Не его типаж

      Джисок находился в стране Лии, когда узнал, что Субин неожиданно вернулась домой спустя пять лет. На протяжении всего этого времени он раздумывал о том, что ей лучше сказать. Как извиниться? Как признаться в том, что, возможно, он видит в ней больше, чем просто подругу детства? Да, он встречался с Лией. Да, у них были свидания, близость, но это всё было не тем, что хотел Джисок. Эресби была хорошей девушкой, которую он, вероятно, полюбил бы по-настоящему, если бы не та маленькая девочка из детства, которая забрала его сердце. Лие он был благодарен, поэтому относился к ней с уважением и пониманием, чтобы не сделать больно.       Но сейчас Джисок понимал, что не может оставаться с ней рядом, когда в Корею вернулась Субин, поэтому, купив ближайшие билеты, он оставил девушку, ничего не сказав, и полетел домой, чтобы поговорить о своих чувствах с той, которая не выходила у него из головы.       Прилетев в Южную Корею и закинув свои вещи домой, он направился в Ассоциацию пробуждённых. Его тянуло именно туда, а не к ней, будто бы он какими-то неописуемыми силами понимал, что Субин находится с дедушкой, а не дома.       Джисок долго думал о своих словах, но сейчас, когда этот момент близко, он не знал, что сказать. Поэтому с пустой головой он добежал до кабинета председателя Ассоциации и, посмотрев в небольшой дверной проём, замер.       Он увидел девушку, её волосы доходили до поясницы. На ней было чёрное облегающее платье и невысокие каблуки. Она была не похожа на ту Субин, которую он помнил. Обычно она напоминала кактус, который ему никогда не нравился, но сейчас она выглядела иначе.       Он смотрел на неё, запоминая каждый сантиметр её тела, который был виден в проёме двери. Казалось, что время остановилось. Он не слышал, о чём она говорила со своим дедушкой, но, судя по её улыбке, это было чем-то хорошим. Он бы смотрел на неё вечно, если бы она не вышла из кабинета и не заметила его.       — Привет, Субин, — быстро начал он, чтобы не терять время впустую.       — Здравствуйте, Ю Джисок, — официально поприветствовала его она. — Вы что-то хотели от председателя?       — Нет, я хотел поговорить с т… — он запнулся. — С вами.       — Не думаю, что нам есть о чём разговаривать, поэтому я пойду. До свидания!       Она развернулась и не спеша пошла прочь, желая услышать то, что он скажет дальше, и посмотреть, пойдёт ли он за ней. Вот только Джисок стоял и смотрел на её уходящий силуэт.       — Встреться с Джиу и Уином. Они будут рады тебя видеть! — прокричал он, прежде чем она скрылась.       Он бы простоял так до завтра, смотря ей вслед. Ведь Джисок не ожидал, что Субин будет такой… Другой. Начиная с образа и заканчивая характером, девушка была не той девочкой из детства, которую он знал. Но вдруг что-то щёлкнуло в его сознании, и он сказал:       — Чёрт!       Джисок побежал за ней. Он надеялся, что успеет и встретит её на улице. Надеялся, что тогда она захочет выслушать его.       Выбежав из здания, парень увидел, как она села в неизвестную машину, поэтому сел в свою, которую припарковал прямо возле входа, и последовал за девушкой, чтобы понять, куда она направляется.       Они ехали не спеша, так как Сеул погряз в пробках, но для Джисока это было отличной возможностью, чтобы всё обдумать. Он понимал, что, скорее всего, Субин ещё держит на него обиду за те слова, что она не хочет его видеть, а тем более с ним разговаривать.       «Я должен что-то сделать, — подумал Джисок, не переставая следить за машиной. — Чуть позже Джиён уйдёт в отставку, а «Шинхва» будет под моим руководством, поэтому нужны хорошие отношения с Ассоциацией». — На мгновение парень задумался и понял, с каких слов он начнёт. — «Точно! Так и скажу: «Ассоциация и «Шинхва» должны иметь дружеские отношения ради будущего нашей страны, поэтому ты должна меня выслушать. Я не займу больше много времени».       Но что он будет говорить? Что те слова сказаны на эмоциях и что он так не считает? Скажет ей, что она очень похорошела за эти годы? Он не знал. На самом деле Джисок предполагал, что Субин просто скажет о том, что независимо от того, что она думает, у них будут хорошие отношения, поэтому им не о чем разговаривать.       — Чёрт, как же тяжело, — Джисок запустил руку в свои волосы, — ещё и солнце скоро будет садится…       Спустя два часа они подъехали к ресторану. Припарковав машину неподалёку, чтобы Субин его не заметила, Джисок аккуратно направился за ней, чтобы понять, зачем она приехала. Вот только зайдя в зал, он не увидел её ни на одном месте.       «Блять, она же точно шла сюда. Где же?» — присев за свободное место, Джисок просматривал меню, иногда отвлекаясь на людей, чтобы найти ту, за которой он приехал. Но Субин так и не появилась. Девушка будто провалилась под землю, когда зашла в здание. — «Ладно, хотя бы поем, а то с самолёта не пил даже». — Позвав официанта и сделав заказ, Джисок уткнулся в телефон. Там было много сообщений от Лии, пара от Джиён и кипел диалог в беседе с парнями.       Но тут что-то заставило его посмотреть на вход. Там стояли Субин и Иан Патрик, которые мило беседовали с хостесом. В этот момент Джисок почувствовал, как внутри него что-то разбилось. Почувствовал тяжесть в груди.       «Чёрт! Чёрт! Чёрт!» — кричал он про себя, переставая смотреть на пару, чтобы Субин его не заметила. — «Какого… Она встречается с Ианом Патриком? С этим… Этим…» — Джисок не мог подобрать правильных слов. Ведь на фоне его Иан Патрик, наверное, казался Субин хорошим человеком. А он был другом из прошлого, который испортил их отношения.       К этому моменту ему принесли блюдо, которое он заказал. Поблагодарив официанта, Джисок принялся есть. Однако кусок в горло не лез. Он чувствовал опустошение. Единственная надежда, которая была у него, в миг разрушилась. Разговор и извинения не имели никакого смысла. Субин давно простилась с ним. Забыла все их вместе проведённые годы. А он… Он всё помнил, не забывал. Те проведённые дни, перепалки и посиделки.       «Всё это в прошлом, — подумал он. — Пора идти».       Подозвав официанта, Джисок попросил счёт и, оплатив его, покинул ресторан, не оборачиваясь назад, чтобы хотя бы на долю секунды не посмотреть на Субин.       «Не нужно делать себе больнее», — заведя машину, сказал он про себя и уехал.