Повезет в любви

      На цветущей аллее парка, где воздух пропитан ароматами весны, молодой человек сидел на скамье, склонив голову в широкополой шляпе, словно погружаясь в самого себя. Его внутренний мир наполнен лишь одним образом — образом девушки, чьи черты лица остались запечатленными в его памяти. Он не знал ее имени, но каждый контур ее фигуры, каждое движение, вызывало у него безудержное волнение.       Прошло уже пару недель, казалось бы, чувства должны были пройти, но его мысли заняты были лишь одним — образом той девушки, чья фигура столь прелестно сидела в театре и увлеченно наблюдала за спектаклем тогда. В его воображении она была красотой безупречной, волосы ее легко колыхались на ветру, создавая ауру загадочности и недосягаемости. Если бы у него было сердце — оно бы сжималось от беспомощного переживания. Он понимал, что она — всего лишь незнакомка, но его взгляд заливала внутренняя печаль, неведомая ему самому.       Его лоб утыкался в сцепленные в замок пальцы, он словно слышал ее смех. Нет, он слышал ее смех! Куникудзуси поднял голову и, черт возьми, прямо посреди парка он увидел ее. И, черт возьми, снова не одну. Ее смех разносился по воздуху, искренний и живой, но в тот момент он почувствовал, как его что-то внутри него стянулось и стало неприятно и тяжело в груди. «Я сломался?».       Он скользил взглядом по ее изящной фигуре, впитывая каждую деталь из ее облика, стремясь понять, что делает его таким безутешным. И в это мгновение он понял, что это не только фантазия — его душа вобрала в себя эту моментальную привязанность к ней, несмотря на всю безысходность ситуации. «Это и значит иметь сердце? Это неприятно».       В тот вечер, поле театра, понуро шагая по дороге домой, Скарамучча представлял себе каждую возможность, каждую стратегию, которая могла бы помочь ему завоевать сердце этой загадочной девушки и отобрать ее у этого парня, который прилип к ней, как пиявка. В глубине его разгоралось упорство и решимость исправить эту несправедливость, пусть их встреча была случайной, пусть она и не знает, кто он.       Планы и идеи мелькали в его уме, он рассматривал каждый свой шаг, каждое слово, которое могло бы донести до нее искренность его чувств. Он переживал воображаемые разговоры, буквально видел ее улыбку, отражающую радость и восторг от его появления.       С каждым шагом к своему дому решимость в его глазах усиливалась, он сжимал кулаки, будто готовый сразиться с самой судьбой ради той, кто стала его вдохновением. Его сердце горело огнем страсти, желание покорить этот мир ради любви заполняло его до предела.       Сейчас же, спустя время, он утомился от внутренней борьбы и был явно не готов к этой встрече. Но этот смех, горящие глаза девушки, легкая походка, будто все в ней взывало к его естесству. Он уже и забыл о привычной ненависти к окружающему миру, забыл какие люди мерзкие, забыл и о своих обязанностях. В нем закипало новое чувство, смесь страсти и ярости и оно сладко растекалось по телу. Куникудзуси наблюдал издалека, как парочка мило прогуливается и рассматривает изваянные статуи. И вот, светловолосый парень, коснулся ее руки и, что-то сказав, скрылся за холмом. Девушка не последовала за ним, а осталась на месте. «А вот и мой шанс».       Брюнет, с горящими глазами рокового восхищения, медленно вышел из тени и стал приближаться к девушке, чье внимание принадлежало ныне другому, но он был нацелен это исправить.       — Простите… Простите мое вторжение, но не могли бы Вы мне помочь? — изобразив легкую неуверенность в голосе спросил он, подойдя к Осэн, которая разглядывала статую Звездочета прошлых веков.       С удивлением она подняла глаза, встретив его твердый и доверчивый взгляд. «Я уже видела его».       — Конечно, с удовольствием помогу Вам. В чем дело? — быстро отвечала она, улыбаясь на автомате.       — Не могли бы Вы составить мне компанию? Я здесь почти ничего не знаю, — Скарамучча перешел на хриплый полушепот приблизившись к девушке. — Редко можно встретить кого-то столь привлекательного, как Вы, и я невероятно рад, что сегодня наш путь пересекся и был бы еще более счастлив, если бы Вы согласились.       Осэн оторопела и сделала шаг назад. Парень был невероятно красив, спору нет, но одновременно что-то в нем ее пугало, мурашки побежали по ее белоснежной коже.       В тенистом склоне парка Беннет стоял, держа в руках свежесобранный букет полевых цветов и наблюдал за неожиданной встречей незнакомца и Осэн. Его сердце сжалось в холодном жесте предчувствия, когда его взгляд скользнул по движениям незнакомца и любопытной улыбке девушки. Он ощутил, как горе и зависть вестниками проносятся сквозь его внутренний мир, где ожесточенная борьба разума и страсти разгоралась яростнее, чем когда-либо. «Снова не повезло, — заскрипел он зубами, — я когда нибудь смогу заслужить счастье?!»       Поднявшись из тени, он медленно приблизился к ним, словно мрачное грозовое облако, надвигающееся среди золотистых лучей солнца.       — Осэн, это тебе, — зазвучал его голос, от которого веяло холодом, но он предназначался не ей. Он протянул девушке букет. «Осэн…» — Скарамучча впечатал в своем сознании это имя.       Киодзури обернулась и просияв в улыбке приняла подарок:       — Как мило, Беннет! Спасибо!       Беннет невозмутимо улыбнулся ей в ответ, затем взгляд его скользнул к брюнету и, словно огонь ненависти, вспыхнул в его глазах. «Ну уж нет».       — И кто это? — спросил он резко.       — Друзья меня зовут Скарамучча. Рад знакомству. Мы случайно встретились с Осэн и я не мог упустить шанс пообщаться с такой прекрасной леди, — ответил парень в широкополой шляпе, его губ касалась ухмылка, а глаза лукаво блестели.       Воздух вокруг троих, казалось, искрился от переизбытка напряжения, казалось, вот-вот и произойдет взрыв. Осэн, погруженная в эту неожиданную игру страстей, сначала ощутила, как тепло и спокойствие расплывается в ее груди, словно мягкий шелк, когда Беннет вновь оказался рядом. А затем все быстро сменилось неведомыми тревожными мыслями, сжимающими ее сердце в тисках неопределенности, когда она услышала его тон. В ее глазах мелькнуло удивление и немного страха, когда она заметила два взгляда — один, ласковый и чарующий, другой — холодный и подозрительный, пронзающий ее душу стрелой недоумения. Загадка заключалась в том, что ласковый взгляд принадлежал не Беннету, и это осознание выбило почву из-под ее ног.       Девушка почувствовала, как тонкая дрожь пробежала по телу, она хотела очутиться как можно дальше от этого места, она хотела вернуть своего Бенни. «Что здесь происходит?»       Беннет ощущал, как каждое слово этого Скарамуччи рассекает воздух, как стрелы, достигая цели, которая для него стала скрытой мечтой. В его сердце пылал огонь гнева и сквозь эту мглу он видел лишь одно — Осэн, далеко-далеко, преданную в руках этого ядовитого брюнета. «Это моя Осэн».       Шагнув вперед, блондин произнес с горькой усмешкой:       — Осэн, нам пора, — его голос звучал как предупреждение, как тень, предвестие бури.       Девушка, ощутив напряжение в воздухе, взглянула на него, в ее глазах мелькнуло смятение и смущение.       — Что случилось? — спросила она, стараясь скрыть чувства в голосе.       Не давая никаких объяснений, Беннет протянул руку, словно предлагая ей спасение.       — Мы уходим, сейчас же, — его тон не терпел возражений, такого она еще не слышала из его уст.       Скарамучча, стоявший в стороне, чувствовал, как его нутро сжимается от отчаяния.       — Подождите… Я… Я только хотел поговорить с тобой… — прошептал он, словно последний шанс ускользал из его рук.       В тот момент, когда он видел, как Осэн уходит в далекую тень рядом с этим чертовым Беннетом, в его душе разразился шторм негодования. В его глазах мелькнули ослепительные молнии чувств — от обиды и гнева до отчаяния и решимости. Его мысли кружились, словно стремительные вихри, пронизанные жаждой мести и отчаяньем.       «Как смели они обойти меня стороной, как он мог унести от меня ее сердце, когда я был так искренен!» — раздирали его мысли, огонь разгорался в его груди. Он так и не понял, что выглядел совсем неискренне и скорее напугал девушку своей напористостью. Он не понимал, что сделал не так, его привычное притворство и было для него искренностью, ведь он переходил в другой режим, становился другим, становился хорошим.       В этот тревожный момент гнев стал его компаньоном, а жажда мести — неотъемлемой частью его сущности. Он почувствовал, как злоба растеклась внутри него, словно расплавленное железо, готовое обжечь все на своем пути. Его решимость донести свою боль и горечь до сердец виновников, накаленная жаждой возмездия, сделала его оружием, готовым разразиться молнией мести.       В вихре эмоций и волнений Куникудзуси разгневанно обращался к самому себе, ощущая, как горе и обозленность затягивали его в бездонную пропасть собственных мыслей. «Какая жалость, какое презрение к самому себе за это неистребимое влечение к ней, за эту немыслимую неспособность выбросить ее из своего ума!» — злобно шептал он, словно магнетически притянутый к девушке.       В его душе бушевало беспокойство и разочарование, бурлящие, словно гремучий поток шумной реки, за которым парень не мог услышать голос разума.       «Почему мои эмоции не слушают разума, почему она так прочно засела в моей голове?!» — в угрюмом состоянии проклинал он самого себя, ибо беспомощность и слабость перед этой непомерной привязанностью разъедали его сущность с каждым мгновением.       В итоге, Скарамучча, обвиняя себя в слабости и беззащитности перед пленительной привлекательностью Осэн, внушил себе, что волшебство исцеления от этой навязчивой страсти не было под силу даже самому решительному и сильному воину, как он сам. «Значит так и должно быть. Значит это судьба. Она будет моей».       Таким образом, брюнет, стоявший в расстроенных чувствах в тишине парка, пропитанный злобными мыслями и жгучей алчностью, принял решение — сегодня он их отпустит, но придет время и он вернет свое торжество.       В то время как он вникал в собственные мысли и порицания, в ином уголке парка, вдали от стремительных наитий его несуществующего разбитого сердца, Беннет и Осэн быстро направлялись в сторону города. Он крепко держал ее за руку и стремительно шел вперед, девушка едва поспевала.       Оказавшись среди стен высоких домов, которые словно окружили их, они замедлились. Она чувствовала в уголках своей души таинственное трепетание чего-то важного и неожиданного.       — Бенни, что случилось? Почему ты такой печальный? — вопросила она, взглядом сурово проникая в его душу, словно ключом к тайнам его сердца. Так назвала она его впервые, хоть и тон ее был серьезный, это выдало ее нежную обеспокоенность.       Беннет медленно остановился, взгляд его насыщенный жаждой искренности и тепла, встретил ее глаза.       — Осэн, я должен признаться… Я больше не могу считать тебя своим другом, — его взгляд опустился.       — Что? Что ты такое говоришь? — Киодзури недоумевала, ведь все было хорошо, ровно до момента появления этого незнакомца. Они общались пару недель, а подряд виделись уже несколько дней. И каждая эта встреча окутывала ее теплом и самыми светлыми чувствами, ей и в голову не могло прийти, что Беннет не чувствует того же.       Окруженный атмосферой нерешенных страхов и тревог, он стоял не решаясь взглянуть на девушку. Его душа была расколота страхом потерять ее из-за тени соперника. Если бы только она знала, могла понять его внутреннюю борьбу и страх перед неизбежной пустотой, если она уйдет от него. «Не хочу… Не уходи!». Он был таким резким, облившись горечью и решимостью, словно пытаясь удержать и заключить в свои объятия этот мимолетный миг счастья, пока еще ничего не испорчено.       — Я… — он шептал тихо, словно молитву перед величием чувства, — я влюблен в тебя.       Киодзури, словно околдованная, стояла неподвижно, будто цветок, отчаянно стремящийся к свету. Она почувствовала, как пламя разжигается в ее груди, обжигая сердце.       — Беннет… — прошептала она, нежно и трепетно, протягивая к нему руки. Но он не видел этого, его взгляд был направлен в сторону и он не решался его поднять.       — Я все пойму. Я неудачник, мне постоянно не везет, ты сама это видела сколько раз! Никто не хочет со мной связываться. Мне не может повезти на взаимность, — парень так сильно сжал кулаки, что костяшки пальцев побелели. — Я боюсь тебя потерять.       В душе Беннета раскатами грома гремела неуверенность перед угрозой, что его сердце, наполненное любовью, может быть вырвано из объятий их встреч. Этот страх, который еще полчаса назад, прокладывал дорогу его решимости увести девушку от Скарамуччи и сделал его резким в словах и движениях. Как будто он пытался защитить свои чувства стальной стеной от возможной угрозы соперника, но сейчас страх обратился против него. Решимость начала рассыпаться под тяжестью неведомого, неверного ответа, который мог обратить его жизнь в пепел. Сердце его билось с бешеной силой, щеки раскраснелись, глаза предательски заблестели и страх перед возможным отвержением окутывал его разум темной вуалью неопределенности.       Каждая миллисекунда молчания отражалась в его душе, словно отзвук таинственного решения мира. Ранее твердые планы и надежды начали расплываться, словно безупречный рисунок, который по краям расплескивался в потерях начертанного смысла. Любовь, словно нитка, прочно удерживающая его жизнь перед падением на дно, начала растягиваться в натянутом ожидании.       «Ты неправ!» Осэн сделала шаг навстречу и взяла его лицо в свои ладони, мягко повернула к себе и заглянула в изумрудные глаза. И тут, словно таинственное заклинание любви, их губы соединились в поцелуе. Он был краткий и неловкий, призванный скорее отвлечь парня от плохих мыслей, туманивших его разум. Девушка отстранилась, но не отпускала его лица из своих рук, выжидая реакцию.       Воздух наполнился напряженным ожиданием, Беннет и Осэн замерли и смолкли, словно часы самого времени остановились, предвкушая момент, который стал знаковым для каждого из них. Их сердца бились в унисон, страстно коснувшиеся чистоты первой любви. Они смотрели друг другу в глаза, каждый утопая во влюбленном взгляде другого.       Внезапно, нарушив бездействие, Беннет, явно не верящий в чудо взаимности, резко притянул к себе девушку за талию и впился в ее мягкие губы. Осэн не ожидавшая такой пылкой реакции сначала широко распахнула глаза от удивления, но уже через мгновение ответила на поцелуй, прикрыв веки. На мгновение остановилась пульсация всего сущего, пока их губы медленно сошлись в объятии нежности и страсти.       Киодзури, которая с самой их встречи ожидала этого момента, почувствовала, как каждая ее клетка наполнилась радостью и преисполненностью, когда страсть и любовь, таившиеся в ее сердце, наконец, нашли свое отражение в этом поцелуе. Этот миг стал для нее сладким исполнением затаенных мечтаний, словно она плавала в океане надежды и желания, и, наконец, всплыла на поверхность.       Вихрем страсти и неотступной влекущей силы, Беннет, переполненный чувством любви, медленно прижимал ее к стене дома, их тела словно стали одним, неразделимыми в этом танце страсти и влечения. Его разум пьянел от ответного поцелуя, он почти не отдавал себе отчет. Их взгляды из-под полуприкрытых ресниц сливались, их дыхание стало единым ритмом, наполненным ароматом их настоящей страсти, а их губы сладко и горячо сминались в поцелуе.       Беннет чувствовал, как сердце его бьется сильнее, словно пыталось выпрыгнуть из груди. Его губы, исполненные страсти, ласкали ее губы, словно нежный цветок. Его касание настолько легкое, но одновременно столь властное, что заставляло ее потерять голову и погрузиться в мир беззаботного влечения.       Осэн, ослепленная появлением новых чувств, погружалась в этот вихрь страсти и сладостного искушения. Ее сердце билось все быстрее, дыхание участилось, ее тело трепетало под прикосновениями Беннета, как первый цветок, раскрывающийся под первыми звездами ночного неба.       В мгновение, когда страсть и влечение начали захватывать Беннета с головой, он взяв себя в руки, понял, что нужно немного остыть, не переходить границы дозволенного. Сознание прозвучало в его чувствах как тихий, но неотвратимый зов разума, напоминая о важности уважения и нежности в этом моменте.       В самый горячий момент их поцелуя парень нежно, но решительно прервал их влечение. Он понял, что хрупкость и нежность их чувств нужно беречь и уважать. В момент прерывания поцелуя невольно пришла внутренняя тревога. Его разум напомнил не поспешить и не нарушить нежный момент, который только начинал раскрываться перед ним. В его глазах промелькнула решимость защитить ее нежность и сохранить этот момент в памяти как символ начала чего-то большего и драгоценного. Он мягко отстранился от девушки и глядя в ее блестящие глаза ласково улыбнулся.       Осэн, слегка ошарашенная прерыванием поцелуя, почувствовала облегчение. Ее мысли туманились эмоциями, волнением и чарами этого момента, щеки пылали, а дыхание сбилось. Но она ощутила умилительный восторг, что Беннет уважая их обоих, не позволил страсти захлестнуть их полностью. Ее сердце наполняло внутренний мир нежностью и глубоким уважением к этому парнишке, который проявил такую заботу в этот момент.       — Это было волшебно… Ты — волшебна, — констатировал парень с улыбкой взяв ее за руку.       — И я тебя люблю, Бенни, — улыбнулась в ответ Осэн.