Повезет в любви

      Внезапная появившаяся фигура смутила влюбленных. Скарамучча стоял перед ними во всем своем мрачном величии, его глаза горели опасной искрой, а энергия вокруг него пульсировала грозной тенью, готовой в любой момент обрушиться на них. «Ха, такие испуганные, как котята».       Куникудзуси, чей дух всегда был как непробиваемая сталь, а вместо сердца — заброшенная пустыня, провел месяцы в тени, скрывая свой облик и намерения ото всех. Он был одержим одной единственной мыслью — местью. Его глаза, холодные и рассудительные, следили за каждым шагом Осэн, каждым взглядом, который она бросала на Беннета, каждым их теплым словом и смехом. Каждое их счастливое мгновение было для него как яд, который медленно отравлял его изнутри.       Он обладал властью над Анемо, которая превосходила дар Осэн в разы, делая его стихию вихрем, способным срывать крыши и обрушивать деревья. Однако, несмотря на свою мощь, он страдал от недостатка чего-то, чего не мог дать ему ни ветер, ни магия — любви. Его одиночество было глубоким и всепоглощающим, и он позволил этому чувству окрасить каждый свой день в темные оттенки безумия. Парень действительно сходил с ума, его одержимость удивляла даже соратников. Ночами он метался в своей постели, а днем бродил по лесу, пуская в ход свои силы, чтобы заставить природу трепетать перед его гневом.       Одержимый и обезумевший от своей несчастной страсти к Осэн и ненависти к Беннету, он вынашивал план. Мастерски скрывая свои намерения, оставаясь в тени, ожидал пока не наступит час его триумфа. Он знал, что его час придет, и он сделает все возможное, чтобы Беннет расплатился за свое счастье, которое он считал украденным у него, а красноволосая девушка примет его величие.       Едва блеск месяца отразился на катализаторе Скарамуччи, как воздух вокруг влюбленных наполнился острой дрожью опасности. Беннет и Осэн встали бок о бок, оборачиваясь лицом к предстоящей угрозе.       Скарамучча усмехнулся, когда его пальцы обвились вокруг воздуха, заметно дрожащего от его могущественной магии. Сквозь струящиеся по лицу капли пота, он внутренне готовился к атаке. Брюнет выставил вперед свои ладони, и заряженный воздух вокруг него внезапно стал бушевать, формируя мощные потоки ветра, которые неслись к паре словно десятки клинков.       Осэн, не теряя ни мгновения, ответила ему аналогичной стихией. Ощущая свою связь с ветром, она управляла его силой, опираясь на собственный невидимый барьер, противостоящий урагану ветра от Куникудзуси.       Беннет, сжав губы, протянул руку вперед, и в его кончиках пальцев пробудился огонь. Перед ним вспыхнула стена пламени — оберег, готовый сжечь любую угрозу. На мгновение, Скарамучча почувствовал страх — его сила могла быть неустойчивой против мощи огня.       Воздух и огонь сталкивались, искривляя пространство вокруг. Беннет и Осэн двигались синхронно, каждое их движение стало полным слаженности и взаимопонимания.       Но Скарамучча не отступил. Агрессивно атакуя, он вдруг исчез в вихре темной магии, и мгновенно появился рядом с Беннетом. С бурной скоростью он со всей силы ударил его ногой, и парень был отброшен на несколько метров в сторону, упав на землю, лицо было искажено болью. «Черт, вот тебе и с днем рождения». Беннет, быстро отреагировав, попытался создать защитный барьер из огня, но ветер Скарамуччи оказался мощнее. С ударом, который прозвучал как гром, Беннет был отброшен об дерево, и огненная стена исчезла. Злодей обрушил на лежащего в тени дерева парня вихрь клинков, изрядно изранив его, Осэн вскрикнула от ужаса и бросилась к возлюбленному, но брюнет воздвиг преграду ветра между ними.       — Как ты посмела?! Посмела выбрать его?! Он ведь жалкий, жалкий неудачник!       И словно воплощение ветра и ярости, с диким воплем бросился в атаку на девушку. Вихри, порожденные его магией, стремительно обрушились на поляну, вырывая корни деревьев и заставляя землю дрожать под напором невидимой силы. Она пронзительно посмотрела на его презрительную улыбку, голова работала лихорадочно, пытаясь найти выход. Глаза сурово светились, она не была готова отступить.       — Неудачник здесь только ты, — зло процедила Киодзури.       Хранительница Анемо, встала против врага, используя свою силу, чтобы укротить его порывы. Она создавала противоветра, но мощь его была настолько велика, что ей казалось, будто она лишь замедляет неизбежное. Все казалось потерянным, когда порывистые удары Скарамуччи начали преодолевать ее защиту.       Но в этот критический момент Беннет, собрав волю и остатки сил, поднялся. Его сердце билось, подпитываемое остатками сил. Он встал на колени утирая кровь с губ, упорно сопротивляясь оглушающей боли, которая разрывала его тело и посмотрел на Осэн. В их взглядах вспыхнуло понимание. Блондин закипел от ярости и решимости, с последней оставшейся в нем силой он протянул руку и призвал магию огня. Девушка регировала мгновенно, они соединили свои силы, и из единения стихий родился вихрь огня. Он был гораздо больше и опаснее, чем предыдущий, ураган клокотал, набирая в себя пламя, и деревья вокруг затрещали, будто от трепета. Беннет, как живое воплощение пламени, напитывал бурю огнем, а Осэн направила ее, используя свою магию ветра.       Огненный вихрь с воем поднялся над поляной, и в этот момент Скарамучча в мгновение понял, что он недооценил противников. «Как?!». Огонь, питаемый ветром, стал неуправляемым, и сбил Куникудзуси с ног. Языки пламени лизали его кожу, доставляя нестерпимую боль, ураган, который и не думал утихать бил его тело об вековые деревья, которые отзывались хрустом. Осэн остановила вихрь и враг стал падать с большой высоты, словно одинокий осиновый лист.       Пораженный и опустошенный, Скарамучча оказался на земле. Воздух вырвался из его груди, оставив лишь горький привкус поражения. Вокруг него все еще плясали последние языки пламени, а его одежда была изорвана порывами ветра, которого он когда-то считал своим союзником.       Куникудзуси с трудом поднял голову, глядя сквозь дым на Осэн. В его сердце бушевала буря — злость, унижение и неумирающая страсть к Осэн, которая теперь казалась ему еще более недостижимой. Он видел, как она подошла к нему, силуэт девушки вырисовывался на фоне рассеянного огня и дыма, и в этот момент его душа была полна противоречий.       — Скарамучча, — голос Осэн звучал твердо и без сомнений, — я сделала свой выбор. Мой выбор — это Беннет. Прошу, смирись.       Её слова, простые и окончательные, были как ледяной дождь на его уже истерзанное нутро. Он посмотрел на нее, и в его взгляде сквозили боль и непонимание. Как могла она так легко отвергать его, не видя его страдания, его одиночества?       В этот момент Скарамучча понял, что его мечты о власти над ветром и мести были напрасны. Любовь, которую он чувствовал к Осэн, была лишь фантомом, который он сам создал, и теперь ему предстояло лицом к лицу столкнуться с реальностью своего одиночества. Сила, которую он так ценил, обернулась против него, а его жажда мести была бессильна перед лицом их любви.       — Я… Я понимаю, — послышался его хрип.       Он отвернулся, не желая, чтобы девушка видела его слезы, которые смешивались с пеплом и пылью поляны. Скарамучча знал, что битва закончена, не только сражение магии и стихий, но и борьба за ее сердце.       Она посмотрела на него со своей непоколебимой твердостью, которая так искренне противоречила его собственной, и, взяв за руку Беннета, скрылась за дымом поля битвы.