Рубашка в цветочек

***

Вместо цветочно-букетного периода, как и у обычных пар, Тэхёна и Чонгука встретила не менее прелестная пора, как «попробуй не наебнуться с романтической хуйней в руках на Мин Юнги», ведь последний напрочь забыл про существование таких слов, как «любовь» и «романтика», когда всё-таки младший выпнул того с квартиры. Но, к большому сожалению для Мина, бубенчики так и не отрезал. А хотелось. В то утро, застав их в такой позе, Юнги почти инфаркт словил, плюсом шли ещё и слова этого утырка после — кто посмел такое сотворить и сказать его булочке? Бедный Тэхён встрял тогда между двух огней, а если точнее, то между двумя конченными идиотами, пусть это не увидит Юнги, чиминь, которые вцепились в друг друга и отпускать никак не хотели. И светловолосый вновь со своей битой, как Тор со своей бритвой, бац! И нету нашего альфача Чонгук-и. В конце их цепки Киму удалось кое-как отбить этого мужика из лап гадюки и пинками, добивая бедного, выпнуть из собственной квартиры. Мин, когда увидел такую сцену, гордился им долгое время, говорил: «Так и должны поступать настоящие мужики, чтобы постоять за свою честь. Но я бы ещё кое-что сделал..», — а на этом моменте всем и так ясно, что хотел сотворить Юнги, но благо, Тэхён каждый раз затыкал как-то своего друга. Но на этом похождение альфача к Киму не закончились. В один день, когда тот спокойно вышивал цветочки у себя на подоконнике (освещение там было гораздо лучше, чем в его глубинке), до него донёсся чей-то разрушительный рёв. Сбросив все предметы, что были на руках, Тэхён, который нехило так испугался, судорожно начал искать источник такого ярого шума. Взгляд сразу же зацепился за силуэт в чёрном, который чрезмерно махал руками с букетом в одном из них. — ПУПС! — вновь отчаянно крикнул тот, из-за чего Ким дёрнулся и ударился головой об стекло. Хорошо, что окно было закрыто. Протерев как следует глаза, младший понял, что так дела не пойдут. Медленным шагом направился в свою комнату, чтобы забрать очки, при этом представляя себя известной на весь мир моделью. На обратном пути подключились и танцы с музыкой — теперь он мега-крутой айдол. — Пупсик мой! Свет очей моих! Взабравшись обратно на своё место, Тэхён прихирел. Даже подавился водой, которую прихватил с собой по дороге с кухни. Залил подоконник и себя плюсом, не веря в собственные глаза. Распахивает окно и наклоняется, чтобы разглядеть получше. — Твою мать.. — выдохнул младший, когда их взгляды встретились. — Детка, в гости примешь? Чонгук так ярко улыбнулся, что у Тэхёна в который раз сжалось сердце — ну как можно быть таким невозможным? От большого шока Ким кое-как закрыл бутылку и швырнул её в старшего. Тот, конечно, был рад сначала, думал, что его принцесска, как Рапунцель решила спустить свою косу, но потом реальность больно ударила по башке — в прямом смысле. От такого подарка с неба тот даже упал. И было не понятно, либо он слишком бухой, либо Тэхёна реально наделили силой Тора. — Живой, — тихо выдохнул Ким потом, срываясь с засижанного места. Оказавшись на улице, брюнет был удивлён, что тот вообще на ногах стоит. Но жаль только, за голову держался и пялился на несколько этажей выше. И, наверно, Тэхён чокнулся, что так с разбегу плюхнулся на альфача. Но тот на то и альфач, удержал даже, прижимая к себе и радостно улыбаясь. Младший поднимает голову и начинает разглядывать его лицо: под глазом ещё красуется синяк, но теперь его не так сильно заметно, а вот шрамик на щеке, кажется, останется. Но не смотря на это, улыбается ему так же сладко в ответ, обнимая того ещё сильнее. — Свекровь меня так сильно любит, что выперла тебя в той самой рубашке? — тихо выдохнул на ушко Чон, когда младший оказался на ногах. И только сейчас Тэхён понял, что в который раз нарушил своё обещание. Невольно отпускает глазки вниз, видит ту самую рубашку в цветочек и горячо любимые брюки свободного кроя. Чувствует, как горят собственные щёки и пытается их хоть как-то скрыть за ладонями, но вновь взглянув в лицо мужчины, тот понимает, что выходит очень плохо. — Вот педик, мало было прошлого раза? — как гром среди ясного неба обрушился голос Мина. — Если ты говорил про эту свекровь, то она тебя ненавидит, — протороторил Тэхён, закрывая собой старшего. — Но она ведь никак не помешает нам быть вместе? — Молись, — бросил напоследок младший.

***

После той их встречи, Юнги окончательно поселился дома у младшего, напрочь загораживая собой добрый путь к Чонгуку. Даже за коммунальные услуги не платил, паршивец, что уж говорить про то, что он никак не занимался их «общей» территорией и продукты не приносил. Благо, за собой смывал, иначе бы Ким точно не выдержал. Но сбегать из дома удавалось под предлогом «выкинуть мусор, а потом в продуктовый на другой улице», ведь Мин запретил даже чувствовать тот проклятый круглосуточный. Предварительно сообщив о своём выходе (а номерами они обменялись, когда в тот день сбежали от дружелюбного друга младшего), Тэхён на крыльях любви летел к своему альфачу, каждый раз накидываясь на него всей своей тяжёлой тушой. Тот, благо, обладал мощным механизмом, поэтому не сдвигался даже на сантиметр. — Я хочу, чтобы вы наконец нормально познакомились, — в одну из таких встреч выпалил Тэхён, играясь с волосами старшего. — Кхм. Не думаю, что в ближайшее время я смогу посетить такую встречу, — ответил Чон, прочистив горло — мысли об этой чубаше с битой передёргивали сразу. — Ну же, — протянул младший. — можешь привести и Чимина! Думаю, так обстановка будет намного лучше! — А твой друг падок на орехи? — Если согласишься, то проверим. — Ты теперь ставишь мне условия? — наигранно удивился Чон, надвигаясь на Тэхёна. — Что же, пупсик? Мы теперь только так будем наши отношения развивать? Условиями? — Так многие делают, — ответил младший, подхватив настрой Чона. — Можем даже составить договор. — И что он в себя будет включать? — Любить, понять и оберегать.

***

По правде говоря, Чонгука никак не устраивала эта затея, которую Ким называл «двойное свидание». Если и свидание, то только старшего с битой на террасе с красивым видом на Сеул. А если быть ещё откровеннее, то ему не нравилась эта рубашка — она была слишком неудобной, быстро мнётся, швы чуть ли не разошлись при первой примерке — она вся не такая. Но только цвет радует глаз — чёрный, как Чон и любит, но ради младшего можно и перетерпеть один вечер в этом. Когда потрёпанный с опухшими губами Чонгук ввалился в их с Паком берлогу, он ни чуть не был удивлён. Чимин прекрасно знал про великое счастье в жизни своего приятеля, поэтому, в голове горела одна лишь фраза «на крыльях любви примчался ко мне за советом». Но когда тот выпалил, что они завтра идут на свиданку, он чуть коньки не откинул, пока пил свой эспрессо. Посмотрел на него, как на Божью кару, выплюнул напиток, которым подавился и недовольно поставил кружку на стол. — Да ну, тебе нужно всего лишь построить глазки одному белобрысому, — спокойно парировал Чон. — Сдурел? — Сложно что-ли? — никак не мог понять мужчина. — У тебя внешность, как у кукол Братс, понравишься ему. — Ты думаешь, что мне нечего делать? У меня есть своя личная жизнь! — выпалил в тот вечер Пак. А сейчас он сидел напротив того самого мудака, что не давал Чону и его конфеточке быть вместе, и лучезарно улыбался, включая всё своё обоняние: непринуждённо поправлял волосы, запрокидывая голову назад и тем самым открывая вид на шею; теребил кольца на пальцах, слишком часто дотрагивался до своей серёжки; «случайно» задевал его ногу своей и потом долго извинялся. Губы. Чёртовы губы, которые из-за частых махинаций языком выглядели как спелые дольки персика. А Мин любил персики. «Чёрт, ни что иное», — думал Юнги, когда тот в очередной раз прикусил губу. — Очень рад нашему знакомству! — Я тоже, но мне надо отойти, — смог только выпалить светловолосый, направляясь в уборную. И нет, он не будет заниматься тем, о чём многие из вас подумали. Это лишь уловка, чтобы скрыться от чужих глаз, да и сам парень понимал, что это их «знакомство» к этому рано или поздно приведёт. Спустя несколько минут заходит и сам милаш. — Пак значит, — тихо протянул Мин, прислонившись к стене «Так ведь обычно делают крутые парни?», — мельком пронеслось в мыслях у него. — Кажется, мы это уже проходили, не думаешь? — в том же тоне ответил Чимин, приближаясь к блондину. — Почему бы и не повторить? — Сколько нужно, чтобы ты запомнил? — уже вплотную подойдя к нему. — У меня нету определённой точки, — сказал Юнги, подушечками пальцев поглаживая его скулы. — Но можем проверить, — выдохнул напоследок Мин, затягивая в свои узлы.

***

— Ты не думаешь, что они там слишком долго? — шепнул Тэхён, который уже устал ждать этих двоих — не мог он усидеть на месте. — Может, это согласие? Я уже могу снять эту рубашку? — Если честно, то тебе очень идёт, — тихо протараторил Ким, «увлечённый» своим капучино. Словив хитрый взгляд мужчины, щеки младшего вновь стали пунцовыми. — Носи её почаще. — Без неё гораздо лучше, так ведь, Тэхён-и? — шепнул на ушко Чон, притягивая к себе худое тельце. — Смотря в каких случаях, — промурлыкал в ответ тот. — Абсолютно во всех.

***

Декабрь. Совсем неожиданно осень превратилась в снежный сезон. За короткими разговорами и длинными посиделками Тэхён и не заметил, как пейзаж за окном заметно изменился. Пару месяцев назад было точно также, но в этот раз окрылённый своими чувствами Ким не заметил всего происходящего из-за своего, уже, парня. Чонгук ещё выше натягивает шарф, ускоряя шаг. На улице уже давно горят фонари, ветер бушует, практически снося с ног. А завараживающие снежные хлопья льют, будто из ведра, ведь никак больше невозможно описать происходящее на улице. Чон забегает в подъезд и облегчённо выдыхает. — Всё готово? — спросил пришедший. — Только ты остался, — ответил Мин, нанося последние штрихи. Сегодня тридцатое декабря. День рождение Тэхёна. И лишь этот особенный день помог найти этим двум кошечкам ниточку, которая помогла в дальнейшем сплотить их обоих. Пусть они и не оставляли друг друга без колкостей, но их отношения заметно улучшились, чему Ким и Пак были несказанно рады, ведь они всегда оставались между двух придурков огней. — Когда он придёт? — Я думал, этим вопросом занимаешься ты, — сказал Юнги, не отвлекаясь от торта. — Чёрт.. — тихо шикнул брюнет. — совсем забыл. Сейчас наберу, — и уже подорвался за телефоном, как его остановил Чимин. — Он будет через десять минут, время булки поджимает, ускоряйтесь. — Одному сложно, знаешь ли.. — протянул светловолосый. — Этот вообще без дела, ну как так можно! — А кто у стенки обжимался? — Мужик, я биту сейчас притащу, и мы поговорим. Минуту только, ладно? Я туда и обратно.

***