сто два градуса по Фаренгейту

Этим утром Дрим пожалел, что проснулся. Царапающее ощущение в горле заставило парня немедленно раскрыть глаза. Несколько секунд он просто лежал, глядя в потолок, пока голова медленно прояснялась. Было то странное состояние, когда ты вроде бы не болен, но тело уже намекает, что день не обещает быть лёгким. Горло саднило, будто он слишком долго вчера говорил, или заснул с открытым окном. Не то, чтобы это было чем-то новым. Он сглотнул — неприятно, но терпимо. Не конец света. В комнате было прохладно. Солнечные полосы пробивались сквозь шторы, ложась на простыни. Всё выглядело почти обычно, и всё же… что-то было не так. Он потянулся, зевнул, но вместо привычной бодрости ощутил тяжесть — лёгкую, едва заметную, но раздражающую. Тело будто сопротивлялось движению. «Отлично,» — подумал он, садясь и проводя рукой по лицу. — «Только этого не хватало.» Дрим встал, натянув на себя какую-то футболку, и почти автоматически пошёл на кухню. Всё было в привычном порядке: кофемашина, огромное количество кружек, пакет с хлопьями на столе и какой-то мусор в раковине. Он провёл рукой по шерсти кошки, которая мирно спала на подоконнике, и та лениво потянулась, издавая мягкое мурлыканье. Тэйкен насыпал ей еду в миску, но пальцы дрожали чуть сильнее обычного. «Ничего, это не страшно,» — подумал он, делая вид, что всё под контролем. Завтрак был быстрым и почти механическим — несколько ложек хлопьев, глоток чая, лёгкий вздох. Его тело просило покоя, но разум упорно подталкивал к обычному ритму: вставай, делай, двигайся. Когда он возвращался в комнату с пустой чашкой, лёгкая усталость будто скользнула по плечам, но он отмахнулся, вспоминая, что вчера поздно ложился. Он сел за компьютер, пальцы привычно скользнули по клавиатуре, но каждый набор буквы отдавался в горле лёгкой болью, почти незаметной. Он напрягся, пытаясь игнорировать это ощущение, и улыбнулся самому себе: «Ладно, мы справимся. Ещё рано для паники.» Дрим сел перед компьютером и привычно включил OBS. Экран засветился, мышка зашуршала, а вентилятор в ПК едва слышно завелся. Он открыл Minecraft, загрузил свой мир и сделал привычный тест стрима. — Все работает? — спросил он в пустоту, на автомате улыбаясь. Чат быстро начал заполнятся сообщениями. Кто-то здоровался, кто-то спамил стикерами, а кто-то задавал глупые вопросы. Он ответил парой фраз, медленно, с лёгкой задержкой: — Привет всем… Да, всё вроде нормально… Стримлю утром, потому что все спят и мне нечем заняться… Чат, как всегда, бурлил. Он ловил мелькающие сообщения, кивал головой, иногда улыбался, но взгляд немного блуждал, и в груди появлялась странная тяжесть. — Ну да, работаем дальше, — пробормотал он, нажимая на клавиши, наблюдая, как его зеленый персонаж бежит по миру. Внутри было ощущение, что всё ещё можно контролировать, хотя горло всё сильнее саднило и тело тянуло к отдыху. Он прокручивал сообщения, отвечая на несколько вопросов коротко, не вдаваясь в детали. Каждый смех давался чуть тяжелее обычного, и пальцы иногда промахивались по клавишам. «Странно,» — подумал Клэйтон, — «вчера вроде был полон энергии, а сегодня каждое движение будто требует усилий. Только бы не заболеть.» Он продолжал стрим, комментировал свои действия, слегка медленно, с паузами: — Итак… бежим сюда… аккуратно… да, отлично. Внутри, за улыбкой и привычными словами, сидело ощущение лёгкой дрожи в теле и горла, которое то и дело напоминало о себе. Но Дрим продолжал вести стрим, словно всё ещё мог контролировать день.

━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━

Джордж лениво открыл глаза. Лучи солнца пробивались сквозь жалюзи, бросая полосы света на пол, где валялись случайно оставленные бумажки и наушники. Он потянулся, едва перевернувшись на другой бок, и с тихим вздохом спрыгнул с кровати. Комната была привычно небрежной: на комоде лежали блокноты с каракулями, под прикроватной тумбочкой — пустая кружка, а на полке стояли фигурки персонажей из игр, слегка пыльные. Джордж пробежал пальцами по тумбы, снял телефон с зарядки и направился в ванную. Душ был горячим, и Фаунд с удовольствием смыл остатки сна. Вода стучала по плитке, а пар заволакивал зеркало, оставляя его отражение слегка размытым. Он умыл лицо, аккуратно расчесал волосы, разлохматив их потом пальцами, и вышел, надев простую футболку и штаны. На кухне он включил плиту, поставил сковороду и достал яйца. Тостер щёлкнул, и запах поджаренного хлеба заполнил комнату. Патчес, как обычно, уже наблюдала за происходящим с подоконника, лениво моргая. Парень улыбнулся ей и подошел потрепать по голове в знак приветствия. Джордж сел за стол с чашкой кофе и только собирался сделать первый глоток, когда телефон завибрировал на столе. На экране мигало уведомление о стриме. Dream запустил трансляцию «спидраню Майнкрафт пока не усну на клавиатуре:)» Британец облокотил телефон на чашку, немного наклонился, чтобы лучше видеть экран, и коснулся кнопки «смотреть». Стрим загрузился, и знакомый голос заполнил комнату тихим, слегка хриплым звуком. Он взял тост в руки, осторожно откусил и, не спеша жуя, наблюдал за действиями Дрима в игре. Звук клавиатуры медленно выскальзывал из динамиков телефона, персонаж бегал по миру, а чат мелькал сообщениями: шутки, приветствия, обычный утренний поток. Джордж потянулся за кружкой, придерживая телефон, чтобы тот не упал, отпил маленький глоток и снова посмотрел на экран. Он почти автоматически комментировал вслух то, что видел: — Ладно, в лаве не умер, начало положено… Тост слегка хрустнул под зубами, кофе парил, а брюнет сидел за столом, позволяя себе просто наблюдать за другом, не отвлекаясь на что-то другое. Стрим создавал ощущение утреннего присутствия Дрима, и, хотя Джордж занимался привычными делами, это ощущение мягко задерживало его внимание на экране. Он отломил небольшой кусочек от яичницы и заметил, как в чате всплыло очередное сообщение: «Брось коту алмаз! Он заслужил!» Парень скривился и тихо рассмеялся, не поднимая глаз от экрана: — Да, конечно… алмаз для кота, абсолютно логично. Он откусил ещё кусок тоста, продолжая смотреть стрим. Маленькая рутина, привычные звуки кухни и смешные комментарии из чата создавали странно уютное утро, и Джордж позволял себе наслаждаться этим тихим, почти невидимым моментом присутствия Дрима, даже на расстоянии. Со второго этажа послышались скрипящие шаги. Сапнап осторожно спустился по лестнице, оглядываясь по сторонам, и направился к кухне. Он быстро подбежал к старшему, пугая его со спины. — Ты полный придурок, Сап! — крикнул брюнет своему другу. Шатен разразился хохотом, довольно наблюдая за тем, как Дэвидсон с легкой ненавистью таращится на него. — Ты только встал или еще не ложился? — спросил Джордж. Ник, ухмыльнувшись, подошел к нему, выдергивая чашку из под телефона старшего, намереваясь отхлебнуть напиток. — За кого ты меня принимаешь, Джорджи? — с наигранным возмущением спросил он. — Конечно я не ложился. — Ну и дурак, — ответили ему с небольшой ухмылкой, пытаясь забрать чашку из цепких рук. — Ты превращаешься в животное, которое бодрствует только по ночам, а днем храпит на весь дом и матерится, если кто-то шумит. Сапнап только закатил глаза. — Пока вы оба дрыхнете, — драматично начал он. — Я зарабатываю деньги для нашей маленькой семьи. — Прервавшись на очередной глоток чужого кофе, он продолжил. — Ах, бедный я несчастный, не цените вы меня, уйду от вас когда-нибудь. Джордж только рассмеялся, всё таки забирая назад свою кружку. Николас тихо хмыкнул и отвернулся к кухонным шкафчикам, открывая их один за одним, в поисках чего-то съестного. Найдя припрятанные запасы, он быстро взял баночку с печеньем, закрывая за собой дверцу. Фаунд заметил его движение и усмехнулся: — Не думал, что ты будешь красть печенье утром. Сапнап замер на мгновение, поднимая баночку: — Я не краду, а исследую возможности кухни. Старший тихо рассмеялся: — Конечно, «исследуешь». Ладно, только не забудь скрыть улики. — Не переживай, я мастер тихих краж, — ответил Сап с лёгкой ухмылкой, и воровской походкой уже через пару секунд вернулся по лестнице к себе. Джордж откинулся опёрся на спинку стула, взял в руки тост и сделал ещё один глоток кофе. На кухне ещё слышались едва заметные звуки шагов Сапнапа, и лёгкое эхо его голоса, когда он возвращался наверх, что добавляло утру ощущения жизни и движения. Брюнет слегка улыбнулся и перевёл взгляд на телефон. Стрим Дрима всё ещё шёл, чат мелькал сообщениями, а сам стример пытался заспидранить очередное прохождение, время от времени отвечая на шутки зрителей, но Джордж заметил маленькие паузы между фразами. Он взял телефон в руки, наблюдая за каждым движением друга в игре. Маленькие задержки в прохождении, короткие вдохи перед ответом на сообщения. Всё это складывалось в едва заметное ощущение усталости. Дэвидсон снова откусил кусок тоста, позволяя себе немного расслабиться, стараясь не делать из этого драму. Просто тихо наблюдал. Утро продолжало идти своим чередом: шум кухни, тихий голос Армстронга, весёлые сообщения в чате, и где-то на этом фоне мелькало чувство, что друг, хотя и держится, сегодня явно не в своей обычной форме.

━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━

Клэй сделал глоток воды и покашлял, слегка сглотнув. Звуки клавиш, сообщения чата, знакомая музыка игры — всё это как будто поддерживало его на плаву, не давая полностью погрузиться в слабость. Но внутри что-то тихо тянуло вниз, напоминая о неизбежном дискомфорте, который грядёт позже. «Надеюсь, это просто утреннее недомогание», — думал он, стараясь не обращать внимания, хотя в голове уже мелькала мысль о том, что простуда может разгуляться к вечеру. Дрим щёлкал мышкой, пытаясь управлять персонажем, но пальцы то и дело промахивались. В какой-то момент зеленый человечек просто вышел из лодки, при очередном клатче, и упал прямо в лаву, умирая, и Тэйкен тихо рассмеялся, то ли от абсурдности ситуации, то ли от того, насколько сильно его тело слабело с каждым часом. Он устало откинулся на спинку игрового кресла прикрывая глаза и тяжело дыша. Кажется утренний стрим теперь был не самой лучшей идеей, и нужно было просто остаться в своей постели или пойти улечься на диван в гостиной, чтобы о нём заботились. Да, забота ему бы сейчас не помешала. В голове внезапно мелькнул образ Джорджа. Как будто тот тихо заходит в комнату с кружкой горячего чая, мягко накрывает одеялом, спрашивает, не слишком ли жарко, и осторожно поправляет подушку. Младший чуть улыбнулся при этой мысли, представляя, как брюнет следит, чтобы он не переутомился, шутливо подталкивая к тёплому супу или лёгкой закуске. Дрим уловил, как его плечи слегка расслабляются при этой мысли. Он представлял, как Дэвидсон неловко улыбается, пытаясь подшутить над его слабостью, и как эта лёгкая шутка, странно, согревала его больше, чем любой чай. «Наверное, это глупо», — промелькнуло в голове. Даже простое воображение того, что кто-то заботится о нём так тихо и ненавязчиво, заставляло его сердце биться чуть быстрее. И где-то глубоко внутри мелькала мысль: возможно, забота, которую он так хотел сегодня, может исходить от того, кого он и сам давно ценил. Он медленно открыл глаза и посмотрел на экран. Чат продолжал сыпать шутками и вопросами, но теперь каждое сообщение казалось ему чуть более раздражающим, чем обычно. Он провел ладонью по лицу, чувствуя, как в висках нарастает лёгкое давление. Несколько часов пролетели почти незаметно. Чат всё так же кипел шутками и комментариями, но стримеру становилось всё труднее держать концентрацию. Пальцы устало промахивались по клавишам, голос становился хриплым, а движения персонажа медленными и неуклюжими. Тэйкен глубоко вздохнул и отвёл взгляд от экрана. «Пожалуй, хватит на сегодня», — подумал он, ощущая, как усталость словно обволакивает всё тело. Сердце слегка сжалось: с одной стороны, хотелось продолжать ради зрителей, но с другой — тело уже кричало о необходимости отдыха. Дрим потянулся, опустив руки на колени, и ненадолго закрыл глаза. В голове снова мелькнул образ британца: тот тихо стоял рядом, подшучивал, подносил чай, мягко заботился о нём. Мысль о том, что кто-то мог бы быть рядом именно сейчас, согревала сильнее любого тёплого напитка. С небольшим усилием он скомкано со всеми попрощался, пообещав постримить позже, и выключил стрим, ощущая одновременно облегчение и лёгкую грусть. Утро закончилось, но теперь появилось пространство для чего-то нового. Для заботы, внимания и, возможно, для тех чувств, которые так осторожно пробивались сквозь повседневность.

━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━

Джордж, удобно устроившись на диване в гостиной, пролистывая ленту Инстаграма, когда заметил движение у дверей. Дрим вышел из своей комнаты, слегка сутулясь, с едва заметной усталостью в глазах и немного бледным лицом. — Эй, — сказал Дэвидсон, пытаясь поддержать привычный лёгкий тон. — Ты выглядишь… ммм… впечатляюще, — добавил он заметив состояние друга. Тэйкен, тяжело усмехнувшись, поплелся к дивану и, с громким выдохом, рухнул на него без сил. Старший тихо хихикнул и пододвинулся ближе. — Ну, герой, — сказал он, слегка наклоняясь к Дриму, — может чаю? Он протянул руку, аккуратно поправляя подушку за спиной блондина, словно проверяя, удобно ли ему. Каждый жест был осторожным, но внимательным, и, на секунду, Клэйтону показалось, что в его глазах промелькнула тихая тревога. Младший прижал к себе коленки и с удовольствием нырнул под плед, лежавший на диване. Натянув его до самого подбородка, он перевел взгляд на друга, который всё ещё ждал ответа. Быстро кивнув ему, Дрим согнул руку в локте и уложил на нее голову, намереваясь слегка отдохнуть. Джордж тихо хмыкнул, наблюдая за тем, как Тэйкен устроился на диване. Он аккуратно поднялся, стараясь не создавать лишнего шума, и направился на кухню. Сердце немного тревожно подсказывало, что с другом что-то не так, но Фаунд решил действовать спокойно: всё, что нужно сейчас — это простой тёплый чай и тихая забота. Он налил воду в чайник и нажал на кнопку, достал кружку, пакетик чая, немного меда и наблюдал за паром, поднимающимся из носика, параллельно вспоминая где они держат аптечку. Через несколько минут он осторожно вернулся в гостиную, держа кружку с тёплым напитком в одной руке и градусник в другой. Но комната встретила его тихой тишиной. Дрим лежал на диване, закутавшись в плед, а ровное дыхание говорило о том, что он крепко уснул, не успев и попробовать творение старшего. Джордж тихо сел рядом, аккуратно поставил кружку на столик, рядом положил термометр, чуть поправил плед, лишь на мгновение улыбнулся сам себе и поспешил ретироваться из комнаты, оставляя Клэйтона одного.

━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━

Джордж стоял у плиты, медленно помешивая суп, пар поднимался тонкой дымкой, мягко окутывая кухню. Закатное солнце пробивалось через занавески, отбрасывая длинные тёплые тени на стол и пол. В воздухе витал запах грибов и слегка поджаренного хлеба, а тихое бульканье в кастрюле и шорох ножа по разделочной доске создавали ощущение спокойствия и уюта. Он погрузился в свои мысли, думая обо всем и всех сразу. О Сапнапе, что сейчас наверняка громко храпел, отсыпаясь после бессонной ночи, о том, что пора бы поменять постельное белье на кровати, о кошках, что сейчас требовали еду, о Дриме… Будем честны, о Дриме он думал гораздо больше, представляя его сонным после дневного сна. Внутри что-то тихо расплывалось, распространяя в груди тепло и заставляя сердце биться чуть быстрее. Фаунд попытался сосредоточиться на готовке, но всё чаще ловил себя на том, что просто наблюдает за светом на поверхности бульона и мечтает. Лёгкий шум шагов позади заставил его вздрогнуть. Американец появился на пороге кухни, ещё сонный, с растрёпанными волосами и едва заметной бледностью на щеках. Джордж невольно выпрямился, чуть сильнее сжимая ложку в руках. — Эй… — тихо сказал он, стараясь сохранить лёгкий тон, выкидывая все мысли из головы, и стараясь не думать о том, как хорошо его воображение передало образ сонного друга. — Ты… уже проснулся? Дрим медленно подошёл к стулу у кухонного островка, слегка покачиваясь. Дэвидсон чувствовал, как сердце бьётся быстрее от каждого движения блондина, от того, как близко он теперь стоит. — Ты мерил температуру? — спросил он, вспоминая, что оставил градусник на журнальном столике. — Мерил, — ответил Тэйкен тихо. — Сто два. — Сто два? — брюнет нахмурился, но голос у него дрогнул чуть больше, чем хотелось бы. — Это в Фаренгейтах? Младший приподнял бровь и вопросительно посмотрел на друга. — Ну не в Цельсиях же… — тихо ответил он. Джордж лишь закатил глаза и повернулся обратно к плите, невидимо ухмыляясь. — Сто два градуса по Фаренгейту это же около тридцати восьми в Цельсиях? — вопросительно взглянул он на Дрима, забывая, что тот не знает ничего о метрической системе. — Такую температуру надо сбивать. Ты не помнишь где у нас… Клэй подошёл ещё ближе, как бы случайно задевая британца плечом, тем самым останавливая его кудахтанье. Соприкасаясь со спиной старшего, он невольно почувствовал тепло, исходящее от друга. Наклоняя голову к кастрюле, он тихо спрашивает, обдавая своим теплым дыханием чужую шею. — Что это? — спросил Дрим, взглядом останавливаясь на бульоне. — Грибной суп, — сказал Джордж, слегка улыбаясь, ощущая, как тепло Тэйкена слегка отзывается внутри него. — Когда я был маленьким и болел, мама всегда готовила мне его. Говорила, что он волшебный и помогает выздороветь. Клэйтон тихо усмехнулся и почти незаметно опёрся головой на плечо старшего. Джордж замер на мгновение, его рука на ложке слегка сжалась, а сердце пропустило удар. Он продолжал помешивать суп, но движения стали осторожными, будто боясь потревожить то ощущение тепла, что теперь исходило от Дрима. — Он всегда пахнет так… особенно, когда варишь его дома, — продолжал Дэвидсон, стараясь не выдавать внутреннего волнения. — И… он всегда помогает. Блондин двинулсямчуть ближе, постепенно перемещая свои руки на талию британца. Джордж вздохнул тихо, позволив себе мгновение наслаждения этой близостью, хотя внутренне пытался сохранять привычный тон: — И когда я болел… мама всегда сидела рядом, говорила, что всё будет хорошо… Дрим не шевелился, просто слушал. Тепло его головы на плече Фаунда переплеталось с ароматом супа и мягким светом заката. Любую идиллию нужно разрушить. Наверняка так думал Сапнап, появившись на пороге кухни с широкой полуулыбкой, держа пустую кружку. — Окей, — сказал он, прищурившись, — я не мог пройти мимо, когда увидел вас тут обнимающимися прямо на кухне. Честно, почти почувствовал себя шпионом. Дрим быстро отстранился, а Джордж отскочил назад, чуть задев рукой стол. — Сапнап! — тихо, но строго сказал Джордж, пытаясь не смеяться. — Ладно-ладно, — усмехнулся Ник, — просто хотел удостовериться, что вы живы и сказать, чтобы вы и нам с Карлом что-то оставили из того, что вы тут кашеварите… — Он сделал паузу, наклонив голову. — Хотя, если честно… вы выглядите довольно мило. Дрим тихо фыркнул, а Джордж, пряча улыбку, сказал: — Хватит, Сап… — Ладно, ухожу, — сказал Армстронг, делая театральный поклон. — Дом в вашем распоряжении до утра, не шалите! — крикнул он напоследок, открывая входную дверь. Он быстро вышел, оставив за собой лёгкий смех и тёплое чувство облегчения. Кухня снова опустела. Тэйкен стоял рядом с британцем, немного поодаль, стараясь скрыть лёгкое смущение. Внутри что-то тревожно ёрзало — будто сердце знало, что этот момент важнее, чем кажется. — Ну, — тихо начал он, слегка улыбаясь, — по крайней мере, мы теперь официально “милые вместе”, раз Сапнап так сказал. Джордж взглянул на него, слегка нахмурившись, но в глазах мелькнуло любопытство и что-то более глубокое — лёгкая дрожь возбуждения, смешанная с тревогой. — Правда ли он так думает? — спросил он, чуть наклонив голову, стараясь скрыть ускоренное дыхание. Младший фыркнул, пытаясь отшутиться и сбить напряжение: — Ну… Ник вроде бы профессионал в оценке красоты дружбы, так что, наверное, да. Дэвидсон едва заметно улыбнулся, но в груди что-то сжалось. Он посмотрел на Дрима, и сердце застучало быстрее, словно предчувствуя, что скоро этот момент станет чем-то большим. — Ты… — начал Джордж, но запнулся, — ты не стесняешься, что он сказал? — А кто бы стеснялся? — тихо ответил блондин, слегка наклонив голову, так что их взгляды почти встретились. — Честно, мне… не так уж и неловко. Тишина снова повисла между ними. Воздух казался густым, каждый звук, тихий шелест одежды или лёгкое дыхание, становился слишком явным. Дрим чувствовал, как его сердце учащённо бьётся, а Джордж ловил каждый намёк движения, каждый взгляд, словно пытаясь понять, что скажет тело раньше слов. Их руки случайно соприкоснулись, легкий, почти случайный контакт, который заставил обоих замереть. Секунда растянулась, смешивая тревожность с влюблённостью. Ни один из них ещё не сделал шаг, но напряжение между ними уже говорило о том, что вот-вот произойдёт что-то значимое. Тишина между ними продолжала висеть густым облаком. Клэйтон не отводил взгляда, его сердце колотилось так, что казалось, оно вот-вот выдаст все его мысли. Дэвидсон, ощущая тепло рядом, осторожно поднял взгляд и заметил, как глаза Дрима слегка блестят в мягком свете. — Ты… — начал он, но слова снова застряли где-то на середине груди. Младший слегка приблизился, едва касаясь Джорджа плечом, и вдруг все страхи рассеялись, уступив место странному, сладкому волнению. Его рука медленно скользнула к старшему, чуть дотрагиваясь до его руки, и тот вздрогнул, но не отстранился. — Джордж… — тихо произнёс Дрим, едва слышно, почти шёпотом. Их лица были так близко, что можно было различить мельчайшие детали: чужые веснушки, блеск глаз, лёгкое дрожание губ. Клэй наклонился ещё чуть ближе, и этот шаг стал словно сигналом: страх отступает, а желание — берёт верх. И их губы встретились. Сначала осторожно, почти робко, как будто проверяя, возможно ли это. Потом поцелуй стал глубже, нежнее, растягиваясь на секунды, которые казались вечностью. Джордж почувствовал, как руки Дрима скользят по его талии, а его собственные ладони инстинктивно обвивают блондина, прижимая ближе. В этом поцелуе было всё: тихая тревожность, долгожданное облегчение, тепло, которое распространялось по телу, и ощущение, что мир сузился только до них двоих. Фаунд слегка приподнялся на носочки, опираясь лбом о лоб Тэйкена, их дыхания смешались, и каждый вдох был наполнен новым, почти осязаемым волнением. Когда они наконец оторвались, их взгляды встретились. Сердца колотились, дыхание было прерывистым, а щеки горели. Джордж слегка улыбнулся, краснея, и тихо произнёс: — Похоже, Сапнап был прав… Дрим рассмеялся, едва сдерживая улыбку, и слегка коснулся носом его щеки. — Да… он определённо что-то понимает. Старший уперся лбом в его плечо, с силой выдыхая, как будто бы готовясь к чему-то важному. — Пойдем, — сказал он. — Нужно сбить тебе температуру. Теперь кухня была полна не только светом от заката и запахом супа, но и новым чувством — того, что раньше они скрывали, а теперь наконец осмелились отпустить.