Запретный сухоцвет

Белые волосы непослушно взметнулись в резком порыве движения, когда она села за руль своего Porsche 911. Стройная фигура, обтянутая черными штанами и кожанкой, была полна скрытой энергии. Сигарета в углу губ добавляла образу бунтарского шика, а высокие каблуки подчеркивали изящество ног, несмотря на всю агрессивную настроенность ее стиля. Это была Алекс — воплощение вольной страсти, смесь непокорного духа и манящей сексуальности. Ее взгляд был напряжен, но не отсутствием эмоций, а их сдержанностью, готовностью к вспышке. Черная кожаная куртка казалась второй кожей, подчеркивая стройные линии тела. Она завела двигатель, и рык спортивного автомобиля эхом откликнулся в ее сердце. Цель — клуб. Контраст между темным нарядом и светлым салоном подчеркивал сложную и противоречивую природу девушки. Она плавно, но уверенно нажала на газ. Porsche 911 мягко тронулся с места, начинающее свое движение в ночной город. Мягкий свет фар и ритмы After Hours от The Weeknd заполнили салон. Алекс прикрыла глаза лишь на мгновение, попытка расслабиться казалась напрасной. Ночной кошмар снова вернулся: истерика бывшей, мольбы о прощении, признание измены. Память жестоко воссоздавала сцену: разбросанные вещи, выброшенные в окно, собственные крики, кулаки, разбитые о зеркало и стены, боль и кровь. В отчаянии она заливала боль бурбоном и шотландским виски. Музыка приглушала, но не стирала следы ночной ярости и отчаяния. Тяжело вздохнув, девушка надавила на газ и полетела по ночному шоссе, приоткрыв окно. Ей нужно было выдохнуть. Выместить эту обиду. Гнев. Разочарование... Алкоголь, случайные связи, иногда наркотики — это были кратковременные попытки заглушить эмоциональную боль. Алекс не позволяла себе полностью увязнуть в этих деструктивных методах, но иногда использовала их как временное утешение. Интенсивный секс — быстрый и жестокий — помогал справиться с гневом, хотя бы на некоторое время. Сегодня вечером ее ждали Хардин и Мишель, Мишель - яркая афроамериканка, с которой у Алекс были случайные встречи. Их связь — чисто физическая, без эмоциональной привязанности, лишь кратковременное удовлетворение взаимного желания. Хардин - весельчак, что любил закидываться марками и нюхать всё, что попадёт на стол. Сигаретный дым растворяется в ночном воздухе. Алекс курила, смотря на темноту за окном. В памяти всплывало пробуждение в полумраке комнаты, где еще совсем недавно в камине горели книги — великие драмы и романтические повести. Тепло от пламени и мягкий свет торшера смешивались с холодным порывом ветра из открытого окна, создавая дискомфортный контраст. Она просыпалась в этом странном симбиозе тепла и холода, отражающем ее внутреннее состояние — смесь умиротворенности и тревоги. Алекс была одиночкой, воинствующей и непримиримой. Ее жизнь была цепочкой драк и случайных встреч, где общение сводилось к мимолетному сексу или просьбам о денежной помощи. Такая изоляция ее утомляла, но она не умела иначе. На фоне её способности к физическому насилию и манипуляциям, настоящей проблемой оставалось общение —то самое умение, которое отличало людей от животных. Ей было легче разрушать, чем создавать связи. Сигарета горит, как фитиль бомбы замедленного действия. Сигаретный дым — тонкая вуаль над бурлящим коктейлем эмоций. Руки, сжимающие руль Porsche, — ледяные, но изысканные. Это не напряжение, а сосредоточенная сила, готовая к броску. Гнев — изысканное чувство, не грубая ярость, а холодное презрение. Печаль? Нет, только легкое разочарование, скользнувшее по поверхности ледяного спокойствия. Ей нужно чувствовать себя хозяином положения, вкусить горьковатую сладость победы. Никаких чувств, только холодный расчет и неизбежная победа. Она придет, завоюет и уйдет, оставив после себя лишь руины чужих надежд. Porsche 911, подобно черной пантере, скользнул сквозь ночную мглу. Машина стремительно въезжает в город, и улицы раскрываются перед ней, как сцена перед актером. Автомобиль плавно останавливается у клуба, освещая его вход резким светом. Дорогие древесные духи — амбра, экзотическое дерево, пачули, мягкая нота кожи — создавали вокруг Алекс ауру роскоши и скрытой силы. Она вышла из автомобиля и заблокировав двери, заправила выбившиеся локоны волос назад, пятернёй пальцев. - Алекс! Мишель, вся сияя предвкушением веселого вечера, с жарким импульсом набросилась на Алекс с объятиями со спины. Однако, развернувшись, она увидела лишь хладнокровное безразличие. Алекс, медленно прикуривая сигарету, кивнула Мишель в ответ на бурный привет, жест был нейтрален, даже снисходителен. Сегодня Алекс была недоступна, холодна, как лед. Возможно, Мишель не угадала с нарядом, или просто сегодня Алекс не настроена на близкое общение. Алекс окинула Мишель ленивым, оценивающим взглядом. Дешевая кожаная юбка, безвкусный топ, и эти жалкие побрякушки в ушах… Изящные пальцы, конечно, но что с того? Тупая мимика латиноамериканки, не понимающей, почему Алекс так холодна… Все это было слишком просто, слишком скучно для сегодняшнего вечера. Снимая кожаную куртку, беловолосая остаётся в одном свитере и цепочке, на которой висит настоящий патрон. -Заболеешь. Отдавая Мишель куртку, её спина скрывается за дверью клуба. Алекс прорезала толпу, как акула косяк сельди. Чёрная водолазка обтягивала её фигуру, подчеркивая каждую линию. На шее, над вырезом, блеснул на свету настоящий патрон на цепочке – не украшение, а заявление. Она не пробиралась сквозь людей, она их разрезала, оставляя за собой волну недовольных взглядов и шепотков. Свет софитов отражался в её холодных глазах, а музыка – это был просто фон, белый шум, который она игнорировала с презрением, достойным королевы. Достигнув бара, она бросила взгляд на друзей – быстрый, оценивающий, лишенный всякой теплоты. "Бренди," – скомандовала она бармену, голос её был ледяной, в нём не было и намёка на просьбу. Она не просила, она требовала. Бармен, побледнев, молниеносно поставил перед ней бокал. Алекс взяла его, ни взгляда не обратив на окружающих. Её присутствие само по себе было заявлением. За баром восседала их стая: Хардин, весельчак, сияющий, как идиотская рождественская гирлянда. Он был первым брюнетом за барной стойкой. Одет он был довольно просто. Свитер и джинсы с кроссовками. Второй был черноволосым и выделялся из всех, кто был в этом клубе. Она его отлично и досконально знала. Герман. Одет он был в дорогой костюм. Ну конечно... Владелец двух дорогих клубов может себе такое позволить. Они разошлись, из-за несхожести в отношениях. Он хотел семью. А Алекс...лишь искала развлечения. Третий, Ной, брюнет, парень в скромной одежде, выглядел так, словно случайно забрёл в это место, просто, чтобы выпить и поговорить с друзьями после рабочей недели. Четвёртый, Крис, с приятной харизматичной внешностью, аккуратной бородкой и ослепительной улыбкой, подмигнул Алекс. В ответ он получил лишь её холодное хмыканье. Они были друзьями детства и Крис всегда поддерживал Алекс в трудных ситуациях. — Алекс, расслабься, — протянул Хардин, положив руку на плечо. Ответ был мгновенным: ледяной взгляд и облачко дыма в лицо. — Хардин, отвали, — прошипела латиноамериканка, подходя к столику. — Ночь ещё долгая, а она в настроении раздавать пинки. На данное выражение, Алекс приподняла уголок губ. Едва посмеявшись над данной фразой. Герман сжал стакан так сильно, что костяшки побелели. Лишь Алекс заметила это неконтролируемое проявление его эмоций. Крис оставался спокойным наблюдателем этой игры. -Не заводись любовничек. Может ещё перепадёт? Крис улыбается Герману, на что, Герман агрессивно стучит по бару стаканом и уходит в толпу. Выгнув бровь, Алекс оборачивается ему в след. - Он не в духе Алекс. С самого прихода. Не забивай голову. - Так-с. во что будем играть? Хардин хлопнул в ладони и активно потёр их об друг друга. - Карты на раздевание? Выгнув бровь, предложила Мишель. - Правда или действие? Ной развёл руки в недоумении. - Играть на выпивку? Крис цокнул языком. - Пошли танцевать. Алекс кинула взгляд на танцпол. -Отличная идея Алекс! Хардин бодро поднялся и принялся зазывать всех на танцпол. - Я скоро подойду. Алекс встала со стула и пошла в толпу. Окинув взглядом зал, Алекс видит, что Германа уже нигде нет. Решив, что это хороший повод на минуту уединиться, девушка выходит на балкон клуба. И там открывается ей невероятное зрелище: прекрасные черноволосая и стройная брюнетка стоят у стены, погруженные в страстный поцелуй. Брюнетка неожиданно встречает взгляд Алекс и останавливает поцелуй, игриво улыбаясь. - Присоединяйся к нам, - звучит пригласительный голос брюнетки.