Таблетка для больного

Пролог

6 мая 2022 года

      — К сожалению, я ничем не могу помочь вашей дочери, — спокойным тоном ответил психолог. — Она не хочет идти на контакт, а я без этого бессилен. Попробуйте вернуть еë на лëд.              — Врач собирал еë ногу буквально по кусочкам! — чуть ли не рыдая, прокомментировала женщина.             Она осела на стул и ссутулившись, скрестила руки на коленях. Её опухшее лицо выражало некую неприязнь, глаза были опустошëнными.              — Трудно отказаться от того, чем ты жил практически всю свою жизнь. Это понятное дело, что всё ещё изменчиво и идти надо вперёд. Милая Диана Аркадьевна, — психолог встал из-за стола и подойдя к женщине, опустился на корточки, взял за руки, притупив взгляд, — В подростковом возрасте, особенно подобные травмы могут сказаться не только на моральном состоянии, но и душевном. Ей надо найти дело для души, чтобы заглушить боль утраты. Обратитесь к психиатру, если ничего не изменится, — он отстранился и вернувшись за стол, быстро стал бить по клавишам. — Я напишу от себя справку о состоянии Катрины. Её надо отксерокопировать и ксерокопию отнести терапевту.             Женщина устало потерла виски и, встав со стула, направилась к выходу.             — Во время сеанса она сказала, что вы пьёте, — отдалённо и недовольно сообщил мужчина. — Стоит поменять свой образ жизни, если вы действительно беспокоитесь о дочери.             Покинув кабинет, Диана Аркадьевна достала телефон и набрала номер дочери. Послышались долгие гутки, но никто не отвечал. По переносице женщины прошлась дорожка пота.             — Наверное ещё спит, — раздражённо пробормотала женщина и направилась к выходу из здания, бурча себе под нос. — Что мне за наказание то такое.      

Квартира №24. Улица Толстого.

      Катя поднялась с кровати и протёрла глаза. Лежавший на тумбочке телефон вибрировал. Закрывшись подушкой, она сделала вид, будто не слышала звука. Через минуту телефон прекратил вибрировать и вынырнув из под одеяла, девушка посмотрела на экран. Пропущенный звонок от матери.             — Ну и пофиг!             Потянувшись за костылями, она ловко переместила своё тело на опору и стала передвигаться в сторону ванной комнаты.             — Пятьдесят девятый день бессмысленного существования, — хриплым голосом пробубнила Катя.              Рядом с выходом из комнаты, она остановилась и с некой печалью в глазах посмотрела на дубовый стеллаж. На верхних полках располагались книги по фигурному катанию с разными справочниками и тренировочными сборниками. Нижние занимали альбомы, газеты и грамоты. Каждый момент жизни она пыталась запечатлить, понимая — он больше никогда не повторится. На четвёртой полке стояли кубки разных размеров, обвешанные медалями первых мест. Катя всегда занимала первые места на всех соревнованиях. Её пластика и скорость впечатляли жюри.              Краешки губ у неё поползли вверх. Всегда приятно смотреть на то, что ты достиг своими усилиями.             — Я молодец! — как ребенок, она воскликнула и расплылась в улыбке, — Я молодец... — уже тише сказала себе.             Её взгляд переместился к рабочему столу, что располагался рядом со стеллажом, над которым висела белая магнитная доска. Катя всегда расписывала маркерами свои задачи, это помогало сконцентрироваться.             Мгновение и изумрудные глаза сверкнули огнём. Магнитом в верхнем крае была закреплена фотография, где она стояла в спортивной одежде рядом с высоким рыжеволосым парнем. Он приобнимал её за плечо и целовал в макушку.             — Ненавижу тебя, Зверев.             Приблизившись к столу, скрежеща зубами, она сорвала фотографию и смяла, выбросила в урну. Чуть не упав с костылями, качаясь, вышла из комнат и направляясь по коридору, повернула ручку в ванную комнату и зашла, громко хлопнув ей.             После процедур Катя решила позавтракать.             На костылях было неудобно передвигаться по квартире, но больше всего на улице, под пристальным взглядом прохожих. Если ещё и знакомого встретишь, то и вовсе становится унизительно, даже завидно.             За время пребывания в больнице её никто не навестил: ни одноклассник, ни подруга Оля. Даже напарник по фигурному катанию, из-за которого упала на лёд, не пришёл извиниться и как-то поддержать.             От неё все отвернулись в тот момент, когда она перестала быть выгодной. Люди всегда ищут выгоду во всём, даже используя чувства себе подобным. Бесчувствие — страшное оружие, умертвившее доверие.             Кухня была маленькая, собственно говоря, как и мебель, располагавшая в ней. Плита, холодильник, стол и два стула. Правда были полки и ящик, но на них было всё заставлено, что со стороны показалось бы хламом. На столе были крошки и стояла пустая тарелка.             — А сама куда то свалила, — брезгливо стряхнув все со стола, Катя налила себе чай и достала масло с хлебом, — Чем мне заняться сегодня? — приготовив себе завтрак и лениво поглотив его, Катя вернулась в комнату.             Лежа на кровати она смотрела в пустоту. После выписки девушка похудела, перестала выходить на улицу и заходить в социальные сети, разве, что включала любимых блогеров на Ютубе. Не было даже онлайн человека, с кем можно было обсудить что-либо, но что-либо не возможно обсудить с кем то. У Кати был спорт, был лёд. В один день всё перевернулось и её лишили всего, что она имела. Теперь не было тем для обсуждения.             Катя лениво поднялась, боль дала о себе знать.             — А ведь мне надо с завтрашнего дня на физиотерапии ходить, — она вспомнила лечебное расписание врача. — Может поискать, что завтра надеть? Вроде по прогнозу обещали дождик. — Катя поднялась не без усилий и благодаря костылям прошлась к шкафу.             Разборка вещей заняла около получаса. Вся спортивная одежда для тренеровок, прогулок, для выступлений оказалась в зелёном потрёпанном чемодане. Именно с ним Катя ездила на гастроли и выступления в другие города. Открыв нижнюю полку комода, вздохнув и тяжело прикрыв глаза, она достала коньки и лезвия, без раздумий положила в край чемодана и аккуратно застегнула.             После травм многие восстанавливались и возвращались на лёд, но не в случае Кати. При падении она получила два перелома: кость бедра, на восстановление которого не меньше полгода и перелом пяточной кости, в следствии которого образовалась пяточная шпора*, и извлечь её можно только хирургическим путем. Врач отказался от операции, боясь, что девочка не перенесёт еще одну. Усложняло всё то, что её привезли в больницу с сотрясением головного мозга.              Катя устало присела у стеллажа. Тяжёлая отдышка, по щекам бледной кожи прошлись дорожки слез. Она подняла свой взгляд, веки отяжелели, а губы подрагивали. Позади кубков стояли старые потрёпанные книги. Уцепившись взглядом за жёлтую книжку форматом А5, Катя начала вытаскивать все кубки. Как только она добралась до желанного объекта, с неким трепетом и восхищением взяла в руки.             — Давно забытая фантастика, — по щекам текли слезы, а на лице сверкала улыбка. В глазах были огни некого безумия.              Эту книгу Катя купила, когда они выступали в Питере. Ей всегда нравилось читать, но всё время забирал каток и тренировки, без которых она бы не была первой во всем.              — Джордж Оруэлл «1984».