Истребительница вампиров

Она бежит, спотыкается, продолжает бежать. С каждым шагом дышать становится все тяжелее, холодный сухой воздух рвет глотку и в то же время приносит облегчение. Она не чувствует боли, под ребрами начинает ныть, то ли от бега, то ли от страха. Эта тень за спиной — ее? Утром здесь гуляют мамы с колясками. Они улыбаются и читают сказки своим детям, где добро побеждает зло. Дети шалят и не слушаются, падают, лезут в воду, а потом плачут. Пожалуй, если она выживет, то тоже будет такой мамой. Она не думала раньше о детях, потому что жизнь казалась такой длинной, она не может оборваться так, ведь ей еще столько предстоит сделать, она же только начала жить.  Часы на руке завибрировали, и на экране появилась улыбочка: «Прогресс на 80%». Зои сосредоточенно глянула на цифру и другой рукой сбавила скорость дорожки. Ноги гудели, но останавливаться было нельзя впереди еще полкилометра. Взяв бутылку с водой, Зои вытерла пот с ладоней и открутила крышку, не переставая бежать. Девушка сделала пару небольших глотков и набрала немного воды в рот, задержав дыхание. Самое главное — это правильно распределить силы и ритмично дышать. Девушка блестяще сдала нормативы в академии и занимала призовые места на соревнованиях с другими курсантами. Бег был ее любимым видом спорта, успокаивал разум и позволял держать тело в тонусе. Когда ты задерживаешь дыхание, то у тебя есть возможность взять ситуацию в свои руки, чтобы сразу не израсходовать все силы. Зои глубоко вдохнула через нос и вслед за этим выдохнула через рот. Колени в грязи, а раны ссаднят. Дрожащие руки не слушаются призывов мозга «вставать!». Кто-то грубо хватает ее за плечи, сжимая нежную кожу. Не разглядеть ничего, то ли из-за сумерек, то ли из-за слез. Только горящие яростью глаза. Пальцы впиваются в землю, протестуя. Грубым движением девушку волокут к берегу. Она не чувствует боли, потому до крови ломает ноготь. Скоро все это закончится.  Выдох. Плавно Зои замедлила шаг в такт дорожке и выровняла дыхание. В отражении окон девушка поймала себя — раскрасневшееся хмурое лицо в веснушка, тонкие завитки волос прилипли к вискам. Зои прикрыла глаза и надавила между бровей, чтобы расслабить переносицу. После чего перекинула полотенце через плечо и спрыгнула с тренажера, направляясь в сторону раздевалки.  Сегодня в зале было непривычно пусто. Праздники вообще-то, а Зои тут. Равнодушно девушка обвела глазами пару-тройку накаченных парней, которые эанимались силовыми тренировками и сдержанно кивнула дедушке, который отдыхал между подходами.  Зои не привыкла обращать внимание на присутствие или отсутствие людей, центром ее внимания, как правило, была она сама. Казалось, что ей никто не нужен в целом мире, хватает только уединения с собой за растяжкой или чтением книжки. Другие люди мешали этой схеме. Они всегда стремились влезть туда, куда не следовало бы. Будь то знакомые или малознакомые, все одинаково пытались научить Зои жить иначе, по-правильному, как это принято. Они никогда не понимали ее замысловатого внутреннего мира, где не было места пустой болтовне и просиживанию времени впустую. Он был закрыт от чужих глаз и оттого странен и отчужден. Зои отнюдь не была сухарем намеренно, просто она была другой и мало кто это видел и принимал в ней.  Личная жизнь была для Зои темным пыльным чердаком, принимавшим отталкивающий и неприятный вид, с паутиной и восьмиглазым пауком в центре. Если речь заходила об отношениях или друзьях, Зои старалась перевести тему или вовсе не отвечать на вопросы о парнях. У нее они были, но недолго и немного, несмотря на свою строгость Волгина оставалась симпатичной молодой девушкой, которой хотелось соответствовать обществу, почувствовать себя его функциональной частью, хоть и без ясной цели. Зои ничего не чувствовала кроме обмана и вины. Она не могла дать взамен то, что отдавали ей. Дело было не в других, а в ней самой, потому что по-настоящему плохих людей на пути у девушки не встречалось, просто все было не тем и так или иначе вело к самым темным уголкам воспоминаний девушки мрачной ночи в Троицке. Даже с высоты своего психологического образования Зои было стыдно признаться себе в слабости, тенях прошлого, которые шагают с ней бок о бок. Ей никогда не забыть и не избавиться о другой части своей жизни, после которой все поделилось на до и после, и пусть никто в целом мире не узнает, что каждый вечер она проводит у зеркала с серым галстуком.  Стук сердца в висках набирает обороты. Я не слышу себя то ли от крика, то ли и правда молчу. Тело протестует, когда чужие руки врезаются в шею, но темный человек сильнее. Холодная вода отрезвляет и дает новые силы для сопротивления, опрокидывает насильника в воду. Глоток свежего воздуха опьяняет и дезориентирует. Но тени сгущаются и скоро я проваливаюсь в пустоту.  Первое дело Зои. Думала ли она, что все пойдет не по плану?  Аналитическая сторона Зои, конечно, надеялась, что ничего необычного не предвидится. Ведь для девушки не было разницы, что это реальный человек, что очередной учебный случай из тетрадки. Это все набор фактов, фраз, людей, состояний. Зои ловко парила между ними, как в огромном информационном поле, сопоставляя различные детали друг с другом. Хаос служил богатым источником информации для нее, как камень, из которого нужно последовательно высечь фигуру человека. Часто казалось, что решения приходят к девушке из ниоткуда, сами по себе, настигают неожиданно. Так было всегда, будто у девушки есть чутье или третий глаз. Отсюда было и мнение, что все ей дается легко. И, конечно, это было не так. Ведь таким выводам предшествовали бессонные ночи, проведенные в догадках и поисках. Зои ошибалась, как и в первом деле, часто сталкивалась с бюрократией или неприятными коллегами, с которыми из-за своего недружелюбного характера не могла сойтись, что естественным образом мешало ходу расследования. Слишком острый ум давал понимание, что это не ее вина, но одного понимания было недостаточно, она должна была прочувствовать это, но Зои привыкла игнорировать внутренние сигналы и искать ответы с рациональной стороны. Убийцу раскрыли. Не без труда, но эту папку с делом закрыли.  «Для первого дела высший класс, возьми перерыв, отдохни, не бросайся из огня да в полымя сразу. — дружески советовала Манкузо.» Зои сомневалась, потому что боялась, стоит ей дать слабину и маленькая девочка из детства не сможет захлопнуть дверь напротив черных глаз. Но коллеги настаивали, а праздники приближались, так что в конечном итоге Зои поддалась. — Ужин готов! — Саша остановилась в дверях с ложкой в руке.  Зои положила пару носков сверху вещей и медленно села на кровать.  — Ты точно не хочешь полететь со мной? — в надежде спросила она у сестры.  — Зои, но я ведь не могу. Работа, сама знаешь. — ободряюще ответила Саша. — А как же выходные, в пятницу туда, в воскресенье обратно. — мягко уговаривала Зои.  Саша поджала губы и прошла внутрь комнаты. Комнаты Зои была просторной, но мрачной, лишенной простых житейских вещей — картин, фотографий, цветов. Только необходимые вещи, документы в небольшом беспорядке. Саша опустилась на кровать рядом с сестрой. — Зои, послушай, все будет хорошо. Тем более мама и папа скучают. — девушка сделала паузу и отвела глаза. — Я правда не могу поехать.  Зои внимательно посмотрела на сестру, она понимала, что дело не в работе, ей с трудом давались встречи с родителями после того, что случилось с сестрой, у  Саши был иной характер, но Зои не винила ее за это и только приобняла за плечи: — Пойдем попробуем, что ты на этот раз приготовила. Пахнет отменно.  — И не води сюда чужих. — наставляла Зои перед уходом. Ее ярко-зеленые глаза серьезно смотрели на сестру. — Да поняла я, поняла. Давай, иди уже. — Саша закатила глаза и улыбнулась. — Я не пропаду.  — А если…  — Не пропаду. — перебила ее Саша.  Сестры обнялись и Зои закинула рюкзак на одно плечо. — Пока.  Конечно, она не пропадет. Зои понимала это разумом, Саша 20-летняя девушка, выросшая в городе, с кучей друзей, но сомнения никогда не отступали. у Зои просто не было другого выбора, ведь каждый раз, когда она получала новый галстук, то все внутри замирало.  Галстуки. Спустя 2 года после того, как невиновный мальчик вскрыл вены, а Руслан сбежал из Троицка, Зои начала получать конверты с галстуками. Где бы она ни была, конверты настигали ее, как зловещий рок. И во время учебы в Москве и уже во время работы в Питере. Напоминание о прошлом, живущем и наслаждающимся этой жизнью.  Зои зашла в лифт и посмотрела на себя в зеркало. Волосы — каре чуть ниже ушей, с возрастом кудри распрямились, осталась лишь небольшая волна, которая иногда завивалась от дождя. Горькая ухмылка. Он и это знал. Не всегда в конвертах были галстуки. Были и рисунки. Подробные рисунки надругательства и насилия над девушкой. Никаких слов, обвинений или угроз, только галстуки и рисунки, чтобы напомнить девушке, что она уязвима. А она помнила, как он всегда красиво рисовал, только их любимых персонажей — Баффи, Спайка, Ангела. Рисовал и Зои. Маленькой девочкой с улыбающимся глазами, тогда она крутила этот портрет часами и повесила на самом видном месте в комнате, счастливая и мечтательная.  Сейчас она эти портреты прячет.  Дверь лифта давно открылась, но Зои никак не могла оторваться от своего отражения, в котором видела маленькую девочку, весело играющую в приставку…  В самолете удалось поспать. Зои ценила эти моменты, потому что страдала бессонницей, а надо думать в Троицке ей совсем не сомкнуть глаз, если в поезде тревожность девушки только росла. Вглядываясь в проносящиеся черные ветви елей Зои гадала, может ли где-то среди них скрываться он.   «Все это в прошлом» - убеждал разум. «Но ты лукавишь» - кричало сердце.  Девушка оглядела свое отражение в стекле и взяла телефон.  Встреча с родителями прошла с какой-то подчеркнутой вежливостью. Никто и не скрывал тот факт, что Зои не была любимым ребенком в семье и, что уж говорить о поддержке карьеры. Любой вопрос «как дела на работе?» рано или поздно заканчивался плохим самочувствием у мамы, поэтому никто никогда не поднимал эту тему. Зои неловко пригладила волосы, детская привычка, и спросила:  — Как вы тут?  Ответ нашелся не сразу. Папа девушки замялся, но в конце концов просто обнял дочь:  — Скучаем без вас. Зои украдкой глянула на мать. Та, обняв себя за плечи, кивнула. — Не была здесь 5 лет. Дух захватывает. —  улыбнулась Зои и перекинула рюкзак через плечо. — Поехали?  Дом Зои находился среди таких же одинаковых домиков на небольшом удалении от центра. Зато парк и речка были рядом. Тихая и мирная жизнь, до пары до времени.  На пороге показался кот. Родители завели его уже после того, как Зои уехала из Троицка. Пушистый зверь потер влажный нос о ногу девушки, ожидая ласки в ответ, Волгина присела и почесала кота за ухом.  — Любит спать в твоей комнате. — весело заметил папа и замялся под озабоченным взглядом матери.  Зои подняла глаза и улыбнулась. Пусть они не знают, как страшно ей в этих стенах. Сунув руки в карманы куртки, девушка прошла дальше по коридору и попыталась унять дрожь.  Какие-то детали изменились, не те обои, новая лампа, кошачья миска, но все остальное — прямиком из кошмаров Зои.  Комната была чистой, но пустой. Родители не стали ничего менять или как-то использовать оставленную комнату, только поддерживали в ней порядок, но с переездом Зои, а потом и Саши, вещей убавилось.  Кинув рюкзак в дальний угол, девушка крикнула родителям: — Пойду прогуляюсь неподалеку. — После чего, не дожидаясь ответа, выбежала на улицу.  Голова кружилась от нахлынувших воспоминаний. Все, что она держала в себе долгие годы, дало о себе знать. Девушка вышла за калитку и пошла вдоль улицы. Почти во всех домиках горел свет, где-то валил густой дым из трубы, пахло лесом и дровами. «Зайчик.» — Зои вздрогнула и подняла глаза впереди себя. Тот самый дом. И в нем горел свет. Секунды замешательства хватило, чтобы паника охватила девушку. Она знала, что здесь давно живут другие люди, семья, но воспоминания не давали покоя. «Возьми себя в руки» — Зои посчитала до 10 и пошла дальше.  Уличные пейзажи постепенно сменились на лесные. Стремительно темнело, но девушке не нужно было освещать дорожку, чтобы знать, куда идти. Частные дома примыкали к лесопарку, который так и не облагородили за прошедшие года. И тем не менее спокойствие и сила этого места всегда вдохновляли Зои. Единение с природой, отсутствие шума, только ты и человек, который понимает тебя больше всех на свете.  «— Знаешь, Зои, ты просто необыкновенная девчонка. —  весело сказал Руслан и вытянулся на скамейке. — Да? Почему это? — девочка удивленно вскинула брови, выставляя подножку у велосипеда.  Руслан перевел взгляд на девочку и пожал плечами: —  У нас просто много общего. — В сумерках его темные глаза выглядели еще более мрачными. Зои села рядом и обняла себя за плечи от холода: — Это же классно. — девочка почувствовала внезапно возникшую неловкость и стремительно избегала испытывающего взгляда Руслана.  Помолчав с минуту, парень наклонил голову набок: — Ты замерзла?  Зои была одета в свою излюбленную голубую рубашку поверх футболки, но летние ночи были коварны, тем более, когда уже давно за 21:00 и когда дрожишь ты не от холода.  Над ухом девочки раздался щелчок кнопок, и ей на плечи накинули кожаную куртку —  бессменный элемент гардероба Руслана.  — Спасибо.  — Без проблем, Зайчик.»  Зои отстраненно глянула на скамейку и обняла себя за плечи. Пора возвращаться домой.