Разговоры

      Лисы не знают практически ничего о жизни Нила. Ну, то есть, они, разумеется, знают, кто и почему пытались — или же до сих пор пытаются, но Нил молчит об этом со своим «я в порядке» — убить Джостена, но они не знают ничего о его жизни. И это реально пугает. Никто не может сказать точно: просто ли Нил такой закрытый и всё ещё не доверяет им, что очень-очень нехорошо, или в жизни Нила происходило столько дерьма, что даже не удивительно, что среди этого дерьма не было ни одного дня, когда Нил был действительно счастлив. И Лисы действительно пытаются это исправить. Они хотят сделать Нила счастливым.

***

      Мэтт заходит в комнату и сразу валится на кровать, даже не переодевшись. — Боже, блять, я не чувствую своих ног, — Бойд со стоном, полным отчаяния, переворачивается на спину и приподнимается на локтях, переводя взгляд на Нила. Джостен слегка посмеивается над Мэттом, пока снимает с себя толстовку, оставшись в спортивных штанах и белой футболке. — Не драматизируй, чувак, мы знали, что Кевин — тот ещё садист, — Нил садится на кровать Бойда и слегка толкает его в бок, чтобы тот подвинулся. — Хочешь водички? — сейчас Джостен уже откровенно стебётся над лучшим другом. Нил не понимает, когда он начал доверять Лисам настолько, чтобы называть кого-то другом, а особенно лучшим, но он видит, что это делает их счастливыми. Да и сам Нил не то, чтобы сильно против. — Иди нахуй, Джостен. Сейчас я хочу только умереть, — Нил с сочувствием смотрит на Бойда, — быстро и безболезненно, желательно. Как ты ещё не умер, если ты так каждый день живёшь, ещё и с ночными тренировками. — Нил слегка перестаёт улыбаться, а на его лицо отображается что-то вроде отчаяния. Мэтт не то, чтобы хорошо умеет распознавать эмоции Нила — для этого есть Эндрю — но даже Бойд понимает, что тема абсолютно неприятная для Джостена. — Эй, ты можешь не говорить, если не хочешь. — Нет, всё нормально, — Мэтт с укором смотрит на него. — Ладно, возможно, я не очень хочу возвращаться в то время, — Нил переводит взгляд на часы: половина первого ночи — и тяжело выдыхает. — Ты ведь знаешь, сколько мне было, когда мы с матерью были вынуждены бежать? — Дождавшись кивка от Бойда, Нил продолжает. — Мама никогда не позволяла мне отдыхать. Я всегда должен был быть на готове продолжить бег, — взгляд Нила становится каким-то пустым, и Мэтт мысленно даёт себе по ебалу за вопрос, который делает Нилу больно. — Я должен был уметь быстро бегать с простреленными конечностями, с ножом в любой части тела, с температурой, при которой можно умереть. Я должен был уметь защищать себя в любой ситуации, — из горла Нила выравается истеричный смешок. — А потом были Вороны. Был Рико, которому похуй на то, можешь ли ты хотя бы стоять — ему нужен игрок. Нужен идеальный игрок. Он делает из тебя куклу, полностью сломанную, покалеченную, которая будет подчиняться лишь ему. И ты никогда не можешь ему возразить, потому что ты лишь марионетка, — на последнем слове Нил переходит на шёпот. А Мэтт даже не может ничего сказать. В голове абсолютная пустота. В ней проносятся лишь картинки, которые, как Мэтт может представить, пережил Нил. Бойд резко поднимается и садится на кровати, не отводя внимания от Джостена. Такое чувство, что тот находится абсолютно не здесь: его взгляд стеклянный, дыхание слишком прерывистое, а пальцы сжимают простынь. Мэтт аккуратно заключает Нила в объятья, когда понимает, что кроме этого он ничего не может сделать. Он не может спасти Нила от этого всего: от воспоминаний, от боли, которой в Джостене слишком много. — Извини, — в тишине комнаты шёпот Мэтта кажется слишком громким, и Нил вздрагивает. Он разжимает пальцы, которые скомкали всю простынь, когда понимает, что он в безопасности. Через минуту дыхание приходит в норму, и Джостен отстраняется от Мэтта. — Я покурить. — Голос Нила слишком хриплый, как кажется Бойду, но он ничего об этом не говорит: лишь провожает Джостена взглядом, пока тот не закрывает дверь за собой. Мэтт даже не знает, что сейчас чувствует. Он хочет сделать Нила счастливым, хочет, чтобы этот парень почувствовал себя в безопасности. Бойд действительно попытается это сделать, когда придёт в норму.

***

       Проводить вечера с Лисами за телевизором или за играми вошло у Нила в привычку. Обычно эти вечера организовывает Дэн, и Нил действительно их любит. Сидя на паре по математике, Джостен получает сообщение от Даниэль о сегодняшнем «вечере кино», как его называют Лисы. Нил назвал бы это «большая тусня алкоголиков», но тогда бы так назывался каждый вечер. Но Джостен любит эти вечера, хотя заканчиваются они почти всегда одинаково: Кевин напивается до потери сознания, Ники скорее всего тоже, половина команды вместе с ними, а другая половина засыпает после первой рюмки. В «живых» остаются только Нил, Эндрю и Аарон, потому что Нил не пьёт, Эндрю скучно, а Аарон просто не приходит, предпочитая проводить время с Кейтлин. Но, благодаря этим вечерам, Нила познакомили с «Marvel» и «DC», а Бойд ещё слишком сильно настаивал на комиксах, пока Джостену не пришлось пообещать ему, под закатывание глаз от Эндрю, что он обязательно их прочитает. Отложив телефон на край парты, заметив, что преподаватель укоризненно смотрит на него, Нил тихо вздохнул и улыбнулся, на что препод ещё более укоризненно взглянул. — Эй, а что насчёт «Рапунцель»? — Лисы уже минут 20 спорили о выборе фильма. Нилу было, мягко говоря, всё равно, так что он полулежал, облокотившись спиной на грудь Эндрю и водя кончиками пальцев по его ладони. Миньярд был абсолютно расслаблен, так что Нил ещё больше лёг на него и закрыл глаза, слушая переругивание команды. Эндрю запустил свободную ладонь в волосы Джостена, мягко потянул за кончики, вынуждая полностью откинуться на него и коснулся губами виска парня. Нил улыбнулся — он ценил каждый момент с Эндрю. — Нил, ты смотрел «Рапунцель», — голос Элисон прозвучал слишком резко, заставляя Нила поморщиться и приоткрыть глаза. Левой рукой Эндрю обнимал Джостена за талию, прижимая к себе и не давая приподняться. Нил не был против такого расклада — он лишь продолжал водить пальцами по руке Миньярда. — Нет, Элисон, — Нил снова поморщился от слишком яркого света, попадающего в глаза. — Вы можете включить всё, что захотите. Не думаю, что я смотрел что-то кроме того, что вы мне включали. — Нил переложил руку Эндрю со своих волос на глаза, закрывая их от света. Эндрю на это лишь закатил глаза, не сопротивляясь, хотя это Нил уже не увидел. — Ты вообще что ли ничего в детстве не смотрел? Чем ты занимался тогда? — Голос Рейнольдс выражал искреннее удивление. Рука Эндрю на животе Нила чуть сжала его футболку. — Много чем, — Джостен усмехнулся. — Учился зашивать раны от ножа, от пуль, от топоров тоже бывало. — В комнате стало тихо. Когда Элисон задавала вопрос, она явно рассчитывала на не совсем такой ответ. Голос Нила стал чуть тише, а рука на его животе сжала ткань ещё чуть сильнее. — В бегах не так часто выдаётся свободный день, когда ты можешь насладиться мультфильмами. Я до 12 лет даже не знал, что они существуют: мама никогда мне не рассказывала о них. Дни практически всегда были одинаковыми: мы обсуждали что будет дальше — куда мы поедем, если у кого-то из нас были раны — нам приходилось быстро их зашивать. Так что я узнал о мультфильмах только на заправке, когда они шли по телеку. Даже не знаю, что за мультик там шёл. Так что да — не думаю, что смотрел хоть какой-то мульт, который вы включите. — Эндрю убрал руку с глаз Нила и наклонился, оказываясь перед его лицом. Нил зажмурился, когда свет снова попал в глаза. — Хочешь кофе? — Голос Эндрю звучал ровно. Для него не ново узнавать о жизни Нила не самые лучшие моменты, так что он привык к тому, что парень обычно после этого хочет лишь 3 вещи: кофе, сигареты и объятий Эндрю. — Да. Без сахара, пожалуйста. — Я помню. Слезь с меня. — Нил с слегка недовольным видом поднялся с Эндрю и ровно сел на диване, провожая Миньярда, идущего на кухню, взглядом. Вздохнув, Нил повернулся к команде, которая была слегка ошеломлена, кроме Кевина, пожалуй. У Элисон был слегка виноватый взгляд, который она перевела на пол. — Вы в порядке? Вид у вас так себе, — Нил усмехнулся. — Это должен быть наш вопрос, — Ники прокашлялся. — Можно тебя обнять? — Каждый из команды знал, что Нил не любит, когда его кто-то трогает. Если этот кто-то — не Эндрю. Дождавшись слегка неуверенного кивка от Нила, Ники отставил мороженое и подошёл к Джостену. Мягко тронув его за плечи, Хэммик прижал парня к себе. Нил, не зная, куда деть руки, просто положил их на свои колени. Вся команда, кроме Кевина, тоже подошла к ним. Через секунду Нил оказался погребённым под их телами и пытался вздохнуть. — Нил, мы тебя любим. — Нараспев прокричал Бойд. Кевин сидел в одиночестве пил водку из горла, смотря на кучку из тел, и молился, чтобы Джостена не задушили, когда к нему с двумя кружками кофе подошёл Эндрю. — Твой парень сейчас сдохнет. — Кевин махнул куда-то в сторону, видимо, пытаясь показать на ребят. На что Эндрю только закатил глаза. — Он не мой парень. — Мне поебать. — Кевин снова хлебнул водки и упал головой на стол, сильно стукнувшись лбом. Эндрю перевёл взгляд на команду. Миньярд был действительно рад за своего непарня.

***

      Эндрю раскрыл языком губы Нила, когда тот тихо простонал. Руки Миньярда держали его за ягодицы, пока сам Нил сидел у него на коленях. Их касания с каждым разом становились все более и более раскрепощенными, а поцелуи глубже. Нил собирался придвинуться ближе, когда Эндрю отстранился, хотя рук не убрал, так и продолжая водить ладонями. Джостен вопросительно и недовольно посмотрел на него. — Ты с кем-то встречался, когда был в бегах? — Эндрю действительно волновал этот вопрос, хотя он решился задать его прямо сейчас. Миньярд не думал, что такое возможно, но замечая взгляды людей, брошенные на его Нила, закрадывались сомнения. — Ревнуешь? — Голос Нила был полон веселья. — Ещё чего, наркоман. Интересно, чем ты занимался, если ты никогда даже телевизор не смотрел. — Я целовался с одной девушкой. — Нил закусил губу, а ладони Эндрю остановились у него на лопатках. — Я не помню, как её звали, вроде Джейс. Мы встретились, когда я с матерью остановился в Аризоне. Мама отпустила меня побродить по окрестностям. Я не очень помню обстоятельства, когда Джейс меня поцеловала, но помню, как это не понравилось матери. — Джостен усмехнулся и уткнулся носом в шею Эндрю. Голос был слегка приглушенный, и Эндрю иногда приходилось напрягать слух, чтобы расслышать Нила. — Моя мама всегда знала всё и обо всём. Я не знаю как, но она узнала, что я целовался. Мать всегда хотела меня защитить, я знал это, и поцелуи всегда были под запретом. Она боялась, что это вызовет привязанность. — Что она сделала? — Голос Эндрю тихий, глубокий, Нил буквально плавится, слушая его и находясь в руках Миньярда. — Сломала мне руку и 3 ребра. А потом запрещала мне пить даже обезболивающие. — Нил то ли усмехнулся, то ли хныкнул в кожу Эндрю. — Как ты думаешь, что бы она сказала сейчас? — Нахуй её, Нил. — Джостен выдохнул, из-за чего у Эндрю выступили мурашки. Ладони Миньярда снова пришли в движение, мягко массируя спину Нила. Эндрю знает, что он ничего не может поделать с прошлым Джостена. Но он пытается сделать его настоящее и будущее счастливым. Эндрю дарит чувство безопасности и защищённости. Раньше Нил никогда не мог спать, если в комнате присутствовал кто-то другой, а сейчас он не может заснуть без Эндрю. Почувствовав, что Джостен расслабился и заснул, Эндрю мягко поцеловал его в висок и слегка приподнял его на своих коленях, чтобы Нилу было удобнее. Он действительно ненавидит его.