Бракованная.

Они ненавидели друг друга настолько сильно, насколько это возможно. Они слишком разные, и этим, наверное, можно было бы оправдать их взаимоотношения, но только те, кто хорошо знал их обеих, понимали, что они, блять, как две капли воды! Это понимала и Лиза, которая, в общем-то, этим и пользовалась, дабы злить Кристину. Да, Лиза – это ебанный провокатор, который жить не может без укора в сторону тех, кто легко поддается агрессии. Такой Кристина и являлась. – Заебала, блять! — орала Захарова, которая пришла к Лизе в очередной раз за мазью от синяков, но по стечению обстоятельств, а точнее острого языка Андрющенко, прижимает её к стене, но не в романтическом плане, как кто-то мог подумать, а для того, чтобы нанести новый удар, — Почему ты, блять, просто не можешь закрыть своё ебало, а? На это Лиза лишь улыбается, знает как это раздражает блондинку. – Чё ты лыбишься, бля? — Крис в челюсть её ударяет. – Знаешь, Кристин, а мы правда похожи.. — ухмыляясь начала Лиза, — И ты не можешь это отрицать. – Заткнись, закрой свой поганый рот! — кричала Кристина, но не так как обычно, а совсем уж горько, резко в лице меняясь, — Похожи говоришь?! Я тебе, блядь, покажу похожи! – Крис, что ты.. – Закройся! — рявкает Захарова, а после насильно тащит в комнату. Ставит перед зеркалом, а сама сзади становится, за шею ту держит, слегка сжимая, — Посмотри, Лизонька, я ведь знаю что ты можешь дать отпор, так почему же ничего не делаешь?, — Андрющенко молчит, не двигается, — Не хочешь говорить? Ладно, — улыбнулась хищно и руку спустила к груди девушки. – Кристин, что ты делаешь?.. – Говорю здесь только я, а ты лишь тогда, когда я что-то спрашиваю. Это ясно? — не получив ответ, сжала одно полушарие, уловив слухом писк темноволосой, — Ещё раз спрашиваю, ясно? – Да.. да, ясно. – Умничка, можешь же быть хорошей, ну, — с оскалом на лице говорила Кристина, после чего усадила Лизу на пол, всё перед тем же зеркалом, устраиваясь также сзади. Быстро стянув с неё кофту, Кристина увидела небольшую грудь, скрывающуюся под тканью топа и плоский живот девушки. Лизе от такого взгляда было не по себе, поэтому слегка краснея она отвернулась от зеркала, — Индиго, не зли меня, ладно? Давай ты по-хорошему повернёшь голову обратно и нам обеим будет хорошо? Я хочу, чтобы ты смотрела на себя, пока я всё это делаю с тобой, — придвинувшись к уху брюнетки, шептала светловолосая. Андрющенко не сказала ничего, но покорно повернула голову обратно. Кристина улыбнулась, положила обе свои руки на груди девушки сжимая их через ткань, что ей, на самом деле, быстро надоело, поэтому уже в следующую секунду младшая оказалась без топа. Видя как Андрющенко неловко от всего происходящего, Кристина с довольной улыбкой начала сначала мять и трогать её грудь, добираясь до сосков. Сжимая и прокручивая их пальцами, слыша тихие взвизги возле уха. Отстранившись от груди, Кристина слегка повернула девушку на себя, но голову направила к зеркалу, чтобы та продолжала смотреть на себя, пока всё это с ней делает Захарова. Блондинка припала к её груди, целуя одно полушарие, а второе сжимая, томные вздохи возле себя слушая, ухмыляясь. От груди к шее доходит, целует, кусает и засосы отставляет, обозначает что та уже использованная. Разворачивает обратно к зеркалу тому, следит за взглядом чужим, что своё же тело оглядывает: влажное, с метками и еле видными следами от укусов. – Продолжай смотреть на себя, — приказывает Кристина, после чего руками спускается к низу, штаны с той стаскивая. Видит, как Лиза жмётся, а потому, на удивление, утешать начинает, — Расслабься и мы обе получим удовлетворение, — дотрагивается до промежности через ткань трусов и ухмыляется, — Вот ты какая, Индиго.. корчишь из себя недотрогу, а сама течёшь как сучка. Но, признаю, мне это льстит. Трусы с той снимает наконец-то, от чего Лиза рада, в какой-то степени, но никогда не скажет об этом. Или скажет? Кто же её знает. Захарова средним пальцем вдоль влажной промежности проходится, смазку естественную собирая и ко рту своему поднося, облизывая свой палец. Андрющенко от такого краской по новой заливается, а Кристина не унимается, теперь уже два пальца подносит ко рту Лизы. – Вылизывай, — строго говорит блондинка, а темноволосой не остаётся ничего, как в рот их вобрать и лизать, смоктать их, унижаясь перед Крис всё больше, — Умница, хорошая девочка, — хвалила её светловолосая, за всё то, что та делает. После уже, достаёт изо рта девушки пальцы и пристраивает их к влагалищу, в следующую секунду вводя их внутрь. Лиза стон издаёт, больше от неожиданности, от которого Кристина смешка сдержать не может. – Не знала, что такая непробиваемая девушка, как ты, настолько чувствительна, Индиго. Она двигать этим пальцем начинает, на что вторая постанывает, всё больше смазки выделяя из себя, а потому Кристина второй палец просовывает в лоно девушки, ускоряет темп. Лиза от этого в стонах больше заходится, уже и позабыв про ненависть к Захаровой, уже забив на принципы и прочее, получала удовольствие. Через какое-то время Кристина пальцы достаёт, слыша недовольный всхлип. – Я не вижу твоего желания, скажи мне насколько ты жаждаешь меня, насколько сильно хочешь меня в себе, попроси продолжить. – Кристин, я.. мне стыдно, — честно выдавливает Андрющенко. – Ну же, солнце, попроси меня сделать тебе приятно, я знаю как ты хочешь этого, но хочу ещё и услышать, — говорила Кристина, а сама еле ощутимо по складкам внизу проводила, изводя черноволосую. – Кристина, прошу.. прошу, продолжи, я хочу, чтобы ты взяла меня, Крис, хочу, чтобы ты меня довела до трясущихся ног, умоляю.. — скуля от нетерпения, сказала Лиза. Блондинка на это продолжала улыбаться, только теперь, кажись, в глазах её демоны плясать начали. Она сразу три пальца в брюнетку ввела, на что раздался крик, полный удовольствия. Двигала ими медленно, тянула, на что Андрющенко, что хотела до пика как можно скорее дойти, сказала, а точнее даже выстонала: – Кристина, пожалуйста, быстрее.. молю, быстрее! И Кристина ускоряется, пальцами затрахивая девушку до колен дрожащих, до стонов громких, до кратких, но таких потешающих эго: «Пожалуйста..», «О да, не останавливайся, молю» и самого любимого «Твои пальцы, бляять..». Смотреть на то, как та извивается, глаза прикрывает, содрогается вся.. Кристине от этого хорошо. Ей нравится, что вся такая недоступная, холодная и каменная Индиго, сейчас стонет от её ласк, прося о том, чтобы Кристина вдалбливала в неё сильнее. – Смотри на себя и не отводи взгляд сейчас, — говорила Крис, продолжая двигать внутри брюнетки, ощущая как та сжимает её, — Вот так, девочка моя, теперь кончай. Ещё пару движений и Лиза правда кончает. Вскрикивая от нашедшего оргазма и в спине выгибаясь, но не отводя взгляд от себя. Андрющенко, что отдышаться пытается, голос слышит возле уха: – А теперь, ты поможешь мне, — снимает полностью свой низ Кристина, открывая вид на ноги стройные и бёдра весьма фигурные, но самое главное.. на то место, что самым сокровенным считают. Лиза смотрит завороженно как-то на всю эту картину, но голос Захаровой её прерывает, — Отлижи мне, смотря мне прямо в глаза. – Я никогда такого не делала.. — начинает говорить темноволосая, но видя строгий и похотливый взгляд Кристины, спускается ниже. Будучи напротив промежности, ближе придвигается и смотря в глаза Крис, лижет на пробу. Кристина томный вздох издаёт и руки в волосы чёрные зарывает, после направляя девушку в свои чувствительные точки. Та вылизывать её начинает, неумело, но от того ещё более возбуждающе. Захарова также смотрит той в глаза, смущая до безумия и чувствуя своё превосходство над ней. За волосы её грубо оттягивает, на что вторая шипит, но после возвращает на место голову, ближе к вагине своей прижимая. Лизе ничего не остаётся, как лизать покорно, слыша томные вздохи изо рта Кристины. Ни в коем случае не стоны, потому что светловолосая не позволит слышать что-то такое Андрющенко, не стоны, потому что телу Захаровой приятно, а ей противно от человека, который ей же отлизывает прямо сейчас. Дойдя до разрядки, она кончает на пол, но при этом, что-то на губах Лизы остаётся. – Оближись и вылижи всё с пола, — строго проговорила Кристина, видя шокированое лицо, — Я что, непонятно сказала? Если ты это не сделаешь, об этом узнают все, я тебе обещаю. И Лиза вылизывает всё. Её тошнит от всего происходящего, от себя, но она продолжает это делать, она продолжает унижаться перед Крис. Кристина одевается, вновь ту к зеркалу поворачивает и говорить начинает: – Мы с тобой, Индиго, не похожи, — отрезает Захарова, смотря через отражение на Лизу, что уже про это и забыть успела, — Я никогда не унижусь так, как сделала это ты. Я никогда не дам себя так грязно выебать человеку, которого ненавижу, не буду отлизывать ему. Не буду перед ним покорной.. и никогда не буду блядью, шлюхой, как ты. Ты грязная, Андрющенко. Теперь ты официально бракованная. Надеюсь, ты этого хотела, когда стонала от моих рук. Ты же не думала, что я это делаю от чувств, детка? Не знаю, что за человек должен быть, чтобы любить тебя, шваль. После всего сказанного, Крис встаёт, выходя из комнаты, а после и из квартиры. Только теперь, кажись, навсегда. Больше она не подходит к Лизе, чтобы избить, больше не обзывает, больше не приходит за мазью, как было это раньше. Всё это из-за грязи, которой пропитана была темноволосая. Кстати о темноволосой.. а кто она? Кто же всё таки эта «Индиго»? Возможно, у Кристины была бы возможность об этом узнать, но нет, та слишком грязная для этого. Теперь никто не узнает, кто она, потому что таковой не существует. Потому что такая умерла вчера, в ванной своей, голой, изрезанной и с зеркалом в руках. Хотя, кажется, умерла она раньше, тогда, когда сердце неосознанно не уберегла.