Холодный расчёт

      Холодный весенний ветер поднимал шторы в столовой. Из открытого окна доносилось пение птиц. Драко сидел за обеденным столом и внимательно рассматривал колдографию на первой странице газеты. В статье шла речь о нашумевшем бунте протестующих против нового режима. Все участники протеста были «ликвидированы». Умеют же журналисты увиливать от слова убийство. Блондин сделал глоток кофе и тяжело выдохнул. Впереди предстал тяжелый день. Он максимально старался оттянуть визит к Темному Лорду, но настал тот день, когда он сам его вызвал. От мысли, что ему снова придется стоять напротив трона из костей и отчитываться, как школьник, начало подташнивать.       Ситуацию усугубляла Грейнджер. Она подслушала их разговор с Пэнси. И было несложно догадаться, что к чему. После того, как она потеряла сознание. Малфой отнес её в комнату. Лицо бывшей гриффиндорки выглядело таким спокойным и умиротворенным впервые за долгое время. После последней встречи с шатенкой на щеке красовался небольшой синяк, который он решил не сводить. Видимо, он заслужил такой презент. Драко не представлял, что творилось в голове у девушки. С виду она была безразлична ко всему, холодна, как лед. Видимо, её нервная система просто не выдержала, поэтому решила отключиться. Как бы он хотел разобраться, что скрывается за этим безразличием. К сожалению, как бы он не хотел, но злиться в тот вечер на Паркинсон или Грейнджер не получилось. Обе девушки не были ответственны на его оплошность. Одна узнала то, что не должна. Другая лезла наряжен на поле боя. Увидев измученный вид Пэнси, Драко решил оставить все мысли при себе. Он долго стоял на балконе и курил сигарету за сигаретой, прокручивая в голове то, что не может сейчас устраивать сцены, ведь еще вчера главным вопросом было — выживет ли она вообще.       Тогда ему пришло письмо из Италии. Блейз сообщил о том, что в пятницу возвращается в Лондон. Хоть одна приятная новость за день. Стоит устроить небольшой праздничный ужин, если литры огневиски можно так назвать. Он надеялся, что Паркинсон к этому времени совсем оправится, а Грейнджер снова начнет с ним разговаривать. Чтобы скрасить этот конфликт, он отправил ей платье и успокоительное зелье. Великолепный набор джентельмена. Сие было его своеобразным способом извиниться и пригласить её на застолье. К платью в очередной раз была прикреплена записка: Поправляйся и возвращайся к жизни. Думаю, в этом платье ты будешь шикарно выглядеть на завтрашнем ужине. Блейз возвращается в страну, тебе стоит развеяться.       Он поручил Трикси вручить подарок Грейнджер, как она очнется, и был уверен, что оно сгладит ситуацию, и она наконец перестанет вести себя, как третьекурсница, завалившая экзамен по зельям.       Драко до вечера разбирал отчеты и подсчитывал потери по последним битвам воронов и рейдам. Он старался абстрагироваться от того, что предстоит вечером. Когда уже время на часах подходило к девяти вечера по Лондону, он протер глаза руками, взял мантию с кресла и вышел из кабинета. Сегодня он будет отчитываться о проекте по воссозданию рецепта и отгребать за то, что камень до сих пор не в руках у Лорда.       Очевидно, что он спросит про важную пленницу, и вот тут стоило быть осторожным. Реддл не должен узнать о том, что она помогает ему. Так как, во-первых, Драко не хотел, чтобы тот считал, что он не может справиться сам и пришлось прибегнуть помощи подружки Поттера. А во-вторых, если он узнает, что у неё есть доступ к библиотеке, и в целом она не сидит в темнице по соседству с крысами, это будет полный провал. Поэтому Малфой напряг все свои извилины и закрыл глубоко внутри всю информацию об их работе. Еще глубже он поместил воспоминание о непреложном обете. Драко так и не обдумал, как собирается отпустить её и найти этому оправдание перед Реддлом. Она уйдет, возможно, он никогда больше её не увидит. Может, Поттер вновь совершит очередную глупость, и она пострадает. От этих мыслей кидало в жар, и Малфой всеми силами старался даже не искать этому объяснение. Также в глубине души он боялся, что Лорд потребует привести её к нему. Тогда Малфою точно конец. И Грейнджер тоже.  Ему хватало того, что при одной мысли, что кто-то может причинить ей вред, он превращался в зверя. Драко долгое время оправдывал это тем, что Реддл отрубит ему голову, узнав о её смерти. Но в один момент пришло осознание, ему и так предстоит разгребать проблемы после её побега. И их будет явно не меньше, чем при её внезапной смерти. Значит, система его поведения заключалась в другом, но он подумает об этом позже. Сейчас нужно закрыть все это за семью замками и отправиться на встречу с «хозяином».

***

      Холодный, как сталь, голос эхом раздавался по коридорам замка. Чёрный мраморный пол был залит чьей-то кровью, а с потолка свисала люстра, на которой держался клубок змей, так и норовящих впиться в глотку. Темное и мрачное место такое же, как и его хозяин. Свету здесь было явно не место, его поглощала в себя тьма, восседающая на костяном троне. Напротив него стоял молодой мужчина с маской ворона в руках. Его пепельные волосы ниспадали на лицо. Острые черты лица лишь сильнее подчеркивались под таким освещением. Сегодня ему вновь предстояло играть свою роль хорошего слуги. Быть полезным и уметь держать рот на замке — главные качества Пожирателя смерти. Он чувствовал себя вороном, запертым в кованной клетке. Малфою так хотелось раскрыть свой потенциал, показать, что он явно лучше всех приспешников вместе взятых, но одновременно с этим, вся эта война так приелась, что желание делать что-либо просто отпадало. Одни и те же разговоры, эмоции и убийства. Они просто ходят по кругу. Драко прекрасно понимал, этот камень — последняя надежда Реддла. И если он его получит, его будет не остановить. Но нужно ли это Малфою? Как далеко зайдет Темный Лорд в своих извращенных фантазиях. Ведь, по его словам, он не осуществил даже половину плана по созданию нового мира. Поттер всегда становился занозой, мешающей получить желаемое. Блондин все время гадал, когда же это все кончится, и он сможет наконец выдохнуть, и наступит ли этот момент вообще.       — Я уверяю, мой Лорд, камень скоро будет у вас, — взгляд блондина устремился прямо на собеседника.       — Пока я слышу только пустые обещания… Я собирался дать тебе новую работу… Но не теперь, видя, как ты это с трудом выполняешь… — протянул Реддл и провел пальцем по быльце трона. У него оставалось не так много времени и жизненных сил.       — Я вас не подведу, — скрипя зубами, твердил Малфой. — Вы можете поручить для меня любое задание.       — Ты слышал о смерти Яксли?       — Корбан мертв?.. — блондин так мастерски отыгрывал удивление, что сам начинал верить в свою непричастность. Перед глазами промелькнула картина изуродованного тела Ясли, но он умел утащил их в глубь сознания.       — Я подозреваю, что это проделки Поттера и его шайки, но вот как? Это до сих пор остается загадкой. Его нашли недалеко от лагеря.       — Отсутствие главнокомандующего поставит под удар всю систему галерей, — Малфой сложил губы в тонкую нить и нарочито тяжело выдохнул.       — Об этом и шла суть нашего разговора. Теперь ты займешь его место, как заместитель. Но учти, если дела будут продвигаться так же долго, как с рецептом, я не собираюсь закрывать на это глаза, — в тихом шепелявом голосе прозвучала угроза.       — Я сделаю все возможное для того, чтобы вы остались довольны.       — Не сомневаюсь, к слову, как там поживает твоя грязнокровка? Из-за всего, что происходит сейчас. Я совсем забыл о ней.       Вдох, нужно возвести еще одну стену, чтобы наверняка. Он не должен знать ничего о жизни Грейнджер в его поместье. Выдох…       — Сидит в подвале на полу, начищает мою обувь, — что-то больно кольнуло в груди от представленной картины.       — Прекрасно… Только ты сильно не увлекайся. Грязнокровка нужна мне живой, это будет замечательная приманка для Поттера, а после и показательный урок для всех, кто идет против нас, — Том ехидно улыбнулся и обнажил свои гниющие зубы.       — А что вам мешает сделать это сейчас?.. — Малфой аккуратно прощупывал почву в попытках понять, сколько у них осталось времени.       — Я не рискну идти на рожон с единственным крестражем за спиной, как ты не понимаешь… Мне нужен этот камень! — его голос сорвался на крик от жажды получить желаемое. — Тем более мне пора навестить одно место, это займет какое-то время.       Весь план побега Грейнджер прямо сейчас улетел в самый ад. Как и его собственная жизнь. Как только будет завершена работа над камнем… Грейнджер будет мертва… А значит, и он, за неисполнение условий непреложного обета. Нужно срочно выбираться из этой ситуации.       — Еще ты должен будешь привезти грязнокровку через месяц, я хочу лично увидеть, что происходит в Ордене.         — Конечно, мой Лорд, — у них есть месяц.         Закончив разговор не на самой приятной ноте, Малфой аппарировал на место, которое давно обещал себе посетить.

***

      Кое-как восстановленный штаб Воронов вызывал некую жалость и отвращение одновременно. Темный Лорд был таким могущественным, держал целые лагеря рабов, и в то же время не мог обеспечить своим подчиненным нормальные условия проживания. Конечно, это была не его забота. Однако, Малфою было не по силам одному, не имея определенных возможностей, найти новое защищенное место для солдат.       Осколки стекла хрустели под подошвой военной обуви. Вокруг себя он видел избитых ребят, которые только начинали свою службу, и, возможно, некоторые впервые видели своего главнокомандующего.       — Кто он? — послышалось со стороны. — Он пришёл на замену мисс Паркинсон?       — Это Драко Малфой — наш главнокомандующий. Он отсутствовал некоторое время, поэтому бразды правления перешли этой швали, — чей-то басистый голос даже не дрогнул, произнося эти слова.       Малфой резко остановился и, повернувшись в сторону звука, увидел мужчину средних лет. Скорее всего, он был одним из тех, кто всегда молча выполнял указания, но, почувствовав свободу, забылся.       — Что ты только что вякнул? — опасно спокойный голос Драко заткнул рот Ворону. Он не спеша подошёл к креслу, на котором расположился наглец, и наклонил голову, осматривая мужчину. Расслабленное лицо солдата тут же изменилось. Он подскочил с места и прокашлялся.       — Я не хотел оскорбить вас, мистер Малфой, — суетливо произнёс мужчина. — Ваше отсутствие никак меня не касается. Эта воронья фифа почувствовала свою безнаказанность в ваше отсутствие. Она штудировала наши документы по несколько раз.       — Как тебя зовут?       — Грэг, — капля пота стекла по его лбу.       — Что ж, Грэг… — Драко опустил голову вниз и заговорщически улыбнулся. — Раз ты проявил такую внимательность по отношению к мисс Паркинсон, то заслужил награду.       Мужчина заметно расслабился и принял безмятежную позу. Однако, Малфой быстро это исправил.       — Круцио, — с особой злобой выкрикнул он.       Грэг повалился на пол. Извиваясь и крича, он вызвал страх у окружающих, которые раньше относились к Драко терпимо, зная, что им управляет Яксли. Эта картина вызывала у Малфоя лишь отвращение.       — Послушайте меня внимательно. Эта «фифа» является моей правой рукой и первоклассной убийцей. И если раньше я не мог позволить себе подобного проявления агрессии из-за многоуважаемого Яксли, — Малфой буквально выплюнул его фамилию. — То сейчас, когда он мертв, никто не посмеет усомниться в моих решениях или людях, которых я оставляю за главных. Если вы считали, что можете позволять себе вольности и сомнения по поводу моих полномочий, то сильно ошибались. Своей рукой я исполняю волю Лорда. Не в моем стиле устраивать показушную порку или убивать по настроению, так что уясните, теперь все будет иначе.       Оставив мужчину в покое, Драко развернулся на каблуках и последовал к выходу.

***

      Незамысловатая мелодия распространилась по всей комнате, соединяя все элементы вечера в единое целое. Серебряные канделябры, которые начистили до блеска эльфы утром, переливались в лучах света от основной люстры. Небольшой стол, уставленный алкоголем и закусками, расположился рядом с диванами. Трикси суетливо бегала по периметру помещения, расставляя предметы по местам и поправляя малейшие изъяны.       Войдя в комнату, Малфой сощурился и, осмотрев приготовленное, шумно выдохнул. Эльфийка опять восприняла все слишком буквально. Однако, обижать Трикси он не хотел, поэтому поблагодарил за проделанную работу и отправил отдыхать. Усевшись на диван, Драко стал ждать Грейнджер, которая должна была прийти с минуты на минуту, но, как и предполагалось, гриффиндорцев не учили пунктуальности.       — Джипси, — с характерным щелчком перед ним появилась эльфийка. — мисс Грейнджер приняла мой подарок?       — Нет, хозяин. мисс Грейнджер сказала, что проведёт весь вечер в комнате и попросила вернуть коробку обратно, — пролепетала она.       — Вот как, — озадаченно сказал он и, немного поразмыслив, принял единственное разумное решение. — Тогда будь так любезна передать мисс, что ей придётся в любом случае спуститься и оставь в её комнате из одежды только это платье.       — Но мисс будет злиться, — поджав уши, тараторила Джипси.       — Исполняй, — бросил Драко, наливая огневиски в бокал. Несмотря на все, что происходило, Грейнджер не должна была забывать в каком положении находится. Здесь не было места её гриффиндорской упрямости и гордости.       Эльфийка тут же исчезла, а за тем послышался стук каблуков и горячее обсуждение. В гостиную вошёл Блейз в сопровождение хромающей Паркинсон, которая не смогла обойтись без своей любимой обуви. Она быстро оглядела комнату и скривила лицо.       — Слишком много света, — Пэнси тут же взмахнула палочкой, затушив основное освещение, и зажгла камин и пару свечей, тем самым создав особую атмосферу.       — Ты обидела мою эльфийку, — приложив руку к сердцу в смехотворном жесте, укорил Драко. Он тут же встал с места и крепко обнял подругу. — Я так рад, что ты в порядке.       — Так понимаю, я тут лишний? — обиженным тоном напомнил о своём присутствии Забини.       Малфой усмехнулся и, отпустив подругу, пожал руку мулату. Блейз изогнул бровь и, похлопав по плечу блондина, подошёл к столику с алкоголем.       — Как обстоят дела на чёрном рынке? — неожиданно поинтересовался Забини, наливая огневиски.       — Удивительно, что тебя это интересует, — задумчиво подметил Драко, проведя Пэнси к дивану. — В Италии мне показалось, что ты хочешь жить в неведении.       — Ты прав, — согласился мулат. — Однако, я должен убедиться, что ты в курсе дел. Пэнси поведала мне о твоих изменениях, которые привели к её травме.       Забини выглядел серьезно. Малфой давно не видел своего друга таким. Мулат покрутил в руках бокал с огневиски и наклонил голову.       — Ничего подобного, — возразила она. — Я же сказала, что сама проявила слабость.       — Вот именно, — отрезал Забини. — Ты — прозванная Королевой Убийц, вдруг ослабла. Почему? Может, потому что твоё начальство нагло скинуло все обязательности на твои сильные, но женские плечи? — на одном дыхании выпалил парень.       — Я знаю, что виноват, — скрипя зубами, согласился блондин. — Выполнение задания Темного Лорда занимает очень много времени.       — Мы все прекрасно знаем, почему оно занимает так много времени. Ах да, совсем забыл, — опомнившись, замял скандальную тему Блейз. — Несмотря на это, не забывай о своих прямых обязанностях, иначе мне придётся перевести милую Паркинсон под своё крыло.       — Я получила второе ранение за эти шесть лет войны, почему ты так быстро списал меня со счетов? — возмутилась Паркинсон, но все же не стала подниматься, дабы не сморщиться от боли.       — Она мне дорога также, как и тебе. Не нужно говорить так, словно я посторонний человек, — прошипел Малфой. — Обещаю, что буду больше времени уделять Воронам. Доволен?       — Вполне, — удовлетворено сказал Блейз и опрокинул бокал.       Со стороны лестницы послышались отчетливые шаги. Все же Грейнджер удосужилась спуститься.       — А вот и Грейнджер… — Забини не успел договорить фразу, широко раскрыв рот от увиденного.       Гермиона, как ни в чем не бывало, вошла в гостиную, невинно улыбаясь, одетая исключительно в нижнее белье. Чёрное кружевное боди отлично сидело на ней, подчеркивая формы и оставляя место для фантазии. Она облокотилась на косяк двери и выжидающе наблюдала за тремя застывшими бывшими слизеринцами. Первым очнулся Блейз, который, осмотрев девушку с ног до головы, рассмеялся в голос.       — Она не перестаёт меня удивлять!       — Какого… — однако, Грейнджер было не суждено услышать конечную фразу. Малфой быстрым маневром подошёл к ней и, взяв за плечо, повёл вверх по лестнице.       — Куда ты меня тащишь, — возмущённо пропищала она.       — Тебе нужно освежиться, — отчеканил Драко.       Холодный ветер послал сотни мурашек по голому телу шатенки. Малфой буквально швырнул её на балкон. Гермиона прижала руки к плечам и неосознанно сжалась.       — Что ты вытворяешь?       — Что я вытворяю? — воскликнула Грейнджер. — Не ты ли случаем забыл сказать мне, что Гарри пришёл спасать меня в то утро и теперь считает меня мертвой?!       — То, что ты обладаешь такой информацией, глупая ошибка, — его голос источал холод и безразличие к ситуации.       — Глупая ошибка?! — её губы начали дрожать, Малфой без единого слова снял с себя чёрный пиджак и накинул на плечи девушки. На его лице все также не было ни намека на что-то кроме злости и безразличия. Она тут же укуталась в него, шумно выдохнув.       — Да, Паркинсон позволила себе слишком много, рассказав об этом, — блондин в пол оборота повернулся к собеседнице и тут же пожалел об этом, стоило принести ей нормальную одежду.       — Хвала длинному языку Паркинсон! — язвительно воскликнула она.       — А чего ты ожидала? Что я приду к тебе и скажу: слушай, Грейнджер, там твой товарищ хочет заглянуть, попросить эльфов приготовить пудинг? — Он иронично протягивал каждое слово.       Девушка закрыла глаза и, закусив губу, отвернулась. Она смотрела на море и, подойдя к перилам, облокотилась на них.       — Лучше бы это было правдой! Лучше бы та кровь была моей, и я не думала сейчас обо всем происходящем, — прокричала Гермиона. Все это время она прокручивала в голове о том, что Гарри считает её погибшей. Винит себя и ненавидит, а она в это время предает его каждый день, помогая Малфою.       — Не смей говорить такого в моем присутствии! — кровь в жилах закипала, и он сорвался на крик.       — Что, Малфой? — ухмыльнулась она, глядя перед собой. — Боишься, что хозяин поругает, если твое задание и пленница канут в небытие?       — Ты действительно думала, что меня заботит это задание? Или, может, его поручение на счет тебя? — Малфой вновь повернулся на неё и постарался не опускать взгляд ниже уровня глаз. Он тяжело вздохнул и убрал все навязчивые мысли из головы.       — А разве это не так, Малфой? — она резко повернулась на его голос. Расставив руки по бокам, оголяя тело, Гермиона подошла ближе. Девушка намеренно делала упор на его фамилию. — Хочешь сказать, что через столько лет ты начал думать о жизни других? Не поверю ни на секунду. Лагеря и твои действия тому доказательство.       — Как минимум, ты должна понимать, что, благодаря мне, Яксли больше тебя не побеспокоит, — тяжело сглотнув, сказал он.       Она уже и забыла о нем, о том, что он сделал с Ириной. Что поймал её. В Кровавом Дворе некоторые детали так легко ускользали от нее.         — Не делай вид, будто сделал это не в собственных интересах! — девушка резко откинула локон, оголяя ключицу.       — Все, что я делаю, зависит исключительно от моих желаний.       — Погоди. Что ты с ним сделал? — Гермиона в смятении смотрела на собеседника.       — А ты думала, что я закрою глаза на то, что он рискнул заслать мальчишку в мой дом? — он смотрел на бушующие волны, стараясь не поворачиваться в её сторону.       — Что?       — Если ты еще не догадалась, то Яксли послал человека сюда, чтобы убить тебя. Это его кровь и кости были в тот день, — Грейнджер же была такой сообразительной. Как она еще не поняла, что именно произошло?       — Мне нечего тебе ответить, очередная кровь на твоих руках, — пытаясь совладать с эмоциями, выпалила она.       — Хочешь сказать, Грейнджер, что ты святая? — Малфой сорвался на крик. — Ты никогда не была ответственна за чьи-то смерти?       — Я никогда никого не убивала собственными руками, и тебе об этом известно, — поджав губы, сказала Гермиона.       — Думаешь, я получаю особое удовольствие от трупов, которые еще пару минут назад дышали? Это война, здесь другие правила. Хочешь жить — отбирай жизни.         Она знала, что он прав. В последние месяцы пребывания в Ордене Гермиона говорила нечто подобное Гарри, но он её не слышал. Почему же сейчас её реакция такая яростная? Наверное, потому что это Малфой, это Вороны и пожиратели Смерти. Это зло, с которым ей пришлось быть заодно, чтобы выжить.          — Я не хочу это слышать! Малфой, не смей говорить, что из-за меня погиб очередной человек! — воскликнула Грейнджер.       — Я и не говорил, что ты виновата. Причиной являлась угроза твоей жизни, — протянул блондин и взъерошил волосы.       — Почему я должна верить, что ты убил его не только из-за переживаний о проваленном задании?       — Мне все равно, ты можешь дальше так думать, — парень замолчал, чтобы не сказать ничего лишнего.       Гермиона подняла голову к небу и сжала пальцами переносицу. Подойдя вплотную к парню, она ткнула в его грудь рукой.       — Я не должна радоваться его смерти! Перестань пробуждать эти эмоции во мне! Я итак слишком сильно изменилась за эти годы, — выпалила девушка, опустив ладонь на грудную клетку Драко.       Малфой откинул пряди, упавшие на лицо девушки, и, подняв её лицо за подбородок, сказал:       — За такое здесь не осуждают, — он намеренно подчеркнул слово «здесь» и позволил себе пробежаться глазами по телу шатенки.       Блондин провёл большим пальцем вдоль скулы Гермионы и, решив, что вернётся к этому позже, накрыл губы девушки своими. Она в изумлении вскинула ладони, чем помогла сократить расстояние между ними до минимума. Драко запустил одну руку в её волосы, а другой сжал ягодицу. Грейнджер шумно выдохнула и поддалась необъяснимому минутному порыву. Холодный ветер развевал её волосы, но разгоряченная кожа больше не чувствовала дискомфорт. Только чужую такую же пылкую плоть и накаленную атмосферу. Поглотив громкий стон парня, девушка отпрянула, докоснувшись до покрасневших губ. Они оба ошеломленно смотрели друг на друга, словно увидели незнакомцев. Гермиона нервно оглянулась и, пробубнив что-то невнятное, выбежала с балкона, оставив Малфоя в одной рубашке и с раскрытым сердцем, которое много лет назад пообещал больше никому не открывать.