Because I Got High.

Нил не употребляет наркотики. Во-первых, он проходит тестирование на наркотики по крайней мере раз в семестр. Он может только представить возмущение Кевина, если у него что-нибудь окажется положительным. Во-вторых, он всю свою жизнь провёл в состоянии такой повышенной готовности, что вещества, изменяющие сознание, мало привлекательны. Он лучше относится к алкоголю. Быть навеселе приятно, но переходить через край в пьяного по-прежнему немного пугает его. Он вообще не пьёт, если Эндрю нет рядом. Слишком сложно не потерять бдительность. Он ничего этого не говорит. Эндрю не дает ему шанса. Они уезжают на следующее утро после финала. Загружают сумки в машину Эндрю и едут туда, куда он хочет их отвезти. Они пересекают границу с Колорадо, и Эндрю сворачивает на съезд, ведущий в первый город за границей штата. Первые признаки необходимости в аптеках начали появляться много миль назад, поэтому Нил сразу понял, где они находятся, как только Эндрю загнал мазерати на парковку и заглушил двигатель. Он выходит из машины прежде, чем Нил успевает что-либо сказать, поэтому он просто вылезает и следует за Эндрю внутрь. Запах переполняет его, как только они переступают порог. Воздух насыщен острым, терпким ароматом, который заставляет Нила морщить нос. Эндрю, кажется, этого не замечает. Они показывают скучающему чуваку у внутренней двери свои удостоверения личности, и их пропускают. С другой стороны аромат почему-то ещё тяжелее. Внутри здание выглядит как обычная пекарня, так что Нил может понять, почему Эндрю выбрал именно его. Перед магазином выставлены стеклянные витрины с печеньем, брауни и кексами. Одна стена похожа на кондитерскую, с полками, заставленными упакованными шоколадными батончиками, мармеладами и множеством красочных вещей, которые Нил не может сразу распознать. То, что дает понять, что это не обычная пекарня, - это другая стена, разделенная на три секции. Одна из секций полна огромных стеклянных банок с горками марихуаны и подписана такими названиями, как Печенье девочек-скаутов и Черничный куш. Две другие секции заполнены картриджами для вейпа и предварительно свернутыми кусками. К тому времени, как Нил заканчивает рассматривать всё это, Эндрю подходит к стене с конфетами и, похоже, выбирает два разных вида шоколада. Нил встает у него за плечом. -Итак,говорит он.-Мы теперь употребляем наркотики? -Это травка, - сухо говорит Эндрю.-Я не отказываюсь от героина. Он смотрит на Нила, который знает, что на его лице написано беспокойство, и вздыхает.-Это исчезнет из наших тел до начала тренировки. Нил знает, что может сказать нет, и Эндрю будет всё равно. Он купит то, что хочет, и они поедут в отель, и Нил будет смотреть, как Эндрю накуривается, и, вероятно, будет забавляться. Но даже когда он думает об этом, он знает, что это не то, что он хочет делать. Он больше не убегает. Никто не пытается его убить. Если он хочет накуриться со своим парнем, он может это сделать, и никому, кроме Кевина, не будет до этого дела. -Хорошо, - говорит он.-Я в деле. -Хорошо, - говорит Эндрю и поворачивается, чтобы направиться прямиком к витрине с кексами. -Есть что-нибудь несладкое?- Спрашивает Нил, следуя за Эндрю к витринам с выпечкой в передней части зала.эндрю стреляет в него привычным идиотом выглядеть, поэтому Нил угадает ответ-нет. -Ты мог бы попробовать курить вместо поиска съестных припасов, - говорит Нелл девушка с фиолетовыми волосами за прилавком. Она напоминает ему Рене.-Это другой вид кайфа, но в нём нет сладостей. Нил оставляет Эндрю созерцать печенье и брауни и следует за девушкой к дальней стене. Она выбирает пару косяков и протягивает их ему. -Попробуй это, - говорит она. -Они очень сочные, и, похоже, тебе это не помешало бы. С другого конца магазина Нил слышит, как Эндрю безуспешно пытается скрыть смех кашлем. -Звучит здорово, - говорит он девушке.

----

Они находят отель в нескольких милях от аптеки. Он не шикарный, но рабочий и чистый. Первое, что делает Эндрю, - отключает пожарную сигнализацию. Второе, что он делает, это протягивает Нилу косяк и зажигалку. Два часа спустя Нил не помнит, почему он вообще сомневался в идее Эндрю. Он чувствует себя потрясающе. Ему кажется, что если он закроет глаза и сосредоточится, то сможет просто уплыть на облаке дыма. Во время первых нескольких затяжек у него был короткий приступ кашля и немалый страх подавиться. Но он научился вдыхать густой дым, задерживать его в себе и выдыхать, не чувствуя неминуемой смерти. Эндрю, со своей стороны, съел половину печенья и наблюдал, как страдает Нил. Но теперь все это прошло, и Нил чувствует себя, возможно, лучше, чем когда-либо. Он понимает, почему люди так поступают. Это не похоже на алкоголь. Это что-то настолько совершенно другое, что он не уверен, что сможет это объяснить. Или, может быть, он слишком под кайфом, чтобы объяснить это. -Я думаю, - говорит он. Говоря осторожно.-Что я под кайфом. Эндрю смеётся рядом с ним, тихо и тепло, и Нил внезапно остро осознает, что они прижаты друг к другу бёдрами и плечами, растянувшись на огромной кровати. Всё, что нужно, - это тепло тела Эндрю, звук его голоса и желание Нила. Он делает паузу, вдыхает и поднимается. Это требует больше усилий, чем ему хотелось бы, но ему удается перекинуть ногу через талию Эндрю, оседлать его и устроиться в знакомой колыбели бёдер Эндрю. Возможно, со стороны это не самый сексуальный манёвр, но он достигает цели, и это всё, о чем заботится Нил. -Да?- Брови Эндрю вопросительно приподнимаются. В ответ Нил сводит их бёдра вместе, позволяя Эндрю почувствовать, насколько он уже твёрд. Ещё до того, как Эндрю прикоснулся к нему. Это, по-видимому, достаточно проясняет ситуацию, потому что руки Эндрю опускаются на бёдра Нила и скользят вверх, большими пальцами обводя внутренний шов джинсов Нила. Это дразнит, и Нил не может с этим справиться. -Эндрю, - говорит он и наклоняется вперёд, опуская руки на матрас, чтобы прижаться губами к губам. Эндрю реагирует мгновенно, облизывая рот Нила, как будто ему это нужно так же сильно, как и Нилу, и Нил стонет. Они целуются, кажется, часами, пока Нил не перестает думать ни о чем, кроме тепла губ Эндрю и легкого покалывания от его щетины. Ему кажется, что он мог бы забраться в шкуру Эндрю и жить там вечно, счастливый и в безопасности. Эндрю прикусывает нижнюю губу Нила и отстраняется. У Нила даже нет возможности возразить, потому что рот Эндрю возвращается, на этот раз целуя линию шеи Нила. Когда он добирается до ключицы Нила, Нил понимает, что его рубашки нет, как и рубашки Эндрю. Он не помнит, как это произошло, но и не возражает. Особенно когда Эндрю не останавливается. Нил кладет руки на Эндрю, на открытые участки его груди и плеч. Пульсация мышц под гладкой кожей дразнящая. Его руки блуждают по рёбрам Эндрю, по бёдрам, под поясом его невероятно обтягивающих чёрных джинсов. Эндрю, должно быть, доволен отметиной, которую он оставил на коже Нила, потому что он вырывается, крепко обнимает Нила за спину и переворачивает их. Это одно плавное движение, которое заканчивается тем, что Нил оказывается на спине. Всё это настолько охуенно, что всё, что может делать Нил, это смотреть на Эндрю, на золото его глаз и припухшие от поцелуев губы. -Ты такой красивый, - говорит он Эндрю. Лампа в углу излучает мягкий свет, превращая волосы Эндрю в мерцающий ореол. Нил протягивает руку и проводит по нему пальцами, позволяя прядям обвиться вокруг его пальцев. -Так вот какой ты под кайфом, - говорит Эндрю. В уголке его рта появляется нежная усмешка. Нил поднимается и целует её. Эндрю прикрывает рот, веселье уступает место желанию, когда он вдавливает Нила в матрас. Нил погружается в это, в прикосновения горячей кожи Эндрю, скольжение языка Эндрю по его собственному, движение их бёдер, когда они находят ритм. -Трахни меня, - бормочет он в рот Эндрю.-Это будет так приятно. -Терпение, - говорит Эндрю. Он снова целует шею Нила, его плечо, тёмную родинку на его бицепсе. Нилу кажется, что он видит горячий след который тянется за губами Эндрю, переливающийся на его коже. Пальцы Эндрю тянут за джинсы Нила, он приподнимает бёдра и чувствует, как они соскальзывают вниз. Он рассеянно наблюдает, как Эндрю раздевает его, а затем и себя. Внезапно ему в голову приходит мысль, он встаёт с кровати, встаёт на колени и ползёт к Эндрю. Это не изящно, но это приводит его туда, где он хочет быть. Когда он протягивает руку – обхватывает бедро Эндрю и тянет – Эндрю подходит к нему. Нил поджимает колени под себя и поднимает голову, встречается взглядом с Эндрю. Эндрю прикладывает ладонь к щеке и кивает. Почти незаметно приподнимает подбородок. Это всё, что нужно Нилу. Он наклоняется вперёд, целует Эндрю в бедро, утыкается носом в основание его толстого члена, так сильно, что он прижимается к животу Эндрю. Травка придаёт ему смелости. Как будто он может всё. Его рвотный рефлекс не существует в таком состоянии. Шум, который издает Эндрю, когда Нил берет его в рот и заглатывает, как будто это пустяк. Это навсегда запечатлеется в мозгу Нила. Пальцы Эндрю обхватывают его шею сзади, не толкая, а удерживая. Прижимая их обоих к влажному, грязному движению рта Нила. Он теряет себя во всëм этом, во вкусе Эндрю на своём языке, в звуках, которые Эндрю не может сдержать, в ритме этого. Эндрю внезапно отстраняется, и Нил скулит, поднимаясь на колени, чтобы догнать его. Вместо этого он получает рот Эндрю, и руки Эндрю подталкивают его подняться.-Перевернись, - бормочет он. Нил подчиняется, хотя, вероятно, это скорее шлёпанье, чем перекатывание. Его конечности кажутся невесомыми и не совсем ему подвластными. Кровать поскрипывает, когда Эндрю слезает и снова ложится, затем Нил слышит щелчок открывающейся крышки. Эндрю говорит: -Готов? Нил даже не может дождаться, пока закончит говорить, чтобы выдохнуть да. Грубое вторжение скользких пальцев Эндрю подобно вспышке. Нил выгибается навстречу, бесстыдный. Нуждающийся. Он утыкается лицом в подушку, закрывает глаза. Катается на разбивающихся волнах, пока Эндрю растягивает его. Это хорошо. Это так хорошо. Но этого недостаточно. Он в отчаянии толкается сильнее. Эндрю понимает намёк. Он высвобождает пальцы последним движением, от которого у Нила перехватывает дыхание. Нил переворачивается, когда вес Эндрю смещается, подтягивает колени к груди. Его собственный член откидывается на пресс, тяжелый и пульсирующий. Он слышит хлюпанье смазки и влажные звуки фистинга Эндрю. Затем его рука оказывается на груди Нила, удерживая его, и Эндрю наконец, наконец, вводит свой член в нутро Нила, пока не достигает конца, и Нил не чувствует себя настолько заполненым что не может дышать. Секундой позже появляется Эндрю, накинувшись на Нила, заполняя его поле зрения. Нил чувствует, как его легкие расширяются, когда Эндрю целует его, издавая звуки в губы Нила, которые больше никто никогда не услышит. Когда Эндрю отрывается, для того, чтобы дотянуться до оставшегося косяка Нила на тумбочке. Он протягивает Нилу зажигалку и выжидающе приподнимает бровь. Нил послушно чиркает зажигалкой и держит её, пока Эндрю прикуривает косяк от пламени. Он бросает еë на кровать, когда Эндрю заканчивает, и смотрит, как Эндрю делает долгую глубокую затяжку. Он прижимается бёдрами к бёдрам Нила. Нервы Нила воспламеняются, когда он выдыхает дым в воздух над ними. Эндрю делает ещё одну затяжку от косяка и гасит его. Он снова наклоняется вперед, прижимается ртом ко рту Нила и выдыхает, пуская облако дыма в легкие Нила. Нил впитывает это, берет всё, что ему даёт Эндрю. Как только Эндрю выдыхает дым, он сильнее двигает бёдрами вперёд, загоняя себя глубже. Он целует Нила в губы, облизывает линию подбородка и стонет в изгиб шеи Нила. Нил цепляется за Эндрю, крепко обхватывает обеими руками бицепсы Эндрю и не отпускает. Движение члена Эндрю невероятно приятно. Каким-то образом всë выходит ещё лучше, когда Эндрю переносит свой вес на одну руку, а другой обхватывает член Нила. Дрочит ему в такт шлепкам их кожи по коже, пока Эндрю трахает его. Нил слышит, как он практически повторяет имя Эндрю, всё более отчаиваясь по мере того, как Эндрю подталкивает его ближе к пропасти. Эндрю прижимает их лбы друг к другу, задыхаясь в промежутке между ними. Он покраснел. Его зрачки расширились. Нил знает, что он под кайфом, но он не думает, что Эндрю когда-либо выглядел лучше, чем сейчас. Оргазм обрушивается на него, как товарняк, издавая грубый, надломленный звук из глубины груди, когда он растекается по пальцам Эндрю. Эндрю не останавливается. Он трахает Нила до тех пор, пока глаза Нила не закатываются, и он не царапает руки и плечи Эндрю, ошеломленный и перевозбужденный. Бёдра Эндрю подрагивают, теряя время для толчков, пока Нил распадается на части. Он вырывается и со сдавленным стоном падает на живот Нила. Они остаются так на долгое время, до того момента как их дыхание не выравнивается. Затем Эндрю целует Нила в губы и, встав с кровати, исчезает в ванной. Нил опускает ноги на кровать и вытягивается, ощущая прохладную ткань одеяла на своей разгоряченной коже. Он чувствует себя так, словно его подожгли и потушили. Его глаза закрываются, когда Эндрю возвращается с полотенцем. Он вытирает их обоих, затем запугивает Нила, пока тот не отодвинется достаточно, чтобы Эндрю смог укрыть их обоих одеялами. Он сворачивается вокруг Нила и бормочет: -Как ты сейчас относишься к наркотикам? Нил снова тает в нём, чувствуя, как размягченный воск повторяет изгибы тела Эндрю.-Они мне нравятся, - говорит он сонно и невнятно.-Завтра мы выкурим больше. Они в Колорадо на целую неделю, и если так все и будет, Нил не понимает, почему они не могут остаться на две.