МЛД

Его зелёные глаза смотрят прямо в твои, его черные волосы запутывают снова, его белые губы говорят о любви, и ты кровью подпишешься под каждым их словом…. Должно быть, в прошлой жизни ты спас целую планету. Как иначе, думаешь, ты заслужил честь находиться рядом с этим недосягаемо прекрасным существом. Он совсем близко, лежит в твоей постели и шепчет нежные слова, смысл которых ты едва ли улавливаешь. Даже если бы с этих чувственных губ срывались последние ругательства, ты пропускал бы их мимо ушей, с тем же безмерным обожанием любуясь белоснежными миниатюрными зубами, которые обнажались в моменты игривой улыбки. Ты же так рад, что нашёл свой алмаз в этой куче грязных подстилок… Повстречать его в толпе дешёвых подделок было настоящей удачей. Сделать его своим хотя бы на мгновенье – настоящим подвигом. Диких котов приручать опасно для жизни, но ты готов был пойти на риск – и был награждён. Он не стал ручным: дарил тепло и ласку, но всегда мастерски выдерживал определённую дистанцию. Друзья за твоей спиной говорили, что он позволяет себя любить в обмен на деньги и развлечения. После этого ты понял, что в друзьях больше не нуждаешься. Тебе повезло: ты не такой, как все, он не такой, как все... Ради него ты был готов на всё: роскошные тусовки, дорогие знаки внимания, изысканная романтика. Но он всегда говорил, что это до ужаса банально. Его влекла иная страсть – белоснежный порошок, так успешно скрашивавший чёрные будни. Дурь он любил больше, чем тебя. Но даже это ты с готовностью прощал, обменивая его ласки на зелёные купюры, которые в скором времени подносились дилеру. Малыш любит дилера... С тобой он был нежен и страстен, но ты никогда не слышал от него слов любви. Ты боготворил его, но он поклонялся другому идолу. Единственный, перед которым он испытывал истинное благоговение, был серым кардиналом, заправляющим сотнями таких же заблудших душ, как и он сам. Они, будто овцы, готовы были безвольно следовать за пастором, а тебе не осталось ничего, кроме как с замиранием сердца наблюдать, как человек, которого ты любишь, нырял с головой в мутный омут. В его зеленых глазах всё меньше зелени… Наблюдать за ним в таком состоянии – всё равно что резать тупым ножом по живому. Затягивающие, словно топи, болотного цвета глаза меркнут, расширившиеся от дряни зрачки становятся подобны чёрным дырам, а мраморная кожа делается ещё бледнее, приближаясь по цвету к той самой белой дряни, что он выпрашивает у дилера. Твои мольбы уже не способны вразумить его: ради грамма порошка он готов продаться любому, кто даст нужную сумму. Ведь сахар любви давно растворился в чёрной чашке зелёного чая... Былая привязанность без следа проходит, когда ты собственноручно смываешь содержимое пакетика в унитаз. В его зелёных глазах читается первобытный ужас, а белые искусанные губы безвольно вздрагивают. С ним случается истерика: ты с трудом выдерживаешь вопли, полные отчаяния и боли, а потом, когда он немного приходит в себя, предлагаешь вместе начать жизнь с чистого листа. В ответ он лишь высокомерно усмехается, говоря, что не было и не будет никаких «вместе», и покидает квартиру, отчаливая в чёрное никуда ночи.