Lady de Montmorency

Два месяца прошли, как плавное движение теней под луной: медленно, но аккуратно. Осень, со своей теплой погодой, отошла в прошлое, уступив место суровой зиме. Пока своим холодным ветерком природа напоминала о своем новом возрождении, в стенах дворца дул совсем другой ветер. Ветер интриг, страха и тягот жизни под властью короля Аурелиана. Принц Фридрих вернулся в страну, на этот раз его визит был официальным: он прибыл для подписания трудового договора между Англией и Элдерией. Город ожил: улицы наполнились суетой, поданные надеялись, что соглашение принесет им облегчение. Однако Мари в этом событии видела не только государственную важность, но и проблеск света в своей мрачной жизни. Чувства к Фридриху, которые она отчаянно скрывала, стали для нее спасением, приносящим теплые оттенки в серую повседневность. Изабелла поправляла тонкое кружево на плечах своей королевы, заботливо расправляя нежные рукава, чтобы они лежали идеально. Мари стояла перед огромным зеркалом в золочёной раме, её взгляд был пустым, словно всё, что отражалось в блестящей поверхности, было ей чуждо. Пышная юбка платья из бордового атласа спускалась мягкими складками до пола, напоминая разлившиеся алые чернила. — Все готово, Ваше Величество, - тихо произнесла фрейлина, делая шаг назад. Это было платье глубокого бордового цвета, с изысканным кружевом на лифе, украшенным тончайшей вышивкой из красных кристаллов. Полупрозрачные шёлковые рукава оттенка граната добавляют платью воздушности и романтики. Корсет элегантно подчеркивает талию, а пышная юбка, выполненная из тяжёлой атласной ткани, спадает мягкими складками, напоминая бордовые лепестки роз. Мари молча кивнула. На её голове сверкала корона из черненого серебра с яркими рубинами, их блеск подчёркивал контраст её бледной кожи. Корона, с её тонкими витиеватыми линиями, была символом власти, но для леди Тюдор она казалась лишь тяжёлым напоминанием о её несвободе. На шее лежало колье — искусная работа, рубин в центре которого напоминал застывшую каплю крови, а тонкая паутина серебра обвивала его, словно тёмная тень на сердце. Серьги, украшенные длинными цепочками с теми же камнями, слегка звенели при каждом её движении. На руках красовались тонкие браслеты, выполненные в том же стиле, а пальцы украшали кольца — одно из них, подарок короля, сковывающий ее руку. Она снова скользнула взглядом по своему отражению. Её глаза были безучастными, но где-то глубоко внутри пылала искра. Она провела рукой по вышивке на корсете, ощутив под пальцами кристаллы, будто пытаясь прочувствовать вес этого образа: королевы, жертвы и пленницы одновременно. — Вы, как всегда, великолепны, моя королева, - тихо сказала Изабелла, зашнуровывая корсет на тонкой талии девушки потуже. — Кажется, даже звезды меркнут перед Вами. — Звезды? - Мари усмехнулась, но в ее глазах не было радости. — А ты знаешь, что звезды сияют лишь потому, что сгорают? — «Точное высказывание», - подумала она про себя, — «Может, и я такая же: каждый мой день - это медленное пламя, которое оставляет лишь пепел». — Мари, - служанка посмотрела на госпожу, успокаивающе положив руку на ее обнаженное плечо, — Вы сильнее, чем думаете. — Сильнее... - тихий девичий смех пронесся по королевским покоям, а ее голос был полон горькой иронии. — Нести корону, словно это крест - вот в чем моя сила. — Вы все выдержите, моя королева, - взгляд служанки смягчился, а голос стал еще нежнее, — ради себя, ради людей, которые восхищаются Вами. — Восхищаются, говоришь? - Мари присела на край кровати, бросив взгляд в пустоту. — Они видят лишь шелк и золото, Изабелла. Но разве кто-то замечает, как болят плечи под тяжестью этого золота? Или как режут запястья браслеты, которые кажутся такими прекрасными? — Ваше Величество, иногда красота - это не маска, а броня, - девушка присела рядом, мягко улыбнувшись. — Она защищает Вас от тех, кто хочет видеть только Вашу слабость. — Может быть... - Мари опустила взгляд на сверкающую ткань своего платья. — Но иногда мне кажется, что эта броня слишком тяжела. И однажды она станет моим капканом.