Свет отчаяния

Сырость и тревога пробивают насквозь, залезая под кожу. Вокруг темнота. Как бы девушка ни старалась, она не может ничего увидеть. Мотая головой в разные стороны с надеждой увидеть хоть крошечный источник света, она лишь глубже окуналась в мрак. Железные цепи на запястьях уже давно протёрли раны и сейчас с каждым вдохом причиняли все большую и большую боль. Всем своим телом девушка была погружена в холод. Сидя на сырой земле, она уже продрогла. Некоторые части тела начали менять цвет из-за холода, но этого она, возможно к счастью, увидеть не могла никак. Ее дыхание было сбито. Она не знала, как долго находилась в этой темнице, но каждая новая секунда проведенная здесь, убивала ее надежду на спасение. На ней была лёгкая одежда, так как все произошло слишком быстро. Никого не предупреждают перед тем, как бросать в темницу. Именно поэтому все ее тело погрузилось в нескончаемую дрожь. Вдруг она услышала голоса за железной дверью. Огонёк надежды в ее душе вновь стал разгораться. В последнюю секунду перед тем, как дверь отворилась, в одном из голосов девушка узнала давно знакомый ей тон. - Йеджи! - девушка вскочила на ноги и через секунду была рядом со своей возлюбленной. - Во-первых, ваше высочество. Во-вторых, тебе запрещено ко мне подходить, пока я не позволю, - столь знакомый голос за секунду стал чем-то далёким и непонятным, чем-то, что Рюджин никогда не слышала по отношению к себе. Мужчина, который стоял за спиной Йеджи, нервно стучал обувью о каменную поверхность, сгорая от нетерпения. Это стражник, который явно был не в восторге от такого позднего визита. - Дай ключи мне, и можешь идти, - произнесла Йеджи, заметив его нетерпение. Сотрудник выполнил приказ и вскоре покинул девушек. Рюджин с надеждой взглянула на любовь всей своей жизни, ожидая, что та ее освободит, но этого не произошло. Йеджи, не развязывая цепей, схватила за них и потянула Рюджин за собой. Та послушно пошла за ней, надеясь на лучший исход. Хоть лицо Йеджи и не показывало никаких эмоций, Рюджин все же верила, что их любовь не могла погибнуть в такой короткий срок. Йеджи шла, прямо смотря перед собой, и ни разу не взглянула на свою пленницу. Через несколько проходов и лестниц девушки оказались в покоях десницы короля - Хван Йеджи. Уютная комната с различными картинами, освещённая несколькими медленно погибающими свечами, свет от которых создавал изящные тени, пляшущие на стенах. Захлопнув дверь, Йеджи повернулась к Рюджин и быстрым движением освободила ее запястья из оков. - Ох, моя девочка, у тебя раны, - произнесла она неимоверно ласково так, что казалось будто бы человек, который вел Рюджин в комнату несколько минут назад я был совершенно другим. Этот тон был уже хорошо знакомым для нее и ее это радовало, - Прости, что никак не смогла помочь раньше, - Йеджи поднесла запястье девушки к своим губам и, аккуратно поцеловав, взглянула ей в глаза. Ее взгляд был полон нежности и сожаления. Они были словно отражение последнего солдата на поле боя, когда человек ещё способен что-то сделать, но в больших масштабах он ничто. И осознание этого приносило неимоверное отчаяние и чувство безнадёжности. Такими же были темные глаза Хван Йеджи - отражением отчаяния и безнадёжности. Рюджин, также как и любовь всей ее жизни, не отводила взгляд и продолжала рассматривать до боли знакомые, но все ещё невероятно прекрасные глаза. Однако ее взгляд выражал надежду на лучшее и бесконечную любовь к человеку напротив, будто она была готова прыгнуть с обрыва в вечность ради нее, и это было правдой. Спустя несколько секунд молчаливого взгляда на уголках глаз Рюджин появились слезы и, медленно скатившись, оставили след на ее белоснежных щеках. - Йеджи, - в этот раз это была жалоба. Она захватила девушку в объятия, зарываясь носом в ее волосы и шею, - Йеджи, мне было страшно, - она все крепче и крепче прижималась к ней, будто бы страшась ее исчезновения. - Знаю, свет мой, прости, что не смогла прийти раньше, - Йеджи сильнее прижала девушку к себе и, зарываясь куда-то в ее волосы, добавила, - Не представляю жизни без тебя. - Я тоже, - голос Рюджин дрожал, выдавая то, каким страхом она была окутана все последние часы. Слезы заполонили ее глаза, но ее это не волновало. Все, что ей нужно было - Йеджи. Рюджин плакала и обнимала ее, изливая все то, что ей пришлось пережить за этот день. На восходе солнца девушки как обычно были вместе. Рука Йеджи покоилась на талии Рюджин, а та в свою очередь, вставая на носочки, нежно целовала возлюбленную. Они наслаждались друг другом, и казалось это счастье будет вечным, но как же они ошибались. В то время как неизвестная сила, перекрыла лучи солнца, попадающие в их комнату, дверь резко отворилась. Йеджи и Рюджин ещё не успели среагировать, когда в воздухе послышался писк удивления и дверь с грохотом захлопнулась. Это был Пак Тэмин. Он давно уже хотел занять место Йеджи, поэтому сейчас, увидев эту запретную картину, он мечтал быстрее рассказать все королю, чтобы избавиться от конкурентки. Прятаться было бессмысленно, так как рыцари короля нашли бы их за считанные минуты. Спустя некоторое время дверь в покои Йеджи отворили стражники. Они бесцеремонно вошли внутрь и схватили Рюджин за руки. - Вы, Шин Рюджин, по указу короля арестованы и будете помещены в темницу, - сказал один из них и в эту же секунду потащил девушку к выходу. Рюджин же тряслась будто осиновый лист и перед тем, как она окончательно потеряла из вида свою возлюбленную, она взглянула ей в глаза, выражая безусловную мольбу. Но Йеджи ничего не могла сделать, если король дал указ, значит это будет выполнено. Она печальным взглядом проводила свой свет и, потеряв ее из виду, начала судорожно перебирать варианты развития событий. Сейчас же они стояли в обнимку, стараясь выплеснуть эмоции и как можно сильнее прижаться друг к другу. Страх потери глубоко пронзил тела обеих девушек. Йеджи аккуратно гладила Рюджин по волосам, пока та, прикрыв глаза, нежилась у нее на плече. Столь чувственный момент, но к сожалению Йеджи вынуждена прервать его. - Я пойду, попробую договориться. Жди меня здесь и никуда не выходи, - Йеджи медленно убрала руки с шеи и спины девушки, напоследок взглянула на нее нежным взглядом и ушла прочь. Сколько же боли было в этих глазах. Рюджин запомнила бы их навечно, если бы только могла. К сожалению, судьба распорядилась иначе. Но эти глаза. Она за эту короткую секунду увидела в них все счастливые моменты проведенные вместе, всю боль и всю нежность, которую излучало сердце девушки. Короткий взгляд, но сколько смысла было в нем. Мелькнуло ещё что-то, что-то незначительное и малозаметное, что-то, что пытались скрыть - отчаяние. Но Рюджин не хотела в это верить. Она лишь направилась к мягкому матрасу и села в ожидании возвращения своей возлюбленной. Головой она понимала, что Йеджи не всесильна и вряд ли сможет как-то убедить человека на троне, хоть и была близкой ему. Но где-то в душе у нее все ещё сиял тусклый свет надежды, что все будет хорошо, что они смогут быть вместе, смогут быть свободными и наконец счастливыми. В таких раздумьях прошло некоторое время. Рюджин не знала, сколько сидела так неподвижно, ведь в ее голове бушевали сотни мыслей. Но, услышав звук двери, она сразу же ринулась к ней. Там стояла Йеджи. Лицо у нее печальное и отягощенное чем-то. Она опустила взгляд вниз, будто бы размышляя о чем-то невероятно тяжёлом. Руки также были опущены. В одной из них был какой-то небольшой предмет. Рюджин приглянулась и... Кинжал?... На секунду ее сердце остановилось. Но в это же время Йеджи подняла глаза и мягко улыбнулась. Улыбка эта была до безумия фальшивой и притворной. Она старалась подбодрить свою девушку и скрыть настоящие эмоции. Но у нее это плохо получалось. Через несколько секунд молчания, она свободной рукой взяла Рюджин за запястье и потянула в сторону кровати. - Пойдем, - она, не оборачиваясь шла впереди и тянула Рюджин за собой, - Садись, свет мой, нужно поговорить, - девушка отложила кинжал на стоящую рядом с кроватью тумбу и села. Их окружали свечи, горящие недалеко друг от друга по всей комнате. Их пламя было аккуратным, постепенно погибающим. Будто бы они потеряли надежду на лучшее а сейчас лишь делали то, что от них требовалось. Они танцевали свой пламенный танец, но он был наполнен печалью. Огонь, который обыкновенно является источником чего-то теплого и яркого, в этот день излучал такое же отчаяние, как и все что было рядом с ним. - Слушай, мне нужно сказать, что..., - взяв в свои руки ладони девушки начала Йеджи, но была прервана Рюджин, которая мгновенно обняла ее и прижалась всем телом, будто страшась, что девушка может исчезнуть, - Мне нужно сказать, что... - интонация девушки резко поменялась на более ласковый,это был самый ласковый голос, который Рюджин когда-либо слышала, - Что я до безумия тебя люблю, - Йеджи прекратила попытки сказать то, что изначально хотела и также обвила своими руками девушку, притянув ее к себе настолько, насколько это было возможно. - Я правильно все понимаю? - подала голос Рюджин не отрываясь от Йеджи. - Да... - она поцеловала ее, а далее вновь прижала к себе, - Приказ отдан. Прости, я ничего не смогла сделать. Из уголков ее глаз полились тонкие струйки слез. - Эй Йеджи, любимая, - Рюджин отстранилась и, взяв подбородок девушки в свои руки, начала аккуратно вытирать ее слезы большими пальцами, - Не вини себя, все нормально, ты сделала всё, что смогла и за это я безумно благодарна тебе, - Йеджи мягко улыбнулась, смотря ей в глаза, - Я безумно благодарна тебе за всё: за все секунды, проведенные вместе, за все счастливые дни и прекрасные ночи, - девушка замолчала, но будто бы ее тревожило ещё что-то, - Но у меня есть одна просьба, - она медленно опустила взгляд на губы Йеджи и через пару секунд закончила мысль, - Позволь мне почувствовать тебя ещё раз. Йеджи аккуратно сжала руки на талии девушки и притянув к себе, поцеловала ее. Этот поцелуй был нежным и чувственным. Но вскоре он перерос в нечто большее. Страсть и злость переполняли обеих девушек на пару с отчаянием и страхом. Эти смешанные эмоции влились в их поцелуй. Йеджи целовала жадно и быстро, будто пыталась насладиться любимыми губами в последний раз. И Рюджин делала то же самое. Она полностью отдалась поцелую, забывая обо всем на свете. В эту секунду свечи вспыхнули ярким пламенем. Их свет ярко освещал всю комнату. Пламенное свечение аккуратно обволакивало девушек, придавая их страстному поцелую ещё большую рискованность. Непонятно, как и почему, но свечи ожили, будто последний рывок, последняя надежда, перед тем как погаснуть навсегда. Йеджи повалила Рюджин на спину и, расположив руки по обе стороны от ее головы, продолжила целовать. Та же в свою очередь пробралась руками под верхнюю одежду девушки, расположив их на талии. Рой мурашек прошёлся по телу Йеджи из-за этих простых манипуляций. Они поняли друг друга без слов. Йеджи распахнула верхнюю одежду своей девушки и припала губами к ее шее, аккуратно целуя каждый сантиметр. Она целовала и кусала, оставляя мокрые следы и красные метки. Рюджин опрокинула голову, давая ей большую свободу в движениях, чем та активно пользовалась. Когда вся шея была покрыта следами Йеджи, она вовсе сняла верх Рюджин и, бросив его в сторону припала к груди, которую также покрывала поцелуями. Вскоре и ее рука переместилась на грудь, сжимая ее и поглаживая. Рюджин не в силах спокойно лежать, переместила одну руку на постель, сжимая ею ткань, а вторую расположила на шее девушки. Йеджи провела кончиками пальцев по ребрам девушки под собой, заставив ее затаить дыхание. - Йеджи,- послышался в воздухе дрожащий от предвкушения голос, - Сними, - она дотронулась до одежды на ее теле. Этого было достаточно, чтобы девушка поняла, чего от нее хотели. За короткое мгновение она избавилась от одежды на себе и, схватив руками пояс Рюджин, взглянула ей в глаза с безмолвным вопросом. Та лишь еле заметно кивнула, но этого было достаточно для ответа. Йеджи стянула оставшуюся одежду со своей девушки и вновь припала к ее губам, жадно целуя их и прикусывая. Она расположила свое колено между ног Рюджин, на что та тихо простонала и отвела взгляд в сторону. Это лёгкое касание вызвало волну эмоций в девушке и, притянув Йеджи для поцелуя, она позволила ей понять, что требует большего. Йеджи, безусловно, знала, чего хотела ее девушка, поэтому раздвинула коленом ее ноги и заменила его одной ладонью. Пальцы медленно прошлись по складкам, заставляя Рюджин прогнуться в спине. - Не отворачивайся, - тихо шепнула она, перед тем как коснуться пальцем неверной точки. Рюджин лишь промычала и вновь втянула девушку в поцелуй. Йеджи поднесла пальцы ко входу и, убедившись, что ее девушка готова, одним резким движением вошла в нее. Рюджин оторвалась от поцелуя и не в силах сдерживать себя простонала. Йеджи начала медленно двигаться внутри нее, вызывая дрожь во всем теле. - Йеджи, быстрее, - единственное, что смогла сказать Рюджин. Йеджи повиновалась, выполняя просьбу своей девушки. Она двигалась резко и быстро, часто и грубо - так, как любила Рюджин. Она знала ее наизусть, поэтому могла касаться нужных точек, доставляя ей неимоверное удовольствие. Их любовь всегда была такой, но в этот день они были особенно резкими. Возможно, они пытались в последний раз насладиться друг другом, а возможно, это просто совпадение. Узнать правду нам не дано. Рюджин дрожала с тихими стонами у уха Йеджи. Она прижималась к ней и просила большего, на что получала желаемое.Комната наполнилась отрывистым дыханием и стонами девушки. Йеджи развела пальцы, чем заставила свою девушку выгнуться в спине и впиться пальцами в ее плечи. Рюджин старалась не царапать свою девушку, чтобы не причинить боль, но желание в этот день было сильнее. Она провела ногтями по ее оголенным плечам, оставляя ярко красные следы. В последний раз свечи вспыхнули таким пламенем, будто норовили сжечь все на своем пути. Огненный свет огибал тела девушек, придавая их любви ещё большую чувственность. Спустя ещё несколько толчков, разум Рюджин затуманился и в глазах пропала четкость. Она сжала плечи Йеджи и, прокричав ее имя, расслабленно упала на постель. Это далеко не первый раз, когда они предавались любви, но это раз был особенным. Страсть и желание слились с отчаянием и безнадежностью создавая самые искренние чувства готовые прожечь всё на свете. Йеджи села рядом и, приподняв свою девушку, прижала ее спиной к себе. Они обняла ее настолько нежно, насколько могла, положила голову на ее плечо и прикрыла глаза, наслаждаясь моментом. Рюджин же накрыла ее ладони своими и также, опустив веки, пыталась запомнить каждую секунду проведенную вместе. Почему-то в этот момент они обе вспомнили свою первую встречу. Это был теплый осенний день. Хоть листья уже покинули свои родные деревья и, поменяв окрас, лежали на земле. Теплые лучи солнца освещали лесные просторы, придавая яркости уже знакомым пейзажам. Десница короля сидела в своих покоях за столом, ожидая подачи завтрака. Лучи солнца проникали сквозь окна, заканчивая свой путь на деревянном полу. Из размышлений десницу вывел тихий стук в дверь. - Ваше высочество, разрешите? - дверь приоткрылась и оттуда выглянула молодая миловидная девушка. - Проходи, - Йеджи подняла глаза и увидев нового человека, заинтересованно изогнула бровь, - Я тебя раньше не видела. - Да, - закончив накладывать на стол, девушка подняла глаза. - Я недавно начала работать, - прижав поднос к груди с лёгкой улыбкой произнесла девушка. - Что ж, новенькая, - начала Йеджи, также улыбнувшись,- Знаешь хоть, как меня зовут? - положив еду в рот, Йеджи наклонила голову вбок, ожидая ответа. - Мне сказали, но... - Рюджин опустила глаза, избегая зрительного контакта, - Извините, - закончила девушка, прикусив губу. - Так ты не помнишь? - девушка усмехнулась, - Эй, смотри на меня, мне не нравится со стенкой разговаривать, - дождавшись пока служанка вновь взглянет на нее, она продолжила, - Садись, познакомимся, - Йеджи указала рукой на стул перед собой. - Извините, я не могу, не позволено, и ещё очень много дел, - девушка начала пятиться назад. - Стража, - Йеджи окликнула двух людей, стоявших за ее дверью. Рюджин лишь испуганно сжала поднос в руках, бегая взглядом по комнате, и остановила его на глазах Йеджи. Когда дверь отворилась и в проходе появилось двое парней десница продолжила, - Оповестите, что я освобождаю сегодня эту девушку от всех данных ей поручений. Она нужна мне, - дверь закрылась и, переместив взгляд на лицо Рюджин, она вновь указала рукой на свободное место перед собой, - Не бойся так. И садись. Рюджин села и продолжила молча смотреть на собеседницу. - Я Хван Йеджи, десница короля, но это ты наверное знаешь. Для тебя все ещё "ваше высочество". А теперь я хочу узнать твое имя, - Она взяла одно блюдо с едой в руки и поставила его напротив девушки, - Ешь. - Спасибо большое, - Рюджин растерялась, так как несмотря на то, что была на этой должности всего несколько дней, уже знала, что никто так с прислугой не обращается, - Рюджин. Я Шин Рюджин, - только сейчас она почувствовала, что действительно была голодна. - Что ж Шин Рюджин, рада знакомству и приятного аппетита, - Йеджи, дождавшись, когда служанка начнет есть, продолжила трапезу, - Расскажи что-нибудь про себя. В этот день началась дружба девушек. Йеджи забрала Рюджин в свою прислугу и всегда завтракала с ней. Они разговаривали, больше узнавая друг друга. А потом, несмотря на запрет такой любви и негативное отношение короля к этому, девушки не смогли сдержать свои чувства в себе. Вскоре их дружба переросла в любовь и в отношения. Они действительно были счастливы друг с другом, но это счастье продлилось недолго. (Включите песню) Сейчас же девушки наслаждались объятиями под тусклым светом свеч, которые почти закончили свой жизненный путь. Они обе прижимались друг к другу с закрытыми глазами, вспоминая все счастливые моменты проведенные вместе, но чувство отчаяния поглотило их. Они старались забыть на эту короткую минуту все плохое в мире, но это казалось невозможным. Однако и это мгновение не могло длиться вечно. Йеджи оставила аккуратный поцелуй на щеке своей девушки и приблизившись к ее уху, еле слышно прошептала: "Ты готова?". В ответ послышалось согласное мычание. Одна рука Йеджи разорвала объятие и направилась в неизвестном Рюджин направлении. Они обе понимали, что должно было случиться, но надежда тусклым огнем ещё играла в их груди. Однако и она была вынуждена умереть, умереть также как.... Рюджин почувствовала что-то острое в области груди. Через секунду клинок пронзил ее тело, вонзившись в ее сердце. Кровь начала медленно стекать из нее. Все свечи потухли. Теперь в комнате царствовал мрак. Тишину нарушали лишь всхлипы Йеджи, которая хоть и была вынуждена это сделать, но не могла поверить, что смогла собственными руками убить свой свет, убить самое дорогое, что когда-либо было у нее, убить любовь всей своей жизни. Она прижала бездыханное тело к себе, рыдая навзрыд. Ее саму будто бы убили в это мгновение. Она не хотела думать, не хотела жить, не хотела ничего. Она плакала и извинилась, целовала и вновь извинилась, надеясь, что произойдет чудо. Но его не было. Она лишь продолжала плакать, не в силах отпустить тело. Ее разум затуманился и все, что когда-то ее волновало, перестало нести какую-либо ценность. Умерла ее любовь, вместе с этим умерла и она сама, и ее разум и вся ее жизнь. Приказ короля гласил, что нужно избавиться от служанки, которая посмела таким образом посягнуть на честь десницы. И было указано, что жизни ее должна лишить сама десница. Как бы они ни были близки, Йеджи не смогла ничего сделать и лишь взяла, клинок из его рук, которым и должна была выполнить приказ. Далее она бы жила как раньше. Но сейчас ей не нужна была больше эта жизнь, эта честь и власть. Ее не интересовало больше ничего. Она сжала пальцы вокруг рукояти клинка и с силой вытащила его из сердца своей возлюбленной. Кровь хлынула ручьём, но это не волновало ее. Через секунду этот же клинок вонзился в ее сердце. Таким образом умерла величайшая любовь, обречённая на гибель. У них не было другой судьбы, и эта история не могла закончится по-другому. Не могла Йеджи, лишив жизни свой свет, продолжить жить сама. Она выбрала умереть вместе с ней, надеясь обрести покой на небесах. Позже два бездыханных тела, лежащих в объятиях друг друга, было обнаружено в покоях под тусклым светом свечей. Языки пламени медленно танцевали, вырисовывая узоры тенями девушек. Кто знает, может они продолжили любить друг друга и быть вместе. Где-то далеко, но точно не здесь. Здесь им не суждено было быть счастливыми, здесь их любовь была запретной, здесь люди не могли принять их любовь.