массаж

— Здравствуйте, у вас есть места на завтра? — с ноткой отчаяния тянет Чонгук, но слышит уже выученную за прошедший час фразу: — Здравствуйте, к сожалению, нет. Можем записать вас на понедельник, устроит? — милым голосом говорит администратор, а Чонгук чуть ли не стонет от разочарования. Да что же такое. Он всего лишь хочет в конце недели после тяжелых рабочих дней сходит на массаж, отдохнуть и расслабиться. Но уже десятый салон полон и он сомневается, что во всей Корее будет хотя бы один с записью на завтра. — Нет, простите, мне не подходит эта дата. До свидания. Чонгук разочарованно отбрасывает телефон в сторону, упав недалеко от него на кухонный стол. Почему в Сеуле так тяжело записаться на массаж. Неужели, кроме попивания соджу, люди могут расслабляться? Можно было бы пойти и в другой день. Но в понедельник у него уже не будет болеть тело, а завтра после работы в офисе и тренировки в зале с гантелями только массаж ему и поможет. Но все салоны, будто сговорившись, твердят одно и тоже — мест нет. На примете остался лишь один неподалёку от спорт зала. Не самое приличное заведение по фасадной части: все обшарканное, вывеска старомодная, но может внутри все не так плохо и они хотя бы моют после клиентов комнаты. В любом случае делать нечего и приходится звонить туда, как последней надежде. Он не надеется уже ни на что и раздумывает как можно расслабиться по другому. Возьмет вино, пригласит друга, закажут пиццу, посмотрят дораму. Тоже неплохо, но массаж хочется больше. Особенно сильными руками мастера, а не хиленькими друга. — На завтра два места. Шесть и восемь, какое вам удобно? — Восемь! — выпаливает мгновенно, не дав девушке даже выдохнуть. — Спасибо большое! Тот самый не очень салон сделал его самым счастливым человеком. Главное чтобы хорошо размяли тело, а антисанитарию уж потерпит. — Какого вам мастера? — Ох, можно выбрать? — выдыхает изумленно. Он точно слишком предвзят к ним, хотя отношение к клиентам на высоте. — Давайте мужчину. У него нет предвзятого отношения к девушкам, но руки мужчин больше и сильнее, а это ему сейчас и нужно. — Хорошо, ждем вас завтра в восемь. До свидания. Чонгук еще раз благодарит попрощавшись и чуть ли не пищит от радости. Как же давно он мечтал, чтобы сильные руки размяли его тело и разогрели затвердевшие мышцы. А после можно бокал вина и сразу спать. Лучший день. Завтра лучший день! Нужно пережить только работу и спортзал. Но с этим справиться более чем реально.

***

От работы за компьютером невероятно болит спина и шея, не говоря еще о сухости в глазах. Как не пытаться облегчить муки: купить удобный стул, делать зарядку и капать глаза — это мало помогает. Чонгук просидел так восемь часов и невероятно рад уйти, пускай и еще на одну каторгу — занятие с тренером. Можно было бы пропустить, но потом получит тираду в сообщениях, да и тело свое забрасывать нельзя. Он же хочет быть привлекательным. Поэтому еще два часа тягает штангу на двадцать килограмм, отжимается, делает упражнения на ноги и кардио, куда же без этого. И так несколько подходов. Пот, облепивший до этого все тело, уходит вместе с гелем для душа и водой в канализацию, подарив телу наслаждение и облегчение. До массажа еще двадцать минут, салон находится через дорогу, поэтому он позволяет себе медленно собираться, высушить волосы и намазать лицо кремом. Практически заново родился. Сейчас можно даже лечь спать до обеда следующего дня. Но впереди ждет настоящее перерождение. От предвкушения скручивается живот в приятной неге и пальцы на ногах поджимаются. Скорее бы оказаться разложенным на кушетке с руками на шее, как бы это не звучало. Внутри салон выглядит чуть лучше: новый ремонт, диванчики, конфеты на стойке, милая девушка на ресепшене и чистые полы. Зря он думал о них плохо. Чонгук говорит свое имя, номер телефона для сверки записи и ему дают ключ-карту от комнаты. — Ваша комната в конце коридора, десятый номер. Раздевайтесь, можно принять душ. Мастер чуть позже подойдет. Кивнув и с довольной улыбкой, Чонгук идет в комнату. Тут все тоже довольно чисто, много растений, кожаный диван в хорошем состоянии, вместительный шкаф и стеклянный журнальный столик, стены наполовину покрыты деревом как в бане, а вторая выкрашена в бежевый. Для душа выделена отдельная комната, такой же эко стиль, растения, на полу плитка под камень, обычная душевая, туалет и раковина с зеркалом. Ничего потрясающего, но и плесени нет. Сменив уличные вещи на подготовленные тапочки и халат, парень проходит в отдельную комнату. Мастера еще нет, потому, раздевшись до гола, он ложится животом на кушетку. По телу проходится предвкушение от предстоящего наслаждения. Как же хочется чтобы его вжали в кушетку и хорошенько помяли. Вот такие желание чуть-чуть за двадцать. Двадцать семь, если быть точным. Ему двадцать семь, твою мать. Почти тридцатка. Стоит ходить на массаж и почаще. За размышлениями о своем прикольном возрасте Чонгук не слышит как открывается дверь и к нему подходит массажист. Тело не видно из-за опущенного лица в пол, но голос его более чем устраивает. Бархатный и глубокий тембр. В голове сразу рисуется картинка высокого парня с подкаченным телом и венистыми руками. — Здравствуйте, я Ким Тэхен, ваш сегодняшний мастер. С чего начнем? По комнате с приятной музыкой разносится хлюпающий звук массажного масал, которое греют наверняка в сильных руках. — Со спины, дальше как вы считаете нужным, — с губ слетает стон как только мужчина проводит по подтянутому телу скользкими от масла руками и несильно давит на твердые мышцы. Как же хорошо. Движения по началу нежные и разогревающие, но вскоре переходят в более сильные, ю Ладони с длинными пальцами давят на спину, скользят к плечам и шее которая страдает больше всего. От удовольствия у Чонгука глаза видят рай — так сильно закатились от удовольствия — и снова слетает мелодичный стон удовольствия. Такого не получить даже при сексе. Это не объяснить. То истинное наслаждение, которого не добиться нигде, как на массаже. То-ли дело в атмосфере и прикосновениях, то-ли в особых точках на которые давит мужчина. Два часа удовольствия, немыслимо. Массажист переходит на копчик, давит на ямочки венеры и спускаются ниже. Попа так же попадает под сильные руки, что его немного смущает, разве так принято? Но, черт, как же все-таки приятно, да и он никогда не был на массаже, может и ничего такого. Может так принято. Но это уже и не важно — там Тэхен долго не задерживается, проводит руками по ногам, мнет бедра, гладит их внутреннюю часть и икры. По телу проходит разряд когда кончики пальцев задевают ступни по направлению к пальцам. Из груди вырвался уже смешок. Жуть как боится щекотки. Мужчина снова возвращается к спине, где больше всего реакций на его действия и хорошо разминает его на протяжении часа. Он будто заново родился и не было всех этих лет работы за компьютером. Эти золотые руки хочется расцеловать и молиться. Теперь будет ходить только к нему, лучше мастера не найти. Остается около часа его массажа, Чонгук ждет что его продолжат мять в других местах, может попросят перевернуться. Но вдруг ловкие пальцы скользят между половинками попы и подушечка одного проникает в нутро. И Чонгук… Он в ахуе. Пришел на массаж, а ему тут в жопу лезут. Но мышцы даже не напрягаются и сопротивлений он не предпринимает, хоть и, мягко говоря, удивлен. Палец скользит дальше, массирует простату от чего его прошибает новая порция удовольствия. С губ слетает более громкий стон, а член твердеет, упираясь в полотенце на кушетки и трется о слишком жесткую сейчас ткань. Это такая опция, «массаж везде»? Он же вроде не записывался на такое. Со вторым пальцем внутри до него доходит, что это не совсем обычный салон. Надо же! Видимо он попал в дрочильню. Впервые в жизни и так по глупому. Не то чтобы хотелось, но все же. Хоть в приличную. Наверное. Два пальца свободно движутся в растянутом проходе, давят на комочек нервов и Чонгук не может не стонать и не ерзать. Он уже хнычет от переполняющего удовольствия, хочется что-то больше, чем пальцы, конечно невъебенно длинные и так хорошо входящие в него, но член будет получше. Он наверняка такой же длинный, как и пальцы. — Прошу… — хнычет парень когда на простату давят уже три пальца. Всего слишком мало, но он уже на грани и вряд-ли протянет долго. Спустит сразу как только чужой член заполнит до основания. От этой картины в голове собственный орган дергается, а он давится слюной. Как же хочется. — Нам нельзя спать с клиентами, — как мантру без эмоций говорит Тэхен. Не первый раз такое слышит, привык. — Пожалуйста, — хватается за руку парня и заглядывает туманным взглядом в холодные глаза. Как же стыдно, господи. Он наверное такой красный, затраханный и с отпечатком полотенца на щеке. Перед ним же настоящий аполлон. Руки настоящее чудо, а лицо произведение искусства. Аккуратный нос с родинкой, шоколадные глаза с разными веками, тонкие губы и такая сексуальная загорелая кожа. Ради такого, как Чонгук, он точно не пойдет против правил. Мужчина изучает припухлое лицо долгие две минуты прежде, чем убрать чужую руку и вернуться к работе. Чонгук разочарованно стонет, уткнувшись щекой в кушетку. Настроение сразу опало, будто и не было всего того наслаждения. — Ты мой последний клиент, — шепотом раздается на ухо от чего по коже идут мурашки. Так близко, а с хрипотцой от возбуждения — он еще сексуальнее. — Встретимся на парковке. С этими словами Тэхен толкается глубже в колечко мышц, движется резче и второй рукой разминает спину, вознося его снова на небеса. Внизу живота скручивается узел наслаждения, который стягивает все органы в тугой узел. Он снова хнычет, двигает бедрами навстречу, а рукой пытается довести себя до разрядки. Движения из-за отлежанной руки невесомые и медленные, но два попадания по простате и на кушетку падают белые капли вместе с ее хозяином. Из горла прорывается протяжный стон, а грудная клетка ходит ходуном от сбившегося дыхания. Это было восхитительно. Спину немного тянет, но это уже не та стреляющая боль, скорее от удовольствия. По телу же расползлась тягучая и сладкая нега после оргазма. Пальцы покидают расслабленное тело, а руки возвращаются на спину. У них еще пятнадцать минут которые нужно доработать. Большего наслаждения уже не получить, но полежать и почувствовать умелые руки на себе в послеоргазменной неге сейчас как никогда кстати. — Через десять минут на парковке. Красный кабриолет, — вытирая руки, массажист покидает комнату. А на лице Чонгука появляется улыбка. Лучше похода в массажный салон и представить нельзя было.