Связанные одной целью

— Уже первое июля, с сегодняшнего дня мы будем носить летнюю форму, — произнесла Тока, вставая со стула. — Такая ослепительная кожа. Это время года самое трудное для здорового парня из средней школы, — проговорил Окаджима, с румянцем на щеках любуясь кем-то из девочек. — По-моему, так думаешь только ты, Окаджима, — фыркнула Мико, поправляя немного задравшуюся юбку, проклиная себя за то, что сегодня забыла под неё надеть шорты. — Это неправильно. Не позволяйте сезону оголённых тел отвлекать вас, — произнёс Коро-сенсей с абсолютно безразличным выражением лица, держа в своих щупальцах журнал с девушками в купальниках. — Кто бы говорил, осьминог-извращенец!!! — закричали на него мальчики из класса. — О... Я не думал, что мы окажемся в одном потоке, — раздался голос Сугая. На него сразу же обратили внимание, и все замерли с открытыми ртами. Рука парня, от кисти до плеча, была украшена татуировкой, которая состояла из каких-то цветов, похожих на лотос, переплетённых с линиями. Глаза Исикавы засветились, и она сразу подошла к Сосуке, рассматривая рисунок. — Я не хотел, чтобы левая рука, обозначенная Богами, была увидена, — произнёс обладатель серых волос, смотря на испуганного осьминога. Как только класс пришёл в себя, все заинтересованно подошли к Сугае. — Ого! Это всё нарисовано!!! — восхищённо произнесла Хинано, всматриваясь в узоры. — Это называется татуировка хной. Такая тату продержится около недели, — пояснил Сугая. — О, так вроде бы делают в Индии, да? — спросил Карма, заинтересованный происходящим. — Ты об этом знаешь, Карма-кун? — спросила Фува, смотря на красноволосого. — Мои родители сходят с ума по Индии и каждый раз после её посещения возвращаются с такими татушками, — рассказал Карма. — О-о, боже! Учитель так рад, что ученики из этого класса не стали преступниками, — чуть ли не хныкал Коро-сенсей. «Для того, кто собирается уничтожить Землю, он слишком за нас переживает», — понеслось в голове у Мико, смотря на кучу макулатуры возле осьминога, по типу: «Разговор по душам для чайников», «Почему мои ученики совершают преступления», «Различия между преступниками и нормальными людьми» и прочее. — Как обычно, вы слишком беспокоитесь об этом, — прокомментировала Каяно поведение Коро-сенсея. — Если вы хотите, я могу нарисовать одну тату, Коро-сенсей, у меня ещё остались материалы, — предложил парень, держа в руке два пакетика с краской. — Нюааа! Правда? — чуть ли не светясь от радости, спросил учитель. — Ага. Это как рисовать плавленным шоколадом, — произнесла Рио, с интересом рассматривая, как Сугая наносит небольшое количество хны на лист бумаги. — Жду с нетерпением, — произнёс Коро, сгорая от нетерпения. — Я всегда хотел сделать себе такую псевдо-тату. Стоило парню нанести краску на лицо учителя, как оно на глазах учеников начало плавиться, словно мороженое жарким днём. Как оказалось, парень раскрошил противоучительские пули в порошок, после чего смешал его с краской. — Чем-то похоже на то, что делала Мико, — подметила Накамура. — Я решил позаимствовать идею, — неловко произнёс Сосуке, потирая шею рукой. — Ничего страшного, Мико-чан? — Да, нормально, — махнула рукой брюнетка. — Неплохо, Сугая-кун. Хотя для меня это как комариный укус, — похвалил Коро-сенсей, а после расстроенно, словно ребёнок, произнёс. — Но я, правда, очень хотел сделать крутую тату. — П-простите! Я могу нарисовать нормальной краской, хорошо? — сказал Сугая, после чего почти весь класс оживился, желая, чтобы парень тоже им нарисовал тату. Очередь плавно подошла к Мико, которая с радостью села на стул напротив парня, протянув ему руку. Сосуке поинтересовался у девушки, какой рисунок она бы хотела, на что разноглазая ответила, чтобы он выбрал на своё усмотрение. Парень кивнул, приступая к работе. Краска ощущалась на коже непривычно, было щекотно, от чего, где парень касался, пробегали мурашки. Исикава с интересом наблюдала, как Сугая выводит незамысловатые узоры, которые плавно вырисовывались в силуэт лисы, находящейся в окружении цветов. А после внимательного рассмотрения стало понятно, что это сакура. — Вот и всё! — Сосуке отпустил руку девушки, которую до этого придерживал. — Ну как? — Здорово! У тебя так хорошо вышло, из тебя бы вышел замечательный татуировщик! — воскликнула Мико, не переставая рассматривать свой рисунок. — Если честно, я об этом даже не думал, — смущённо признался Сугая, потирая шею рукой. — Рад, что тебе понравилось. — У тебя ещё осталось немного хны? — неловко поинтересовалась брюнетка. — Ну да? А что такое? — растерялся сероволосый. — Могу я попробовать? — сложив руки в молящем жесте, попросила Исикава. Сосуке взглянул на одноклассницу, протягивая ей краску, которую девушка с радостью приняла. — Карма, не хочешь побыть подопытным? — с милым выражением лица спросила Мико. Акабане выгнул бровь, тыкнув себе в грудь указательным пальцем. Хмыкнув, он подошёл к девушке, усаживаясь за парту и протягивая правую руку. — С тебя причитается за использование меня как подопытной свинки, — с ухмылкой произнёс красноволосый, а его глаза светились азартом. — Какой ты меркантильный, — фыркнула разноглазая, касаясь руки парня. — Просто предприимчивый, — пожал плечами Карма, удобнее устраиваясь на стуле. Закатив глаза, Мико начала медленно наносить краску на его кожу. Кожа Кармы была тёплой и сухой. Исикава плавно выводила линии, так же, как до этого делал Сосуке, будто она рисует на бумаге. Карма наблюдал за ней, за тем, как хмурятся её брови, как тёмные ресницы отбрасывают лёгкие тени на скулы. Он заметил, как её пальцы, держащие инструмент, слегка дрожат. — Волнуешься? — тихо спросил Акабане, так, чтобы слышала только она. — Немного, — призналась Мико, не отрывая взгляда от работы. — Впервые рисую на коже, не хочу испортить. — Ничего страшного. Всё равно смоется через время, — ухмыльнулся Карма, но в его голосе не было насмешки, а лишь странное, несвойственное ему спокойствие. Закончив, девушка отпустила локоть парня, давая ему возможность рассмотреть рисунок. — Ну? — выдохнула она, с надеждой глядя на него. Карма внимательно изучал рисунок, поворачивая руку. Катана, окружённая клубящимся пламенем и искрами, будто бы только что выхваченная из огня. — Неплохо, — заключил он, и в его глазах мелькнуло одобрение. На что девушка облегчённо выдохнула. Дверцы резко двинулись в сторону, хлопая об дощечку. — Наслаждайтесь моими чарами, мальчики! — завопила Ирина, привлекая внимание к своей персоне. Первое, что бросилось в глаза ученикам, это её внешний вид. На ней был жилет, который ничего особо и не скрывал. Её короткая юбка, казалось, удлиняла ноги. Но на этот раз на юбке был вырез для левой ноги. — Какого черта на вас взялись эти страшные рисунки?! — Елавич ошарашенно закричала та, припав от страха к стене. — А, после того как они увидели меня, они захотели, чтобы я и им тоже что-нибудь нарисовал, — объяснил кратко Сугая, потрепав затылок. — Он сказал, что пигмент скоро впитается, а потом мы сможем смыть краску. Я так волнуюсь, что совсем не могу сконцентрироваться на уроке, — стал говорить Коро-сенсей, его лицо было украшено, на щеках были нарисованы цветы, а на месте, где примерно должны быть волосы, что-то вроде сеточки. — Ты же их классный руководитель, черт тебя побери! — начала отчитывать осьминога блондинка. От громкого голоса женщины у многих начало звенеть в ушах. — Кстати, Сугая-кун, смотря на то, как ты рисуешь на мне, я тоже захотела попробовать, — произнесла Коро-сенсей, обращаясь к Сугае. — Я бы с радостью, но я уже всех разрисовал в классе, на них уже нет свободного места, — ответил Сосуке. Смотря на своих одноклассников, на каждом из них были рисунки, даже на Карме, который поначалу вообще отказывался. Взгляд парня перешёл на Бич-сенсей, которая была единственным чистым человеком. — А! — одновременно воскликнули Коро и Сугая. Глаза осьминога опасно сверкнули, отчего Ирине стало не по себе. — Это она, самая огромная территория, которую мы можем разрисовать от души! — Постойте, — произнесла блондинка, пытаясь прикрыть ладонями свою оголённую кожу на руках, не договорив. — А ну хватит дурачиться! Думаете, вам кто-то позво... — Похоже, Бич-сенсей слегка переволновалась. Дадим ей отдохнуть, — сказал Коро-сенсей, а потом коварно добавил. — А пока она отдыхает, я возьмусь за эту руку. А ты, Сугая-кун, приступай за другую. — Охо! Вызываете меня на состязание? — с азартом спросил Сосуке, совершенно не стесняясь того, что собирается разукрасить свою учительницу. — Может не надо? — с сомнением произнесла Исикава, посматривая на Елавич. — Когда Бич-сенсей очнётся, устроит нам всем тёмную. — Да ладно тебе, Мико-чан, — протянул Акабане, становясь возле Исикавы. — Что-то мне не охото становиться мишенью, — произнесла девушка, наблюдая за тем, как на блондинке начали появляться разные рисунки. Через некоторое время на женщине не осталось ни единого участка, где не было бы рисунков. Коро-сенсей умудрился даже на её груди нарисовать смайлик! Неожиданно блондинка открыла глаза. Все тут же затаили дыхание, а кто-то прошептал, что она проснулась. Реакция Ирины была заторможенной, что явно можно было понять, как она рассеяно осмотрела себя, не поднимаясь, а после встала и вышла из класса. Вернувшись обратно уже с настоящим пистолетом. — Умрите! Я вас замочу всех! — кричала Елавич так, что её было слышно сквозь звуки выстрелов. Спрятавшись под первую попавшуюся парту, Мико облегчённо выдохнула. — Ну кто бы сомневался, что она будет в ярости, — фыркнула Исикава. — Ты как старушка, вечно бурчишь, — раздался над ухом девушки ехидный голос Кармы. — Эй! — возмутилась разноглазая, пихнув красноволосого в плечо. Карма лишь усмехнулся, ловко уворачиваясь от следующего тычка. Его глаза, всего мгновение назад светившиеся ехидством, скользнули по нарисованной на его руке катане, а затем вернулись к Мико. — А что? Правда же. Ворчишь, как будто тебе за семьдесят, — парировал он, но голос его был беззлобным, даже слегка дразнящим. — Хотя, если подумать... Может, ты просто завидуешь, что у Бич-сенсей татуировок теперь больше? Он лениво положил голову на плечо девушки, показывая свою украшенную руку. Которое Исикава пытаясь убрать со своего плеча, но безрезультатно. Данное поведение садиста сбивало столку. Он сейчас спокойно лежал, прикрыв глаза, будто не использует другого человека как подушку. Сдавшись, брюнетка коснулась красных, словно кровь, волос Кармы. Они были мягкими, что она, не удержавшись, начала перебирать его пряди.

***

Акабане лениво растянулся на парте, вполуха слушая разговоры одноклассниц о летней форме. Пропуская комментарии Окаджимы и слова Коро о том, чтобы они не велись на нечто провокационное. Карме было смешно слышать нечто подобное от осьминога, который не скрываясь разглядывал журнал. Появление Сугая с татуировкой было неожиданным и интересным, за этот скучный день. В голове Кармы сразу всплыли образы родителей, когда они в первый раз вернулись после отдыха из Индии, полностью разукрашенными. Что поначалу Акабане это даже поразило. Не удержавшись, он упоминал своих родителей и их поездки в Индию. Он видел, как вспыхивает ажиотаж, как даже вечно паникующий осьминог преображается при виде безобидной хны. «Предсказуемо», — промелькнуло у него в голове. Когда очередь дошла до Мико, он следил за процессом, подпирая голову рукой. Его взгляд скользил то за работой Сугаи, то за радостным лицом Исикавы. «Будто ребёнок», — подумал красноволосый, чувствуя, как его губы дрогнули в улыбке. После поездки в Киото желтоглазый стал ловить себя на том, что стоило Исикаве появиться в его поле зрения, как он больше не мог отвести от неё взгляд. Сейчас, наблюдая, как её разноцветные глаза горят любопытством, а пальцы то и дело тянутся потрогать свежий рисунок на своей же руке, он поймал себя на мысли, что это зрелище куда занимательнее, чем врезать какому-нибудь зазнавшемуся придурку. Именно поэтому предложение Мико стать «подопытным» застало его врасплох. Он фыркнул, мысленно отметив наглость брюнетки, но... почему бы и нет? Если вспомнить рисунки, которые он любезно сфотографировал у неё. И пока она водила по его коже прохладной пастой, он изучал не будущий рисунок, а её саму. Нахмуренные брови, кончик языка, зажатый в уголке губ, — она вкладывалась в этот процесс так, будто сдавала выпускной экзамен. И это было… забавно. Нелепо, но в какой-то степени мило. Его тихий вопрос «Волнуешься?» сорвался сам собой, лишённый привычной колкости, больше похожий на констатацию факта. А когда он увидел результат — ту самую катану в клубах пламени, — его на мгновение охватило странное чувство. Это было не просто «неплохо». Это было… попадание в точку. В нечто глубинное, о чём он никогда не говорил вслух. В его одобрительной фразе прозвучала та самая, редкая для него, искренность. И когда начался настоящий хаос с Бич-сенсей, Карма окунулся в него с головой. Подначивая Мико, обмениваясь азартными взглядами с Сугаей и наблюдая, как учитель-убийца с упоением рисует смайлик на груди ничего не подозревающей террористки, он чувствовал себя на своём месте. Этот абсурдный, сумасшедший день стал в разы лучше именно из-за того нелепого, щекочущего нервы рисунка на его руке. И когда разъярённая Ирина ворвалась обратно с настоящим оружием, он, прячась под партой рядом с Мико, не мог сдержать широкой, довольной ухмылки. Её возмущённый толчок в плечо лишь раззадорил его. — Эй! — возмутилась она. — А что? Правда же. Ворчишь, как будто тебе за семьдесят, — парировал он, его глаза весело сверкали в полумраке под партой.