207

«Спасибо за годы вместе. Ты был потрясающим».

Был.

Красный букет красуется на его столе в гостиной. Никифоров даже не думает налить воду в вазу, цветы и признания больше не стоят его внимания. Он ошеломлен, разочарован и убит. Флешка крутится в его руках, вещь странная, пугающая, но Никифоров всё решил. После аварии у него треснул зуб, он обязательно его залечит, но правда, он не молод, его кости хрупкие. Вторую такую катастрофу он пережить не сможет. Потому он включает видео на телевизоре, и спустя тридцать секунд раздается приятный мужской голос. - Вы когда-нибудь мечтали стать лучшей версией себя? Моложе, красивее, идеальнее? Всего одна инъекция разблокирует вашу ДНК И запустит процесс деления клеток, который создаст другую версию вас. Это субстанция. Вы матрица, всё идёт из вас, и всё это вы. Это просто ваша улучшенная версия, нужно только делиться. Одна неделя для одного, вторая для другого — идеальный семидневный баланс для каждого. Единственное, что вам не стоит забывать: ВЫ ОДНО ЦЕЛОЕ. От себя не убежишь. Виктор усмехается, очередная глупость. Флешка оказывается в мусорном ведре, он не намерен играть в какие-то глупые игры и даже быть их наблюдателем. Мужчина ходит по квартире и смотрит на свои фотографии, он давно уже в этой ловушке, просто еще не понял, как сильно видеоролик повлиял на него.

Вещество?

А на его стене висят лучшие награды и кубки. Сотни медалей, признание общества и мира! Его обожали и любили, на него молились все, от мала до велика, он был идеальным, был... Виктор бросает взгляд на Кубок льда 2007 года, это было столько лет назад, он был еще так молод, и сейчас этого просто не может повториться. Величайшая награда, признание всех, кубок дают не просто самому сильному спортсмену, а тому, кому не было равных. Виктор из года в год был лучшим везде, он подчинял и ранил каждого своего соперника, но не в этот раз. Кубок льда хрустальный, кристалл тяжелый, отражающий свет тёплых ламп его квартиры. От него исходят нежные вибрации, как когда он был всеми любим и велик. Никифоров просто не может на это смотреть! Уродство его старости отражается в хрустале, и мужчина что есть мочи кидает его в стену прямо в лицо своего портрета. Ведь когда-то он был на высоте, обвешанный ни одной медалью, он был потрясающим! Номер телефона находится быстро, на флешке всё написано. Несколько длинных гудков, и приятный женский голос на проводе приветствует Виктора, будто знает, что это конкретно он звонит. — Здравствуйте! Я хотел бы сделать заказ, — голос его встревоженный, утомлённый, он боится ошибиться, боится, что рекламу понял неверно. — Адрес? — спрашивает девушка, и Виктор неуверенно называет номер своего дома и квартиры на Комендантском проспекте. Девушка быстро протараторила ему ближайший адрес и отключила телефон. Виктор не записал его, от усталости его слух стал не таким бодрым, как раньше. И, забыв о неудаче, он уснул с телефоном в руках, отрубился, с болью смотря на город из окон. На что он согласился? Утром его будит уборщица Галина, она шумит пылесосом и убирает осколки кубка в мусорный пакет. Там Никифорову и место. В мусорном мешке. Виктор открывает сети и смотрит один за одним посты. Все прощаются с легендой, пишут о том, что он сам ушёл из спорта, что устал и хочет наладить жизнь. Но это было не так, его ведь вышвырнули на улицу, как грязного щенка. — Вам почта, — Галина заходит в комнату, когда Виктор встаёт голый с кровати, его живот впал, мышцы еще плотные, но не подходят для спорта. Женщина не удивлена голому телу, она закрывает дверь, оставляет конверт на прикроватной тумбочке. В пакете ничего, кроме простой пластиковой карточки. С номером 207. Он тут же всё бросает и одевается, чтобы сбежать из старого дома, чтобы узнать то место. Оказывается, он записал адресс, но тот почти нечитаем. Какой-то район недалеко от его элитного ЖК. Виктор находит полуподвальное помещение, дверь в которое открывается только после использования ключ-карты. И он тут же оказывается не в старом задрипанном подвале, а в чистой просторной комнате, облицованной белой плиткой. Вдоль стены стоят постаматы с десятками других номеров, и 207 он находит очень быстро. Мужчина снова прикладывает ключ, и маленькая дверка открывается. Внутри картонная коробка с этим же номером. Виктор воровато оглядывается, вытирает подступивший пот со лба и хватает картон. Домой едет быстро, ему не терпелось узнать, что внутри, страх и безумный интерес захватили его разум. И вот посылку принесли. Коробка была безупречно белой, холодной и безличной, как медицинский инструмент. Ничего лишнего, только номер и логотип, похожий на символ сектантской лаборатории. Руки Виктора боязливо дрожали. Это была его последняя надежда, отчаянная попытка вернуть то, что безжалостно забрало время. С едва слышным шипением крышка отъехала. Внутри, утопленная в инертный гель, лежали несколько упаковок «Активатор». Это не было похоже на лекарство. Это было похоже на нечто живое. «Стабилизатор» с подписью «Другой вы». «Смена». «Еда для матрицы». «Еда для другого вас». Сама субстанция — густая, мутная, грязно-бежевая жидкость — переливалась, словно жидкий жир. Она была одновременно прекрасна и отталкивающе уродлива. За ней Никифоров достал инструкцию, состоящую из четырех белых понятных карточек. 1. Активируйте единоразово. 2. Стабилизируйте каждый день. 3. Меняйтесь каждые семь дней БЕЗ ИСКЛЮЧЕНИЙ. 4. ПОМНИТЕ, ВЫ ОДНО ЦЕЛОЕ. Никифоров не стал использовать препараты, пошёл гуглить хоть что-либо про эти вещи. Но интернет был пуст, совершенно новая разработка? Что она ему даст? Он помолодеет? Он станет сильнее? Вернётся ли его былая красота, или это всё продолжение нелепого розыгрыша? Вечер сменился ночью, а стол, заваленный содержимым коробки, манил его всё больше. В отражении он видел немолодого, израненного мужчину, его ноги в шрамах от операций, руки со слабыми мышцами и шея, полная морщин. Виктор стар, на расческе еще больше волос. «Вы матрица, всё идёт из вас, и всё это вы» — слова, застрявшие в его голове. ОН может получить свою улучшенную версию прямо сейчас. Потому-то руки и тянутся к загадочному бутыльку зелёной жидкости и шприцу. Он набирает весь препарат и вкалывает в руку, перед этим пережав ее так сильно жгутом. Больно, но терпимо, это всё вполне реально. Но через секунду и даже через минуту не появляется видимого результата. Его сердце бьётся чаще, он ждёт, что мелкие морщины у глаз сойдут, что его потрясающие длинные серебряные волосы отрастут и что он вновь будет так же силён и красив, каким был раньше. Но ничего не происходит, он смотрит на инструкцию. АКТИВИРУЙТЕ ЕДИНОРАЗОВО. Это он и сделал, так почему же, кроме головокружения, ничего не происходит? Но вот он отходит от зеркала, и картинки перед глазами начинают уродливо плыть. Виктор теряется в пространстве, пытается ухватиться хоть за что-либо, но сил нет, он падает болезненным шлепком голого тела на кафель ванной и громко стонет. Боль не отпускает, его будто парализует зелёным ядом, ужасное ощущение разрывающей плоти. Конечности дрожат, его спина будто ломается, ходит ходуном и пульсирует. Никифоров не может сделать даже вдоха, не может даже увидеть окружающую его действительность, всё кажется ужасным, болезненным смещением, и это чувство длится так долго, что, кажется, растёт заново, с новой силой. Он слышит голос в своей голове, слышит вдох, но не может на него отреагировать. Грудь вздымается в последний раз, и он закрывает глаза.