Kemono Siege: Протокол "REACT"

      На передовой стало внезапно тихо. Никаких взрывов, никаких выстрелов, никаких криков. Джапари Парк освободился от оков войны. Теперь не будет никакой крови, никакой боли, жители и гости спокойно могут спать по ночам, но к несчастью гостям удивительного острова не спится.       Оперативники и рейнджер ходили по бывшему полю боя, даже раненые искали вместе с остальными своих друзей. Лазурников не было видно, видимо они разбежались при грохоте лихачей-артиллеристов. Гюстав был прав, всё закончилось после того как заражение проиграло в Ториной и покинуло её навсегда, лихачи и заражение буквально испарились, всё стало так, как было до этого, как надо. Вечер, солнце уже уходило в закат, но воины продолжали искать, пока Хибана не услышала тихий плач со стороны подгоревших деревьев и кустов. -Сюда! — прокричала она.       Все быстро собрались возле японки и нашли пропавших посреди пепла, гильз и крови, голова оперативника лежала на коленях девушки, которая плакала над своим возлюбленным. -О господи! — смог выдавить из себя Док и кинулся к корейцу.       Пульс был очень слабым, кожа на теле парня была очень горячей, а кровь текла из ран. -Лера, помоги! — крикнул «любитель круассанов» — Остальные, делайте носилки, он не умрёт сегодня!       Из лиан, палок и листьев оперативники сделали носилки, на которых унесли Сатира в поселение.

***

      В поселении было очень тихо, кто-то спал, кто-то занимался своими делами, а кто-то просто ходил по территории. Сервал и Чернобурка сидели на высоком дереве и наблюдали за закатом, за тем как солнце освещает малиновым светом облака и утопает за горизонтом, но эту идиллию нарушила суета, которую навели прибывшие победители. Ото всюду доносились радостные голоса друзей, а все начали сбегаться к воротам. -Они вернулись! -Они победили! -Ура!       В шуме этих голосов Чернобурка услышала всё-таки голос «Куратора», который был очень встревожен: -С дороги! Дайте пройти!       На секунду всё затихло и толпа отошла от ворот, давая операм пронести на импровизированных носилках своего друга.       Мы справимся… — думал Катеб, перетаскивая раненого с носилок на стол, за которым несколько часов назад они планировали операцию по спасению мира.       Лера вызвалась помочь с спасением корейца, но все всё равно понимали, что парень может быть не сможет сделать предложение своей девушке…

***

      Двери штаба закрылись, там сейчас Катеб и Мельникова сражаются со смертью за жизнь молодого телекинетика, а она решила отправиться сюда, в комнату Сатира, чтобы подождать его там. Слёзы высохли, но боль оставалась, а комната заставляла прокрутить абсолютно все воспоминания с ним…

***

      Она помнит то, как навещала его в больницах, госпиталях, плакала у операционных, молилась всей душой, чтобы он очнулся, когда он был в отключке, и как бы часто это не было, но каждый раз чувствовался как первый. Каждая прогулка в парке была особенной, каждая их встреча, неважно где и с кем ещё, была как встреча старых друзей, что наконец-то воссоединились, поэтому были такими запоминающимися. Таким образом она наткнулась на один из самых запоминающихся моментов с ним, ну и не только с ним.

***

      Однажды прохладным зимним днём в Владивостоке отдыхали оперативники Rainbow, которые закончили очень ответственную миссию в Японии, на родине Хибаны и Эхо, но это неважно, важно то, что было во Владивостоке.       Подвыпившую чисто «пацанскую» группировку из Капкана, Термита, Тачанки, Глаза, Фьюза, Эхо и… Дока? Да, ещё и француз был пьян, при этом часто икая и натыкаясь на столбы, людей и другие препятствия, что он не мог обойти. Из трезвеников остались лишь Хибана, Сатир, Йинь и Милана, что просто была во Владивостоке по случаю.       Гарри дал приказ, чтобы все были трезвы и НЕ отмечали столь важную победу над «Белыми Масками», но команда не удержалась, поэтому вечером, собравшись «чисто пацанской» компанией Максим повёл их в знакомый ему бар. Всё шло вполне прилично, опера пили водку, не забывая закусывать, но в бар неожиданно зашла компания байкеров, которые считались постоянными посетителями сего заведения. Один из байкеров, заметив столь интернациональную команду, решил проверить на то, как они умеют пить, поэтому подошёл к столу и, громко поставив кружку с пивом начал говорить. -Мы тут уже как года два бухаем, но вот никогда не видели тут такую разную компашку, но у нас есть традиция, новенькие пьют с нами, кто быстрее сольётся, тот и платит за обоих!       Команда переглянулась и решила, что пора развеселить обстановку, поэтому приняла спор. (Не будем вдаваться в подробности распития спиртных напитков и путешествия по девяти кругам алкоголизма, а сразу перейдём к более интересной части рассказа)       Откровенно говоря Нороку было скучно, поэтому он решил пойти и поискать парней, что сказали ему, что будут ходить, жрать и НЕ пить (чему кореец не очень поверил). Взяв рюкзак в руки и надев любимые красно-чёрные кроссовки, синий худак и джогеры он отправился по вечернему Владивостоку на поиски.       Поиски привели его в бар, где во всю уже шла уже драка. «Радужные» были в самом эпицентре схватки и Норок недолго думая полез вытаскивать их, вызвав Юмико и Сю, затем ещё и подключилась Милана, которая проходила мимо бара и увидела как трезвые оперативники вытаскивают пьяных и тоже пошла тащить их. Ночь выдалась более спокойная, ведь все немного протрезвели, умылись, помылись и легли спать, все кроме Сатира. Во время драки в баре на него кинулся какой-то мужик с ножом и поранил ему предплечье.       Оперативник старался самостоятельно зашить рану, только его руки по какой-то причине дрожали, поэтому каждая попытка заканчивалась воем от боли, от которого проснулась Торина. Она встала, одела любимую сиреневую кофту и подошла к балкону. -Эй, Норок, — окликнула она парня — что случилось? -Ничего — раздражённо ответил оперативник, пряча руку с торчащей из неё иглой. -Врёшь! — девушка подошла поближе. -Нет! — заявил оперативник, немного скорчившись от боли. -Да, покажи что у тебя там -Где? — Сатир отвёл взгляд в сторону. -Здесь! — Милана взяла его руку и осмотрела её. Из руки торчали нитки и иголка, кровь понемногу капала на пол. -Эх ты, а ещё и оперативник, ладно, чего уж там, подлатаю — досадно произнесла Торина, она уже взяла иголку с ниткой и собралась уже зашивать рану, как он резко отдёрнул руку. Она поняла, что ему почему-то очень больно от этого, хотя судя по тому, что она слышала Норок должен переносить эту боль не моргнув и глазом. -Иди сюда… — девушка присела поближе к Нороку и поцеловала его в засос. Пока парень был в маленьком трансе от поцелуя девушка, не глядя, зашила ему рану. -Ну, вот, — сказала девушка, отстранившись от его губ — не больно, а делал вид, что прям вообще…

***

-Не больно… — тихо прошептала Торина, выходя из транса воспоминаний и поняла, что сидит в комнате Сатира уже третий час, держа в руках его любимую кофту.       В дверь комнаты постучались. -Кто? — тихо спросила она. -Это Сенавьев, Катеб и Лера справились — сказал русский, выглянув из двери. -Поняла, спасибо Саш — сказала девушка и вышла из комнаты.       У порога импровизированной операционной девушка резко остановилась. -Что-то не так? — спросил Саша. -Мне страшно, Саш, я очень много раз вижу его либо раненым, либо вымотанным до полусмерти от операций, я не хочу… — свою мысль она не закончила, потому что её перебил Тачанка. -Леди Торина — вы самый яркий пример того, что Норок старается не зря, спасая жизни в одном ряду с нами, самыми лучшими спецназовцами мира, не смотря на свой столь юный возраст и не самую лучшую среди нас физическую форму, он в свои двадцать делал то, о чём мечтают люди намного старше его. Он мог свернуть с этого пути и пойти по стопам своего брата, став бизнесменом и спокойно проживая свою жизнь в каком-нибудь раю, но вы сделали его таким, за что он вам благодарен и должен быть благодарен вам и весь мир, который был спасён им — наконец закончил Сенавьев.       Милана задумалась, мысли уже не были в бешеном вихре, поэтому она открыла двери.

***

      Сатир лежал неподвижно на койке, к нему было подключено несколько медицинских приборов, возле койки сидел Катеб и что-то писал в блокноте, скрип его карандаша был очень слышен на фоне общей тишины. Девушка села на койку рядом с Нороком и молча смотрела на него, взяв его ладонь в свои руки. -Ну, мы с Гюставом, наверное, пойдём кофе выпьем — сказал Сенавьев и скрылся за дверью. -Но я не хочу кофе — возразил француз, отложив карандаш. -Очень хочешь — послышалось за дверью голосом, не терпящий возражений, и француз, положив блокнот на аппарат жизнеобеспечения, скрылся за дверью.       Девушка осталась наедине с ним, она аккуратно гладила его руку, будто боясь хоть слабо поранить её своими нежными прикосновениями. -Пусть забудется всё навсегда И душа направляет мой путь, Не забуду я тебя навсегда, Что направил меня сюда… — тихо запела она под писк приборов.

***

      Никто не знает, сколько она там ещё сидела, но как только ладонь Норока сжала ладонь Ториной, а глаза его открылись, то девушка от счастья смогла только упасть в обморок. Как только Норок вышел из своей «палаты» (не без помощи своей девушки и Гюстава), то его встретили почётным караулом из друзей и оперативников.

***

      Отчёт Куратора: «Норок проснулся, «Королева Церулианов» вместе с армией лихачей побеждена, друзья в безопасности, поэтому решили, наконец, отпраздновать это. В Ушастом Кафе не смогли вместиться все, поэтому было принято решение сделать кафе больше. Приготовления шли полным ходом целых три дня. За первый день Бобриха вместе с Тачанкой, Мьютом и Ягером сделали Кафе больше, во второй они сделали Кафе ещё более уютнее и сцену, чтоб гости Кафе смогли насладиться выступлениями Токи. Третий день ушёл на приготовления карри для сов и джапари булочек в огромном количевстве, а также и «сюрприза», который решила сделать Альпака для Сатира после разговора с Сенавьевым.       Так вот, Серая Волчица сделала с Глазом (который прилетел на праздник вместе с Гарри) мангу про оперативников Rainbow. Альпака и Юмико трудились за барной стойкой, раздавая джапари булочки, чай и карри, который всем пришли по вкусу, Токи (Длинноногий Ибис) очень красиво пела, остальные просто радостно проводили время. Оперативники Rainbow вместе с Ториной сидели за одним столом, поедая джапари булочки и удивляясь тому, какие они вкусные. Норок сидел за самым дальним столом и вертел в руках ту самую тёмно-синюю бархатную коробочку. За столиком напротив сидели Риад и Сервал и о чём-то активно общались. Норок посмотрел на них и, улыбнувшись, «взял ноги в руки» и пошёл на сцену. Там он что-то прошептал Токи и она с улыбкой ушла со сцены. -Итак, минуточку внимания! — заявил Норок и все повернулись к нему. -Я хотел бы поздравить вас всех с победой, ведь не каждый день мы сталкиваемся с таким врагом и поблагодарить друзей за столь тёплый и уютный приём — аплодисменты в сторону Норока — И… хотелось бы пригласить на сцену одну девушку, ради которой я и вышел на эту сцену — в зале удивлённо охнули, Сенавьев улыбнулся, а Торина моментально покраснела и сьёжилась, будто хотела исчезнуть — Милана, подойди пожалуйста сюда — голос парня немного дрогнул. Она немного сначала не хотела идти от смущения, но вдруг весь зал начал в унисон орать. -Вы-хо-ди!       Грейс и Моника помогли ей встать и она медленно поднялась на сцену и подошла к своему возлюбленному. Норок взял и поцеловал её ладонь, а затем сел на колено и задал вопрос, который терзал его всю последнюю неделю. И он очень боялся слова «Нет» -Ты выйдешь за меня? — голос не дрогнул, но тело показывало его страх, сейчас его судьба вершится и покажет будет ли он счастлив или закроется в себе на долгие годы.       Торина в момент оцепенела, заврыв лицо руками, её переполняли эмоции. Страх, радость, удивление и стыд заполнили её разум, мешая думать. Очень хотелась засмеяться и расплакаться от радости, хотелось взять и буквально расцеловать Норока, не отпуская из своих объятий, но она всё-таки смогла выдавить из себя ответ: -Я… согласна…       После этих слов был гром аплодисментов. Весь зал буквально стоя хлопал парочке. А Норок вынул кольцо и надел его на безымянный палец Ториной. Затем Альпака вынесла откуда-то торт гигантских размеров, на вершине которого была эмблема Rainbow Six и все принялись за него.       Вот на этом и закончилась ещё одна история Джапари Парка, а я пошёл есть Джапари-тортик (классное название придумал я). Конец;) Ник «Куратор» Криготовский "