Иллюзорна мгла. Часть четвертая. Тропами Забвения

      Лес, холод, стремительный бег.       Но куда?       За спиной низким тембром поскрипывало ворчание гоблинов, переговаривающихся на странном, чуждом людям наречии. Свистели стрелы и с глухим стуком вонзались в стволы деревьев.       Еловые ветви, влажные и цепкие, как когти, хватались за мою одежду, рвали её, хлестали мне по лицу. Я закрылась руками, оттолкнула их в сторону. Сколько уже длился мой бег?       Гудящие от усталости ноги едва держали меня, овраг с переплетенными корнями вырос передо мной внезапно. Я соскользнула с края вниз, сгребая ногтями сухую ледяную насыпь. Овраг был полон жесткого талого снега, усыпанного сухими еловыми иголками.       В горах Джерол всегда так – снег в тенистых низинах лежит даже летом. Мелкие льдинки забились за воротник и манжеты рукавов, засыпались в сапоги, и по телу растеклось ощущение шершавого колючего холода. Я попробовала избавиться от них, но лёд быстро таял на раскаленной коже.       Я поднялась и вылезла из оврага, покрасневшими, немеющими руками хватаясь за переплетения сырых корней. Подтянулась, едва не упав обратно, но выкарабкалась и побежала вперед, гонимая своими невидимыми преследователями. Слюна с привкусом крови перекатывалась во рту, правый бок беспощадно болел, словно меня ранили.       Через какое-то время бежать стало невыносимо, и я остановилась, обхватив древесный ствол. Надо головой нависали плотные ветки, частично укрыв меня. Обернулась, но не увидела и не услышала своих преследователей. Неужели получилось оторваться?       Это может быть обманом. Вдруг они крадутся за деревьями, выслеживают меня? Ни в коем случае нельзя останавливаться. Выдохнув пар изо рта, я побежала дальше, но ноги уже не слушались, сапоги промокли, было больно даже дышать.       Бегло взглянула наверх – по бледно-розовому рассветному небу время манило вдаль золотистые, налитые утренним солнцем, облака.       Пробежав совсем немного, я снова упала, и какое-то время у меня не было сил подняться. Поняла, что потеряла рюкзак и кошель с чертополохом. И записи! Записи деда... Вот за них было особенно обидно. Ну, ладно, найду горноцвет, научусь варить зелья и тогда заживу! Дедушка Валдий тогда простил бы мне мою рассеянность…       Голоса гоблинов совсем затихли. Похоже, мне все-таки удалось сбежать от них. Вот только знать бы, где я. Мы же вышли в путь за ингредиентами ранним утром, так? Да, верно. Рассвет разгорается, возвещая о новом дне. Но почему в сердце засело ощущение, что прошло не несколько минут, а целая вечность?       Глухая чащоба обступила меня огромными разлапистыми елями, в их тени становилось темно и холодно.       А раз гоблины больше меня не преследуют, надо найти Эстора. В него же угодила стрела! Наверное, ему сейчас нужна моя помощь. Я с трудом встала на ноги и закричала, приложив ладони ко рту:       – Ау! Эстор! Я здесь!       Никто не отзывался. Эхо покружилось по лесу призрачным вороном и все смолкло. Я кричала, пока не охрипла, прислушивалась к гулкой тишине и вертела головой, пытаясь уловить звуки, но ничего не слышала.       Куда же идти? Вперёд или назад?       Побрела куда глаза глядят, в надежде найти хотя бы дорогу.       До слуха внезапно донеслись негромкие голоса.       – Люди! – возликовала я, бросаясь вперёд из последних сил, перебирая гудящими от усталости ногами. Но это ничего, вытерплю – главное, до людей добраться.       Сквозь поредевший лес различила красноватые пятна – форма легионеров была заметна издали.       – Эстор! – радостно прокричала, едва не расплакавшись от счастья. Он жив! Он победил гоблинов!       Двое молодых легионеров в легких доспехах, мужчина и женщина, недоуменно воззрились на меня. Их лица исказила гримаса ужаса, когда из леса на дорогу выскочила незнакомка, хрипящая, как загнанная лошадь, и вся красная от усталости.       Солдаты схватились за клинки.       – А ну стоять! Это ты кричала? Кто ты такая?! Назовись! – мужчина выступил вперед, рассматривая меня и прикрывая свою спутницу, хотя она тоже была вооружена.       – Меня зовут Джулия Октавия… – дыхание все ещё не выровнялось, из груди вместе со словами рвались хрипы. – Вы что, не из Брумы? Я… целительница из госпиталя, сегодня утром… мы с Эстором…       – Что? С легатом Эстором? – легионер опустил меч.       – Быть не может! – воскликнула женщина. – Ты же… та самая Джулия, про которую рассказывал легат?       – Легат? – я смутилась. С утра вроде был старшим офицером. Может, не рассказал сразу, потому что хотел сделать мне сюрприз? И зачем он обо мне рассказывал другим легионерам?       – Как это возможно? – женщина опустила меч. Солдаты переглянулись между собой.       – Что делать? – спросил легионер.       – Ясно что! – его напарница подошла ко мне. – Нужно сопроводить женщину в город!       – А как же наше поручение?       – Иди в Белый Проход и доставь послание, как приказал тебе легат. А я вернусь в город вместе с ней. Если эта женщина говорит правду, он её опознает. А если нет, ей же хуже… – она сурово на меня посмотрела, но не сказала, что будет.       – Я ничего такого не делала… – я начала оправдываться. – Мы просто собирали ингредиенты для зелий защиты от холода. У меня был кошель и полевой дневник, но на нас напали гоблины, и это всё потерялось…       – Да, само собой, – неопределенно отозвалась женщина. – Легат решит та ли ты, за кого себя выдаешь. У нас тут таких «потерявших всё» бандитов по несколько человек на неделе.       – Б-бандитов? – мой голос дрогнул. Они за кого меня принимают? Неужели забыли меня? Возможно, это новобранцы или кто-то из тех, кого недавно перевели из другого города, и они ещё не знают всех, кто служит в Бруме.       – Не бойся, иди за мной. Тассий, встретимся позже, – женщина махнула своему напарнику и тот, подозрительно оглядев меня, спрятал меч в ножны и отправился по дороге на север.       – П-простите, а как вас зовут? – робко поинтересовалась я у легионерши.       – Иллена.       – А вы… вас давно перевели в Бруму?       – Уже года два служу в местном гарнизоне.       – Два года? – я удивленно вскинула брови. Но почему я никогда раньше её не видела?       – Да, служу под командованием легата Эстора, чем очень горжусь. Он мудрый и опытный воин, у него есть чему поучиться.       Я перестала что-либо понимать и молча пошла за Илленой. Попыталась восстановить последовательность событий теперь, когда паника утихла, а вокруг безопасно.       Ранним утром семнадцатого числа месяца Последнего Зерна мы с Эстором покинули город и отправились в лес. Тем же самым утром, пока я бегала по лесу, пытаясь спастись от преследующих меня гоблинов, Эстор вдруг стал легатом, а под его началом появились люди, служащие в Бруме уже два года и не знающие меня. Странно, мне-то все время казалось, что в нашем гарнизоне нет солдат, которые никогда не захаживали в госпиталь.       Дорога пошла вверх, петляя по холмам. Впереди показались серые очертания дозорной башни с желтыми знаменами Брумы. К этому моменту уже рассвело, солнце начало пригревать, но ветер усилился. В горах, впрочем, всегда было ветрено.       Я поежилась и хотела поплотнее завернуться в свой дорожный плащ, но с удивлением заметила, что моя старая походная одежда пропала, а вместо нее какое-то странное облачение. Накидка, отороченная белым мехом, а под ней теплая шерстяная рубаха. На ногах насквозь промокшие меховые сапоги.       – Как странно, – я с подозрением оглядела себя и два кольца на окоченевших пальцах. Одно серебряное, второе эбонитовое с бриллиантом Что-то в голове никак не укладывалось. Кажется, с утра моя одежда была другой, и откуда эти украшения?       Мы поднялись выше, пронизывающий ветер усилился, ноги замерзли. Я едва взбиралась наверх следом за Илленой и мечтала поскорее оказаться в своей комнате, чтобы избавиться от сапог и, наконец, прилечь.       Высокие внешние стены Брумы с развевающимися флагами встречали меня всё также приветливо. Родные стены… Я улыбалась, глядя на арочные врата с поднятой решеткой, прошла мимо стражников в плотных стеганках и нагрудниках с гербом графства – черным, расправившим крылья орлом на желтом фоне.       Норд, что стоял слева от врат, глядел на меня с сомнением, словно вспоминал, где мы раньше встречались, а потом мне вслед донеслось:       – Она жива?       – Тебе она тоже показалась знакомой? Это случайно не Джулия Октавия? – вступил в диалог другой стражник. Я обернулась, в недоумении посмотрев на них. Норды-стражи открыто пялились мне вслед.       Такая же реакция была у некоторых жителей Брумы. Сидящий на ступенях закрытого храма Талоса однорукий пьяница в обносках вскочил с места и с криком кинулся бежать прочь.       – Торвальд? – растерянно проронила я вслед ему, не сразу узнав старого ветерана, завсегдатая таверны Олафа. Он сильно обрюзг и выглядел постаревшим лет на десять со времени нашей последней, «утренней» встречи.       Иллена сопровождала меня по улицам, мимо деревянных добротных домов, зданий Синода и Гильдии Бойцов. С пьедестала нам салютовала поднятым вверх клинком статуя Защитника Сиродила.       И вдруг у ворот замка я увидела высокого плечистого норда в доспехах легата. Когда мы с Илленой приблизились, я узнала своего старого друга Эстора. Седые густые усы были его гордостью и всегда забавно топорщились, когда он улыбался мне. Но в этот раз легат побледнел и отшатнулся, словно перед ним возник призрак или что-то похуже.       – Разрешите доложить! – Иллена вытянулась в струнку и отсалютовала легату, начав доклад. – Мы с Тассием встретили эту женщину на дороге в предгорьях Джерол, близ скалы Коготь Дракона! Она утверждает, что её имя Джулия Октавия и…       – Джулия? – легат не мог оторвать от меня изумленного взгляда. Его голос дрогнул, когда он назвал моё имя.       – Эстор, – я улыбнулась, колени слегка тряслись от волнения и усталости. – Когда ты собирался мне сказать, что тебя повысили до легата?       Эстор сорвался с места, и в следующий миг я утонула в его объятиях.       – Как это возможно?! – кажется, он зарыдал, что совершенно выбило из колеи меня и Иллену.       – Значит, это в самом деле она… – пробормотала женщина, а мне было так неловко, что щеки запылали от стыда. Что же мой старый друг творит прямо перед графским замком? Да ещё и на людях… На нас даже нищие пялятся с подозрением!       – Что с тобой Эстор? Перестань… Это… мне неловко. Но я тоже рада тебя видеть! И рада, что ты смог спастись…       – Джулия… О, как же так! Джулия… – он все повторял моё имя. – Я совсем ничего не понимаю.       – Я, честно признать, тоже, – я неловко обняла его в ответ. – Ну, успокойся, я жива. Ты не ранен? В тебя же попала стрела. Подмога подоспела или сам справился с гоблинами?       – С какими гоблинами? – Эстор отстранился, взглянул на меня единственным глазом. Утер пальцем выступившую слезу.       – Которые на нас напали... Я слышала их в лесу. Стрела угодила тебе в плечо, ты велел бежать и я... Я сделала круг по лесу и... – сбивчиво объясняла ему, что произошло.       – Какая-то темная магия, – пробормотал легат. – Джулия, это было пять лет назад.       – Что? А! Ты шутишь? – не поверила я и звонко рассмеялась. – Наверное, пара часов всего прошла. Я их слышала. Там, в лесу, – махнула рукой куда-то в сторону.       – Легат, – Иллена обратилась к Эстору. – Разрешите сказать.       Получив дозволение, она заговорила:       – Думаю, женщина не в себе. Она пережила шок. Целителю нужно осмотреть её.       – Да я в порядке! – отмахнулась я, чувствуя себя крайне неуютно в такой излишней заботе. – Просто стрела гоблинская надо мной пролетела. Жаль, что я потеряла кошель…       – Я всё нашёл, – тихо сказал мне Эстор.       – Это же здорово! А дневник моего деда не нашёл?       – И это нашёл. Когда пытался найти тебя... Ровно пять лет назад на том месте, где мы разделились. Но не обнаружил ни единого твоего следа. Ты как сквозь землю провалилась.       Я попыталась осмыслить всё сказанное им. Кажется, это не шутка. Иначе, как объяснить это замешательство на лицах увидевших меня горожан и разговор стражников?       – Пять лет? – моя улыбка угасла. Я помнила, как бежала всего минут пять.       Вообще ситуация походила на сон. Весьма нелепый. Только бросилась в чащобу, спасаясь от гоблинов, и тут на тебе – минуло пять лет. Может, я наступила в магическую ловушку, которая меня переместила? Такие бывают? Кто знает...       Эстор только коротко кивнул с мрачным видом, положил руки мне на плечи.       – Джулия, идём в госпиталь. Валериан должен осмотреть тебя.       – Ох, Валериан… Он, наверное, не обрадуется, что я не принесла даже побега чертополоха, – расстроилась я.       – Забудь ты про свою траву! У тебя… у тебя что-то с глазами, – произнёс Эстор.       – Да верно, – подтвердила Иллена, вглядываясь в моё лицо. – Очень странные глаза.       – Что с ними не так? – я часто заморгала и дотронулась до век. Видно все прекрасно, ничего не болит. – Может, грязь прилипла?       – Нет, это… я не знаю, как это объяснить. Что-то черное у тебя внутри глаз.       – Эстор, ты меня пугаешь, – сердце часто забилось в груди, и меня поспешно отвели в госпиталь, устроенный в одном из домов неподалеку от северных ворот. Когда я открыла дверь и оказалась в госпитале среди пустующих лежаков и столов с ингредиентами и банками, пожилой бретонец с белоснежно-седыми волосами и пышными бакенбардами, Валериан Пэро, обернулся и вскинул густые брови. Ноги не удержали его, и он опустился на стул.       – Джулия? Это правда ты?       – Хорошо, не я один тебя вижу, значит, – Эстор шумно выдохнул, тихо усмехнулся. – Дружище, надо осмотреть Джулию. Она утверждает, что ничего не помнит, и у неё что-то с глазами.       – Подождите, легат, – целитель неотрывно смотрел на меня. – Мне нужно прийти в себя. Я уж и не чаял увидеть её живой. Мы тут давно по тебе погребальный обряд провели…       – Так, значит, вы меня не ждали? – ощутила легкий укол разочарования.       – Ждали? – негромко произнес Эстор. – Мы вместе с целителем тебя и хоронили. На кладбище за городом есть табличка с твоим именем, а твоё возвращение похоже на чудо. Ты точно не помнишь, где была?       – Говорю же, бежала всего пять минут... – повторила я, растерянно глядя на легата.       – Иллена, расскажи ещё раз, где ты её встретила и как это произошло? Мне нужны подробности! – потребовал легат у подчиненной и та начала вновь пересказывать случившееся.       Целитель встал и, поправив фартук, подошел ко мне с лампой в руке. Его приятное, знакомое лицо оказалось совсем близко. Пристальный взгляд зеленых глаз обратился ко мне. Я почувствовала жар огня возле щеки и отодвинулась чуть в сторону, жмурясь. Но самое главное Валериан успел рассмотреть.       – Понятия не имею, что это такое. Никогда раньше не видел ничего подобного, – тихо сказал он. – Возможно, какой-то магический след. Ты нормально себя чувствуешь?       – Да, вполне. Ничуть не хуже, чем сегодня утром, – пожала плечами, не понимая, из-за чего все так волнуются. И что ещё за след на моих глазах? Я ведь и магией толком не владела, знала всего пару заклинаний и то одно лучше не применять, если не хочется устроить пожар…       Целитель поставил лампу на стол и его ладони вспыхнули золотистым сиянием. Чары приятно звенели вокруг меня, но больше ничего не происходило.       – Она кажется здоровой, – заключил Валериан и с тревогой повернулся к Эстору. – Но я бы оставил её в госпитале на пару дней для наблюдений…       – Нет уж, я отведу её домой! – решил легат.       – Домой? – я в недоумении повернулась к нему. – Ты имеешь в виду, в таверну к Олафу?       – Олаф умер в прошлом году, его таверну закрыли. Ты будешь жить со мной.       Я смутилась от слов Эстора и огорчилась, узнав новости о хозяине таверны. Когда это Олаф успел умереть? Сколько же произошло событий…       – Спасибо за предложение. Но жить с тобой вдвоем, это как-то... – осторожно подбирала слово, чтобы ненароком не обидеть своего друга, – слишком.       Эстор положил огромную руку мне на плечо.       – Джулия, – проникновенно начал он. – Я не это имел в виду. Просто твоей комнаты в таверне больше нет, а у меня теперь есть... целый дом. Без жены. И там есть комната, где ты могла бы жить. Клянусь, я тебя и пальцем не трону, если ты сама того не захочешь.       Я задумалась. Очень крепко задумалась. Мы даже ни разу не целовались, а он уже недвусмысленно намекает на замужество. Правда, у меня обнаружился существенный провал в памяти, так что, может, и целовались. Теперь уверенность в этом пропала.       – Хорошо, идите домой. Но завтра пусть она придет снова! – Валериан всё ещё странно на меня поглядывал. – Джулия, ты меня слышишь?       Я вынырнула из своих бредовых мыслей о происходящем и вероятной скорой свадьбе.       – Конечно, приду. Я же здесь работаю!       – Иллена, вольно! – отдал приказ Эстор женщине, которая всё это время ждала в дверях госпиталя. – Спасибо, что привела Джулию в город. Ты поступила правильно. Можешь идти отдохнуть. Считай, что у тебя сегодня отгул.       – Спасибо, легат! – Иллена отсалютовала ему и развернулась с довольной улыбкой.       Мы вышли вслед за ней и до моего слуха донесся обрывок песни.       – Иллюзорна мгла искрами тепла... – получившая выходной женщина принялась напевать. У неё был довольно приятный голос.       – В печи остывшей       Сухая зола       В траур тобой одета…       – Что это? – встрепенулась я, резко повернувшись к песне.       Эстор тоже прислушался и не сразу понял, что меня так заинтересовало.       – А-а, ты про песню. Старая уже, несколько лет поют. Какой-то бард притащил из Скайрима. Про искателя приключений и его любимую, которую он хотел спасти... – поведал он. – Женщины любят такое, а как по мне, слишком слащаво. А что? Ты её знаешь?       – Нет, ничего. Никогда раньше не слышала.