Мы не можем пожениться

— Силенок каких? — альфа усмехнулся, оставляя на лице какую-то вызывающую ухмылку. — Хватит на троих таких как ты маленьких омежек.       У Бэкхёна от его слов был готов случиться приступ тошноты или бешенства, он ещё не решил, однако он знал, что тот говорит это, просто чтобы побесить и только.       Их ладони начали потеть, но они продолжали держаться за руки, поджидая момента, когда начнут «сражение». — Мало говори, заморыш, будь таких как я здесь трое, ты бы бился в конвульсиях от того, что и без того твой низкий айкью, сравнялся бы с землёй. — ехидно ответил Бён, чувствуя, как рука начинает выскальзывать, из-за чего Пак сжал посильнее. — Тогда начнем? — альфа перехватился. — Посмотрим, поможет ли тебе айкью, чтобы уложить мою руку на ту сторону стола.       Они смотрели друг другу в глаза, ждали, пока кто-то сделает это первым. — Ты только глянь какая огромная сова! — выпалил омега, округляя глаза и показывая пальцем другой руки, куда-то за спину Чанеля. — Чего?       Альфа оглянулся теряя бдительность, и в этот самый момент Бэкхён быстро и без всякого усилия уложил его руку. — Ха! Используй мозг, Пак! — радостно пропел он. — Йа! Это нечестно! Ты специально? — Чанель тут же возмутился. — Ты жулик!       Бён сел, кладя ногу на ногу и поиграл бровями. — Что ж, видишь в чем разница физической силы и силы интеллекта? Я победил тебя, не прилагая усилий! — гордо вздернув головой, омега щёлкнул пальцами. — Давай ещё разок и без всяких этих твоих игр! Это было нечестно! — Честно честно, потому что правил никаких не было установлено. Ты сам хотел проверить уложу ли я твою руку на другую сторону стола, верно?       Альфа пыхтел от злости и стукнул кулаком по столу, а потом отвернулся, дуясь, как пятилетка. Бэкхёна забавляло, как он смешно раздувает ноздри, когда злиться, но находил в его разгневанном виде что-то такое, что вызывало щекочущее чувство внутри. «Интересно, если его разозлить, когда…» — Ну ты и жопа с ручкой! — перебивая мысли Бэкхёна, выпалил Чанель. — Как маленький, честное слово! Ты прям как маленькая бяка, бегаешь и забавляется.       Тут всю иллюзию омеги как рукой сняло. Он уже себе начал представлять всякие картинки, причем такие, какие были в пользу альфы, но он разогнал их одним махом. — А почему бы и нет, я свободный человек, в свободной стране, могу позволить себе дурачится. — усмехнулся Бён. — Быть серьезным — не серьёзно, скучно. — Развлекаться ты умеешь, даже не смотря на то, что твоя мать кого угодно сделает рабом. — проворчал Пак. — Твой отец не лучше. Хм, какой хорошей бы парой они были, правда? — Фу! Ты что новелл перечитал? — Чанель аж поморщился. — Это ты себе уже что-то там надумал, я только выразил свою мысль. — Бэкхён пожал плечами. — Насколько твои мысли могут далеко зайти? — Ооо, даже не представляешь… — Окей, ещё одну причину нашел. Я с тобой и дня не выдержу под одной крышей, потому что ты чокнутый. — Зато не скучный! — омега поднял палец вверх. — Знаешь ли, мой тебе совет на будущее. Если хочешь нравится омегам, не будь такой занудой. А то с виду же такой весь из себя широкоплечий и брутальный, а обижаешься на всякие мелочи, словно тебе пять.       И вдруг альфа посмеялся и развернулся, принимая позу слушателя, облокотившись локтями на столик. Бэкхён изогнул бровь. — Ты что, только что сделал мне комплимент? — хитро улыбаясь, сказал Пак. — Широкоплечий и брутальный? — Что? Хах! — омега посмеялся и закатил глаза. — Глаза заказываешь, просто мастерски. Этому где-то учатся или природный талант? — От мамочки достался, — спаясничал Бён и подмигнул. — Прямо как твое занудство от отца.       Чанель в ответ только усмехнулся, оценивая шутку. Они замолчали, потому что уже даже и забыли о чем начинали спорить, но все их споры почему-то приходили к выводу, что во всем, конечно же, виноваты их родители. Бэкхён часто думал, что это глупо во всем обвинять только их, но… почему-то всегда все его проблемы были только от его матери, абсолютно все. Ему бы хотелось, чтобы у них была самая обычная семья. Прямо чтоб самая обычная, без этой роскоши и лживых улыбок завистников. И почему-то снова вспомнил Кенсу, который сегодня за столом утер нос обидчикам своего мужа.       Ведь Чонин не особо богатый, к тому же с ним случилась такая беда, но старший сын Пак, даже не смотря на все это, остался с ним и борется за их совместное счастье. Сам не зная почему, но Бэкхён завидовал.       И вдруг Бэкхён заметил, что с момента, как они оказались на этой террасе, небо стало светлеть. Сколько же они сидят здесь? — О, светлеет? — риторически произнес Бэкхён.       Чанёль посмотрел на небо, а потом на свои наручные часы и угукнул. — Уже четыре, через полчаса рассвет. — произнес он, а потом как-то тихо добавил, смотря куда-то вдаль. — Вот на том пригорке рассвет очень красивый. — М? — Бен хорошо расслышал его последнюю фразу. — Где? — Да вон там, дерево видишь? — альфа показал пальцем на дуб, с огромной и ветвистой кроной. — За этим пригорком типа обрыв, не высокий. Мне дед в детстве рассказывал, что он образовался из-за снаряда, который разорвался тут рядом с домом во время войны. — Такой здоровенный пригорок от снаряда? — Я в детстве там пытался остатки от бомбы найти. Уломал маму купить мне металлоискатель на рождество, устраивал раскопки. — О! Ты нашел что-нибудь? — Не-а, в какой-то момент просто потерял интерес, мне начало нравится собирать модельки автоботов. — А пойдем посмотрим? — почему-то Бэкхёну стало так любопытно, что он даже забрался на кресло с ногами, чтобы получше посмотреть на пригорок. — А ты не думал, что осколки могут быть в корнях дуба? — Что? В корнях? Я никогда об этом не думал, блин, а вдруг… — Чанель задумался, а потом встал с места и поправил куртку. — Пошли!       Бэкхён встал тоже, испытывая какое-то детское трепетное чувство, будто он собрался на какое-то приключение, и пошел первым. — Стой, ты в тапочках собрался? Погоди, я принесу уличные ботинки. У тебя какой размер? — Чанель поймал его за рукав. — Э… я не скажу тебе! — смутился Бэкхён. — В смысле? Босиком пойдешь? — усмехнулся Пак. — Ладно, принесу тебе старые кроссы Кенсу, может подойдут. — Ащ… — проворчал Бён. — Тридцать восьмой… — Что? Я не расслышал? — Тридцать восемь!       Чанёль даже ухом не повел, ничему не удивляясь, а Бэкхён жутко смущался, потому что парня такой размер ноги, при его росте 170 см был слишком мал. Пак скрылся в глубине дома и вернулся через пять минут с парой кроссовок. — Не трудно было найти две эти туфельки золушки, среди прочей обуви… — изрёк он, и омега тут же был готов вскипеть, но вдруг альфа поставил его обувь прямо у ног. — Обувай и пошли. А то рассвет пропустим.       Это заставило Бэкхёна снова смутится…       Взбираться на пригорок оказалось тяжелее, чем Бэкхён себе представлял. За ночь на траве образовалась роса и поэтому кроссовки скользили, из-за чего омега чуть дважды не полетел носом вниз, но Чанёль успевал вовремя схватить его за локоть. На вершине и правда было красиво. Перед ними открылся невероятный вид на большую, нетронутую никем полянку с желтыми цветочками. Рассвет и правда обещал быть завораживающим. — Успели, — Пак присел на большой корень, что торчал из-под земли. — О, кстати, теперь мне интересно, реально ли осколки от снаряда могли остаться в корнях этого дуба.       Бэкхён не знал куда ему сесть, к тому же земля была сырой и ему не хотелось пачкать одежду, поэтому просто стоял, возвышаясь над ним. — Для этого тебе следовало захватить твой металлоискатель, — улыбнулся омега, а потом вздохнул, понимая, что мертвецки устал, ведь не спал. — Апфффф… когда там этот рассвет.       Он обошел дерево, потому что ему было любопытно, а вдруг там и правда есть что-то, о чем говорил дедушка Пака? — Теперь я подумаю, вернуться ли сюда на следующие выходные, чтобы проверить эти корни, — альфа потыкал корень, на котором сидел, а потом зевнул. — Черт, а ведь сейчас четыре утра. — Приеду домой и упаду в кровать замертво. — омега мечтательно потянулся, а потом пнул Чанеля, намекая двигаться. — Эй! Твои кроссовки грязные! — проворчал альфа, двигаясь. — Нравится тебе вести себя так дерзко со всеми. — Ой ну прости, я не знал как ещё выразить свое желание сесть.       Бэкхён прохихикал, а потом сел, пихая Чанёля ещё подальше, чтобы между ними было расстояние. Альфа изобразил наигранный оскал, но подвинулся, а потом они посмотрели вдаль, где вот-вот должно было показаться солнце. — Здорово…. — произнес Бён, глядя светлеющее небо розоватого оттенка. — Да, я раньше сюда любил приезжать, — вздохнул Чанёль. — Но чем старше становился, тем больше хотел убежать подальше, не только из дома, но и из страны. — Да, понимаю, я упрашивал отца снять для меня квартиру, говоря, что хочу жить по ближе к университету, однако мать бы тогда не смогла меня контролировать, и поэтому запретила. — ответил Бён, как-то понимающе вздыхая. — Она просто не даёт мне сбежать. Я даже пробовал, но она нанимала охрану, чтобы они меня пасли. Чтобы отделаться от них, мне пришлось пообещать, что я никуда не сбегу из дома. — Хах, ну в этом плане мой брат тебя обскакал, — Чанель усмехнулся. — Кенсу просто собрал вещи и ушел, оставив семейные кредитки, телефон, ключи от дома и всё. Даже я не мог найти его несколько месяцев, нашел только когда он прислал приглашение на свадьбу. — Здорово, может так же сделать? Правда… где я тогда найду деньги? Чертова финансовая зависимость. Хотя, что мне мешает снять себе пару сотен тысяч долларов с кредиток, ну так, на первое время? — Хах, нет, так же не интересно. Круто когда у тебя ничего нет, ты на нуле, но счастлив, потому что свободен. С тех пор, как Кенсу выбрал такую жизнь он счастлив. — Почему не сбежишь? — Кенсу к тому моменту уже работал в стационаре, а я что? Я же ещё студент. Я мог бы бросить учебу и пойти работать, но все-таки думаю, что стоит для начала получить образование. — Нафиг тебе образование на нашем факультете? Думаешь свой бизнес открыть? — Не не не, просто на всякий случай. — Какой ещё случай? Думаешь, нельзя в любой момент начать учиться на кого-нибудь ещё? Просто надо быть чуточку умнее. — Бэкхён усмехнулся. — Ну нет, заново начинать учится я не хочу. Глупо бросать все сейчас, потому что четвертый курс как никак. — ответил Пак, задумываясь. — Ладно, это верно. — омега вздохнул, а потом начал шарить по карманам. — Ты сигареты не взял?       Пак стал стучать по своим карманам и вдруг вспомнил, что его сигареты вообще закончились. — Эээ, мои закончились. — ответил он, пожимая плечами. — Ащ, блин, ладно. Подождем рассвет уже…       Кончик раскаленного огненного небесного светила совсем чуть-чуть показался из-за горизонта и поэтому они просто смотрели на это завораживающее зрелище, думая каждый о своем.       В какой-то момент, Бэкхён понемногу начал замерзать, потому что утренняя прохлада усилилась из-за поднимающегося ветерка. Но он не торопился уходить, потому что хотел дождаться, когда солнце окончательно поднимется, освещая тёплыми лучами сонную землю. Он только шмыгнул носом и обнял себя за плечи, чтобы помешать теплу окончательно покинуть его тело. — Тебе холодно что-ли? — внезапно спросил альфа. — Хочешь вернёмся? — Нет, мне не холодно, — соврал омега, распрямляя спину. — Просто бессонная ночь сказалась. Но я хочу дождаться, когда солнце поднимется.       Чанёль молча начал стягивать куртку со своих плеч, а потом накинул её омеге буквально на голову. — Эй! — возразил Бэкхён, снимая вещь с головы. — Я тебя просил что-ли? — Надень, иначе простынешь, а потом обвинишь меня в этом, не хочу ещё и кашу тебе на дом таскать. — Пак посмеялся. — Мне твои джентльменские подачки не нужны, — Бэкхён пихнул куртку обратно тому в руки. — Айщ! — раздраженно изрёк Пак, распахивая куртку и накидывая парню на плечи. — Я своим друзьям тоже даю одежду, чтобы они не мёрзли, успокойся. — Придурок… — буркнул Бэкхён, но сам начал кутаться в куртку, потому что она оказалась невероятно теплой. — Представлю, что это просто потому, что на улице действительно очень холодно.       Альфа усмехнулся и продолжил смотреть вперёд. Бэкхён покосился на него, чувствуя лёгкое смущение. Чанёль не был похож на того придурка, которого омега видел со стороны в университете. Наверное, для него было привычным изображать из себя другого человека. Только Бэкхён не мог понять, почему тот вдруг решил быть таким милым с ним, ведь они уже решили, что им не стоит женится… — Знаешь, Бэкхён, не смотря на то, что ты ещё та заноза в заднице, ты первый человек, с которым мне так легко общаться. — вдруг произнес Чанёль, усмехаясь. — Наверное это потому, что у нас есть общая цель.       На мгновение сердце Бэкхёна как-то подозрительно дернулось, заставляя сильно смутится. От этого он пришел в бешенство и выпрямился, отвешивая Паку подзатыльник. — Эй йаааа! — довольно громко крикнул альфа, не ожидая такого «ответа». — Ты в курсе, что реально больно бьешь? У тебя силищи немерено. — Да не знаю, так захотелось тебе треснуть, наверное потому что ты первый человек, которому мне очень хочется звездануть. — съязвил омега, показывая язык. — Ну ты!       Пак решил толкнуть того в отместку, но не рассчитал силу, поэтому Бэкхён соскользнул с корня, попадая пятой точкой на скользкий камень и накренился в сторону, где как раз был край склона. Он только успел вскрикнуть, понимая, что сейчас кубарем покатится вниз, но тут Чанель попытался поймать его руки, вскакивая, но сам не удержался на ногах, начиная падать сверху. Перед глазами омеги пролетела вся его жизнь, когда он понял, что хоть у склона и плавный спуск, усеянный мягкой травой, но если на него упадет альфа, то его просто напросто раздавит, и уже даже зажмурился. Но Пак во время падения успел схватить его за руку и прижать к себе и они оба кубарем покатились колбаской прямо вниз по склону.       Оказавшись внизу, Бэкхён боялся разлепить глаза, думая, что они оба уже умерли. — Ммм, черт, как же больно! — проныл Чанель, все ещё прижимая Бена к себе. — Кажется я что-то себе сломал.       Омега открыл глаза, сталкиваясь с альфой нос к носу. Каким образом он оказался сверху, для него было непонятно, потому что голова ещё кружилась. Пак ещё тихонько ныл от боли, но посмотрел ему прямо в глаза и спросил: — Ты не ударился? — Эй… придурок… ты живой? — все что смог выдавить из себя Бэкхён, а потом попытался встать, но альфа продолжал держать его за талию. — Я в порядке, — ответил он и начал смеяться. — Только спину отбил.       Бён был готов ударить его снова, но только потому что за последние 10 мин этот парень успел дважды заставлять чувствовать себя омегой. Омегой во всех смыслах. Бэкхён терпеть не мог чувствовать себя так, потому что презирал все эти романтические сопли в стиле тв-сериалов. Однако, Чанель был прав кое в чем — ещё ни с кем ему не было так просто говорить, а ведь они близко общаются всего лишь день. — Зато есть ещё причина не женится, да? Я чуть не убил тебя! — поржал альфа. — Это аргумент, да?       Бэкхён промолчал, смотря на него и чувствуя себя в его руках как-то уютно, что пугало и настораживало. В отместку за это унижение, омега решил, что Чанель тоже должен смущаться, потому что нечестно, если смущаться будет только один из них. Тем более, альфа не любил омег парней, сам в этом признался. Омега наклонился ближе к лицу Пака, на что тот вздернул бровями. — Что ты… — начал говорить он, но не договорил, потому что Бэкхён прислонился к его губам, чем заставил его округлить глаза.       Бён ехидно улыбнулся в поцелуе, а потом с громким чмоком отлип, победно выдыхая. Только вот в этот самый момент, Чанель перевернулся, подминая его под себя и наклонился, спрашивая: — Проверить меня решил?