Kindling

      Закончив заполнять обязательную "дообеденную" часть документов, Ольга, достав из строгой сумки-портфеля небольшой контейнер с едой, наконец, могла пойти пообедать. Закрыв кабинет, пройдя по коридору и свернув направо, она остановилась у двери, услышав знакомые голоса.       — Саша, мы же "выходные" завтра? - это был Козлов, по-видимому, обращавшийся к Зориной.       — Ну, да. А что? - нейтральный голос девушки прозвучал в ответ.       — Да так, хотел предложить куда-нибудь сходить. В бар, может? Недавно по работе были, а так - когда нам ещё?       — В тот же, что-ли?       — Да нет, я ж не сумасшедший. - издал смешок оперуполномоченный. — В "Барбоса" можно.       Небольшая пауза.       — А давай. Всё равно дома будет делать нечего. Вызовут, тогда прямо так и поедем. Хоть отдохнем, как люди.       — Ну всё, замëтано, в субботу, значит - в бар.       « В бар... Что там делать-то? На нашей службе даже выпить нормально нельзя. Ну, их дело. » - подумала майор, мотнула головой и зашла в комнату.       Зорина и Козлов были там только вдвоём, и оба обернулись на внезапно появившуюся в дверном проеме Ольгу Александровну.       — Товарищ майор. - по привычке чуть приподнялся с места Козлов, держа в руках бутерброд.       — Товарищ майор. - Зорина сидя поприветствовала зашедшую начальницу, поставив кофе из автомата на столик.       Никитина кивнула им и, более не обращая внимания на своих подчиненных, с нечитаемым выражением лица прошла к микроволновке.       Разговор пришлось прекратить. Пусть это и было дозволено в свободное время, в присутствии Никитиной все немного мялись. Есть никто не мешал, однако Александре кусок в горло не лез при начальнице, и она не понимала причину такого своего состояния. Девушка списывала всё на нервное напряжение. Стоило Никитиной закончить разогревать свой обед и выйти, как Козлов продолжил болтать с набитым ртом.       На деле же - зам начальника никуда не уходила, а из любопытства осталась послушать, о чем говорит Козлов с Зориной. Обычно она бы не стала подслушивать чужие разговоры, но сейчас что-то подсказывало ей, что услышанное может оказаться занимательным. Голос оперативника было отчётливо слышно даже из глубины полупустой комнаты отдыха.       — Чёт не услышал, как она зашла. Ольга Александровна, интересно, ходит вообще в такие места?       Никитина нисколько не удивилась, когда первым делом услышала своё имя.       « Началось... » - закатила глаза майор.       — Не думаю. - послышался голос Зориной.       — Интересно, а она замужем? - на этих словах Ольга уже напряглась, но оставалась стоять у стены неподвижно.       — Не знаю. Я слышала, обсуждали, что она какое-то время носила обручальное кольцо, а потом перестала. - ответила Зорина.       Никитина нервно сглотнула.       — Ниче себе. - прозвучал удивленный голос Козлова.       — А что?       — Да ничего. Эта Никитина - загадка прямо. Никто о ней ничего не знает. Она ни с кем дружбы же не водит. Странная какая-то.       — Она же наша начальница. С чего бы ей с кем-то из нас "дружить"?       « Золотые слова, Зорина... Ну хоть ты в этом не участвуешь. » - слабо обрадовалась майор в своих мыслях.       — Ну, я имею ввиду, за три года, что мы тут работаем, ни разу не видел чтобы она с кем-нибудь из начальства чай пила или хихикала, как, например из следственного Бондарь. - майора Ирину Бондарь, заместителя начальника следственного отделения, все знали как дисциплинированную, однако весёлую женщину. Она, в противовес Никитиной, часто позволяла себе шутки в разговоре и доверительные, даже дружеские отношения на работе.       — Значит, она просто такой человек. Необщительный. - сомневаясь, что подобрала нужное слово, ответила Александра.       Эта необдуманная характеристика, однако, чуть задела Никитину.       « Необщительная. Необщительный человек. » - про себя повторила майор, будто разучивая слово.       — Она тебя отчитывала тогда, кстати, за нарушение устава?       — Нет. Просто предупредила меня с утра, когда к ней прибежала. Потом мы с ней стояли курили, она меня даже похвалила... А вот Климкина меня зачем-то решила отчитать. Угрожала, что напоёт начальнику отдела в уши, и он меня отстранит. - раздраженно пожаловалась Зорина.       « Климкина. Надо будет взять её на заметку. Совсем уже позабыла, где находится. »       — Да куда ей, падле? Слушай, а ведь Никитина к тебе хорошо относится, лояльно. Она вообще никого не хвалит, по-моему. Тем более - лично.       — Ну, да, наверное. - задумчиво произнесла Александра.       — Любимица её ты. - видимо, в шутку сказал Иван. Никитина про себя усмехнулась.       — Ну да, конечно. Ваня, всё, хватит уже. - Зорина коротко рассмеялась и шутливо толкнула оперативника в плечо. Обсуждать начальницу было не по себе, и она старалась уйти от темы.       Никитина прикрыла глаза на мгновение и беззвучно вздохнула. По крайней мере, в этот раз ничего "криминального" о ней не говорили. Еда в контейнере остывала, а продолжать слушать расспросы Козлова она была не намерена.       « Это и за сплетни считать нельзя, наверное. »       Никитина аккуратно повернулась и прошла несколько метров, стараясь не шуметь, а потом обычным шагом направилась в свой кабинет. В комнате отдыха где-то из коридора снова послышались знакомые всем гулкие шаги. Оба оперативника инстинктивно повернулись в сторону приоткрытой двери, но ничего не заподозрили. Перерыв подходил к концу. Громкий стук в дверь нарушил послеобеденное умиротворение в кабинете. Ольга быстро достала зеркальце из кармана, пальцем поправила чуть поплывшую помаду и убрала обратно. — Можно, войдите. - четко и громко оповестила майор стоявшего за дверью.       — Ольга Алекс... То есть, товарищ майор! - чуть ли не "влетел" в кабинет молодой оперуполномоченный с папкой.       — Младший лейтенант Серов, что у вас произошло?       — По делу «268» - незаконный наркосбыт через автомастерскую на Советской. Установлены два подозреваемых: один - работник сервиса, второй - таксист, курьер. Сегодня утром при поддержке наркоконтроля и СОБРа провели задержание. Изъяли около тридцати свёртков вещества, по заключению экспертизы - метадон, 4MMC.       — Так, у дежурного зарегистрировано, печать, дата... - Никинита пробежалась взглядом по "формальным" частям и продолжила читать документ. — Было выявлено... Хранился на складе... Подозреваемые в хранении и передаче наркотиков Герасимов Игорь Анатольевич и Демченко Руслан Игоревич... Задержаны и в КПЗ... Хорошо. - обобщенно прокомментировала она и хотела было добавить что-то ещё, как сразу вспомнились недавние слова Козлова.       « Я хвалю. За действительно хорошую работу. »       — Вы хорошо справились, лейтенант Серов. - она посмотрела на своего подчинённого и даже слегка улыбнулась.       — Спасибо, товарищ Майор. Служу России! - глаза парня блестели, а губы растянулись в радостной улыбке.       Похожее выражение лица она часто наблюдала у Зориной, когда та была младше.       — Молодец, Серов. Можете идти.       Оперативник кивнул и чуть "пружинистой" походкой удалился, закрыв за собой дверь. День Никитиной продолжался в неожиданно продуктивном темпе. Оперативно-розыскной состав радовал раскрытыми преступлениями. Не только Серов, но и другие оперуполномоченные отличились, включая Зорину и Козлова. Одна сумела раскрыть давно "повисшее" дело, другой - шел ей навстречу по коридору со стаканчиком кофе, оступился - и упал, испачкав форму. Никитина кинула дежурное снисходительное "аккуратнее" и удалилась, втайне улыбаясь такому стечению обстоятельств. Между всеми этими событиями лёгкой рукой Ольги было также подписано несколько десятков документов. Да, день вышел насыщенным.       « Домой, домой. Скорее. » - уже сидя за рулём своего автомобиля, думала майор.       Включив свет в кухне, она села на пуфик в прихожей, чтобы расстегнуть сапоги. Смотря в полумраке на своё отражение в зеркале, в голове снова всплывали события дня. Радость молодых оперативников от какого-то по счёту раскрытого дела, долгожданное раскрытие "висяка", кипа просмотренных и подписанных ею бумаг. И она - позорно стоявшая и подслушивавшая за дверью подчинённых. Этот диалог всё никак не выходил из головы. Зорина завтра пойдет в бар с Козловым. А она будет дома. Максимум - сходит прогуляться до супермаркета через парк. В голове снова звучали глупые праздные вопросы Ивана Козлова. Удручало ещё то высказывание Зориной про необщительного человека. Хотя, если подумать, они были вполне правы, пусть даже не зная всей правды.       « Да, они правы. Я - майор, и все видят во мне лишь майора. Я живу работой и не хожу развлекаться в своё свободное время. Я - необщительная и у меня, по большому счету, нет "друзей". Нет даже семьи, что уж там. » - одно горькое признание за другим проносилось в голове Никитиной.       Чувство тотального одиночества в этот раз подкралось незаметно и насело на шею Ольги прямо с порога. Она снова взглянула в свои запавшие глаза в отражении.       — Зато у меня есть я. - в тишине пустой темной квартиры эта фраза Никитиной прозвучала не как в голове - уверенно и сподвигающе, а скорее жалко и совсем не обнадеживающе.       — Я, всё-таки, майор полиции. - чуть хриплым голосом напомнила себе Ольга, но и это уже не имело никакого эффекта. Пустота в усталых глазах полностью выдавала её.       Не вышло убедить себя оставить прискорбные мысли, так и лезшие в голову, и она просто закрыла лицо руками. Очень хотелось плакать, однако давать слабину было нельзя. Даже у себя дома. Особенно дома. Иначе она совсем расклеится. Убрав ладони от лица и посмотрев в потолок ещё мгновение, она сняла сапоги, поднялась и, попутно переодеваясь, пошла заниматься накопившимися домашними делами. Пропылесосить, вытереть пыль, помыть полы, всё расставить по местам. Как в детстве, когда она приходила с занятий и мамы не было дома.       Во время уборки мысли постоянно возвращались к подслушанному в комнате отдыха диалогу.       « "Любимица" - вроде бы и шутка, но, может, со стороны Козлову и виднее... »       Ольга поймала себя на мысли о том, что эта шутка - такая же правда, как и всё сказанное ими ранее. Из всех хотелось выделить именно её. Кроме того, сегодня она показала себя с лучшей стороны. Александра Зорина - возможно, не самая смышленая и дисциплинированная, но в глазах Ольги Александровны - самая перспективная и заметная оперуполномоченная в отделе. Почему именно она? Она живая. Она молодая. Иногда она будто бросает вызов устоявшимся правилам. Она своенравная. Это те качества, которые высоко ценятся в их профессии? Скорее, это те качества, которые ценит в ней сама Ольга. Она всегда искренне восхищалась людьми, которые идут к цели и горят своим делом. Людьми, которые молоды в душе и полны жизни. Такими, как Зорина.       Кроме того, имела место и обыкновенная привязанность, как бы это чувство ни отрицала Никитина. В первый год работы Александры в МВД, Ольга стала ей главной наставницей и многому в работе сама обучила молодую оперативницу. Она привыкла к ней. Майор не может вспомнить, чтобы она так "возилась" с кем-то ещё, хотя новеньких в отделе было достаточно. Во всяком случае, выделять их не было желания.       — А ведь она действительно любимица. - вслух негромко произнесла майор. Эти слова словно так и остались звучать в тишине.