Два внука - две проблемы

      Для маленьких звездочек проходили года, для людей десятилетия. Моракс видел, как сменялись поколения, как развивалась территория, и как на смену шумным и веселым детям приходила пора задумчивого подросткового периода. Из глаз не сыпались искры, направленные на все вокруг, не летели вопросы, как устроен мир и почему у Хранительницы Облаков сегодня другой вид. Дети росли, а вместе с ними уходил от божественности и Моракс. Быть может, на него влияли года, проведенные в окружении детских голосов и улыбок, может быть, дело было в общей усталости. Однако на обдумывание решения не ушло много времени — по меркам долгожителей.       — Уйти к людям?       Люмин удивляется, слыша такое решение Моракса, но по ее взгляду и можно было увидеть принятие. Девочка касается щеки дедушки и разглаживает появившиеся морщины, что по желанию Моракса решили отразить весь груз, лежавший на его плечах.       — Но как же остальные? Да и, — Итэр хмурится, вспоминая, как с ними гулял по улочкам Ли Юэ Моракс, — ты ведь не справишься.       — Сильна твоя вера в деда, Итэр, — Моракс смеется, не обижаясь. Он уверен, что казусы будут, но это ведь тоже жизнь.       — Брат! — Люмин возмущенно толкает близнеца, и осуждающе смотрит на парня. — дедушка со всем справится! У него столько опыта.       — Именно из-за опыта наш дедушка может что-то упустить из виду.       Моракс усмехается, понимая парня. За его плечами много веков, перед ним два ребенка, показавших вновь прелесть человеческого бытия, активно устраивая самые разные приключения среди людей.       — Не ссорьтесь, — мужчина взлохмачивает макушки и улыбается. — Ноша архонта тяжела, Итэр. И настают моменты, когда от нее стоит отказаться, пока сознание не ушло полностью, — Моракс отводит взгляд в сторону, чувствуя давление цепей, которые связывали его все сильнее с каждым годом. — Пока у меня есть возможность, я бы хотел провести года в облике человека.       — Будь осторожнее.       Итэр, этот подросший мальчишка, в штыки воспринимал все, что может привести к проблемам и уменьшению силы, он остро реагировал и на желание Моракса отказаться от достигнутого. Собственная слабость и неспособность помочь родному давили и сковывали душу. Там в тисках билась птица созидателя, искра, способная помочь, но в данный момент отказывающаяся что-либо делать. Носитель еще не раскрыл себя.       — Ты ведь не устроишь ничего странного, дедушка? — Люмин пыталась увидеть в этом непроницаемом лице хоть каплю непонятных планов и мыслей, но там отражалась только забота и умиротворение.       — Вы узнаете все, не переживай, Звездочка.       Моракс не отводит взгляд от лица юноши, что насупившимся ежом сейчас стоял чуть поодаль от них.       — Пока вы молоды, Итэр, в вас горит душа, не дай ей потухнуть.       — А твоей, значит, потухнуть можно дать?       — Моя уже давно теплится угольками, — ни капли горечи или сожаления: здесь и сейчас он счастлив. — В моих силах передать вам стремление.       — Я подумаю, — Итэр кивает обоим и уходит, сжимая кулаки.       Люмин беспокойно смотрит в спину брата, исчезающего во вспышке. Девушка поддается вперед, но на ее плечо падает рука Моракса.       — Он поймет. Может быть позже, а сейчас его стоит оставить, Люмин.       Чжун Ли не помнил, как проходило его подростковое бунтарство. Все это было очень давно, тем сложнее было наблюдать, как меняются его звездочки. Чжун Ли не знал, что можно сделать с влюбленным в жизнь взглядом Люмин, не знал, как реагировать на насупившегося Итэра, которого после их разговора едва ли можно было найти не на плацу или бродящего по миру, собирающего самые разные знания.       Мужчина с трепетом вспоминал дни, когда два урагана носились по всему Ли Юэ, сейчас же близнецы сидели в разных частях его страны и периодически создавали эпицентры взрывов.       — Сяо, — голос Моракса немного уставший. Даже находясь сейчас в черте города, он ощущал дрожь земли от закипающего гнева в теле юноши.       — Господин, — якса появляется быстро, сразу чувствует причину усталости в глазах архонта, — проверить?       И тут уже в городе слышится колыхание воздуха: кажется, это Люмин немного перестаралась со своим новым увлечением. Вздох срывается так легко, словно это стало привычкой. Сяо вздрагивает, ощущая, как искрится пространство от открывшегося портала. Он видит подпаленные длинные златые локоны, видит застывшие слезы в янтарных глазах, видит поджатую губу молодой девушки и раны на пальцах. Она смотрит так уязвимо, с надеждой, доступной лишь чистым созданиям. Так знакома энергия.       — Дедушка, он вновь вышел из-под контроля, — появляется в руке человека маленький дракончик, хитро поглядывая на свою создательницу. В этом теле сокрыта такая мощь?       Якса непонимающе следит за тем, каким мягким становится Моракс, как он бережно берет ладони девушки и как осторожно выпускает свою энергию, исцеляя полученные от взрыва раны. Архонт нежно стирает слезы с щеки подростка, улыбается легко, с потаенной грустью и печалью, которые Сяо научился ловить за столько веков знакомства. Девушка расцветает быстро, почти незаметно. Вот только Моракс разглаживал ее нахмуренные брови, только спокойно говорил о том, что ошибаться — правильно, и вот уже она сияет как звездочка, улыбается ярко-ярко, убегая в открывшемся, нестабильном портале, оставляя после себя шлейф искр.       — Дети так быстро растут, — Моракс держит в руках оставшиеся искры, усмехается и переводит взгляд на воина. — Надо бы проверить Итэра, — и в этот раз на лице проскочила тень.       — Трудный ребенок? — архонт только кивает, не вдаваясь в подробности.       Там, где раньше был холм, сейчас находился кратер, в центре которого сидел израненный парень. Чжун Ли останавливает шагнувшего было вперед Сяо, желающего доставить человека в безопасность, и смотрит на сжимающего кулаки подростка.       Ты справишься.       Итэр будто бы слышит наставления, дергается от него, не желая дополнительных подсказок, и собирает в себе энергию, перенаправляя ее вновь в мир, залечивая выжженную землю. Парень довольно улыбается, отбрасывая такие же подпаленные локоны. Их сила с возрастом становится более нестабильной, но они учились ее контролировать быстро по меркам почти бессмертных созданий. Очень быстро.       — Дедушка, — Итэр шепчет тихо, обращаясь к архонту почти мысленно, но Чжун Ли слышит, — я смог.       И все же он не удержался от того, чтобы поделиться маленьким успехом, ступенькой на пути к помощи родному, к собственной силе.       Возможно, эта чистая улыбка стоила месяцев гнева и непонимания, отрешенности и обиды на весь мир. Возможно, это его уже старое сердце стало слишком чувствительным к такому проявлению эмоций. Ребенок звезд оборачивается в их сторону и показывает результат тренировок: он может не только разрушать, но и создавать что-то дышащее. И пусть это лишь тонкий слой почв, но он был наполнен жизнью. Чжун Ли кивает парню и думает, что маленькая победа его дитя стоила всех тех недель.       С каждым годом они становились увереннее, взрослее. И Мораксу уже гораздо проще отпускать их. Скоро детям уже не понадобится его помощь. И две маленькие звездочки полностью укротят свои силы. Такие опасные, такие добрые. Не дай, Селестия, им ощутить боль настоящего предательства и гнева.