Waking Up/Пробуждение

Баффи и Ксандер разговаривают на кухне, Кеннеди и Дон присматривают за ранеными девочками, а Аня и Эндрю "грабят" заброшенную больницу. Я решаю присмотреть за Фейт, которая всё ещё безжизненно лежит на кровати Баффи. Батарея моего ноутбука разряжена, осталось, наверное, минут двадцать. Джайлз сейчас снова уткнулся в свои старые добрые затхлые книги, пытаясь узнать побольше об этой таинственной коме. Он сказал, что мне следует присмотреть за Фейт, позаботиться о ней. Я рада, что он попросил меня об этом. Я очень переживаю за неё. Вторая кома за месяц, третья за всё время. Джайлзу я не рассказала о том, что случилось в Лос-Анджелесе, даже Баффи я об этом не рассказывала. Впрочем, мы не так уж много общались в последние месяцы. Джайлз разделяет мои опасения. Поскольку больница официально закрыта, у нас даже нет возможности провести ей медицинский осмотр. Не то чтобы она согласилась добровольно, она, вероятно, вышла бы из комы за две секунды. Так и хочется произнести при ней слово "больница", чтобы она пришла в себя… Я выбрасываю эту мысль из головы, иду в ванную, наполняю таз тёплой водой и добавляю туда немного мыла. Беру мочалку и иду в комнату Баффи. Вот она лежит, нижняя часть тела укрыта одеялом, грудь её равномерно поднимается и опускается. Выражение её лица нейтральное, не похоже, чтобы она мечтала или думала о чём-то конкретном. Не знаю, хороший это знак или плохой. Ее одежда грязная, в засохшем масле и грязи. Я сажусь на край кровати справа от неё, ставлю тазик на тумбочку и смачиваю мочалку в воде. — Привет, Фейт. Это я, — тихо говорю я, ожидая знака, что она меня услышала. Но его нет. Конечно, это было бы слишком просто. Я начинаю очищать её лицо, стараясь не слишком надавливать на него. Хотя видимых повреждений нет, кроме неглубокого пореза на левой щеке, я всё равно боюсь причинить ей боль. Я вижу, как на лбу, прямо над правой бровью, формируется синяк. Должно быть, именно здесь она ударилась головой, когда прыгнула в воду. Мне требуется около трех минут, чтобы привести ее в порядок, не полностью, она захочет принять душ, когда проснется, но на данный момент сойдет. — Эй, смотри, под всей этой грязью лицо! Я улыбаюсь и нежно прикасаюсь к её лицу, проверяя, не нужно ли обработать порез. Но он уже начинает заживать. Я в последний раз оглядываюсь, ожидая признаков скорого пробуждения, но она выглядит точно так же, как и при моём появлении. Бесстрастное лицо, неподвижность век, пульсирующая точка и равномерное поднятие и опускание груди – единственные видимые признаки жизни . Скорее всего, пройдёт несколько часов, прежде чем она снова проснётся, надеюсь , всего несколько часов… Я смотрю на часы : "21:18", почти полночь. Решаю пока оставить её в покое. Надеюсь, утром с ней всё будет в порядке. И, наверное, стоит помочь Джайлзу с исследованиями. — Спокойной ночи, Фейт, теперь я позволю тебе отдохнуть. Я беру миску и встаю, чтобы уйти. Но что-то меня удерживает. Я опускаю взгляд и вижу, как пальцы Фейт вцепляются в мою рубашку. Не очень сильно, я бы легко высвободилась… если бы захотела. Но теперь её лицо слегка нахмурилось, и она тихонько всхлипывает, что-то похожее на "нет". Она хочет, чтобы я осталась здесь с ней. Я тут же снова сажусь. Она отвечает, и я рада. Я колеблюсь несколько секунд, прежде чем взять её руку в свои обе, просто показывая ей, что я всё ещё здесь. Её лицо тут же расслабляется. — Я не буду петь для тебя, как это делал Лорн, — говорю я и слегка сжимаю её руку — Это было бы невесело ни для меня, ни для тебя. Я не уверена, но, кажется, вижу лёгкую улыбку на её губах. Я понимаю, что уже не в первый раз сижу на кровати в такой позе. Всего несколько дней назад я сидела так же на больничной койке Ксандера. Держа его руку так же, как сейчас держу её. Её руки такие маленькие по сравнению с его, даже чуть меньше моих. И всё же в них столько силы, что людям со средней физической силой это почти невозможно представить. Я думаю о том, что я могла бы ей сказать, ведь разговор – лучший способ разбудить людей в коме. Помню, как пять лет назад я лежала в больнице. Я снова проснулась, потому что где-то далеко-далеко услышала, как кто-то говорит со мной. Тогда я услышала, как кто-то сказал: "Я люблю тебя", я подумала, что это был Оз. Позже я узнала, что это был Ксандер. Интересно, насколько раньше Фейт вышла бы из первой комы, если бы кто-то регулярно с ней разговаривал. Возможно, она бы проснулась на несколько месяцев раньше!… И не такой раздраженной. Я не дура. Я знаю, что отчасти её посткоматозная агрессия была вызвана тем, что она проснулась одна и поняла, что всем абсолютно всё равно, жива она или нет. Жизнь продолжалась так, словно её и не было вовсе. Оглядываясь назад, я понимаю, что все мы совершали ошибки в прошлом. Говорили и делали то, чего уже не вернуть. С чем нам ещё предстоит научиться жить. Например, заново учиться ладить друг с другом. — Извини, что у нас не было времени поговорить после Лос-Анджелеса, ну, знаешь, по дороге домой… — Я останавливаюсь и думаю над последним словом: "Домой…?" — Здорово, Розенберг, — бормочу я вслух. Не думаю, что Фейт так воспринимает Саннидейл. Место, где мэр использовал её в своих коварных планах, где Баффи зарезала её до полусмерти, где наш клуб Скуби был настолько скрытным, что она не могла найти способ проникнуть туда, где она восемь месяцев пролежала в коме… — Не знаю, Фейт, ты считаешь это место домом? А какое-нибудь место ты считаешь домом? Саннидейл, пожалуй, ближе всего к "дому" из всех, что у тебя когда-либо были… Я так многого о тебе не знаю… — И это правда, я почти ничего о ней не знаю, начиная с её фамилии. Её зовут Фейт из Бостона, она убийца с 1998 года… Чёрт возьми, может, "Фейт" – даже не настоящее её имя. — Знаешь, я задам тебе несколько вопросов, когда ты снова будешь в порядке и этот апокалипсис закончится, — она повернула голову ко мне, словно действительно слушая меня — Надеюсь, у нас есть ещё немного времени между этим и следующим. Кто бы мог подумать, что у слова "апокалипсис" есть множественное число? Ты даже в словаре его не найдёшь. Поверь, я посмотрела! И снова я вижу эту лёгкую улыбку. — Да, знаю, я исследовательница, — ухмыляюсь я и чувствую, как она сжимает мою руку. Всё. Я почти до неё достучалась! Мне просто нужно продолжать говорить. Но у меня нет возможности. Что-то мешает. Что-то всегда мешает. На этот раз это он, или мне стоит называть его "оно", раз это не он? Если вы сейчас запутались, не волнуйтесь, через секунду всё поймёте. На кровати, по другую сторону от тела Фейт, сидит "он" в костюме, который делает его похожим на торговца подержанными автомобилями, на самого обычного парня, а не на человека, чье самое большое желание – превратиться в гигантскую змею. Он подносит свою бестелесную руку к лицу Фейт, словно хочет прикоснуться к ней. — Ох, посмотри, что ты сделала с моей бедняжкой Фейт, — говорит он и цокает языком, прежде чем встать с безумной ухмылкой на лице — О нет, погоди. Это я с ней сделал! — хихикает он, как гиена. Он медленно обходит кровать. — Ну, она никогда не была самой умной девочкой на свете, сама прямо в мою ловушку попала. Теперь он стоит прямо перед нами, засунув руки в карманы брюк . — Знаешь, ей суждено было там умереть. Ну что ж, придётся придумать для неё что-нибудь поэффективнее. Я стараюсь игнорировать его. Изначальное является мне не в первый раз, но это всё равно ужасно нервирует. Не знаю, имела ли Фейт когда-либо удовольствие встречаться… с ним. Её лицо остаётся бесстрастным, я понятия не имею, слышит ли она его. Я смотрю на наши сцепленные руки: она всё ещё сжимает мою, пусть и не очень сильно. Он видит наше общение и, конечно же, не упускает возможности прокомментировать это. — Я помню, как ты в последний раз держала её за руку. Тот самый раз, — он медленно расхаживает по классу, — в школьной столовой. Только тогда ты пытался убрать руку, которая держала нож у твоего горла. Он театрально вздыхает: — Старые добрые времена. — Я должен был тогда отдать ей приказ убить тебя. Она бы, без сомнения, так и сделала. Она бы сделала всё, что я ей сказал. — Но прошлый год был бы и вполовину не таким весёлым! — усмехается он, снова вставая рядом со мной — А я поблагодарил тебя за весь этот бардак, который ты устроила, вернув Баффи Саммерс? Потрясающе! Без тебя я бы не смог так эффективно работать. Он делает движение, словно хлопая меня по плечу. — Итак, чем я могу тебе отплатить? Дай подумать. Знаешь, ты всегда можешь присоединиться ко мне, я могу сделать тебя своей новой правой рукой. Время Калеба истекло, я от него устал. Но ты, в тебе такой большой потенциал. Подумай об этом, ты могла бы закончить то, что начала в прошлом году. Я крепче сжимаю руку Фейт. Хотелось бы, чтобы она проснулась. Конечно, она не могла бы ему ничего сделать, но, по крайней мере, я бы не чувствовала себя такой одинокой. — Верно, продолжай держать её за руку. Черпай силы у человека, который даже не знает о твоём присутствии, — саркастически бросает он — А даже если бы знала, разве ей было бы не всё равно? Ее голова отвернута от меня, но, думаю, это больше связано с ним, чем со мной. — В прошлый раз вы хотели убить друг друга, — Изначальное превращается в Тару, — а теперь вы притворяетесь друзьями. И теперь для меня всё кончено . Это Тара. Моя Тара стоит всего в трёх футах от меня. Только это не она, это Изначальное. — Друзья — она съеживается рядом со мной, и я стараюсь не встречаться с ней… с его взглядом. — Интересно, да? У тебя их мало осталось. И теперь ты ищешь новых в своих старых врагах. А у Фейт их никогда не было. Она всегда была одна. И вот почему она тебя ненавидела. Не только тебя лично, не только твоих друзей. Весь мир. Потому что у всех, казалось, было что-то, чего не было у неё. Она не могла здесь находиться. И она знает, что есть только два способа избавиться от всего этого. Как и ты. Она поднимает два пальца, тыча мне прямо в лицо. Она совсем не похожа на мою Тару, я знаю, что это не она, и всё равно не могу игнорировать то, что она нам говорит. — Во-первых, — она поднимает большой палец, — уничтожить всех людей в этом мире, а в конечном итоге и сам мир. Ну, это скорее то, что ты бы сделала, не так ли? Она сверкнула дьявольской, совсем не Тариной улыбкой. — У неё нет такой силы. Но у тебя она есть. Только подумай, для тебя это было бы так легко. Покончить со всем этим. Больше никакой боли, никаких апокалипсисов. И самое лучшее — ты могла бы снова быть со мной! Ты ведь этого хочешь, верно? Я пытаюсь отвернуться, но не могу. — Или, два, назовём это планом Б, — её указательный палец дополняет большой, и я знаю, что она скажет дальше — Ты можешь уничтожить себя. Ты даже можешь забрать её с собой, если хочешь. Вот, — она указывает на подушку в изножье кровати — Самый быстрый вариант. И она беззащитна. Никакой суеты, никакого шума. Ты бы закончила, прежде чем кто-нибудь заметит. Она… оно смотрит на меня, почти таким взглядом, какой носила бы Тара… нежным? — Разве не для этого нужны друзья? Чтобы помогать друг другу? Чтобы помогать друг другу избавиться от боли? — Изначальное пытается прибрать к рукам нас — А потом нам просто нужно найти что-нибудь для тебя… но, думаю, у тебя есть опыт в таких делах. Ты что-нибудь придумаешь, правда? Ты знала, что она в тюрьме вступила в группу поддержки? Для тех, кто пытался покончить с собой. Она, наверное, могла бы тебя чему-нибудь научить, — смеётся она. — Уходи, — шепчу я еле слышно. — Что это было, дорогая? — Она наклоняется ко мне ближе, насмехаясь. — Я сказала, уйди, оставь нас в покое. Ты до нас не достучишься, — я крепко сжимаю руку Фейт, и она хнычет. Я бы обрадовалась такой реакции, если бы не эта ситуация. — Боже мой, а я-то думала, ты дар речи потеряла. И теперь "нас", да? — Она смотрит то на нас, то на себя и улыбается — Знаешь, кажется, я наконец-то поняла, почему ты теперь с Кеннеди. Потому что ты не могла быть с ней. Тара встаёт и смотрит на Фейт пристальнее. — Значит, ты выбрала кого-то почти похожего на неё, да? — Она снова смотрит на меня — Я заметила, как ты в свое время смотрела на Баффи, когда Фейт была в ее теле. Сначала я думала, что ты интересуешься Баффи, но взгляды прекратились, когда они снова поменялись местами… Я опускаю глаза, возможно, в этих словах была доля правды. — Не нужно мне лгать. Я мертва. Теперь я всё вижу. Вижу всё, что ты сделала. Всё, что ты можешь сделать в будущем. Я никогда не думала, что ты способна на такое — Она встаёт и скрещивает руки. — Но, конечно, я могу ошибаться насчёт вас двоих, и есть только одно, что вас объединяет. Знаете, что? Вы оба убийцы, — говорит оно, превращаясь в Баффи. Она стоит там, приняв самодовольную позу, которую Баффи выработала за эти годы. Руки скрещены на груди, бёдра выпячены, на лице презрительное выражение. — По крайней мере, Фейт села в тюрьму и заплатила за свои деяния — Она поворачивается ко мне — А ты, "рыжая"?! — усмехается она, нарочно называя меня прозвищем Фейт. — Ты считаешь, три месяца в стране "бананов с картофельным пюре"– достаточным наказанием? Думаю, тебе бы понравилось немного посидеть за решеткой. Там ты встретишь самых прекрасных людей — Она кивает в сторону Фейт — Просто спроси её. Она могла бы рассказать тебе забавные истории. Интересно, что произошло за эти… сколько это длилось?… два с половиной года тюрьмы. Я пыталась её расспросить, но она рассказала только, что недавно на неё напали с ножом. И с тех пор у нас не было времени поговорить. Кто знает, что ещё с ней случилось? — Чёрт, они могли бы даже засунуть тебя с ней в одну камеру. Разве тебе не понравилось бы, а? Провести время вместе? — Ты могла бы составить ей компанию. Бедняжка Фейт – ей пришлось несладко. Видишь, какой она стала мягкой? —Фейт лежит, по её щеке катится слеза. — Говорят, тюрьма закаляет. Но посмотри, какой она вышла. Прилипчивой, плаксивой, жалким подобием убийцы! — Я игнорирую Изначальное и вытираю слезу девушки, позволяя своей руке задержаться на её щеке на несколько секунд. — Ты же знаешь, что её первоначальное призвание было ошибкой, не так ли? — говорит Баффи мне. Я слышала, как кто-то упоминал об этом раньше, не знаю, кто именно, возможно, я даже прочитала об этом в одном из файлов Джайлза… случайно, конечно… но с тех пор это заставляло меня задуматься. Если бы я знала больше о её прошлом, я бы, возможно, поняла. — Хм, ну, может быть, мы ещё можем решить эту проблему. Говорю тебе прямо сейчас, — она наклоняется ближе и заговорщически шепчет мне на ухо, — не каждый истребитель выживет в этой битве. Изначальное встает, подходит к изножью кровати и теперь стоит позади нас. — Вы вляпались в этот апокалипсис по уши. Вы со своей маленькой армией совершенно не сильны. Только посмотрите на вас двоих. Вы боитесь использовать магию, потому что можете снова стать прежним собой. И бедная Фейти с её отвратительной привычкой время от времени терять сознание… Вы обе слабы. Физически и эмоционально, и вы это знаете — Изначальное смотрит на часы, уже чуть больше десяти. — О, смотрите, надо бежать. Надо запланировать что-нибудь зловещее, — подмигивает она… оно. Мне постоянно приходится напоминать себе, что это не Баффи говорит с нами. — Уилл, Фейт, ещё увидимся — И как раз когда я думаю, что она… оно наконец-то нас покинуло… оно говорит: — И не волнуйся. Она меня услышала. Каждое слово. Но теперь мы снова одни. Оба наедине с собой. Я всё ещё крепко держу Фейт за руку, и её глаза начинают двигаться. — Ну, по крайней мере, эта приятная встреча имела хоть один положительный эффект. Ты просыпаешься, да? — Я снова прикасаюсь к её лицу, не потому, что она плачет, а просто потому, что мне этого хочется. Думаю, у меня бы случился нервный срыв, если бы её не было рядом. Каким-то образом она придала мне сил. Просто потому, что она была рядом, пусть даже в бессознательном состоянии. Теперь я понимаю, как наконец-то разбудить её. Помню, что сказало Изначальное: "Вы оба слабы". Но я могу помочь. Могу помочь Фейт, как она только что помогла мне. По одиночке мы можем быть слабы, но вместе мы можем быть сильны. Я закрываю глаза и начинаю сосредотачиваться. Вспоминаю разговор с Баффи; кажется, прошло много времени, но на самом деле это было всего несколько месяцев назад, тогда, когда всё было также плохо. Тогда, когда я не знала, будут ли мои "друзья" когда-нибудь снова мне доверять: — Это требует столько сил, а у меня их нет. — Ну, у меня так много сил. Я их раздаю. — Ты уверена? — Это поможет? — Очень. И теперь я тот, кто поддерживает человека, который снова ищет своё место в этом мире. Я его ещё не нашла, пока что. Но, возможно, это то, в чём мы можем помочь друг другу. Я чувствую, как мои руки становятся теплее, чувствую, как энергия перетекает из моего тела в ее, просто через наши соединенные руки. Не знаю, сколько мы так продержимся, может, минуту, может, десять, но это неважно. Потому что теперь я чувствую, как она ерзает и сжимает мою руку всё сильнее. Я открываю глаза и вижу два очень тёмно-карих, почти чёрных, глаза, смотрящие прямо на меня. Её левая рука заведена за голову, и она выглядит довольно спокойной для человека, который ещё несколько мгновений назад был в коме. — Я думала, ты мне кинула, — ухмыляется она. — Извини», — смеюсь я и пытаюсь выпустить её руку. Но она не отпускает, сохраняя контакт — Как ты себя чувствуешь? — Немного тело болит, но в остальном всё нормально. Сколько я была без сознания? — интересуется Фейт. — Около десяти часов — отвечаю я. Она поднимает брови и наигранно надувает губы: — Самая короткая кома в моей жизни… — Ты же не собираешься побить свой собственный рекорд? Трёх ком достаточно… — Волшебное число, — говорим мы хором и улыбаемся. — Как здорово, что ты вернулась. Теперь мы можем надрать задницы злодеям… бестелесным — Она смотрит на меня с недоумением — Что? Удивлена услышать такое от меня? Ты многого обо мне не знаешь. — Боюсь, что да. Но я хочу знать. То есть, ты же тоже хочешь узнать обо мне. Чтобы получить немного, нужно немного отдать, помнишь? — Фейт немного приподнимается. Я помогаю ей и подкладываю другую подушку ей под голову. — Спасибо, — тихо говорит она. — Без проблем. — Не за это, — Фейт указывает на подушки — В смысле, и за это тоже, но на самом деле я имела в виду, что ты осталась со мной. Приятно не просыпаться в одиночестве. — В любое время, — произношу я и целую ее в щеку. — Это для чего? — спрашивает она меня, немного удивленная. — Это моя благодарность. За то, что ты здесь со мной. — Пожалуйста — И вот она обнимает меня. Совсем недолго. Не знаю, обнимала ли Фейт когда-нибудь кого-то так. Но я точно могу привыкнуть к этому ощущению её в своих объятиях. Только бы Кеннеди этого не услышала. Я слышу стук в дверь, и мы отъезжаем. — Входите, — говорю я. Входит Баффи, настоящая, телесная, с косой в р уках. — Эй. Я услышала ваш разговор с Фейт и подумала… У тебя есть минутка? — спрашивает она, обращаясь к Фейт. — Да, конечно — отвечает каштановолсая. Я встаю, чтобы уйти, забрав миску с собой. — Уилл? — окликает меня Фейт, и я оборачиваюсь — Можешь принести мне воды? Я немного хочу пить. — Да, без проблем. Я приду через пару минут. — Спасибо, — улыбается она, пока Баффи садится на кровать. Я закрываю дверь и спускаюсь вниз. Я немного устала, пожалуй, пойду спать. Никогда не знаешь, что будет завтра. Но я не боюсь. Всегда есть тот самый человек, на которого я могу положиться. И это факт. Конец