Бабочки в моём сердце

Помню, когда в один день, наши реалии столкнулись воедино. Никто тогда не мог понять, что произошло. Это было пугающе, встретить своих двойников, и, признаться честно, я долго не мог найти общий язык с клонами моего вальта. Они, были так..не похожи на самих себя, мне было страшно. К своим копиям я так и не смог привыкнуть, да и они не стремились к общению с такой жалкой версией их, как я. Помню, как впервые собравшиеся в одно целое клоны провели своё первое собрание правителей, как из восьми привычных мне лиц появилось двадцать четыре, как мы отдалились, став, будто знакомыми друг другу незнакомцами. Ох, как я нервничал, когда очередь дошла до меня, я не знал куда деть свои глаза, но ты. Ты смотрел на меня, так успокаивающе, лишь благодаря тебе я смог выдать информацию о своём королевстве и намерениях другим правителям. Как томительно тянулось время, будто вечность опустилась, окутав весь новообразовавшийся круг правил и законов, я не мог оторавать от тебя взгляд, ты был магнитом, что притягивал меня, а когда ты вновь смотрел на меня, я отводил взгляд, будто ничего и не было, ты спокойно улыбался, продолжая расслабленно восседать на приготовленном, лично для тебя, стуле. Помню, как на третьем съезде мы начали эту незамысловатую игру в гляделки, ты добро усмехался, когда обнаружив мой взгляд на себе, так же пристально глядел в ответ. Я не мог выдержать этого, делая вид, что я поглощён в стопку бумаг, очередной раз утыкаясь в них чуть ли не лицом, когда вновь и вновь твой взгляд останавливался на мне. Помню, когда меня оставили убирать мусор, а ты сам вызвался мне помочь. Тогда я не понимал твоих намерений, но ты просто собирал скомканные документы, расправляя их, наблюдая за мной и моими действиями. Мы провели время в тишине, ты был всё так же расслаблен, а я всё так же напряжён. Помню, когда всё повторилось, оставшись наедине с пустующими местами, что окольцевали заваленный бумагами стол, ты смотрел на меня, хитро улыбаясь. Словно змея подкрался в момент когда я отвлёкся на очередной ком за ножкой бубнового стула, как ты прижал меня, не давая и шанса сбежать, неприлично близко, чуть ли не соприкасаясь лбами мы стояли, как моя маска, что скрывала моё красное, буд-то помидор лицо, была отброшена куда-то. Как спокойно, словно гипнотизировал, ты целовал меня, как незаметно для самого себя я очутился сидящим на столе, как пронзительно ты вглядывался в мои глаза. Боже.. Как были прекрасны, эти рубины, что сияли сейчас, только для меня. И как быстро это всё закончилось. Помню, когда подобное, стало обыденностью, как после собраний мы оставались вдвоём, и ты рьяно целовал меня прижимая к ставшему таким привычным столу. Помню, как впервые ты пришёл на съезд самым первым, дабы вновь хитро улыбаться, смотря на меня так, как никто никогда не будет смотреть, как расслабленно ты прикасался губами к моим, свободным от перчаток рукам, как мягко касался моей шеи, исследуя каждый дюйм моего тела, как твои руки блуждали под скрывающей меня одеждой, как внимательно ты следил за моим так часто меняющимся лицом. Помню, удивление других клонов, когда на очередном собрании мы сидели рядом. Помню, как одна из моих версий фыркнула, заметив как мы переглядываемся. Помню, как явившись последним, на глазах у всех, ты вручил мне символ любви, кричаще алую розу. Помню, как ты запустил пальцы в мои волосы, перебирая их, точно так же, как ты любил это делать. Как всем уже было ясно, что между нами происходит. Помню, как ты, заявился в моё королевство, как долго мы целовались в моих покоях, как я чувствовал себя переполненным любовью. Помню, как ты перестав слушать Куромаку потянул меня за край мантии, как уставше он смотрел, как я, смущённый, сижу на твоих коленях, как расслабленно твоё лицо, как крепко прижимают меня твои руки. Помню, как часто я стал вот так просто, сидеть у тебя на коленях, как мечтательно на нас смотрел Зонтик, как для всех мы стали целым. Помню, как ты впервые заговорил со мной, сказав лишь, что тебе нравится моё лицо. Помню, как ты, заснул на собрании, притянув меня к себе. Помню, как я стал брать с собой еду, и как ты наблюдал за моими смешными попытками поесть. Помню, как ты, не выдержав, сам стал кормить меня, и как я, сидя на тебе, горел желанием покончить с этим, как стыдно мне было пред множеством взглядов устремленых на нас, и как ты, спокойно улыбался. Помню, как твои визиты стали самым обычным явлением, как долго мы могли находиться в одной позе, как ты снова и снова целовал моё лицо, как нежно касался моих губ, как собственнически перебирал мои волосы, растрепав их до крайности. Помню, как однажды это всё прекратилось, ты не приходил на собрания, не навещал меня, от тебя не было никаких вестей. Все беспокоились о тебе. Помню, как спустя месяц ты объявился в моём королевстве, как спокойно было твоё лицо, когда ты подписывал мирный договор, как предложил объединить наши земли. Помню, как в нашей комнате мы обнимались, стоя на балконе, как было радостно мне. Как я был счастлив, когда мы вновь целовались, как бабочки порхали в моём сердце, когда мы вновь стояли на балконе. Как нам было хорошо.