Моя судьба

Василиса глядит куда-то в глубину Вселенной, всматривается в сияющие звезды, а руки у неё холодные как лед. Маару больше всего хочется её согреть, прижать к себе и ощутить, какая она на самом деле - эта удивительная Василиса Огнева. Но она так далека и хранит в себе так много секретов, что это все сводит его с ума. 

…

Маар бежит по крутым ступеням в кабинет Черной Королевы. Сердце гулко стучит в груди. Кажется, даже пальцы слегка дрожат, хотя ими придется принять черный ключ буквально через мгновения. Он знал, каково это - держать в руках легендарный артефакт, ощущать его часовое влияние, просто осознавать, что этому ключу больше тысячи лет.  Повелительница Лютов с первой секунды поняла, что Стальной зубок готов принять нового владельца, хоть это и накладывает неизгладимый след на судьбу парня. Она не стала особо церемониться и сказала прямо, после цветения Алого цветка он может умереть. Нет гарантий, что его спасут. Никто даже не знает как его спасти.  Маар застыл перед дубовой дверью. Он ведь не обязан принимать этот груз, жертвовать своей жизнью, но можно ли подвести Черную Королеву, подарившую ему дом и магию часодейства? Можно ли остановиться перед лицом опасности? Он мог сбежать прямо сейчас. Куда угодно, да хоть на Осталу, чтобы не погибнуть от тысячелетнего проклятия. Но он постучал.  — Ваше величество, прибыл по вашему приказу, — он склонил голову, игривый луч солнца блеснул на его золотых кудрях. Голос не дрожал, дыхание не сбивалось, но ощущение приближающегося несчастья не отпускало. — Да, Маар, у меня есть для тебя важная новость, — королева выглядела непривычно напряженной, она сжимала в ладонях небольшой платок, — я выбрала другого носителя Черного Ключа.  Долгая пауза сгустила воздух в комнате. Повелительница неслышно вздохнула, а Маар замер, почти не веря в услышанное. Невидимая тяжесть сошла с плечей, хотя облегчение не пришло. В груди образовалась пустота, не дающая дышать. Теперь ему ничего не угрожает, но и ничего не ждет. В голове крутились смутные мысли только о том, что в этот момент он лишился чего-то очень важного. Возможно, всей своей судьбы.  — Да, Ваше Величество, — он сглотнул, — я вас понял.  Воздух стал теперь спертым и тяжелым, Маар, перепрыгивая ступени, поспешил в дворцовый парк и скрылся там среди зеленых кустов, пытаясь понять, что с ним будет дальше.

…

У Василисы улыбка лучезарная будто светится в ночной тьме, а Маар любуется ею и не может насмотреться.  — Знаешь, ты очень красивая, — слова срываются с губ в одну секунду, он даже не успевает смутиться. А вот Василиса тушуется, оглядывается, награждает его недоуменным взглядом.  — Я просто сказал, без всякого умысла, — он спешит оправдаться, но не может отвести глаз,  — У тебя рыжие волосы и почти совсем нет веснушек. Я даже не знал, что так бывает… Он даже не знал, что девчонка может занять все место в его голове. … Лицо блестело золотой краской, только бы не чихнуть от свербящих пылинок в носу. Маар держался равнодушно и отрешенно, но на деле ловил каждое движение рыжеволосой гостьи, пытаясь понять, кто же она, чем она все-таки лучше.  Может тем, что являлась внучкой самой Черной Королевы, хотя та старалась как можно меньше об этом говорить. Маар заметил, как изменилась повелительница, когда Василиса зашла в библиотеку. В темных глазах промелькнула тень тень нежности или, может быть, тоски. Родная кровь все-таки.  Ему бы хотелось найти в этом заговор и злой умысел. Проникнуться неприязнью к Огневой, смотреть с презрением на неё, отнявшую его Стальной зубок и предназначение в последний момент, но почему-то не мог.  У неё глаза такие синие и такие ясные, что Маар вдруг понял, что на обиду не хватает сил. В это девочке не были ни высокомерия, ни злобы. Она была такой же потерянной и смущенной. Она выжила после цветения Алого цветка, но разве уверена ли она теперь в своем будущем? Покинуло ли её смертельное проклятье? Она тоже стояла перед пустотой, где прежде стоял и сам Маар. Он смотрел на неё и теперь понимал понимал: больше не хочется обвинить эту рыжеволосую красавицу, забравшей его Черный ключ, во всех бедах. Просто стоять рядом с ней тоже было неплохо. Теперь хотелось понять, почему Черная королева сделала именно её своей ключницей. 

…

— Василиса, знаешь… — он пытается дышать глубже, чтобы сердце не колотилось в груди. Рука сама находит её холодную ладонь, — ты мне очень нравишься, наверное, я даже тебя люблю.  Все внутри дрожит. Мир вокруг затих. Хочется зажмуриться и не видеть её реакцию, но он не может закрыть глаз и ловит каждую перемену на красивом Василисином лице. Удивление, испуг, нежность или растерянность.  Василиса молчит. Осторожно сжимает пальцы Маара в ответ, боясь осознать, что это все на самом деле. У Броннера в висках стучит, а каждый вздох Огневой отдается в голове.  Он ждет. Только Василиса поднимает на его взгляд, как пространство вокруг вспыхивает цветастыми яркими цифрами…

…

— Вы?! – он не мог сдержать удивленного возгласа, увидев повелительницу фей в Бернской башне,  — Извините, ваше величество, — Маар склонил голову, пытаясь не выдать своего напряженного взгляда и бегающих глаз. Душа разрывалась на части. С одной стороны, он понимал, что Василису с Белой королевой связывает нечто важное, но разве можно было вот так бросить подругу сейчас?  Он застыл, напряженно вглядываясь в полутьму, пытаясь обдумать все слова между ними. Нить судьбы, наша история, матери чувствуют своих детей, большая ошибка… Странная мысль кольнула где-то в глубине сознания. Белая Королева не просто имеет интерес к его Василисе, она её мама.  То есть, Повелительница Фей и Нортон Огнев - родители Василисы. Он ошарашено притих. Он узнал секрет, от которого зависит как минимум одна семейная драма и один престол. Он обещал себе обдумать все это после, чтобы сейчас не упустить ни одного слова из их странного диалога. Астрогор, судьба, зачасование…  — От твоей стрелы, Василиса… Полное зачасование, — решительно произнесла Королева, а Маар едва не съехал по стене, на которую опирался.  Василиса убъет своего отца. Парень шумно выдохнул, видимо привлекая слишком много внимания. Волна ледяного ужаса обуяла его. Он бросил на Огневу изумленный взгляд. Хотелось бы и поддержать её, что-то сказать, хотя бы взять себя в руки, но внутри все сковало.  Мама Василисы еще продолжала говорить об Астрогоре, о Василисе, но Маар мог думать только об одном. Когда-нибудь Василиса зачасует своего отца, станет самой настоящей убийцей. Его Василиса. Руки похолодели, вся кровь отлила от щек. Он быстро зашагал в сторону подруги и крепко сжал её ладонь. Её кожа тоже была холодной.  — Радостно, что я смогла увидеть именно вас двоих, — вдруг произнесла Белая Королева, как-то загадочно улыбаясь, — Вы чем-то похожи на нас с Нортоном. Внучка королевы и ее воспитанник. Кто знает, возможно, в будущем вы будете проводить вместе много времени, — Маар напрягся. Слишком много всего он узнал за последние минуты, но он ни за что теперь не откажется от Василисы. Он приблизился и крепко стиснул её ладонь.  Броннер не хотел доказывать Лиссе, что горой будет стоять за её дочь, но она и сама все увидела. А поэтому одарила его самым ценным подарком - ключем к судьбе младшей Огневой. Теперь Маар и королева фей имеют свою страшную и священную тайну о том, что Василиса должна убить своего отца. Но возможно, ему нужно будет уберечь девушку от этого поступка или, в крайнем случае, спасти.  С этого дня рыжеволосая красавица стала казаться ему только еще более загадочной, но, наверное, он найдет путь и к её сердцу. 

…

— Это что, часовой флёр? — стараясь скрыть изумление в голосе, спросил Маар. Василиса явно напряглась, разглядывая цветастые буквы.  — Да, видишь, мой дар все-таки проснулся,— она скосила на него глаза, будто проверяя его реакцию, — наверное, ты его разбудил, — тут уже Маар не сдержал смущенной улыбки, п Василиса тут же сменила тему, скрывая радость, — теперь мне нужна помощь.  Уже через секунду Броннер искал на дне рюкзака подруги огарок вавилонской свечи, а после зажег, держа на ладони.  — Твоя мама - фея, и у тебя дар как у настоящей феи, — сложно было отвести взгляд от такой красивой девчонки, украшаемой россыпью цифр часового флера. Наверное, этот вид будет сниться ему ни одну ночь. Такой Василиса выглядела таинственной и чарующей. Настоящая принцесса фей, — ты умеешь им управлять?  — В том то и дело, что пока не умею, — тихо призналась она, — но Астариус просил прийти, ему мой дар оживится, поэтому мне нужно будет сейчас уйти, — она с нескрываемым сожалением глянула на место, где они совсем недавно лежали. Только она договорила, как посреди их привала закрутился вихрь из золотистой пыли, а оттуда показалось серьезное лицо Фэша Драгоция.  Маар шагнул вперед, чуть загораживая Василису плечом, и посмотрел в глаза сереброключнику. Сознание напомнило о том, что тот все же племянник Астрогора, поэтому доверять ему Василису точно не стоит. Он хотел уже начать диалог, но Фэш опередил его парой язвительных высказываний. Наверняка заметил два их спальника рядом. Наверняка Драгоцию тоже нравилась Василиса, но сейчас она проводила время с Мааром.  Фэш решительно проигнорировал Броннера, поэтому говорил только с Василисой. Так парень узнал, что Сереброключник пришел от Астариуса, который уже ждет Огневу.  — Ничего не говори Черной Королеве, хорошо? — одними губами прошептала Василиса, проворачиваясь к Броннеру. — Спасибо тебе за все, — она хотела махнуть рукой на прощание, но её тут же схватил Драгоций, утянув девушку за собой в золотистый вихрь.  Маар опустился на траву. Погасающий костер уносил с собой последние мгновение вечера, когда он признался в любви Василисе. Для осознания этой мысли пришлось пару раз глубоко вдохнуть. Он растянулся на спальнике, глянув сначала на звездное небо, а после на смятую траву, где прежде лежала Василиса.