Приглушенные крики

      Никогда в жизни Тэхён не чувствовал себя так. Как будто его сердце вырвали из груди и растоптали. Чонгуку даже не нужно было ничего рассказывать.       Даже в полной темноте Тэхён чувствовал это по запаху. Густая тяжелая жижа секса покрывала тело Чонгука, когда он держал его в своих объятиях. Он весь был липким и горячим на ощупь; все его тело дрожало и сотрясалось от рыданий, которые вырывались из его рта.       В комнате было темно, как смоль, так было уже несколько часов, но он знал, что Чимин и Хосок где-то рядом. Что-то внутри него подсказывало ему, что Чимин был у стены, пытаясь найти выключатель, чтобы включить свет, но Тэхён знал, что никакого выключателя нет. Он сидел у двери последние несколько часов, ожидая.       — Это Чонгук? — раздался голос Хосока откуда-то совсем рядом.       — Да, он вернулся, — сказал Тэхён едва слышно, — Ты здесь, Гуки. Я рядом.       Чонгук шмыгнул носом в плечо Тэхёна, слегка кивнув головой и крепко сжав руками его рубашку.       — Чонгук, что случилось? — спросил Чимин, за что Хосок слегка ударил его по плечу.       — Не надо, — резко прошептал Хосок. Он не был уверен, чувствовал ли Чимин этот запах, или, может быть, Чимин, будучи девственником, не знал этот запах достаточно хорошо, чтобы сразу всё понять, но Хосок знал. Он чувствовал его. Секс. От Чонгука пахло им.       Он хотел обнять Чонгука, утешить его из-за того, что, как он знал, произошло, но он не знал, что делать, поэтому сейчас он хотел дать своему макнэ личное пространство.       — Тэ, почему бы тебе не отвести Чонгука в кровать, там ему может стать лучше? — предложил Хосок.       — Ладно, — ответил младший, но пока не двинулся с места. Ему нужно было немного успокоить Чонгука, прежде чем он попытается заставить его идти. Здесь было так темно, что он ничего не мог видеть, он понятия не имел, есть ли у Чонгука травмы, которые он не мог видеть. Последнее, что он хотел сделать, это причинить Чонгуку больше боли, чем он уже получил.       — Чимин, пошли, дадим им немного пространства, — прошептал Хосок младшему, он знал, что Чимин не хотел идти, но Чимин все равно повиновался, держа его за руку, пока они шли обратно к двухъярусным кроватям. Сначала он уложил Чимина в кровать, погладил рыжего по волосам, а затем наощупь отправился к своей кровати. Прежде чем подняться по лестнице, он стащил подушку Юнги с его кровати. Он знал, что Юнги спал с ней совсем недолго, но этого было достаточно, чтобы на подушке остался его запах. Он лежал на кровати, уткнувшись лицом в подушку Юнги, ища утешения. Джина забрали, Намджуна забрали, Юнги забрали, Чонгук только что был изнасилован, и всё это за один день. Это было слишком. Он хотел, чтобы его обнимал Юнги, он хотел поговорить с Намджуном, и чтобы Джин его утешил, но всё это было невозможно. Он был последним хёном, который остался, и он уже не сумел защитить одного из своих макнэ. Намджун доверил их ему. Он не понимал, почему это происходит с ними. Что они сделали не так? Что сделал Чонгук, чтобы заслужить изнасилование? Какие монстры могли сделать это с ним? С самым младшим членом их группы.       — Тише, я рядом с тобой, всё хорошо, — услышал он воркование Тэхёна. Это разбивало ему сердце.       Произошедшее с Чонгуком разбило сердца всех оставшихся мемберов. Эти монстры не уйдут от наказания. Как только они выберутся отсюда, Хосок позаботится о том, чтобы всех их посадили в тюрьму. Особенно тех, кто коснулся его макнэ.

***

      — Доброе утро, красавчик.       Джин вздрогнул, проснувшись, когда свет заполнил его темную холодную комнату. Он обернулся, глядя на дверь, где стояли Чхольсу и еще двое охранников.       — Полагаю, ты хорошо выспался? — ухмыльнулся Чхольсу.       Младший ничего не ответил, глядя на своего похитителя. Он так ненавидел этого ублюдка. Всё, чего он хотел, это вернуться к остальным. Он едва смог уснуть из-за беспокойства о других мемберах. Он знал, что они будут беспокоиться о нем, так как он не вернулся после того, как Чхольсу забрал его вчера.       Чхольсу подошел к Джину и схватил за подбородок, заставив его поднять голову под неудобным углом, чтобы встретиться с ним глазами.       — Сделаешь что-нибудь подобное еще раз, и ты сочтешь это наказание за милость, понимаешь?       Джин отказался отвечать каким-либо иным образом, кроме как взглядом. Он не собирался доставлять удовольствия похитителю, показывая ему свой страх, который он чувствовал к этому человеку. Он просто хотел вернуться к своим друзьям.       Ему показалось, что Чхольсу знал, о чем он думает, его челюсть сжалась сильнее, а ухмылка стала шире.       — Знаешь, ты прекрасно выглядишь на коленях. Я бы хотел видеть тебя на них почаще.       Взгляд младшего стал еще более суровым, но он пытался держать рот закрытым.       — Если ты не хочешь отсосать у меня, предлагаю тебе поторопиться и встать, — сказал Чхольсу.       Джин немедленно вскочил на ноги, его лицо выражало явное отвращение, когда он отмахнулся от руки, которая коснулась его щеки. Чхольсу, казалось, не возражал, он усмехнулся и пошел прочь из комнаты, молча приказав Джину следовать за ним.       Как наседка, Джин последовал за ним, надеясь и молясь, чтобы ему разрешили вернуться к своим цыплятам. К его счастью, Джин добрался до металлической двери, за которой находились все остальные. Какой-то охранник пришел с другой стороны, неся коробку с приборами. Он предположил, что пришло время завтрака, и эта мысль его порадовала, потому что его не кормили прошлым вечером.       Когда дверь открылась, Джина первым протолкнули мимо Чхольсу в комнату, хотя Джин не оценил толчок, он ничего не сказал; он просто был рад вернуться к своим друзьям. Он хотел немедленно подбежать к Намджуну, обнять его и сказать ему, что с ним всё в порядке, что ничего плохого не произошло, но вместо этого его встретило сбивающее с толку зрелище.       Тэхён и Чонгук сидели на диване, и старший держал Чонгука так, словно от этого зависела его жизнь. Чимин и Хосок сидели за столом, у Чимина были ярко-красные опухшие глаза, он выглядел почти так же плохо, как Чонгук, как будто они оба плакали часами, а Хосок, казалось, не спал несколько дней. В тот момент, когда охранники вошли в комнату, Чимин и Хосок вскочили и кинулись к двум макнэ, чтобы встать перед ними в защитном жесте.       — Джин! — удивленно крикнул Хосок, словно его потрясло возвращение старшего.       Джин практически побежал к своим друзьям, оглядываясь в поисках Намджуна или Юнги, но что-то внутри подсказывало ему, что что-то не так.       — Доброе утро, надеюсь, вы все хорошо спали, — начал Чхольсу, прежде чем Джин успел начать расспрашивать остальных о том, что произошло ночью.       Чонгук спрятал лицо на плече Тэхёна, не желая видеть того, кто привёл их в этот ад. Боясь, что его снова вырвут из рук хёна.       — Иди на хуй, — прошипел Тэхён, крепче прижимая к себе Чонгука.       Ухмылка Чхольсу исчезла с его лица, когда он увидел двух самых молодых участников на диване. Он подошел к ним, отталкивая Джина, Чимина и Хосока, и посмотрел на них сверху вниз суровыми глазами.       Чонгук вздрогнул от жесткого взгляда, которым их похититель смотрел на них. Его губы были сомкнуты, глаза закрыты, его лицо уткнулось в плечо Тэхёна, он не хотел говорить или смотреть на этого монстра. Он просто хотел исчезнуть.       — Убирайся отсюда, мы не хотим, чтобы ты был здесь, — выплюнул Тэхён, крепче сжимая Чонгука в объятиях.       Чхольсу непонимающе посмотрел на айдола, чувствуя, что младший смотрит на него, как на дьявола, впрочем, вероятно, так оно и было. Тем не менее, ему не нравился взгляд Тэхёна. Он его бесил. Тем более, Чхольсу был так добр, что вернул им Джина даже после вчерашнего. В какой-то момент он начал думать, что был слишком добр к своим пленникам. Он протянул руку, схватил вокалиста за волосы, рванул его вперед, заставив его подняться с дивана и встать на четвереньки на полу, прежде чем тот успел моргнуть. Единственное, что мог сделать Тэхён, это закричать от боли и приготовиться к удару о пол. Он почувствовал, как его ладони скользнули по бетону.       — Хён! — закричал Чонгук, однако следующим схватили за волосы уже его, хотя, в отличие от Тэхёна, их лишь больно дернули, заставив его поднять глаза на своего похитителя.       — Не трогай его! — закричал Тэхён, пытаясь встать, но не смог, так как Чхольсу продолжал прижимать его голову к полу.       Хосок сделал шаг вперед, готовясь бороться за своих макнэ. Он не собирался снова их подводить.       — Не лезь, у них оружие, — прошептал Джин, останавливая рэпера.       Хосок краем глаза увидел направленные на него пистолеты охранников. Это только подогрело его ярость, но он сдержался.       — Скажите мне, мистер Ким Тэхён, что случилось с мистером Чон Чонгуком? — приказал Чхольсу.       Тэхён был немного озадачен вопросом Чхольсу, но не сдержался и ответил.       — Твои люди изнасиловали его, вот что случилось.       Джин почувствовал, что его сейчас стошнит.       — Ч-что?       Слезы снова наполнили глаза Хосока и Чимина, когда это слово было произнесено вслух. Не прошло и двух минут, как Тэхён объяснил, что случилось с Чонгуком.       — Понятно, — всё, что сказал Чхольсу, прежде чем поднять Чонгука за волосы на ноги, заставив макнэ закричать от боли, умоляя его остановиться.       — Что ты делаешь! — выдохнул Джин.       Вошли ещё несколько охранников. Каждый из них схватил одного из мемберов, удерживая их от попытки защитить Чонгука.       — Остановитесь, не причиняйте ему вреда, — закричал Чимин.       Чонгук заскулил от боли, когда его оттащили от друзей, его слабые ноги, неспособные удерживать вес его тела, подкосились, и он упал на колени всего в нескольких шагах от дивана.       — Вставай, — рявкнул Чхольсу.       Чонгук покачал головой, всхлипывая.       — Нет, мне больно. Пожалуйста, прекрати.       — Вставай! Последнее предупреждение, — прорычал Чхольсу.       — Остановитесь, пожалуйста, не причиняйте ему вреда! — закричал Тэхён, вырываясь из хватки охранников, удерживающих его от приближения к возлюбленному.       Шатаясь, Чонгук сумел подняться на ноги ровно настолько, чтобы охранники успели схватить его за руки и вытащить из комнаты.