Эталон Томы

— Господин, вам действительно нужно поспать… — Тома, только что вошедший в личный кабинет главы комиссии Ясиро, недовольно уставился на бледного Аято, синяки под чьими глазами уже давно пора называть черняки. — М, Тома? Ты же знаешь, мне не нравится когда ты обращаешься ко мне на «Вы». — Аято растерянно оглядывает новоприбывшего. — А на счёт моего сна ты не переживай. Только утро, мне ещё только предстоит действительно поработать. — Уже утро второго дня с момента того, как ты начал разбираться со своей работой. — Тома подходит ближе, словно стараясь собственной тенью перекрыть Аято доступ к бумагам. — Работа медленно убивает тебя, мой… Мой Аято. Камисато, если бы был котом, сейчас, наверное, мурлыкал как не в себя. «Мой Аято» — чертовски хорошо звучит, так приятно и так… По-Томовски. Тяжело вздохнув, Аято все же поднялся со своего места. Поднялся со своего места после получасовой истории про то, как важен сон, особенно Аято, вечно по колено в бумагах и прочих документах. — Аяка отослала тебя, верно? — Аято трудно стоять, его так и подкашивает куда-то в сторону пола, лишь бы упасть и забыться в треклятом сне. — Мне не нужны указания Аяки, чтобы я беспокоился за тебя. Почему тебе так трудно принять это? — Тома с грустью смотрит на тяжело идущего Аято. — Давай я лучше помогу тебе дойти. — Мой милый-милый Тома, мне непривычно, что кто-то беспокоится обо мне так, как ты. Тихо и волнительно ждал по углам коридоров, а потом смело врывался ко мне в кабинет, — Аято рассмеялся. — Но если ты решил заботиться обо мне так, то я не против. Тома краснел. Слова Аято как всегда точно знали, как его можно легко дёрнуть за живое, оставив только неловкость и стыдливость. Тяжело, когда твой возлюбленный — Камисато Аято. Это вынес Тома за несколько месяцев отношений с этим самым Аято, который видит всех, кроме себя, а принимать помощь не умеет. И вот сейчас, он идёт уже тихо посапывая, устроившись на плече Томы. Уже никого в комиссии не удивляли множественные «случайные» прикосновения главы к управляющему. Сначала об этом ходили разнообразные слухи (большая часть которых, к слову, довольно правдива), а сейчас просто с улыбкой провожают проходящего мимо Тому и его драгоценную ношу в лице главы Камисато. — Спасибо, Тома. — Аято кратко целует, шепча прямиком в губы. — Спи. Пожалуйста. — Тома все же с беспокойством наблюдает за Аято, в любую секунду готовый броситься искать врача. — ты не спишь уже несколько суток. — Правда? — Да. — Тогда просто останься со мной, хорошо? — Аято ухмыльнулся. — Лично проследи за моим состоянием. Тома нарочито цокнул языком, принимая предложение. Тяжело, все же, с Аято. Но до боли хорошо, так что все тяжести забываются в его объятиях и тепле, что исходит от его тела. Очень хорошо… По крайней мере, Томе нравится. А Аято считает, что мерки Томы — эталон.