Приглушенные крики

      — Прости, — прошептал Хосок, слушая, как Тэхён шипит от боли.       — Я в порядке, — хрипло ответил Тэхён, никого не убедив в том, что с ним всё в порядке.       — Уже почти всё. Поверь мне, эта штука помогает, — сказал Хосок, продолжая наносить мазь на израненную спину своего друга.       Тэхён глубоко вздохнул, пытаясь не обращать внимания на боль и вместо этого сосредоточившись на красном, опухшем, заплаканном лице Чонгука. Хосок первым намазал мазью Чонгука, прежде чем заняться остальными.       Младший лежал на диване и горько плакал. В этот момент Тэхён даже не был уверен, плакал ли Чонгук из-за боли, которую испытывал, или из-за воспоминаний, которые преследовали его, или из-за того, что Чимина забрали через несколько секунд после того, как их бросили обратно в эту комнату.       — Я просто не понимаю, чего хотят эти ребята, — вздохнул Хосок.       — Никто из нас не знает, — сказал Тэхён, прежде чем снова зашипеть от боли. Каратель не пощадил ни одного из них, и чем сильнее они кричали от боли, тем сильнее он бил.       — Джуни, пожалуйста, ты должен сесть, — раздался голос Джина, стоявшего рядом с диваном, на котором был Чонгук. Боль была очевидна как на лице Намджуна, так и в каждом его движении.       Все взгляды обратились на Намджуна, который мерил шагами комнату, хромая, перед дверью. Его спина все еще не была обработана после двойной порки. Он будет следующим после Тэхена.       — Он забрал Чимина… — ответил Намджун, продолжая мучительно шагать.       — И причиняя себе боль, ты его не вернешь, — заметил на это Джин.       Намджун остановился, повернувшись к остальным мемберам.       — Он забрал Чимина. Этот человек — просто больной на голову ублюдок, и у него наш Чимин.       Слезы Чонгука стали сильнее, рыдания вырывались изо рта макнэ, разбивая сердце Джина.       — Джун, пожалуйста, просто сядь и позволь Хосоку заняться твоей спиной, — попросил Джин.       Намджун покачал головой, продолжая ходить взад-вперед. Он не мог смириться с тем, что Чимин оказался в руках Карателя. Почему Чимина забрали? Чимин не сделал ничего плохого, и это его беспокоило. Если Чимин не сделал ничего плохого, какие еще у них были причины забрать его?       Его сердце было наполнено смесью разочарования и ужаса одновременно. Образы того, что мог переживать в этот момент Чимин, почти вызывали у него тошноту. Хуже всего было то, что он не мог убедить себя, что он слишком остро реагирует, потому что Чонгук уже был подвергнут групповому изнасилованию, и Юнги тоже определенно был изнасилован — он ещё отчетливо помнил его крики за стеной. Неужели теперь и третий участник их группы был изнасилован? Намджун просто не знал, что дальше делать. Что он мог сделать? Он даже не мог помочь Чонгуку почувствовать себя лучше.       Им нужно было выбираться отсюда. Честно говоря, Намджун начал сомневаться, смогут ли они продержаться следующие несколько недель, пока не вернется Юнги.       Смогут ли они дождаться вечеринки и сбежать?       Должен был быть другой выход, прежде чем всех его друзей изнасилуют или убьют.       Он вернулся к своему блокноту, взял его в руки и сел за стол. Он должен был найти какую-то лазейку. Здесь должно было быть что-то, что могло бы помочь им выбраться отсюда.       — Намджун, намазать тебе спину мазью? — спросил Хосок, подходя к лидеру.       Намджун кивнул один раз, не отрывая глаз от блокнота. Ему было все равно, сколько раз ему придется перечитывать собственные записи, он собирался найти что-то, чтобы вытащить их отсюда.       Хосок сделал вдох, прежде чем сесть рядом со своим хёном. Он съёжился при виде спины их лидера. Как Намджун вообще мог ходить, Хосок понятия не имел. Всё, что он знал, это то, что следующие несколько дней будут сплошной болью и страданиями для Намджуна.

***

      Чимин вскрикнул, когда его отбросило назад на кровать огромное чудовище, которое Намджун прозвал Карателем.       Чимин запаниковал, когда мужчина посмотрел на него с вожделением в глазах. Он попытался сбежать, отползая назад на кровати, пока его спина не ударилась о подушки и изголовье кровати.       В глубине души он знал, что спасения нет.       Он знал, что у него проблемы, большие проблемы. Он не знал, что он сделал не так, но он знал, что будет страдать за это. Каратель никогда не относился легкомысленно к наказаниям. Он усвоил это, увидев, как этот мужчина дважды избивал его друзей.       — Ну и куда ты собрался? —ухмыльнулся Каратель, схватил Чимина за ногу и потянул его к себе. Чимин потерял равновесие и оказался на спине, а его рубашка задралась вверх, когда Каратель протащил его по кровати.       — Ох, черт, ты меня специально соблазняешь? —усмехнулся Каратель, взбираясь на айдола.       Чимин крикнул, ударив мужчину в грудь, когда тот уже оседлал его.       — Слезай! Слезай с меня!       Каратель просто рассмеялся, хлопнув рукой по губам Чимина.       — Я так долго этого ждал. Можешь поблагодарить за это своего любимого Сокджина. Уж я обязательно его поблагодарю.       Чимин был в замешательстве, что сделал Джин? Он не понимал, о чем шла речь.       Каратель убрал руку, заменив ее ртом. Чимин ощутил рвотный позыв. Желчь обожгла его горло, и ему потребовалась вся его воля, чтобы не вырвать прямо здесь и сейчас.       Чимин снова и снова бил Карателя в грудь, пока это не начало его раздражать, тогда мужчина схватил оба его запястья одной рукой, прижав их над головой. Певец попытался повернуть голову, чтобы разорвать поцелуй, но это только дало другому возможность просунуть свой язык в рот Чимина, чего младший не хотел и не собирался допускать. Он прикусил язык Карателя, почувствовав вкус крови, что на мгновение наполнило Чимина гордостью.       — Ебаная сука!— прорычал Каратель, ударив Чимина по лицу, — Я обещал Чхольсу, что не попорчу твое красивое личико, но укуси меня еще раз, и я заставлю тебя пожалеть об этом.       Чимин сморгнул слезы, которые образовались в уголках глаз после удара по его лицу. Он не понимал, что делать. Должен ли он сражаться? Он должен был сражаться, верно? Он не мог позволить этому монстру напасть на него вот так. Но он знал, что у него нет шансов против этого человека. Он был огромен, его мускулы были намного сильнее, чем у всех участников BTS вместе взятых, и он не боялся их использовать. Чимин чувствовал себя таким беспомощным и таким маленьким. Он не знал, что делать, и это вызвало панику из глубины его груди на поверхность. Его грудь сдавило, и его дыхание участилось. Он знал, что этот человек задумал; он собирался изнасиловать его. Так же, как это сделали с Чонгуком. Он не хотел этого. Он совсем этого не хотел.       — О, что у тебя с лицом? —рассмеялся Каратель, слизывая слезу, которую Чимин не смог удержать.       — П-перестаньте… пожалуйста… прекратите это, —всхлипывал Чимин по-английски, его голос прерывался от рыданий.       Усмешка сорвалась с губ Карателя, когда он снова посмотрел на Чимина. В его взгляде была только похоть.       — О, Чиминни, я ещё даже не начал.       Рыдания пронзили тело Чимина, как никогда раньше. Он был в ужасе. Он был в таком ужасе.       Мужчина снова усмехнулся, схватил Чимина за рубашку и яростно разорвал ее.       — Мне нравится, когда они плачут.