Вера и надежда

Не убей, не укради, возлюби Господа Бога всей душой и сердцем, возлюби ближнего своего — с началом апокалипсиса верующих становилось всё больше. Когда мир настолько жесток, когда рушится всё и каждый день может стать последним, людям просто не оставалось ничего другого, кроме поиска хоть каких-то смысла и надежды в вере. Ведь Бог — сущность всевидящая, всепонимающая и справедливая, значит, катаклизм случился, потому что мир потерял веру. Гораздо приятнее верить, что если ты будешь соблюдать заповеди, посты и режим молитв, то с тобой и твоими близкими всё будет хорошо. Гораздо сложнее осознать, что справедливости в происходящем нет, и всё зависит от навыков выживания и приспособляемости. Кир Рок Су никогда не был по-настоящему верующим, и когда в детстве, лежа в запертой комнате со спёртым воздухом, голодный и избитый собственным дядей, он пробовал молиться всем, кому только мог — наивно, со всей ещё не утраченной детской верой, не зная молитв, — ему всё равно никто не помог. Родители, погибшие в автокатастрофе, не вернулись, дядя не перестал пить и играть, еда и вода не появлялись в его запертой комнате, как не появлялись они и в пустом холодильнике. Ему пришлось спасаться самому, вскрывать замок на двери, бежать от дяди и искать помощь на улице, рассказывать свою историю людям из детского дома в надежде на лучшее. Тогда оставалась надежда, что он просто молился неправильно, что если он сделает всё правильно, то это сработает. Но вера никак не помогла, когда он десяти-одиннадцатилетним мальчиком читал теперь уже правильные молитвы и надеялся, что люди в приюте станут хотя бы чуть-чуть добрее. Никто не помог, и даже если тот самый Бог существовал, то ему было совершенно плевать на маленького мальчика, со всей искренностью и уважением, с любовью и верой просившего помощи. С тех пор Рок Су понял, что никто не поможет — ни реальные люди, ни мифический Бог. Поэтому сейчас, когда мир рухнул и на них обрушились настоящие монстры, Ким Рок Су не мог смотреть на верующих без странной смеси иронии и печали. Их отчаяние, становящееся фанатичностью, слепое подчинение заповедям, неизвестно сколько раз отредактированным и измененным силой времени, выглядело столь же наивно, сколь и детские несбыточные молитвы маленького Рок Су о возвращении родителей. Совершенно бесполезные, но создающие видимость действия, надежду, иллюзию защищённости и безопасности. Вспоминая слова людей, потерявших всю возможную надежду и цепляющихся за веру, Ким Рок Су не может заставить себя поверить хоть на долю секунды. В чём смысл веры, когда все они всё равно умирали, когда их разрывали на части на его глазах, когда они погибали от болезней и ран, не способные исцелиться божественной силой, сколь бы праведными верующими ни были? Человечество вымирало и это факт. Так когда же откроет глаза их всевидящий Бог, если сейчас каждый день погибают тысячи и десятки тысяч его преданных верующих? И если всё это — кара Божья, то что тогда зло? Апокалипсис ломал людей без разбора, рано или поздно крах накрывал каждого. Всё те же бывшие верующие, потерявшие всё, кроме своих жизней, все привязанности, надежды и мечты, в итоге уходили в мародерство, грабёж и разбой. Куда делась их вера и любовь к Богу, когда они отбрасывали всякую мораль и сдавались под гнётом катаклизма? Куда ушло всё их «не убей», «не укради» и «возлюби ближнего своего», когда они убивали и грабили трупы? Вопрос риторический, потому что вера тебя не прокормит, не напоит, не согреет и не вылечит. Никакой Бог не поможет, и жажда выжить всё равно заставит совершать поступки, которые лишат даже призрачной надежды на Рай после смерти. Так в чём смысл? Ким Рок Су не верит в веру, хотя и признаёт, что это бывает удобно. Она даёт людям надежду и опору, но надежда эта бесплодна, напрасна и несбыточа, а опора — призрачна и надёжна не больше, чем попытка опереться на собственную тень.