Серые, как грозовое небо

      Путь до Облачных Глубин был не легким. Приходилось часто останавливаться в городах и деревнях для отдыха, с периодической частотой обращаясь к местным лекарям, потому что Вэй У Сяню лучше не становилось. Он просто не успевал восстановиться, даже в бытность своей легендарной лисьей натуры. Лань Ванцзи успел тысячу раз себя проклясть за то, что не додумался взять с собой целителя, хотя это, казалось бы, было очевидно, ведь его супруг на тот момент был на сносях. Но видимо за нежеланием идти в столицу, он совершенно выкинул из головы столь важный вопрос, за что теперь они и расплачивались. И когда спустя полтора месяца они, наконец, прибыли в Облачные Глубины, Лань Ванцзи, с супругом на руках, сразу рванул в лекарское крыло их обители, поручив нескольким адептам принести туда же их детей.       Целители приняли их сразу, заметив ужасающую бледность его супруга и сильную утрату веса, а вскоре после него приняли и их плачущих во все легкие детей. К счастью, в отличие от его супруга, с их детьми было все в порядке и за пошедшие полтора месяца они успели набрать вес и окрепнуть. Они хорошо кушали и конкретно а-Ян радовал всех силой своих легких, а вот а-Юань был очень тихим ребенком. Плакал редко и не очень громко, и хорошо спал, в отличии своего часто капризничающего младшего брата.       Часть персонала сразу зависли над двойняшками, восхищаясь их красотой – теперь они больше не были похожи на сморщенных обезьянок, став просто очаровательными младенцами. Другая часть целителей хлопотали над его бессознательным мужем, отпаивая его настоями и делая иглоукалывание. Его супруг и правда выглядел очень плохо, от чего Лань Ванцзи то и дело терял контроль над своей трансформацией, теперь сидя перед мужем в образе полу дракона и шокируя этим целителей. Его же супруг и вовсе не пытался себя контролировать, ему было слишком плохо для этого, вследствие чего его полуночно-черные хвосты сейчас свободно свисали с края кровати, а уши были уныло прижаты к голове. Целители касались его почти в благоговении, как кого-то абсолютно драгоценного, и он их понимал. Издревле хули-цзин считались самыми ценными партнерами для драконов, с наибольшим шансом способные передать их кровь и родить наибольшее количество наследников, поэтому здесь, в ордене Лань, где каждый ребенок приветствовался как настоящий дар небес, потому что редко рождались больше одного, его супругу будут преклоняться как божеству. Да, собственно, уже стали, ровно с того момента, как стало известно, что его супруг носит в себе двойню, и справляется с этим более чем хорошо, хотя именно такой тип беременности является наиболее рискованным.       Прошло некоторое время, прежде чем его дядя и брат прибыли в лекарское крыло, а когда пришли, то замерли как истуканы. Первым заговорил его дядя.       - … Ну что я могу сказать? Мы все были свидетелями признаков его пробуждения. Собственничество одна из самых ярких особенностей драконов. Мы ценой жизни стережем свои главные сокровища, первыми из которых являются наши истинные половинки. Именно поэтому Лани, что несут в себе кровь Лань Аня, женятся лишь на тех, кого узнали с первого взгляда.       - Ах, Ванцзи, а ведь я говорил тебе сходить к чаше предков, прежде чем отправляться в путь… - пробормотал его брат. – Теперь все узнают о нашей тайне…       - Не такая уж это и тайна, Сичэнь, - хмыкнул Лань Цижэнь. – Всем известно, что родоначальниками всех Великих орденов были древние, мифические звери, способные принимать человеческий облик. Только вот все давно стали считать это лишь мифами и легендами, а твое и Усяня пробуждение только что опровергли все это. Но кто бы знал, что это дитя несло в себе кровь кого-то столь ценного… Ванцзи, я искренне рад, что твоей половинкой стал именно он. Это огромный подарок для нашего рода. Ваши дети могут быть…       - Мн. Уже, - перебил его Лань Ванцзи, и кивком головы указал на вторую группу целителей, возящихся с его сыновьями. – Оба родились драконами. Вероятно, они с самого начала были такими, или стали такими в его утробе, в ответ на мое пробуждение.       Лань Цижэнь и Лань Сичэнь судорожно втянули в легкие воздух и тут же поспешили к детям, искренне желая поскорее их увидеть, а когда сделали это, то в благоговении замерли.       - Ванцзи, - прошептал его брат, - они такие драгоценные… У Сянь так хорошо постарался, подарив их тебе…       - Мн, Вэй Ин драгоценный. Но, есть и плохие новости, Лань Ванцзи нахмурился, а его брат и дядя тут же обернулись к нему. – Император может попытаться расторгнуть наш брак, пусть даже Вэй Ин и отверг его, разбив подаренный гребень. – Он громко хрустнул костяшками пальцев. – Этот человек пытался выкупить у меня несколько ночей с Вэй Ином через брак с его любимой дочерью. Я отказал. Его это не остановило, и когда Вэй Ин родил, он заявился в нашу резиденцию с подарками и одним из них был драгоценный нефритовый гребень, который он преподнес Вэй Ину лично. При мне. Даже зная, что я сделал с Цзинь Гуаншанем за то, что он причинил Вэй Ину вред…       - Что сделал Цзинь Гуаншань?! – Тут же в ярости взвился Лань Цижэнь. – У этого позорного человека вообще нет чести?! Коснуться чужой беременной омеги…       - Мн. Он попытался навязать себя Вэй Ину, а когда ему этого не удалось, то ударил его сначала по лицу, а потом в живот, чем и были вызваны преждевременные роды. Вэй Ин едва не умер от кровотечения. И наши дети тоже могли умереть…       - Ванцзи, что ты сделал? – Серьезно спросил его брат, уже предвидя возможную проблему заранее.       - Глава ордена Цзинь мертв. Я отрубил ему голову на глазах у императора, - равнодушно произнес Лань Ванцзи и перевел взгляд на брата. – И я бы сделал это снова, только медленнее и гораздо болезненнее. Собственно, тогда я и пробудился. – Он на секунду замер, посмотрев на своего бессознательного мужа, прежде чем снова заговорить. Я потребовал от Цзинь Цзысюаня, чтобы Цзинь Гуаншаня предали позору. Лишили могилы и надгробия. Сожгли и развеяли по ветру. А иначе я объявил бы им войну и не успокоился до тех пор, пока с лица земли не был бы стерт последний носитель крови Цзинь. Цзинь Цзысюань согласился и принес искренние извинения за действия своего отца. В конце концов, несмотря на то, что он сделал с Вэй Ином в прошлом, он оказался гораздо более честным человеком, чем его отец.       - Ох, Ванцзи… Мне так жаль, - печальным голосом произнес Лань Сичэнь, садясь на табурет, по другую строну кровати, на которой лежал его муж. – У Сяню с самого начала следовало остаться здесь, и тогда всего этого бы не произошло… Лань Цижэнь, услышав это, хмыкнул.       - О, не думаю, Сичэнь. Может император бы и не полез, по крайней мере к Усяню, но вот у Цзинь Гуаншаня впереди могло бы быть очень много шансов для этого. Но это, по крайней мере, могло произойти позднее, когда У Сянь мог бы себя защитить. Так что в этом ты прав. Ему следовал остаться здесь, - мужчина покачал головой. Поджав губы, Лань Ванцзи хрипло произнес.       - Сюда может прибыть дочь императора. Он непременно захочет попытаться меня контролировать, и если я не хочу развязать войну, мне, вероятно, придется жениться на ней, - на лице Лань Ванцзи было видно явное отвращение. – Но даже в этом случае я не намерен делить с этой женщиной ложе. Моим единственным является Вэй Ин, и императору с его дочерью придется понять, насколько они нежеланны здесь. – Лань Ванцзи перевел взгляд на брата и дядю. – И даже не думайте быть с ней учтивыми. Только Вэй Ин заслуживает ваше вежливости и уважения. А эта женщина – чужачка, влезшая туда, где ее не ждут и ей не рады. И я хочу, чтобы она видела это каждую минуту своего пребывания здесь.       - Мы поняли тебя, Ванцзи. Можешь не беспокоиться об этом. Мы бы и так ее здесь не приняли с радостью. Но У Сянь, наверняка будет расстроен. И старейшины… они наверняка попытаются добиться ваших с принцессой детей, даже зная, как истинные Лани к этому относятся. Но родственная связь с императором… они наверняка этого захотят.       - И мгновенно лишатся своих должностей, как только попытаются. Они давно уже перешли границу моего терпения. Терпеть их выходки и дальше я не собираюсь. Мы уважали их силу, знания и возраст, дали им положение и власть, хотя они не являются потомками Лань Аня, в отличии от многих других. Но что в ответ сделали они? С меня довольно.       Протянув руку вперед, он взял маленькую, бледную ладошку супруга в свои и нежно погладил.       - Я сделаю все для того, чтобы Вэй Ин был счастлив. Даже если мне придется перебить всех их одного за другим. Даже если мне придется поставить весь мир на колени. Никто из них больше и волоска на теле Вэй Ина не коснется, а если попробуют… уничтожу всех до одного. Лань Ванцзи поднял голову и посмотрел на семью ярко-желтыми, светящимися глазами с вертикальным зрачком и прижал губы к ладошке мужа в нежном поцелуе, словно давая обещание.

***

      Его предположение о прибытии дочери императора подтвердилось в тот момент, когда вернувшийся из столицы глава ордена Вэнь прислал им письмо. В нем говорилось о заключенных помолвках и о том, что совсем скоро в Гу Су Лань прибудет император с принцессой, чтобы лично убедиться, что свадьба будет проведена. От этой новости настроение Лань Ванцзи стало особенно плохим. И он тревожился того момента, когда эту новость узнает его муж, который совсем недавно пришел в себя и теперь нянчился с их детьми в Цзинши, под регулярным присмотром лиц целителей, либо Лань Ванцзи или кого-то из его семьи. Его медленно восстанавливающееся здоровье слишком беспокоило их всех.       Письмо Лань Ванцзи злобно сжег, словно надеялся, что вместе с ним сгорит и злополучный император вместе со своей дочерью. В конце концов, неужели он слишком многого просил? Просто тихая и спокойная жизнь, наполненная смехом его мужа и их детей – это все, что ему было нужно. Разве это много? И все же, его ордену пришлось проводить быстрые приготовления для еще одного его брака. Люди были недовольны и готовили небольшое празднество крайне неохотно. Члены его семьи тоже были мрачны. И что ж, он их понимал, потому что и сам был мрачнее тучи.       Однажды, видя суету адептов и слуг, Вэй У Сянь все же спросил, что же такого произошло, и Лань Ванцзи пришлось крайне неохотно все рассказать, боясь реакции мужа.       Тот какое-то время молчал, а когда заговорил, то заставил напрячься Лань Ванцзи еще сильнее.       - Хорошо, - Вэй У Сянь внимательно смотрел на мужа. – Но учти – как только поклоны будут завершены, и вы покажетесь на празднестве, ты встанешь со мной оттуда. Никакой брачной ночи. Поклянись, что никогда не приведешь ее на наше супружеское ложе и не навестишь ее.       Опустив плечи в облегчении, Лань Ванцзи с тихой уверенностью произнес:       - Всегда только Вэй Ин. Мне больше никто не нужен. Только Вэй Ин и наши дети. Услышав его, Вэй У Сянь смягчился. Протянув руки вперед, он нежно поладил супруга по щеке.       - Я счастлив, что встретил тебя и согласился выйти за тебя замуж. Ты мое все, Лань Чжань. – Наклонившись вперед, он прижался к губам мужа в поцелуе, а тот мысленно пообещал, что сделает все необходимое для того, чтобы никогда его не разочаровать.