на него, но сейчас у Коджо было достаточно самообладания. Хисаси же был в некоторой степени удивлён. Он хотел отомстить этому изгою и преподнести это как самозащиту, но сейчас и он сам толком не мог себя контролировать. Его раздутое эго только что сильно задели. "Да что это отродье убийцы о себе возомнило?!" — думал про себя Хисаси, подбегая к Коджо с поднятым кулаком. Страх парнишки пропал в тот момент, когда на него набросился этот бугай. Не зная что делать, он закрыл лицо руками, думая, что первый удар придётся в голову, но он ошибся. — Кха! — Получи! Придурок! Получив сильный удар в солнечное сплетение, Коджо тут же упал. Прожигающая всё тело боль тут же парализовала парня. Он стал судорожно хвататься за живот и пытаться вобрать в себя как можно больше воздуха. Судя по этому удару, Хисаси уже знал слабые места людей, а его физической силы хватило, чтобы вывести из строя Коджо всего за один удар. Даже взрослому бы не поздоровилось от такого, что уж говорить про Коджо. "К-Как больно! Трудно дышать! Аах, я теряю сознание?" — В глазах начинало мутнеть, боль перестала нарастать, но от этого было не легче. Глядя на эту картину, Хисаси, удовлетворённый своей работой, широко улыбался. — Такое отродье как ты будет ползать подо мной! Что твой отец — убийца, что ты — помеченный! У вас нет прав приближаться к остальным, понятно?! — продолжал кричать Хисаси, думая, что Коджо сейчас есть какое-то дело до его слов. Созванный этими двумя шум разбудил людей в ближайших домах. Когда Коджо уже начал оправляться от боли, а дыхание начало выравниваться, он услышал: — А ну прекрати! Мордобой в другом месте будешь устраивать! — кричал какой-то старик, бросив при этом гнилой фрукт в Хисаси. Тот, недовольно посмотрев на старика, что-то фыркнул и, снова повернувшись к Коджо, сказал: — Делай что хочешь, всё равно ты так и останешься жалким насекомым, — тихо сказав это, Хисаси развернулся и пошёл в сторону школы, дабы не встречаться лицом к лицу с этим стариком. — Кх... Когда Хисаси ушёл достаточно далеко, Коджо с трудом приподнялся. В это время к нему подошли старик и какая-то девушка. — Ты в порядке? Вы что-то не поделили? — Н-нет, ничего, — отнекивался Коджо, пока девушка осматривала его с ног до головы. Старик стоял чуть позади, тяжело вздыхал и ворчал что-то себе под нос. — Ну и молодежь пошла. Чтобы выжить, люди должны ладить друг с другом... эээх. — Да ладно, дедушка, ты как будто бы сам никогда не дрался!? — Гх... Всё ещё держась за больное место, Коджо вспоминал слова Хисаси, которые он сказал ему перед уходом: "делай что хочешь, всё равно ты так и останешься жалким насекомым." "Ну уж нет. Может, я и сын убийцы, может, у меня и есть то уродливое родовое пятно, я докажу, что я не насекомое!" — думал парень, смотря на спину отдаляющегося Хисаси. Пускай его презирают, он всё равно не откажется от своей цели. Какие-то задиры вроде Хисаси не сломят его волю, даже если будет такой прессинг каждый день... "И всё-таки... истребитель, да?" *** Шагая к школе, Хисаси ворчал про себя: "Ублюдок! Ещё смеет повышать на меня голос! Только и может пищать!" Уже через секунду Хисаси улыбнулся. Да, он наконец смог отомстить этому парню за разбитый нос. В тот самый день, когда он получил по лицу от Коджо, он долгое время не мог спать из-за своего позора. Его ударил какой-то изгой у всех на глазах. Да, из-за репутации семьи Коджо сверстники признали Хисаси жертвой. Однако это его лишь больше раздражало. "Теперь-то он получил по заслугам! Жаль, что придётся ещё некоторое время видеть его рожу в школе, но скоро я уйду оттуда." Продолжал улыбаться Хисаси, который наконец-то смог самоутвердиться в своих глазах. Почему же он так ненавидел Коджо? Ненависть выросла из обычной неприязни, и сегодня она лишь усилилась. Будучи сыном влиятельного торговца, Хисаси просто не мог признать, что его поставил на место и заставил звать на помощь какой-то бедняк, изгой, и мало того, сын известного в деревне преступника, и самое главное — бедняк. В то время он ещё не понимал этого и поэтому вдоволь наслаждался своим поступком, не понимая того, что сейчас сам ничем не отличается от той злой версии Коджо, которую он сам придумал в своём воображении.