Спасибо за заботу

С недавнего времени Мидории стали сниться кошмары. Каждую ночь веснушчатый не смыкал глаз, боясь вновь провалиться в сон и видеть перед собой не просветную тьму, что с каждым разом затягивала все глубже и глубже…Усталость, недомогание, рассеянность Изуку пытался скрыть от порой обеспокоенных одноклассников, что, к слову, у него неплохо выходило. Однако мешки под глазами из-за бессонных ночей ему спрятать не удавалось. - Урарака-чан, не волнуйся за меня. Просто иногда я засиживаюсь допоздна, делая домашнюю работу, потому что не успеваю всё сделать за день -, вновь отговаривается Мидория, натянуто улыбаясь взволнованной подруге. Он просто не мог рассказать ей правду. Он не хотел, чтобы друзья о нем сильно беспокоились. - Смотри не подохни так. А то мне будет некого размазывать по стенке на тренировочном поле, - послышалось сзади. - Не переживай, Каччан. Со мной... всё будет в порядке, – с лица Изуку пропала улыбка, и он как-то сразу весь сжался, склонив голову, хотя обычно он не прочь был немного поспорить с другом детства. Сны Мидории были кошмаром, потому что стоило веснушчатому закрыть глаза и провалиться в царство Морфея, как сразу же начинали проноситься сцены битвы со злодеями, грохот, звуки взрывов, крики, вой серены скорой помощи и полиции, где они бок о бок с Кацуки сражались, спасая город и жителей, жертвуя собой. И в один момент всё пропадало, звуки затихали, а перед глазами застывал образ Бакуго с гримасой невыносимой боли на лице и огромной дырой в животе, из которой фонтаном брызгала кровь. А потом всё расплывалось от застывших слез и видно было только кровавое и бездыханное тело, лежащее на собственных коленях и пустые алые глаза, в которых навсегда угасла жизнь… - Ха?! Это кто тут о тебе беспокоится? Страх потерял?! Делать мне нечего, как переживать за такого как ты, Деку! – выплюнул блондин, проходя мимо Мидории, задевая того плечом. Все собрались в общей комнате общежития для просмотра совместного фильма. Завтра выходные, поэтому ребята решили не отказывать себе в удовольствии отдохнуть большой компанией. Отсутствовало лишь трое: Бакуго, Тодороки и Токоями. Шото решил сегодня лечь пораньше, потому что на следующий день он хотел навестить свою маму в больнице. Фумикаге отказался, говоря, что сегодня у него мрачное настроение, чему принципе никто не удивился. Парень сам по себе мрачная личность. А Кацуки… - Тусоваться с лузерами вроде вас не в моих интересах, - рявкнул блондин, громко хлопнув дверью своей комнаты прямо перед носами Каминари и Киришимы, которые хотели позвать Бакуго присоединиться. Во всяком случае, не велика потеря. Все набрали побольше еды, выключили свет и перешли к просмотру. Смотрели они какой-то фильм про любовь, потому что девочки сразу дали понять мальчикам, что спорить с ними бесполезно, на что те лишь обреченно вздыхали, ведь боевик им сегодня точно не светит. Уже было двенадцать часов ночи, когда ребята начали расходиться, зевая и заваливаясь на ходу. - Деку-кун, а ты чего не идешь в комнату? – вяло спросила Очако Мидорию, ведь тот и дальше продолжал смотреть фильм, сидя на диване. - А, я ещё не хочу спать, - отозвался Изуку, - наверное посижу пока здесь, а ты иди. Спокойной ночи, Урарака. - Ночи, Деку-кун, постарайся не сидеть до утра, - сказала кареглазая. Что-то промычав в ответ, парень снова уставился в телевизор. У него не было никакого желания идти наверх и ложиться спать, чтобы вновь увидеть свой кошмар. Однако бессонные ночи делают своё дело, и тело Мидории отключается, проваливаясь в мир сна… - Каччан!!! – отчаянный крик, - Нет, нет, нет! Прошу! Не умирай! – голос давно охрип, а слезы лились рекой. Снова эта сцена, снова шум и грохот, снова бездыханное тело на руках, - ты обещал, что станешь героем №1!!! Почему не сдержал слова!? ПОЧЕМУ!!! - Деку… - Каччан?! – Изуку глянул на блондина, но его губы не двигались. - Деку! – Мидория никак не может понять откуда раздается голос… - ДЕКУ, МАТЬ ТВОЮ, ОЧНИСЬ! Резко распахнув глава, он увидел перед собой Кацуки, что тряс кудрявого за плечи и кричал проснуться. Бакуго, которому сегодня не спалось, решил спуститься на кухню посреди ночи и выпить воды, но неожиданно услышал, как его зовут. Источник звука нашелся быстро. В гостиной на диване сидел задрот, с закрытыми глазами, из которых текли слезы, и звал его. - Наконец-то! Чёрт, ты чё вытворяешь! Время два ночи, а он сидит тут и рыдает! - К-каччан? Т-ты… – не веря своим глазам, Деку аккуратно встает одной ногой на пол и дрожащей рукой касается щеки блондина. Тот же от шока замер, не в силах пошевелиться. Холодные пальцы коснулись мягкой кожи, чувствуя тепло подушечками, - Ты жив...– и резко подавшись вперед, Изуку налетает на Кацуки сжимая того в объятиях. - Что за…, - уже очнувшийся блондин хотел было скинуть с себя Мидорию, но тут он услышал слабый голос, и почувствовал, как намокает собственная майка в том месте, где было лицо задрота. - Я… я так испугался… к-когда не смог тебя спасти…Твое тело лежало у меня на руках в крови… а я-я … - Эй, чего ты там бубнишь, - раздался низкий хриплый голос. Мидория резко отстранился, не поднимая головы, наконец осознав, что сейчас произошло и снова впал в истерику. Он только что обнял своего одноклассника, который терпеть его не может: - А, п-прости! Я…не знаю, что со мной произошло – Изуку упал на диван и приготовился к удару со стороны блондина, но его не последовало. - Тц! Как же от тебя много проблем! – он быстро развернулся и направился к лестнице, оставляя мальчика одного. Мидория же пытался сдерживать слезы, но ничего не выходило. Он корил себя за эту ошибку и от этого становилось только хуже. Вдруг, он услышал чьи-то шаги и начал быстро вытирать слезы, но остановился, как только раздался голос сзади: - Хочешь себе еще и мозги отморозить? На улице осень, а он сидит в одних шортах и футболке с открытым окном. Ну точно Деку, - Изуку почувствовал, как на плечи ему ложится теплый плед. Кацуки обходит диван и протягивает кружку, из которой идет пар. - Что это? – шмыгая носом, спрашивает веснушчатый. - Чай с ромашкой. Когда мне было грустно, карга мне его часто заваривала. Говорила, мол, успокаивает, тип того. - С-Спасибо, - мальчик, не веря своим глазам, сделал пару неуверенных глотков. Тепло расползлось внутри, согревая, а запах ромашки нежно охватывал сознание, даря спокойствие и наслаждение. Бакуго в это время сел на кресло, стоящее рядом с диваном, - Мне сегодня не спится. Посмотрю пока что-нибудь, - ответил он на вопросительный взгляд изумрудных глаз. Изуку начало вновь клонить в сон. Пустая чашка стояла на маленьком столике около дивана, а чай начал делать своё дело. Отвлёкшись от просмотра фильма, Бакуго увидел, что Деку уже спит, укутавшись в его плед. Выключив телевизор, он уже хотел было уйти, как услышал тихое «Каччан…» Повернувшись к спящему, он увидел, как тот ворочается во сне, а на глазах вновь появляются слезы. - Эй, задрот, - он присел рядом с диваном, положив руку на зеленую макушку, - я здесь. - К-каччан? - Да, это я, со мной всё хорошо, - прошептал Кацуки, с несвойственной ему нежностью, поглаживая мягкие кудряшки, - а теперь спи, понял? - Угу… Выждав пару минут и убедившись, что Деку уснул, блондин тихо встал и пошёл в свою комнату. Он уже порядком устал, так что сам валился с ног. Зайдя к себе, он плюхнулся на кровать, сразу же уснув. Следующий день выдался без происшествий. Однако Изуку и Кацуки ни разу не пересекались, так как Мидории было очень стыдно за свое ночное поведение, и он старался не попадаться блондину на глаза. Но вот близилась ночь и именно это заставило веснушчатого запаниковать и начать немного трястись. Попрощавшись с друзьями и пожелав им спокойной ночи, Изуку зашёл к себе в комнату и лёг на кровать, стараясь уснуть и не думать о плохом. 23:00. Мальчик подрывается с постели, тяжело дыша и глотая слезы. Ноги сами принесли его к той самой комнате. Раздалось два тихих стука, но ответа не последовало. Постучав ещё раз, Мидория хотел было позвать хозяина, но тут опомнился, и уже хотел было бежать обратно, но развернувшись, он услышал шаги и скрип открывающейся двери. Из темноты на него смотрели два алых глаза, что как-то маняще тлели словно угольки. - У тебя есть десять секунд, чтобы объяснить какого чёрта ты здесь делаешь. - А, Каччан, н-нет, я ...уже ухожу, ха-ха. Прости за беспокойство, - нервно промямлил Изуку, - я просто… - Опять кошмар, - Кацуки не с первого раза удалось разглядеть заплаканное лицо и мелкую дрожь паренька, но потом он сразу понял в чём дело. - А? Д-да…Честно я даже не помню, как тут оказался. Мне просто стало страшно, и ноги почему-то привели меня именно сюда, - он глянул в глаза напротив, в которых читались лёгкий шок и непонимание, - Прости что разбудил, - тихо шмыгнул зеленоглазый, - мне…я лучше пойду… - он повернулся, в сторону лестницы. Неожиданно, его запястье схватила чужая рука и потянула назад. Мидория не успел даже пискнуть, как его затянули в комнату, закрывая дверь. Он упёрся в чужую грудь, а сверху услышал тихий голос: - Можешь сегодня остаться здесь, - Изуку поднял голову и увидел, что в глазах напротив нет ни раздраженности, ни отвращения. В них была… неуверенность. Мальчик первый раз видел эту эмоцию у блондина, и это повергло его в шок, но потом он нежно улыбнулся, чем вызвал на лице красноглазого лёгкий румянец: - Спасибо, Каччан… - веснушчатый шмыгнул носом и понял, что сейчас вновь расплачется. - Боже, да сколько ж в тебе жидкости, - совсем беззлобно сказал Бакуго, вытирая соленые дорожки с милого лица, а затем чмокнул того в щёчку. Теперь настало время Мидории краснеть, да так, что из-за румянца перестали быть видны веснушки. Они постояли так в обнимку минут пять, и Кацуки заметил, что Изуку начинает клонить в сон. Тогда он подхватил того на руки и уложил на свою постель. - А м-можно? – немного смущаясь, спросил зеленоволосый. - Тц, дурачок, конечно - блондин потрепал того по голове и лёг рядом, накрывая их обоих одеялом. - Спасибо, - улыбнулся Деку и, чмокнув Бакуго в нос, прижался к нему, вдыхая его запах. Ошеломлённый Кацуки, придя в себя, притянул задрота ближе к себе, зарываясь носом в кудряшки. На дворе стояла глубокая ночь, когда первые крупные капли упали с чёрного неба. Но наши юные герои уже не слышали шум дождя, поливающего всю округу. Они мирно спали, согревая друг друга и видя светлые сны, что будут дарить друг другу до конца.