Серые, как грозовое небо

      На самом деле, несмотря на волнение и даже страх, что в его ситуации было вполне объяснимо, Вэй У Сянь ждал поездки и жизни в Облачных Глубинах. Он настолько привык бояться здесь, в месте которое с семи лет было ему домом, но стало чем-то чужим после того, как Цзинь Цзысюань изнасиловал его, что теперь просто мечтал оказаться в месте, где ему будет безопасно. А этот мужчина обещал, что защитит его. Он вообще много чего обещал ему и, как ни странно, он верил этому незнакомому, по сути чужому мужчине. Он так серьезно говорил обо всем, что было сложно представить, что он может солгать. И, будем честны, Вэй У Сянь хотел ему верить. Он просто хотел закрыть глаза и отдаться в его обещающие заботу и защиту руки, и больше ни о чем не думать. Это ведь возможно?       Впрочем, к сожалению его попытки убежать от реальности не всегда выходят именно так, как он желал. Конкретно эта попытка обернулась для него крайне неприятным сюрпризом, когда он шел от кухни к покоям госпожи Юй. Сегодня она обещала помочь с присмотром за а-Лином, и сейчас как раз подходило время обеда. Вэй У Сянь уже чувствовал как набухли его молочные железы и молоко начинало сочиться наружу, пропитывая собою темную ткань его одеяний, от чего становилось немного не комфортно. И он так задумался об этом, что когда заворачивал за здание общей столовой, не заметил препятствие и на всем ходу впечатался в него. Падения впоследствии не последовало, его удержала чья-то рука, но, честное слово, он предпочел бы тысячу раз упасть и сломать себе пару конечностей, чем еще хоть раз услышать этот голос и увидеть этого человека.       - Вэй У Сянь.       Стоило ему услышать этот проклятый голос, как все его тело одеревенело, а вздох застрял где-то в легких.       Что этот человек забыл на Пристани Лотоса? Госпожа Юй говорила, что его, и кого-либо еще из ордена Цзинь не пустят сюда без серьезной на то причины, так что он здесь забыл?!       - Нам давно стоило поговорить. Сколько еще ты собираешься от меня бегать?       И тут его накрыла ярость. Слепая, всепоглощающая ярость. Бегать? Бегать?! У этого человека вообще совесть имеется?       - Ты! Убери от меня свои мерзкие руки! - Отпихнув его от себя, что есть силы закричал Вэй У Сянь. - Сколько я еще буду бегать от тебя?! Ты вообще хоть понимаешь, что сделал со мной, гребаный павлиний ублюдок?! Тебе этот скандал ничего не сделает, но ты хоть знаешь, как большинство теперь смотрит на меня, из-за того что ты не смог удержать то что нужно у себя в штанах, обвинив в этом мою течку?!       Вэй У Сяню стало так дурно от накатившей на него ярости, что от схватился за ханьфу у себя на груди. Казалось что его сердце готовилось вот-вот проломить грудную клетку, настолько сильно оно билось.       - Что случилось, того уже не изменить...       - И это все что ты можешь мне сказать, после того как жизнь мне искалечил?! - Он вскинул на мужчину взгляд покрасневших глаз, в которых начали скапливаться слезы. - То что ты называешь "что случилось, того не изменить" стало для меня отправной точкой в Диюй!       - Давай ты успокоишься и мы спокойно поговорим, - Цзинь Цзысюань протянул руку, чтобы взять Вэй У Сяня под локоть и отвести куда-нибудь в сторону, где не было бы столько лишних ушей.       - Вали к гулям, с ними побеседуешь! - Уворачиваясь от прикосновения вновь закричал Вэй У Сянь. - Знаешь, я всегда знал что ты не достоин шицзе, но если бы я только знал, какая ты на самом деле гнида... ты же ни чем не лучше своего отца.       Цзинь Цзысюань с секунду смотрел на свою руку, потом прищурив глаза посмотрел на Вэй У Сяня и начавший собираться, пока еще простой, из рабочих мастерских, люд, и в молниеносном броске схватив юношу за руку, потащил его в сторону дальних построек, где в этот период времени не должно было быть людей.       - Пусти! Пусти меня, гуев выкормыш!       Вэй У Сянь всеми силами пытался освободить свою руку из захвата, но как бы он ни хотел это признавать, а он все еще не восстановился после родов, да и тренировался в последнее время меньше. Впрочем, ел и спал он тоже меньше из-за постоянных кошмаров, от чего сил тоже не прибавлялось, и вот результат. В данный момент все на что он мог уповать, это на то, что кто-то сообщит о незваном госте госпоже Юй, ввиду того, что Цзян Фэнмяня на пристани сейчас нет, и она придет ему на помощь, или хотя бы кого-нибудь, кто хорошо обращается с мечом и знает о его ситуации.       - Прекрати вести себя как истеричка, я всего-лишь хочу поговорить.       - Как истеричка?! И это все, что ты можешь мне сказать?! То есть, я не могу услышать даже элементарного "прости"? Что, считаешь что кто-то вроде меня не достоит подобных слов от наследника великого ордена?       Проверив, есть ли поблизости здания и люди, Цзинь Цзысюань толкнул Вэй У Сяня к ближайшему дереву, а потом прижал его к нему ладонью, чтобы тот не попытался сбежать. Несмотря на всю браваду юноши, Цзинь Цзысюань чувствовал, как тот дрожит.       - Что еще тебе от меня нужно? Недостаточно еще жизнь мне сломал, продолжения хочешь? - В его глазах заблестели злые слезы.       - Ничего такого я не хочу, - Цзинь Цзысюань покачал головой. - Мой отец должен был отправить главе Цзян предложение вместе с послами. У нас уже случилось то, что случилось, и я желаю узаконить наши отношения и нашего сына. Чтобы он, как ему и положено, стал законным наследником. Хочу взять ответственность. Да, я не могу взять тебя в качестве официального супруга, но ты будешь единственным моим наложником, и никого кроме тебя подле меня больше не будет. Даже если меня попытаются женить.       Лицо Вэй У Сяня исказилось от услышанного. За кого этот человек его принимал? У него действительно не было ни капли чести? Или он считает, что подобным можно что-то исправить?       - Катись в Диюй. Мне не нужен ни ты, ни твоя верность, ни статус который ты мне дашь, и не то чтобы этот статус был высоким. И это мой сын, Цзинь Цзысюань. Не твой, не наш - мой, заруби это себе на носу.       На самом деле ему казалось что еще чуть-чуть и он просто возьмет и потеряет здесь сознание, настолько ему было страшно, но еще больший страх того, что сделает тогда этот человек, останавливает его от столь не обдуманного действия, как бы заманчиво это ни выглядело.       - Хааа, - мужчина тяжело вздохнул, за тем быстрым движением руки схватил Вэй У Сяня на хвост, рывком задрал его голову, и со всей жаждой и желанием, которые копились к нему уже очень давно, впился в его столь желанные, сочные губы, заставив Вэй У Сяня в шоке и испуге замереть, и тем самым давая простор для действий.       Когда до Вэй У Сяня наконец дошло происходящее, он забился в объятиях мужчины столь яростно, что, кажется, по пути сломал тому пару ребер. Похоже он все же оказался сильнее, чем думал. Или это в нем заговорил слишком сильный испуг.       - Не трогай меня! - Отведя руку назад, Вэй У Сянь с размаху влепил Цзинь Цзысюаню звонкую пощечину. Он был настолько сильно испуган, что буквально примерз к месту, а щеки уже давно были мокрыми от слез.       Скатившись по дереву вниз и обняв свои колени он всхлипнул.       - Ты монстр. Ты такой же монстр как и твой отец.       Услышав это, Цзинь Цзысюань поджал губы, и тут же поморщился от боли в сломанных ребрах. Это было не самое приятное для него сравнение. Он всегда считал, что отличается от отца, но в итоге случилось то, что случилось. Да и чего греха таить - он давно уже был влюблен в юношу. Едва ли не с тех пор, когда встретил его впервые. Как в него вообще можно было не влюбиться? Он ведь... так сияет. Сиял. Так будет правильнее. Но он мог смотреть только со стороны, потому что ни его родители, ни Юй Цзыюань с Цзян Фэнмянем никогда бы не допустили их отношений, а потом тот случай... Да, он понимает что плохо поступил. На самом деле очень плохо. Но в тот момент он словно увидел в этом шанс. Возможно надеялся на то, что будучи в течке омега смягчится, сгладит свои острые углы и иголки, которые выпускал всякий раз, стоило только Цзинь Цзысюаню оказаться рядом, и ответит ему взаимностью, но... вместо этого получил лишь залитое слезами лицо, обкусанные в кровь губы и покрытые кровью и укусами ладони, которыми он прикрывал свою шею, лишь бы не дать себя пометить. В итоге он все сломал своими руками. Но и сдаваться так просто он не собирался.       Протянул руку вперед, он нежно смахнул с щеки юноши слезы.       - Я знаю, что после произошедшего тебе сложно верить мне и еще сложнее простить, но я буду стараться. А пока что... Думаю нам нужно оставить это. Поговорим в следующий раз.       Цзинь Цзысюань хотел еще раз поцеловать его, но Вэй У Сянь с таким ужасом отскочил от него, почти падая, что он решил пока этого не делать. Возможно в следующий раз. Возможно.       Еще раз кинув на плачущего парня взгляд, Цзинь Цзысюань поспешил скрыться. Что-то ему подсказывало, что здесь скоро будет Юй Цзыюань, а ему меньше всего бы хотелось сейчас столкнуться с Фиолетовой Паучихой. Он все еще помнит как ощущался поцелуй ее кнута, и не то чтобы он не заслужил этого.

***

      Вэй У Сянь просидел там, под деревом, до тех пор пока его не нашла Юй Цзыюань, а случилось это не сразу, все-таки Пристань Лотоса довольно большая, и увести этот павлиний сукин сын мог его куда угодно.       Честно говоря, поначалу он совершенно не слышал, что она ему говорит. Слишком ушел в себя. И если бы Юй Цзыюань не встряхнула его как следует, кто знает сколько он еще там бы просидел. Казалось, словно его ноги налились свинцом, делая их совершенно непригодными для ходьбы. Юй Цзыюань еще что-то продолжал ему говорить, но Вэй У Сянь мог думать только об одном.       - Госпожа Юй, я могу уехать раньше? Я не могу больше... как он вообще прошел?       - Замаскировался, гуев выкормыш.       И верно ведь. На Цзинь Цзысюане не было его обычных золотых одеяний, как не было и чжушачжи, из-за чего посторонние люди могли его и не узнать.       - А насчет твоего вопроса... не думаю что Лани будут против, тем более что к твоему приезду уже все подготовлено. Отправишься завтра же. А как прибудете - скажешь что этого требовали непредвиденные обстоятельства.       - А... а-Лин? Я же могу его с собой взять? - Нерешительно спросил Вэй У Сянь, пусть и понимал насколько глуп этот вопрос.       - А куда ты денешься? - Юй Цзыюань вопросительно вздернула бровь. - Ему нужен его папа. Появление этого ублюдка не является причиной вашего разделения. Да, летать на мече с маленьким ребенком не желательно и крайне небезопасно, но ничего, еще и не такое практиковали. Привяжешь его к себе покрепче, и отправишься в путь. С тобой полетят десяток наших адептов и Иньчжу. Они вернутся обратно как только ты окажешься в безопасности, в Облачных глубинах. Все понял?       - Ммм, - Вэй У Сянь только кивнул и вытер влажные от слез щеки рукавом ханьфу. Он вытер бы и все остальное, например губы, но тут уже следовало воспользоваться мыльным корнем, а не просто тканью, и тереть-тереть-тереть до самой крови, и внутри в том числе, пока не исчезнет даже намек на вкус губ этого ублюдка.       Юй Цзыюань помогла ему подняться и отряхнуть его одежду, а потом под руку повела в сторону его дома.       - А-Лин сейчас с а-Ли. Что этот сучий сын от тебя хотел? - Настроение у Юй Цзыюань, мягко говоря, было паршивым. Оно и не удивительно. Кому понравится, что по территории твоего дома без разрешения шастают незваные гости?       - Нес какую-то чушь о том, что сделает меня своим единственным наложником и что будет верен, даже если его попытаются женить. И говорил что хочет сделать а-Лина законным наследником. А еще... а еще... поцеловал, - на этом моменте Вэй У Сянь всхлипнул и чуть вновь не заплакал.       - Ну, прекрати сырость разводить. Да, неприятно, да, обидно, но этих поцелуев у тебя будет еще тысячи и с куда более достойным мужчиной. Так что постарайся об этом просто забыть.       - Но этот был первым...       - Первым поцелуям почему-то придают слишком много значения, особенно при том, что браки по любви в наше время редкость, - женщина покачала головой. - Сейчас тебе нужно как следует отдохнуть, а утром Иньчжу тебя разбудит, принесет а-Лина и вы все отправитесь в Облачные глубины. Твои вещи соберут слуги. А сейчас спать!       Подойдя к его дому, Юй Цзыюань впихнула его внутрь и закрыла за ним дверь.       - Спать!       И что ж, он действительно пошел спать, потому что в ином случае ему грозила истерика. Долгая и некрасивая.

***

      - ...й Усянь! Вэй Усянь, вставай! Пора собираться.       Вэй У Сянь с трудом оторвал голову от подушки и посмотрел на зовущую его девушку. Это была одна из служанок госпожи Юй, Иньчжу. Нужно признать, он был немного удивлен. За годы жизни на Пристани Лотоса он ни разу не слышал, как она говорит. Да, собственно, и не она одна. Цзиньчжу такая же неразговорчивая.       - Ммм, встаю.       - Одевайтесь. Все ваши вещи и вещи молодого господина а-Лина уже собраны, остались только вы.       - Спасибо.       Протерев глаза Вэй У Сянь потянулся и заметив разложенные на кушетке одеяния, нужно признать гораздо более качественные, чем те которые он носил обычно, принялся одеваться. Щелк приятно холодил кожу, что в уже наступившей духоте было как раз кстати.       Закончив одеваться он принял от Иньчжу а-Лина и подождал, пока она как следует привяжет его к нему широкой тканью. Закончив, они поспешили на пристань, где их уже ждала почти вся семья Цзян, за исключением Цзян Фэнмяня, что еще не успел вернуться из поездки.       - А-Сянь, будь осторожен в дороге и на новом месте. Я передала охране корзину с едой, чтобы в пути вам не пришлось останавливаться в городах. Увидимся позднее в Облачных Глубинах. - Цзян Яньли нежно обняла его, погладив маленькой ладошкой по волосам.       Цзян Ваньинь, явно смущенный ситуацией, вообще ничего не сказал, только обнял и хлопнул по спине, а вот а-Лина нежно чмокнул в выглядывающую из перевязи макушку, покрытую мягкими волосиками.       - Вэй У Сянь, когда прибудешь на новое место, постарайся отпустить все, что мешает тебе жить. Да, на новом месте у новых людей от тебя будут некоторые ожидания, но все же, есть те кто тебя там ждет и будут тебе рады. Поэтому не опускай руки.       - Да, госпожа Юй.       - А теперь летите!       Встав на меч Вэй У Сянь поднялся в воздух и ненадолго замерев помахал всем рукой, прежде чем уже более быстро начать отдаляться от Пристани Лотоса.       Уже отлетев на достаточное расстояние он вновь оглянулся и его сердце сжалось от тоски. Теперь это место больше не будет его домом в постоянном смысле этого слова. Отныне его дом будет в другом месте.