Весь мир считает, что мы встречаемся

Звёздное небо (3) Видимо, после череды неприятностей настал момент, когда «после чёрной полосы наступила белая»: в дальнейшем съёмки шли, на удивление, гладко. Незаметно с какого-то момента И Тяньшу взял на себя заботу о завтраках для всей съёмочной группы. Каждое утро он приносил баоцзы, маньтоу и прочие подобные блюда. Хотя завтрак был не особенно вкусным, зато это помогало сэкономить группе немалую сумму. Однако, вскоре он заметил, что Су Цзянь не слишком любит подобную еду. Поэтому время от времени И Тяньшу специально водил его в лапшичную рядом с отелем, чтобы тот поел как следует. Правда, это самое «время от времени» постепенно стало происходить всё чаще и чаще. Они перепробовали всё, что только было: лапшу под соусом «чжацзян», с тушёной говядиной, с куриными потрохами, с помидорами и яйцом, горячую лапшу по-уханьски. Позже и вовсе «пустили корни» в лапшичной неподалёку, где подавали рисовую лапшу в бульоне из баранины. Они не раз заказывали лапшу с кислой капустой, с бараньими потрохами, с говядиной. Иногда кто-нибудь из довольно близко знакомых членов съёмочной группы шутливо спрашивал, почему И Тяньшу устраивает «особое питание» только для Су Цзяня. Всякий раз, когда это случалось, Су Цзянь громко смеялся и говорил: — В следующий раз пойдём с нами! Я угощаю! Иногда И Тяньшу поддакивал ему, а иногда просто слегка улыбался, даже не говоря ни слова. Да и в целом, никто из окружающих не был настолько бестактным. Еды и без того хватало, так зачем навязываться и пытаться втиснуться между этими двумя? Так что все подобные разговоры оставались на уровне шуток. Однако, позже Су Цзянь вдруг почувствовал, что это не совсем справедливо. Так что однажды, поддавшись внезапному порыву, он угостил всю съёмочную группу лапшой. И угощал так целую неделю. В конце концов, народ во главе с Фэн Бинем не выдержал и выступил с «протестом», заявив, что маньтоу, баоцзы и рисовая каша больше соответствуют вкусам большинства. А если так хочется лапши, то пусть едят её сами — вдвоём, без них! Так «лапшичная неделя» господина Су вынужденно подошла к концу. Причём он ещё и усомнился во вкусах большинства, упрямо настаивая, что лапша куда вкуснее всяких булочек и маньтоу. Неизвестно, искренне или нет, но господин И с ним согласился. Поскольку это был сериал в жанре BL, почти вся съёмочная группа увлеклась «шипперством»: то подшучивали над ними, то снимали маленькие забавные закулисные моменты или пасхалки. К тому же, характеры у Су Цзяня и И Тяньшу были настолько разными, что при каждом их взаимодействии возникало множество забавных моментов. Хуан Тунтун и Цзянь Цзе просто не могли оторваться от происходящего, а Линь Маоэр… — Неужели это и есть рай?! — воскликнула девушка с сияющими глазами и широкой «тётушкиной» улыбкой. П.п. «Тётушкина» улыбка — интернет-сленг: умилённая, добродушная улыбка фанатки, наблюдающей за «милыми» сценами между персонажами. А сами виновники, похоже, ничуть не возражали — более того, время от времени даже подбрасывали фанатам «сладенького». Например, однажды, во время репетиции, девушка-костюмер попросила Су Цзяня снять пиджак — он предназначался для уличной сцены. Су Цзянь бросил взгляд на стоявшего рядом И Тяньшу, у которого жилет был точно в таких же тонах, и, улыбнувшись, сказал: — Нет уж, я хочу быть с братом И в парных костюмах. И самое захватывающее было то, что господин И, одетый в тот самый жилет, совершенно серьёзно ответил: — Ага. Девушка-костюмер только вздохнула: — Ну, главное, чтобы вам было весело. Ещё, к примеру, в сериале была сцена с предложением руки и сердца: мужчина с букетом цветов в руках, стоя внутри сердца из свечей, преклонил колено перед героиней. Когда съёмка этой сцены закончилась, Су Цзянь, воспользовавшись тем, что реквизит ещё не успели убрать, решил пошутить. Он потянул И Тяньшу внутрь сердечка из свечей, притворился, будто держит в руке кольцо, и начал опускаться на колено прямо перед ним. Прежде чем И Тяньшу успел отреагировать, окружающие сотрудники съёмочной группы, увидев это, тут же начали подначивать. Линь Маоэр, чьи глаза буквально загорелись, тут же начала выкрикивать: «Соглашайся!», и со всех сторон поднялся дружный гул голосов. Под взглядами зевак Су Цзянь заметно смутился. Уйти сейчас — значит удариться в бега и уронить лицо, а оставаться на коленях — неловко и не по-мужски. Он застрял в этой позе, не в силах принять решение. А у И Тяньшу, чья кожа оказалась ещё тоньше, уши почти мгновенно вспыхнули красным. В конце концов, только когда пришёл реквизитор собирать свечи, Су Цзянь воспользовавшись моментом, схватил И Тяньшу и поспешно ретировался. Окружавшие их сотрудники съёмочной группы тут же разразились хохотом, покатываясь со смеху. Звёздное небо (4) — Это фото я сделала вчера. Маоэр, как тебе? — Боже мой! Ты только посмотри на этот взгляд! Разве гетеросексуальные парни так смотрят на своих друзей-парней? — Хе-хе, я вообще-то рисковала жизнью, когда снимала! Хорошо хоть брат не заметил, а то отругал бы меня до смерти. — Тунтун, ты просто чудо! Я тебя обожаю! — Эх… Знаешь, после всех наших разговоров я уже почти уверена, что они и вправду вместе. Скажи, если их отношения когда-нибудь раскроются, что тогда будет с моим братом и И Тяньшу? И Тяньшу собирался всего лишь зайти в гримёрку за пауэрбанком. Но не успел он войти, как услышал, что Хуан Тунтун и Линь Маоэр о чём-то шепчутся внутри. И чем больше он слушал, тем более щекотливой становилась тема их разговора. — И правда… — задумчиво сказала Линь Маоэр, нахмурившись. — Наше общество в целом всё ещё с трудом принимает подобное. Тогда, похоже, нам нужно ввести в нашем чате полную реальную идентификацию. Принимать будем только тех, кого мы хорошо знаем. Что скажешь? — Но ведь сейчас в чате только мы и сестра Цзянь, разве нет? — Вчера две девушки из группы визажистов хотели вступить в наш чат, но я им пока не ответила. С этого момента, если кто-то захочет присоединиться, пусть сначала укажет своё настоящее имя и должность в съёмочной группе. Как тебе такая идея? Когда Хуан Тунтун уже собиралась сказать, что идея хорошая, И Тяньшу тихо кашлянул у двери: — О чём болтаете? Две подружки, возбуждённо что-то обсуждавшие, вздрогнули от неожиданности. Они с испуганными лицами обернулись и в тот же миг окаменели. Если бы вошёл Су Цзянь, они, возможно, не так бы занервничали, ведь он по натуре человек открытый и лёгкий в общении. Но, как назло, пришёл именно И Тяньшу… Линь Маоэр подумала про себя: «Плохо дело». Не то чтобы с И Тяньшу было сложно иметь дело. Главная проблема заключалась в том, что, когда человек с такой чистой внешностью* и таким же чистым характером, с абсолютно невинным выражением лица задаёт тебе подобные вопросы... Разве ты сможешь после этого прямо взглянуть в глаза своим постыдным** фантазиям? Грех-то какой… — Бра… брат Тяньшу, — нервно выдавила Хуан Тунтун. — Брат Тяньшу, зачем ты сюда пришёл? — Линь Маоэр натянуто улыбнулась. — Ты закончил снимать сцену? — Закончил. Я просто зашёл… взять пауэрбанк, — немного неуверенно ответил И Тяньшу. Он хотел спросить о том, что только что услышал, но не знал, с чего начать. Линь Маоэр мгновенно сообразила, что у него на уме, и поспешно отключила свой пауэрбанк от телефона, а затем молниеносно протянула его. — Возьми мой, брат Тяньшу! Тридцать тысяч миллиампер, вам с братом Су Цзянем хватит на двоих! — … После короткой, чуть неловкой паузы И Тяньшу медленно произнёс: — У него на телефоне ещё восемьдесят с лишним процентов заряда. — Сейчас-то заряд есть, но кто знает, вдруг потом сядет! Ай, брат Тяньшу, не будь таким вежливым! Возьми пауэрбанк и пользуйся спокойно, вернёшь, когда разрядится. Иди, иди, не задерживайся! Сказав это, Линь Маоэр решительно вытолкнула его из гримёрки. И Тяньшу посмотрел на розовый пауэрбанк в своей руке, а потом обернулся и взглянул на плотно закрытую дверь гримёрки. Изнутри донёсся визг, а на его губах появилась едва заметная усмешка. — А-а-а-а-а! Почему брат Тяньшу оказался здесь?! — Я чуть не умерла от страха! Но ты только посмотри, как точно он назвал, сколько процентов заряда у телефона брата Су Цзяня! Неужели они уже настолько близки, что могут смотреть телефоны друг друга?! — Может быть, он специально спросил, когда пошёл за пауэрбанком? — Тунтун, ну не порти настроение в такой момент! П.п. *Автор трижды использует одно слово для описания И Тяньшу. Оно означает чистый, добрый и честный. Это намеренный стилистический прием, чтобы подчеркнуть тотальную, абсолютную «чистоту» персонажа в противовес «постыдным» фантазиям.  ** «YY» (yìyín) — интернет-сленг, буквально мысленная порнография, думать о сексе, предаваться сексуальным фантазиям. Означает нескромные, романтические или эротические фантазии о ком-либо, обычно скрываемые. Именно так Хуан Тунтун частенько фантазирует о Су Цзяне и И Тяньшу.