Restart 2.0

В просторном кабинете директора Облачной Башни царила атмосфера сюрреализма. Блум развалилась на огромном плюшевом диване, казавшемся бездонным в своей мягкости. Она напоминала пациентку на приеме у психолога, ищущую ответы в лабиринтах собственного сознания. В её руке покоился стакан с бледно-розовой жидкостью, источавшей резкий, обжигающий запах чего-то явно крепкого. Взгляд девушки был устремлен в высокий потолок, украшенный лепниной и причудливыми узорами, словно пытаясь найти смысл, которого нет вовсе. – Итак, дорогая, – медленно произнёс Валтор, тщательно подбирая слова, – правильно ли я тебя понял? Ты утверждаешь, что прибыла из будущего, и при этом совершенно не имеешь понятия, как сюда попала и, что самое важное, как вернуться обратно? «Никаких оров, криков, обвинений? Где же драма, где страсть?» Ответ последовал незамедлительно, с легкой хрипотцой, присущей опьяневшему голосу: – Так точно, милый. О, да. Она определенно была знатно пьяна. Снятие печати оказалось серьезным испытанием для тела, сделав его на удивление уязвимым для алкоголя. Сейчас её состояние можно охарактеризовать как «раздрай», но даже в таком виде она сохраняла способность вести диалог, хотя и со свойственной ей долей эксцентричности. Валтор, напротив, излучал спокойствие и собранность. Он восседал в кресле директрисы Гриффин, будто примеряя на себя роль мудрого наставника, что само по себе вызывало смех. «Интересно, он репетировал эту позу перед зеркалом?» Его взгляд, обычно пронзительный и анализирующий, сейчас затуманен легким недоумением. Тёмный маг явно пытался понять, не является ли происходящее всего лишь пьяным бредом уставшей и «испуганной» феи. (Или, может, он просто проверял свою устойчивость к абсурду. Тест почти пройден, так держать!) После долгой паузы, наполненной напряженным молчанием, мужчина откинулся на спинку кресла, все же решив дать происходящему шанс, и продолжил разговор, сохраняя нейтральный тон: – Предположим, это правда. – Предположим, – кивнула Блум, ставя стакан на изящный столик из темного дерева. В кабинете Гриффин, на удивление, нашлась бутылка с алкогольным напитком неизвестного происхождения и устрашающей крепости. Валтор, к слову, выразил опасения по поводу его употребления, но Блум было глубоко плевать. Она чувствовала себя опустошенной и измученной, и единственное, чего она хотела, это хоть на время расслабиться. «Я просто устала, ясно?» – Тогда кто был тот человек? – спросил мужчина голосом, низким, с едва уловимыми нотками злобы. «Опа, походу малыш Эндрю ему не очень понравился… Ну да, что я хотела? Мальчишка показал себя не с лучшей стороны.» – Он… он сын моего старого друга. – Старого друга, – с сарказмом повторил Валтор, приподняв бровь. – Тому человеку, если опираться на его внешность, около тридцати лет. – Тридцать шесть, вообще-то, – поправила его Блум с легким раздражением в голосе. – И хватит его звать «тот человек», у него есть имя. Эндрю. Валтор фыркнул, точно услышал что-то нелепое. Его глаза сузились, словно у хищника, готовящегося к прыжку. Резким взмахом руки он телепортировал недопитый стакан девушки к себе на стол, заставив его бесшумно скользить по поверхности полированного дерева. – Эй! – возмущенно воскликнула Блум. – Тебе хватит, дорогая, – отрезал Валтор, не глядя. В голосе звучал стальной оттенок, не терпящий возражений. Проворчав что-то о темных магах и их мании контроля, Блум картинно закатила глаза и положила голову на подушку дивана. Из-под полуопущенных ресниц она взглянула на мужчину, оценивая реакцию. – Тиран. – И этим горжусь, – ухмыльнулся маг, обводя пристальным взглядом. Его губы изогнулись в самодовольной улыбке, явно наслаждаясь её недовольством. Воцарилась неловкая пауза, прерываемая лишь звуками потрескивающего камина. Валтор, казалось, изучал Блум, не иначе как экспонат в музее, пытаясь разгадать тайны. Наконец, он откашлялся, прерывая затянувшееся молчание. – Кхм, так на чём мы остановились? – На том, что цифры, судя по подсчетам, выходят не маленькие, – напомнила девушка, не отрывая взгляда от потолка. – Верно, дорогая. Отсюда возникает логичный вопрос: если полагаться на твои слова о путешествии во времени, сколько же тебе лет на самом деле? Рыжая приподнялась на локте и повернула голову в сторону Валтора. В её глазах сверкнула искорка озорства. – Неприлично спрашивать о подобном у женщины, – заявила она с притворной обидой в голосе. «Особенно у той, которая выглядит на восемнадцать, а помнит динозавров,» – мысленно добавила рыжая, но затем будто смирилась. «Алкоголь развязывает язык, а еще я сама хочу рассказать. Да, хочу. Как иначе? У нас образовались доверительные отношения, не хотелось бы их портить.» Взглянув на его вопросительно приподнятую бровь, точно говорящую «Серьёзно?», Блум тяжело вздохнула, опуская плечи и принимая обреченную позу. – Сто с хвостиком, – пробормотала она, украдкой взглянув на мужчину. Его обычно живое и выразительное лицо окаменело, а взгляд застыл, устремленный в никуда. Девушка, чувствуя необходимость хоть как-то разбавить повисшее напряжение, продолжила: – Когда я впервые встретила Генри, так зовут отца Эндрю, тому едва исполнилось пятнадцать лет. Он был… амбициозным юношей, полным энергии и планов на будущее, маленький ураган в человеческом обличии. Видимо, этим Эндрю пошел в него. Та же искра, тот же неугасаемый огонь. Сделав долгую паузу, Блум приняла сидячее положение, поджав ноги под себя. – В последний раз я видела этого мальчика, когда тому было около шести лет. Маленький, озорной мальчишка с вечно перепачканным лицом и жаждой приключений в глазах. Так что я совершенно не знаю, что с ним случилось. Каким он вырос, кем стал. В кабинете воцарилась звенящая тишина, нарушаемая лишь тихим потрескиванием поленьев в камине. Блум казалось, что время остановилось, и каждая секунда длится целую вечность. – Это ведь правда, да? – вдруг произнес Валтор, голос звучал тихо и неуверенно, боясь спугнуть внезапно возникшую возможность поверить во что-то невероятное. – А? – вопросила рыжая, повернувшись к мужчине. Наконец. Наконец-то, она увидела на его лице проблеск понимания. Лёд тронулся. Скептицизм и недоверие, будто отступая под натиском правды, сменились удивлением и осознанием. «Давно пора. Я тут уже больше часа распинаюсь.» Валтор медленно поднялся с кресла, обошел стол и остановился перед девушкой, всматриваясь в ее лицо с каким-то новым, неуловимым выражением. В его взгляде больше не было замешательства, лишь пытливое любопытство, с проблеском… жара в глазах. – Невероятно, – помолчав, мужчина продолжил. – И ты совсем не понимаешь, как попала сюда? – переспросил он, нарушая воцарившееся молчание. Блум покачала головой, спеша отвести взгляд. – Обрывки, вспышки… сон, – пробормотала она. – Я помню только, как ложилась спать в свою уютную постель во дворце Домино, а потом просыпаюсь – бац! – и вот я здесь, в твоем кабинете, пью сомнительный алкоголь и рассказываю небылицы про путешествия во времени. Уголок губ Валтора дрогнул в подобии улыбки. Он протянул руку и коснулся ее щеки, большим пальцем нежно проведя по коже. Тонкий аромат лаванды и смолы, который сопровождал его прикосновение, заставил сердце девушки замереть на долю секунды, а в глубине её существа что-то тихо, но уверенно, начало успокаиваться. И в этом мгновении она подсознательно прижалась ближе к руке, чувствуя тепло, исходящее от его пальцев, закрыв глаза, пытаясь удержать это ощущение. Блум услышала сверху прерывистый вздох, но она не обратила на него внимания, слишком поглощенная моментом. – …Кхм, значит… – проговорил Валтор, слегка освежив голос, собирая в слова вновь потерянные нити разговора. – Значит, вот какую информацию ты искала в тайных библиотеках? Перемещение во времени? Придя в себя, девушка едва кивнула, чувствуя, как щеки заливает легкий румянец. – Да. Я перерыла полным-полно всего и сразу, но… Лишь после нашего похода в Алфею мне удалось добыть одну книгу. Не скажу, что она дала много полезной информации, но, как по мне, я на верном пути. В Облачной Башне, кажется, должно быть продолжение. – Ты хочешь вернуться? – в его голосе прозвучала какая-то странная, трудноуловимая нотка. Осторожно присев рядом с ней, Валтор положил свою руку поверх ее, а Блум, совершенно не обращая внимания на перемещение мужчины, пребывая в своих мыслях, даже не понимала, что он настолько близко. – Я… Сказать честно? Нет. Я не хочу. Не сейчас. Я потеряла очень и очень многое на пути становления той, кем стала. Пожертвовала многим, чтобы достичь своей цели. Приобрела ли я что-то? Да, безусловно. Силу, знания, опыт… бесценный опыт. Но… может… Может, это шанс? Ну, знаешь, типа второго шанса, – девушка неосознанно сжала чужие пальцы. – Но если бы ты спросил меня об этом, когда я только переместилась в прошлое, я бы ответила: «Да пошли вы все к чёрту! Верните меня обратно.» – грустно посмеялась она, проведя свободной рукой по волосам, – но не сейчас. То есть, нет. Я понимаю, что оставила. Людей, которых я люблю, мир, который нуждается во мне. И понимаю, что, может, всё сложится не так, как хочется. Что я имею все возможности изменить ход истории к худшему. Но… я просто не могу не воспользоваться этим шансом. Не хочу упустить возможность исправить свои ошибки. Она так увлеклась рассказом, так погрузилась в свои воспоминания и размышления, что совсем не заметила, как ее радужка приобрела золотистый оттенок, словно в глубине зажглись маленькие солнышки, отражая силу Пламени Дракона. – Твои глаза… – Что? – встрепенулась девушка, точно выдернутая из глубокого сна. Валтор задумчиво посмотрел на нее, с каким-то восхищением. – Они вновь поменяли цвет. – Ааа, хаха, понятно. Хочешь спросить, как так? – Рыжая попыталась отшутиться, хотя сама чувствовала легкое беспокойство. – Да. Она повернулась к нему с улыбкой, стараясь скрыть нервозность. – Это довольно сложно. Но если упростить, то я не являюсь человеком. По большей части. Кстати, по этой причине ты почувствовал отголоски моей боли. Я, если говорить метафорами, окончательно вскрыла упаковку своего впечатляющего наследия. Мужчина на мгновение завис, а после очень странно посмотрел на неё. – Я не припомню в генеалогическом древе королевской семьи Домино кого-то, кроме людей. – И ты прав. Дело тут скорее в духовной составляющей, а уже потом в телесной. В моем случае духовная сила намного превосходит физическую. Вообщем. Все, что тебе нужно знать, так это я охренеть какая сильная и неубиваемая, – чуть погодя, она хлопнула себя по лбу, словно вспомнив нечто крайне важное. – А, и ещё бонусом бессмертная. Да, вот так вот. Не удивляйся, – закончила рыжая, кивая головой. От такого заявления, казалось, даже воздух в кабинете загустел от напряжения. Валтор опешил. Его обычно непроницаемое лицо исказилось гримасой изумления, словно он получил удар под дых. Мужчина явно был не готов к такому повороту событий. – Прошу прощения? – выдавил тёмный маг, голос звучал непривычно хрипло. – Да ладно, не делай такое лицо, будто я сейчас призналась, что пью кровь по утрам вместо кофе. Бессмертие – это скорее проклятие, чем благословение, знаешь ли. Видеть, как все, кого ты любишь, уходят, превращаются в пыль времени, а ты остаёшься. Наблюдать за тем, как рушатся империи, рождаются новые звёзды, а ты всё ещё здесь. Ну, ты меня понимаешь. Это не сказка о вечной молодости, а скорее вечная тоска, – пожала девушка плечами, со смирившимся голосом. Валтор молчал, переваривая услышанное. Он отвернулся к камину, и Блум видела, как напряглись мышцы на его шее. Тени от пламени играли на его лице, и девушка видела, как в его глазах мелькают тени сомнений и неверия, но они быстро сменяются чем-то вроде… облегчения? – Хотя, мне бы хотелось услышать подробности. Всё-таки, не каждый день узнаёшь, что кто-то приобрёл бессмертие. Но я действительно понимаю… и ты даже не представляешь, насколько… дорогая… – он запнулся, подбирая слова, боясь сказать лишнее. – О, представляю, – кивнула Блум головой, с грустной усмешкой. – В каком смысле? – резко повернулся тёмный маг к ней, сузив глаза. В них промелькнул какой-то дикий, почти звериный интерес. А потом, с запоздалой мыслью, спросил: – В твоём будущем, что стало со мной? «Опа. Я влипла. И как, прикажете сообщить?….. Представляю, ага, воображение хорошее: Знаешь, в прошлом мы с Винкс отправили тебя в утиль, приятель. Ты же не в обиде, да?…» – Нуу… Как бы сказать, – пробормотала девушка, чувствуя, что краснеет. Блум неловко почесала голову, прикусив нижнюю губу в тщетной попытке подобрать подходящие слова. – В моё время… тебя как бы… и нет. – Нет? – эхом повторил Валтор, в голосе явственно послышалось неверие. Он будто отказывался принимать услышанное, пытаясь найти в словах Блум скрытый смысл, подвох, ложь. – Что значит – «нет»? Я погиб? – а потом, испугавшись собственного вопроса, он резко мотнул головой, тут же отрицая. – Это невозможно. Меня заточили? – затопленным страхом закончил маг, и девушка увидела в его глазах проблеск уязвимости. – Вообще-то способ есть, – не подумав выпалила она. Мужчина повернулся к ней, широко раскрыв веки. – Что? Блум глубоко вздохнула, собираясь с духом. Нужно рассказать правду, какой бы горькой ни была. «Нет смысла скрывать. Раз уж говорить правду, то говорить всю. По крайней мере, про ту, что он спрашивает. Иными словами, выдавать порционно.» «Как будто подносишь яд маленькими ложечками, чтобы не сразу отравился», – подумалось ей. – Видишь ли, в моей молодости, – начала она, чувствуя, как подрагивает голос, – мы с тобой, мягко говоря, не ладили. Настолько не ладили, что мы с феями тебя… Эээ, как выразиться помягче? Валтор молчал, прожигая её взглядом, ожидая продолжения. Напряжение в комнате достигло предела… если, конечно, можно считать пределом ситуацию, когда ты должна объяснить злодею, как именно его убила в другом времени. – … ты.. ты… «Оо, у кого-то короткое замыкание. Кажется, я его сломала.» – … Ты… Убила меня?! – наконец выдавил он, в гневе. «Ах, вот оно что. Дошло, как до жирафа, на седьмые сутки.» – Справедливости ради, не я одна. Это своего рода коллективное усилие. Винкс объединились, использовали всю свою силу, и остановили тебя. И… ну, да, в итоге ты исчез. Но не волнуйся, я же здесь, чтобы всё исправить, разве нет? – Блум попыталась разрядить обстановку шуткой, но получилось не очень убедительно. Валтор продолжал сверлить взглядом, в котором читалось целое море эмоций: гнев, недоверие, растерянность и даже какая-то болезненная обида. Концентрация его магии в этот момент была невероятной. Пространство вокруг наэлектризовалось, а в воздухе запахло озоном. Девушка, почувствовав эмоции мужчины, лишь хотела успокоить его, положив свою руку на плечо. Но из-за того, что Блум сняла печать, её собственная магия решила устроить вечеринку и переполнилась, как бак бензоколонки, и, видимо, она среагировала на магию Валтора, со всей силы отбросив мужчину в сторону. – Ой, – еле слышно смогла вымолвить ошарашенная Блум. Девушка так и осталась сидеть на диване и, хлопая глазами, замерла, не понимая, что произошло. Тёмный маг, совершенно не ожидавший нападения, на чистых инстинктах смог сгруппироваться и плавно приземлиться на пол, избежав серьёзных травм. Он стоял, опустив голову, будто собираясь с мыслями, а вокруг него клубилась огненная энергия. «Вот это я влипла….. Так. Надо валить.» Повисло оглушительное молчание, но Блум нарушила его, медленно вставая с дивана. – … Спасибо за гостеприимство, но я, пожалуй, пойду, всего хоро… Не успела девушка договорить, как в неё полетел сгусток энергии, от которого она ловко увернулась, мгновенно протрезвев. Охваченная паникой, рыжая отпрыгнула в сторону, готовая к защите. – Блум, – прорычал тёмный маг, надвигаясь. В его глазах больше нет сомнения или растерянности – только гнев и жажда мести. – Валтор, подожди! Давай поговорим! – попыталась остановить его рыжая, но было уже поздно. Он обрушил град заклинаний, одно за другим. Девушка едва успевала уворачиваться, понимая: ситуация вышла из-под контроля. Она не хотела сражаться, особенно сейчас, когда сняла печать и её магия нестабильна, но Валтор не оставлял ей выбора. – Ты лгала мне! – кричал он, метая молнии и сгустки тёмного пламени. – Я хотела всё исправить! – парировала Блум, отбивая очередное заклинание энергетическим щитом. Щит затрещал и рассыпался, но дал ей несколько драгоценных секунд, чтобы увернуться от следующего удара. «Что ж ты такой обидчивый?! Как будто сам не горел желанием спровадить меня на тот свет!» Битва разгорелась с новой силой. Кабинет заполнился вспышками света и тьмы, треском магии и запахом гари. Мебель разлеталась в щепки, стены покрывались трещинами, а ковёр под ногами превратился в лохмотья. Блум и Валтор кружились в смертельном танце, обмениваясь ударами и контратаками. Девушка была охвачена яростью. Её невероятно бесило, что он не дал возможности объяснить ситуацию, что Валтор, вечно подозревающий всех и вся, надумывает лишнего из-за своей паранойи. Она честно признавала, что и сама бы отреагировала не лучше на такие шокирующие новости, но его мгновенная агрессия выводила из себя. Ярость подстёгивала магию, заставляя забыть о страхе и осторожности. В слепой злости девушка, ведомая этим чувством, неосознанно высвобождала всё больше и больше силы. Дремлющая в крови магия пробудилась, проявляясь не только в золотом блеске глаз, как обычно, но и возрождая древние, могущественные аспекты её драконьей сущности. Печать пала, и помимо заметных рогов, изящно уходящих назад, из поясницы взметнулся длинный, гибкий хвост, покрытый мерцающей чешуёй. Он яростно хлестал воздух, отражая клокочущий внутри огонь. Валтор, ошеломлённый преображением, застыл, отступая на шаг. Нездоровый интерес вспыхнул в его глазах, когда мужчина жадно осматривал каждое изменение в её облике, стремясь запечатлеть раскалённым клеймом в глубине памяти. В нём боролись удивление и восхищение, но Блум не дала времени насладиться зрелищем. С собранной яростью и концентрацией она направила свою магию в одно мощное заклинание, соткав вокруг себя кокон из Драконьего Пламени. С оглушительным треском энергия вырвалась наружу, будто из жерла вулкана, и обрушилась на Валтора, не оставляя ему ни единого шанса на уклонение. В последний момент маг попытался сотворить защитный барьер, но пламя Блум было слишком сильным. Заклинание прорвало защиту, подобно бумаге, и с огромной силой впечатало Валтора в ближайшую стену. Бах! Удар был такой силы, что каменная кладка покрылась глубокими трещинами, а он сам припал к полу, без единого звука. На долю мгновения, на одно чёртово мгновение, Блум захлестнул леденящий душу страх. Неужели она перешла черту? Неужели её действия повлекли за собой непоправимое? Но тёмный маг, как восставший из мёртвых, начал медленно шевелиться. Вокруг него, словно ядовитые змеи, заструились потоки тёмной энергии, сигнализируя о грядущей трансформации. Резким, отчаянным движением он сорвал с себя плащ, который до этого скрывал истинную, чудовищную сущность. Впрочем, это действие едва ли имело смысл: простая рубашка не выдержала напора изменений, происходящих с телом мага. Ткань затрещала и порвалась, открывая взору жуткое зрелище. Из спины Валтора, прорывая кожу и мышцы, показались огромные жилистые крылья. На концах зловеще поблескивали острые крючки, как у летучей мыши. Сзади появился длинный, чешуйчатый хвост, ударивший воздух с угрожающим свистом. А на голове, будто корона, образовались острые рога, уходящие вверх, завершая демонический облик. Узкий, вертикальный зрачок Валтора, подобный игле, неотрывно следил за каждым движением Блум, оценивая и просчитывая. Губы скривились в оскале, обнажая хищные клыки. Девушка не успела толком осознать происходящее, как тёмный маг с невероятной, сверхъестественной скоростью переместился к ней за спину. Он обрушил заклинание, сотканное из чистых эмоций. Рыжеволосая, повинуясь инстинкту самосохранения, в последнюю секунду смогла увернуться от прямого попадания, прикрываясь потоком пламени. Заклятие, пролетев мимо, с громким звуком обрушилось на стену, пробив её насквозь и оставив после себя зияющую дыру, откуда виднелось рассветное небо. Блум, мгновенно оценив ситуацию, поняла: вот он, шанс. Быстро трансформировав из-за спины крылья дракона, мощным взмахом поднявшись в воздух, рыжая обогнала клубы пыли и осколки камней. Но не успела девушка набрать высоту, как за ней, словно тень, устремился Валтор. Его тёмные, кожистые крылья, казалось, дышали потусторонним холодом, расправляясь с неторопливой грацией. Он взмыл в небо, заслоняя собой робкие лучи восходящего солнца, отбрасывая крупную тень. Демонический облик, с заострёнными рогами, увенчивающими голову, в этот момент казался воплощением Люцифера – падшего ангела, сохранившего отблеск былого величия, но навеки погружённого во тьму. И тут, в небесах, вновь началась яростная схватка. Валтор атаковал первым, обрушивая на Блум град тёмной магии. Девушка, едва успевая уворачиваться, парировала атаки огненными шарами, стараясь держаться на расстоянии. Небо над Облачной Башней озарялось вспышками света и тьмы, напоминая о бушующей грозе. Ветер завывал, срывая листья с деревьев, а земля содрогалась от взрывов. Взмахом крыльев, создавшим мощный порыв ветра, Блум заслонила себя от очередной волны тёмной энергии, одновременно превращая этот порыв в подобие энергетического щита. Она быстро сконцентрировала огненную магию, создавая слепящий шар, заставляя теперь уже Валтора отбиваться, уклоняться, прикрывать лицо рукой от обжигающего жара. Так продолжалось снова и снова – будто бесконечное танго. Кто-то атаковал, обрушивая всю свою мощь, кто-то отступал, маневрируя и выжидая удобного момента для контратаки. Но никто не сдавался, никто не боялся, никто не бежал. В критический миг, когда два потока силы устремились навстречу друг другу, выпущенные по воле их могущественных владельцев, произошла непредвиденная катастрофа. Это столкновение, казалось бы, неизбежное, стало роковой ошибкой, которую ни Блум, ни Валтор не могли предвидеть. Из-за их глубоко укоренившейся связи магия проявила непостижимую строптивость. Она взбрыкнулась, словно дикий мустанг, отказываясь воевать против самой себя, против отголоска собственной сущности, заключённого в другом потоке энергии. Вместо ожесточённой схватки, два энергетических вихря, достигнув точки соприкосновения, породили мощнейший выброс, отбросивший Блум и Валтора назад, будто тряпичных кукол, в противоположные стороны. - ???? Девушка, застигнутая врасплох, проявила поразительную волю и самообладание. В полёте, несмотря на секундное замешательство и удивление, отразившееся на лице, она быстро сконцентрировалась и стремительно влетела обратно через зияющую пробоину в стене – в кабинет директрисы Гриффин. Не прошло и пары секунд, наполненных звенящей тишиной, как за ней, подобно хищнику, последовал и Валтор. Его лицо, обычно скрытое маской надменного спокойствия, сейчас наполнено желанием схватить добычу. Оба не выглядели измученными до предела, но их дыхание стало прерывистым, неровным, выдавая напряжение и колоссальные затраты сил. Они пристально смотрели друг на друга, взгляды – подобно клинкам, скрещенные в безмолвном поединке. Каждый читал в глазах противника свою победу или своё поражение. Кто сломается первым? Кто отведёт взгляд, дрогнет, уступит, тем самым признав превосходство другого? Или же воля к победе окажется настолько сильна, что позволит одному из них черпать силы из самой бездны, чтобы нанести последний, сокрушительный удар? Блум хотела продолжить магическую дуэль, искры пламени уже плясали на кончиках её пальцев (честно говоря, она просто не могла остановиться, адреналин бурлил в крови, подстёгивая к действиям). Но, вспомнив о недавнем инциденте со странным сбоем их связи, девушка не рискнула снова полагаться на магию. А потому, действуя на чистых инстинктах, повинуясь первобытному зову, с громким, утробным рычанием, вырвавшимся из её груди, рыжеволосая бросилась на Валтора разъярённой тигрицей, сбивая с ног прежде, чем тот успел среагировать. Мужчина, не ожидавший столь яростного и бесцеремонного нападения, потерял равновесие и рухнул навзничь, увлекая за собой Блум. Падение было стремительным, но едва ли болезненным. Как только он пришёл в себя, пытаясь осознать произошедшее, девушка с угрожающим рыком, полным первобытности, начала ожесточённо бить по полу своим драконьим хвостом, поднимая клубы грязи, вжавшись своим телом в тело противника, впечатывая его в каменный пол. На мгновение мужчина заворожённо застыл, даже не пытаясь сопротивляться. В глазах мелькнуло удивление, смешанное с другими, более примитивными чувствами. Однако, в своем мимолётном отвлечении, он совершенно не обратил внимания на то, что их ожесточенная схватка вызвала дальнейшее разрушение и без того пострадавшего кабинета. Трещина в стене, образовавшаяся после магического столкновения, коварно перебралась на потолок, паутиной расползаясь по его своду. И вот, часть из массивных потолочных плит, не выдержав, предательски отделилась и с гулким грохотом начала падать вниз. Валтор, всё ещё пребывая за очень увлекательным, по его мнению, занятием (разглядыванием Блум), заметил падающий предмет лишь краем глаза. Секунды сжались до мгновений, и в этот критический миг сработали чистые рефлексы. Не раздумывая, повинуясь желанию защитить, даже не вспомнив о возможности использовать магию, он совершил молниеносный рывок. С невероятной силой и ловкостью мужчина перевернул их, оказавшись сверху, и полностью накрыл их своими большими, тёмными крыльями, подобно живому щиту. Мир Блум поменялся в одно мгновение, когда в глаза ударила неотвратимо надвигающаяся потолочная плита. Она видела, как отслаивается краска, осыпаются песчинки, предвещая неминуемый удар. Но как только плита коснулась крыльев Валтора, вместо оглушительного звука и болезненного крушения, плита рассыпалась на миллионы крошечных осколков, превратившись в безобидную пыль, медленно оседающую на пол. Блум замерла, даже перестав дышать. Глаза были широко раскрыты от изумления и потрясения, в них читались непонимание сложившейся ситуации. Её ноги, всё ещё находившиеся на талии Валтора, образовывали весьма компрометирующую позу, подчёркивающую их близость. Руки, с острыми когтями на кончиках пальцев, непроизвольно впивались в предплечья мужчины, оставляя на его коже едва заметные следы. Дыхание, и без того сбившееся, теперь окончательно потеряло ритм, став частым, прерывистым сопением. Валтор, словно загипнотизированный, замер, ощущая вес её ног на себе. Никто не произносил ни слова. Время будто поставили на паузу, оставляя их наедине в мире, ограниченном лишь руинами кабинета и сдавленным дыханием. Его глаза, обычно холодные с долей сарказма, сейчас пылали странным огнём. Они изучали, прижигали каждый миллиметр кожи, скользили по изгибам тела, обводя особенности фигуры – сильные, сложенные сейчас под ней крылья, упирающиеся в пол рога. Он видел каждую деталь: легкую дымку от огненной магии, трепещущие ресницы, обрамляющие широко распахнутые глаза с золотой радужкой. Почему-то её дыхание становилось все более частым и неровным. Почему-то сердце, до этого бешено колотившееся в груди, вдруг потеряло свой ритм, заменив на трепетное, замирающее биение. Почему-то на щеках появился нежный, едва заметный румянец, будто первые лучи восходящего солнца коснулись кожи. И почему-то, смотря на лицо Валтора, с точно таким же румянцем, проступившим на его бледных щеках, она думала о том, каким… милым он кажется. Да, она знает. Прямой разрыв шаблона. Абсурд в высшем проявлении. Но почему-то эта мысль, казавшаяся невозможной и, учитывая весь его облик в данный момент, кричащий о смертельной опасности, всё равно подводила к такому восприятию. Эта мысль промелькнула в голове, оставив за собой странное, необъяснимое послевкусие. Неожиданно Валтор пошевелился, нарушая хрупкое молчание. Движение было почти неощутимым, он, судя по лицу, даже сам не осознавал, что делает. Его хвост, сильный и мощный, украшенный сверкающей тёмной чешуёй, осторожно, как будто боясь спугнуть, приблизился к её хвосту, едва ощутимо соприкасаясь чешуйками и гребнями, образуя странное, необъяснимое единение. Этот тайный, интимный момент, казалось, был рождён из нелепых обстоятельств, предназначался только для них двоих. Но, к сожалению или к счастью (как посмотреть), их грубо прервали громким звуком распахивающейся двери. Забыв о всякой осторожности, не считаясь с возможной опасностью, в кабинет, или то, что от него осталось, ворвались перепуганные, взъерошенные Трикс. Ведьмы, обычно надменные и уверенные в себе, сейчас дрожали от страха и волнения. В шоке и ужасе они осматривали все вокруг, пытаясь понять, что произошло, кто виноват. И тут их взгляды, не иначе притянутые магнитом, наткнулись на две переплетённые фигуры, застывшие в двусмысленной позе посреди хаоса. – Что за… – А-а! – испуганно воскликнула Сторми, отшатнувшись назад. В панике она задела двух других ведьм, заставив их споткнуться и едва не упасть. Валтор, услышав пронзительный звук, резко повернул голову в сторону нарушительниц, сверкнув клыками. В его взгляде читалась смертельная угроза, предупреждение не приближаться, не мешать. Из его груди вырвалось рычание, подобное рыку дикого зверя. Инстинктивно он прикрыл Блум своим телом, заслоняя от постороннего внимания. Она же, очнувшись от какого-то наваждения и осознав всю ситуацию, резко взмахнула хвостом, сбрасывая с себя мужчину, не ожидавшего подобного подвоха. Валтор, застигнутый врасплох, потерял равновесие, пока был сосредоточен на ведьмах. Он с трудом удержался, быстро перевернувшись и встав на колени, готовясь к новой схватке. А Блум, собравшись с духом, ловко вскочила на ноги, чувствуя, как кровь приливает к лицу. Она все еще не до конца осознавала произошедшее, ощущая головокружение и странное оцепенение, смотря на собравшихся в разрушенном кабинете. Трикс, словно парализованные, даже не смели пошевелиться. Их рты широко открыты от изумления, а глаза, точно теннисные мячики, беспорядочно переводили взгляд с мужчины на неё, пытаясь сложить разрозненные кусочки в общую картину. Рассудок, долго блуждавший в тумане, наконец вернулся к Блум, и она судорожно выдохнула, пытаясь унять предательскую дрожь в коленях. Когтистая рука неловко скользнула по спутанным волосам, случайно задев острый кончик рога. Встревоженный взгляд девушки столкнулся с прожигающим взглядом мужчины, который до этого пожирал её глазами голодного зверя. В этом взгляде клубились ярость и досада, обжигающая страсть и какое-то странное, почти болезненное обожание. – Я не пыталась тебя убить, придурок, – прошептала Блум и втянула крылья. Они исчезли, растворились в воздухе, оставив лишь легкий след ускользающего тепла на спине. Открыв портал и резко взмахнув хвостом, словно пытаясь отбросить всю неловкость и невысказанные слова, она, не оглядываясь, шагнула в ослепительное сияние. *** В голове пульсировал настойчивый вопрос, назойливо и совершенно беспощадно шепча: «Что теперь делать?». Блум, уставившись в пространство, мысленно задавала его себе вновь и вновь. Она сидела на неудобном, потертом стуле в огромном зале, до отказа набитом возбужденно перешептывающимися студентками и строгими, немного встревоженными профессорами. Солнечный свет, проникавший сквозь огромные витражные окна, окрашивал зал в мягкие тона. Красный, синий, зеленый – каждый оттенок играл на поверхности пола, создавая впечатление таинства, предваряющего важную молитву. И вот, в этой атмосфере трепета она понимала, что реальность оказалась далека от её ожиданий. Честно говоря, девушка представляла многое, но никак не то, что все закончится именно так. Боже, помоги ей! Как с задушевного диалога можно перейти к драке, а после закончить сценой из начала какого-нибудь фильма 18+? Нет, ну правда. Как? Вот она и пыталась понять. Как. После их… э-э… диалога. Это ведь можно так назвать, да? Вообщем, после, Валтор не отправился за ней следом, не связывался по ментальной связи, и как-либо ещё. За это она, наверное, должна быть ему благодарна. После всего, что между ними произошло, ей отчаянно нужно время, всё обдумать. Действительно, всерьёз подумать. Как вести себя с ним дальше? Каких действий ожидать от него? И, в конце концов, что между ними вообще происходит? Одно было ясно – как прежде уже не будет. И эта неизвестность пугала до дрожи. А еще, через пару дней ей предстоял разговор с Дафной. Она навестила её почти сразу после инцидента с Валтором и выяснила - старшая сестра еще не восстановилась (а ещё, что Эндрю действительно не оставил следов. Гадёныш.) Состояние сестры вызывало у Блум тревогу, но она не могла ей помочь, нужно ждать и пока сосредоточиться на текущих проблемах. «Ладно, всё, хватит самокопания,» – мысленно приказала она себе и попыталась вернуться в настоящее. Девушка сидела в компании Винкс, стараясь не выказывать своего замешательства, смотря на круглую сцену в центре зала. На ней, величественная и невозмутимая, стояла директриса Фарагонда. Рядом, как верный адъютант, возвышалась Гризельда, её правая рука, символ дисциплины. И только последняя студентка заняла свое место, Гризельда откашлялась, призывая к тишине, а Фарагонда обвела взглядом собравшихся. – Девушки, – торжественно начала она, – в связи с последними обстоятельствами, я вынуждена сделать важное объявление. Все взгляды в зале немедленно обратились к директрисе, ожидая, что последует дальше. В воздухе повисло напряженное молчание. «Так, а вот это уже интересно. Что за объявление намечается?» – пронеслось в голове Блум, когда Фарагонда закончила свою вводную речь. Внутри неё нарастало томительное предчувствие. – Как некоторым из вас уже известно, на свободе находится опасный преступник, темный маг Валтор, – прозвучал голос директрисы, отчетливо слышный в наступившей тишине. По залу прокатился тихий шепот, словно порыв ветра в листве деревьев. Винкс, сидевшие рядом с Блум, заметно напряглись, обменявшись встревоженными взглядами. «Новость, конечно, потрясающе познавательная, особенно учитывая её свежесть, – язвительно подумала рыжая, мысленно закатывая глаза. – Бабуль, мистер дьявольская улыбка уже как несколько месяцев гуляет на свободе, очнись!» – Не так давно он захватил Облачную Башню, – продолжила Фарагонда, пытаясь добавить значимости своим словам. «Как бы тоже не новость. Попробуй еще раз, – парировала в уме девушка, чувствуя, как нарастает раздражение. – Может, что-то более оригинальное расскажешь?» – Подобные тревожные сведения дошли до многих родителей, которые выразили обеспокоенность за безопасность своих дочерей, – произнесла женщина, стараясь сохранить невозмутимый вид. «Серьезно? Только "выразили обеспокоенность"?» – мысленно усмехнулась Блум. – «Скажи прямо, дорогуша, они тебе устроили взбучку по первое число! Но их можно понять. Если бы мой ребенок оказался в эпицентре чёрт знает чего, я бы от школы камня на камне не оставила». – Многие небезосновательно подозревают, что следующей целью Валтора может стать Алфея, – наконец произнесла Фарагонда, и эта фраза, казалось, повисла в воздухе, подобно предзнаменованию. Студентки на мгновение затихли, будто громом пораженные, но затем вновь принялись перешептываться, обмениваясь испуганными взглядами. Паника постепенно начинала захватывать зал. «А вот это вряд ли, – подумала Блум, нахмурив брови. – Хотя… если он вдруг решился лично вызвать меня на разборки, тем самым отомстив за прошлый раз, то всё возможно». Она почувствовала, как по спине пробегает холодок. «…Подождите-ка, вы хотите сказать…?» – пронеслось в голове с нарастающим беспокойством. – Это не просто так, дорогие мои, – продолжила Фарагонда, её голос стал более серьезным и проникновенным. – Думаю, для вас не будет секретом история его заточения и то, на кого Валтор охотился. Как по команде, все взгляды в зале устремились на неё. Блум почувствовала, как кровь отливает от лица. Она знала, что следующим словом женщина назовет ее имя. «Я в глубокой заднице. Кажется, у меня скоро будет туда абонемент постоянного клиента. Совсем забыла, что старушка Фарагонда должна была меня жестко подставить именно в этот момент,» – пронеслось в голове, пока директриса плела паутину слов. Внутри всё закипело от возмущения. – Поэтому родители некоторых студенток высказали своё мнение по этому поводу, желая, чтобы я его исполнила, – торжественно произнесла Фарагонда, не иначе объявляя приговор. «Спасибо. Огромное спасибо, – мысленно взвыла девушка. – Вместо того, чтобы сказать только мне, или как-то по-другому решить эту чертовски деликатную ситуацию, не выставляя на всеобщее обозрение, что делает эта манипулирующая сука? Правильно! Выставляет на всеобщее обозрение!» Ярость клокотала в ней, словно лава в жерле вулкана. Она смерила Фарагонду взглядом, но директриса упорно избегала ее глаз, будто Блум была прокаженной. Зато остальные ученицы в зале, как стайка голодных волков, открыто пялились, перешептываясь и строя самые невероятные догадки. Девушка же лихорадочно перебирала в уме все известные ей способы пыток, стараясь сдержать рвущийся наружу гнев. «Я знаю, для чего она это делает. Тут и ежу понятно, – злобно подумала Блум. – Она хочет выставить себя в наилучшем свете. Причём перед всеми. Сейчас начнет рассказывать, как она заступается за меня, бедную и несчастную девочку. А позже, когда несчастная девочка в порыве благородства уйдет (а как иначе, ведь ей вдолбили в голову героическую глупость), чтобы не подвергать остальных опасности, директриса все равно останется хорошей и замечательной. Ведь она, по сути, выполнит приказ «свыше». Останется только похвалить за смекалку и умение выкручиваться.» Девушка чувствовала себя пешкой в чужой игре, и это вызывало приступ тошноты и гнева. – Блум, как последний член королевской семьи Домино, находится под прямым ударом со стороны Валтора. И многие родители, опасаясь за безопасность своих детей, выступили с требованием о её отчислении, – прогремел голос Фарагонды. Винкс отшатнулись в панике, их лица исказились от ужаса и возмущения. Некоторые из них вскочили со своих мест, выкрикивая гневные протесты. В зале поднялся настоящий хаос. «Ну, ты загнула,» – ядовито подумала Блум, скрестив руки на груди. – «Моя милая Рапунцель из Башни даже в другой временной линии всячески старался не задеть меня, что уж говорить про «прямой удар». По сути, я сама нарывалась и лезла, куда не следовало. Впрочем, однажды ему просто наскучило танцевать этот бессмысленный танец, и он решил избавиться от назойливой и неумелой партнерши. Но, в любом случае, это было давно. Если уж ставить вопрос ребром сейчас, то под ударом буду не я, дорогуша, а ты. И ты, лживая стерва, об этом прекрасно знаешь. Но кто я такая, чтобы портить тебе твой драматичный монолог?» Внутри нее клокотала злость, но внешне она старалась сохранять невозмутимость. – Тишина! – не выдержала Гризельда, чей голос, словно хлыст, прозвучал над потоком возмущенных криков. Все резко затихли и поспешно вернулись на свои места. Атмосфера в зале стала еще более напряженной. – Кхм, – откашлялась Фарагонда, собираясь с мыслями. – Я, как директриса Алфеи, не могла согласиться на такие условия. Я всегда отстаивала и буду отстаивать своих учениц, невзирая на обстоятельства. – Не успела женщина закончить фразу, как Винкс разразились радостными аплодисментами, благодарные за поддержку. Их примеру последовали и многие другие феи, искренне веря в справедливость слов директрисы. – Те люди, кому не нравится мое решение, вольны искать другое учебное заведение для фей, – твердо заключила Фарагонда, в голосе не было ни тени сомнения. В этот момент несколько учениц, под взглядами остальных, с каменными лицами поднялись и, не проронив ни слова, направились к выходу. – Блум! Ты остаешься! – пронзительно воскликнула Стелла прямо ей в ухо, буквально выведя из оцепенения. «Зачем же так орать?!» Неожиданно, будто её огрели пыльным мешком из тёмного угла, буквально заставляя взглянуть на картину в целом, Блум уловила запах выгоды из всей ситуации. «…» «О! Я ведь действительно могу всё послать….» «Будет ли это безответственно?.. Едва ли, как по мне. От Эндрю ни слуху ни духу. С Дафной я могу связаться с помощью кулона, а печать уже снята. Остаётся из насущных проблем только книга, но мимо Валтора незаметно я не проскочу. А встречаться с ним в ближайшее время… Хаа, » – незаметно потерла она висок, поджимая губы. – «Мне нужно подумать. В любом случае, не сейчас, так позже, я бы всё равно отправилась на каникулы.» Резко встав со своего места, немного напугав окружающих внезапностью, она решительно заговорила: – Мисс Фарагонда, я ухожу, – отрезала рыжая, не обращая внимания на испуганные восклицания Винкс. – Я не хочу подвергать других опасности. Я ухожу из Алфеи. Встретившись взглядом с Фарагондой, девушка заметила в глазах секундное замешательство, но под ним она чётко видела одобрение. – Блум, вы уверены в своём решении? – спросила директриса. – Мы способны вас защитить. – Да, уверена, – твердо ответила Блум, стараясь не выдать саркастическую усмешку. «Способны они, как же!» – Вы сдали все необходимые экзамены? – уточнила женщина, как будто в самом деле пытаясь зацепиться за последнюю соломинку. – Да, – утвердительно ответила девушка, не отводя взгляда. – Хорошо, – кивнула Фарагонда, вздохнув. – В таком случае, вы уйдёте на каникулы на неделю раньше положенного срока. - подчеркнула она, что не отпускает ее насовсем. Кивнув головой, Блум решительно высвободилась из цепких рук Винкс и направилась к выходу, сопровождаемая сотнями взглядов, полных удивления, страха и любопытства. Шепот преследовал ее на каждом шагу. «Надоело. Мне нужен отпуск от всего этого кордебалета,» – думала рыжая, тяжело вздыхая. – «Я официально посылаю Магический мир к чёртовой бабушке и ко всем её родственникам. Беру перерыв и точка! А иначе…» Она остановилась, задумавшись. «Иначе от чудесного дурдома под названием Алфея останется лишь горстка пепла.»