Шкатулка

Услышав едва различимый шорох за спиной мужчина обернулся, но единственное, что он смог различить - озлобленный звериный рык и молниеносный удар чем-то тяжелым. Удар. Удар. Удар. Тот, кто не побоялся напасть со спины, обессиленно вздохнул, чувствуя на своем затылке суровый взгляд хозяйки этого дома. Но вместо того, чтобы извиниться за беспорядок, за шум, за труп её нового любовника у камина, он лишь с улыбкой повернулся к ней, отбрасывая в угол окровавленную кочергу. - Я тебя разбудил? - Я не спала. - холодно ответила длинноволосая женщина, поправляя кофту поверх шелковой ночнушки и не спеша направляясь к лестнице, ведущей на первый этаж. - У меня были планы на сегодня, но благодаря тебе... - Да-да-да. - закатил глаза гомункул, невольно поправляя выбившиеся пряди. - Но признай! Он мудак! - Благодаря твоим стараниям, он им был. - Пф. Это уж точно. - с нескрываемой гордостью заключил обладатель аметистовых глаз. Данте остановилась рядом с зеленоволосым и внимательно присмотревшись к трупу недовольно фыркнула. - Чем он тебе не угодил? - Просто не угодил. - пожал плечами Зависть, отворачиваясь и направляясь к столику у ночного окна. - Может в шахматы? - Опять уходишь от ответа... - вздохнула алхимик, но всё же села в одно из дорогих кресел и взяв белоснежную фигуру начала игру. - На что играем? - Может на желание? - улыбнулся гомункул не отрывая взгляда от доски и делая свой ход. - Прошлая партия и три дня без нецензурного лексикона тебя ничему не научили? - Нет. Дальше они играли молча. Женщина время от времени поглядывала на труп любовника, гомункул же замечая эти действия недовольно морщился и отворачивался к окну. - Почему ты убиваешь моих мужчин? - неожиданно спросила Данте, делая ход и убирая с поля фигурку чёрного коня. - Не понимаю о чем ты. - Родной мой, не прикидывайся дурачком. Я знаю, что они умирают и исчезают не просто так. И сегодня я наконец в этом убедилась. - Многое вышло случайно. - Да что ты говоришь. - начиная постепенно закипать, алхимик отвернулась от гомункула, но вскоре снова на него посмотрела. - А как ты объяснишь смерть Гарольда? - Недавно был дождь, он поскользнулся, ударился головой о статую и утонул в фонтане. Чисто не его день. - Прям премию Дарвина выдавай. - И не говори. - улыбнулся Зависть, понимая, что она ему не верит, но отступать уже никто не намерен. - Винсент? - Я с самого начала говорил, что он магнит для кроликов болеющих бешенством. - Карл? - А тут честно и без предыстории, я его убил. Но на это у меня был серьёзный мотив: этот бугай ходил за тобой только потому, что ты была в теле двенадцатилетки. - И? - Фу! Забыли! - состроил гримасу отвращения парень, решив прекратить этот допрос. Однако, они оба знали, что действия гомункула вызваны обычным детским нежеланием делить свою мать с кем-либо ещё, а так же практически угасшей надеждой, что рано или поздно отец вернется и всё снова станет, как раньше. - Шах и мат. - гордо заключила женщина, стая фигуру королевы и с интересом следя за реакцией зеленоволосого. - О-опять?! - не веря в своё очередное поражение выкрикнул гомункул. - Ты сжульничала! - Я сжульничала в шахматах. Звучит точно так же, как: женщина, занимающая пост министра. - обиженно проговорила алхимик. Проглотив несколько "хороших" словосочетаний в ответку, Зависть сел на место, недовольно отвернувшись от победительницы. - И что ты хочешь? - Хм? Я думала, что ты и так давно понял. - Данте улыбнулась, вставая и направляясь в сторону лаборатории. - Подготовь всё для рождения Жадности. - Кого? - Его. - остановившись у трупа она обернулась. - Теперь мне действительно интересно, как далеко ты зайдешь, не желая делить меня с кем-либо.