Дуэль

Виконт Бастье, словно вихрь, ворвался в зал, оглядел всех приглашённых и, выцепив меня глазами, направился в мою сторону. Походка твёрдая, шаг уверенный, взгляд тяжёлый. Всё, что произойдёт дальше, мне хорошо известно. Дамы в смятении, мужчины смотрят с тревогой, а я стою и совершенно спокойно взираю на этот ураган гнева. Остановившись в двух шагах от меня, он бросает перчатку… в лицо. Значит, биться будем насмерть. Я ждал этого. И даже если я погибну на этой дуэли, мне уже всё безразлично. Мадемуазель Бастье, с которой мне приписывали тайный роман, здесь была совершенно ни при чём. Я виделся с ней всего пару раз, на балу у русского графа Ветринского. Мы танцевали. И всё. На этом наши «отношения» и закончились. Но её брат, Филипп Бастье, вдруг решил вступиться за якобы поруганную честь сестры, и вызвал меня на дуэль. Я знаю, обо мне уже давно сложилось мнение как о ветреном ловеласе, лихом повесе и любимчике дам. Но это лишь фасад, внешняя сторона моей жизни. Свою настоящую любовь я скрывал от посторонних глаз. Мне всегда нравились мужчины. Симпатичные молодые юноши моего возраста будоражили мое сознание и заставляли сердце биться в сладкой истоме. Поэтому Филипп Бастье мне нравился куда больше своей сестры. И не о ней, а о нём я думал бессонными ночами. О нём были мои ночные терзания и мечты. И вот теперь я должен буду погибнуть от руки предмета моих воздыханий. И мне уже всё равно.

***

— Мишель, ты где? Я оставил свой скутер на лужайке возле дома и отправился на поиски друга. Не закрывать в доме двери — это была его любимая привычка, которая сначала меня удивляла. А потом я понял — это не потому, что он такой смелый, просто таков его образ жизни. Мишель вообще со стороны может показаться странным парнем. Но если вы познакомитесь с ним поближе, то поймёте, какой это удивительный человек. Я знаю его давно, ещё со времён учёбы в колледже. Он всегда был душой компании, знал много разных историй, мог поговорить на любую тему и девчонки его обожали. Но ни с одной из них он так и не стал встречаться. Мишель очень много времени уделяет своей работе. Этот человек, ко всему прочему, ещё и невероятный трудоголик. Ему постоянно всё интересно, он всё время учится чему-то новому и старается быть в курсе всех событий. И когда он только всё успевает, мне непонятно. И вообще — почему из всех своих знакомых для дружбы он выбрал именно меня? Я никогда не отличался прилежным поведением и хорошей успеваемостью. Хотя не скрою, мне с ним всегда было интересно. А вот ему со мной? Нашёл я своего друга за компом. Он что-то строчил в переписке по своей работе. — Привет! Чего не отвечаешь? — А! Привет! Извини, немного не успел. Сейчас уже заканчиваю. — Опять все двери нараспашку? — Да-да, ещё пять минут… Знаю я его пять минут. Иду ставить чайник, хотя уверен, что этот всезнайка наверняка ничего не купил себе поесть и в холодильнике пусто. Зато на тарелке горка орехов. Вот грызун! Потому, наверное, и все науки так легко грызёт. И вот что бы он без меня делал? Достаю из рюкзака пакет с круассанами, что купил по дороге. — О! Ты уже разогрел чайник, спасибо! Он сел за стол и, словно так и надо, стал уминать мои круассаны. Вообще, мне время от времени казалось, что я Мишелю мать, сестра или любовница. Приношу ему еду, напоминаю о важных встречах и заставляю хоть иногда наводить порядок в доме. Я не знал его родителей, они умерли рано. Знаю только, что он очень их любил. Но иногда мне казалось, что он упал к нам с Луны. — Я позвал тебя, чтобы показать кое-что важное. Ну вот! Что я говорил! Только этот грызун, который слопал все круассаны, не оставив мне ни крошечки, запил их чаем и принялся грызть свои орехи, мог так спокойно сказать о чём-то важном, даже не подготовив меня к разговору заранее. — Я достаточно красиво одет для этого торжественного события? — Галстук не мешало бы надеть. Пошли. Мы зашли в кабинет его отца. Я никогда тут не бывал. Не потому, что Мишель что-то скрывал, а просто как-то не довелось. — Ты всё меня ругал, чтобы я навёл порядок? Так вот, разбирая вещи, я нашёл вот это! Мишель достал шпагу. Судя по виду, она была старинной. Дорогой позолоченный эфес, на клинке герб с вензелями. — Какая красота! Я не большой поклонник оружия, но это что-то необыкновенное! Я и шпаги-то видел только в кино, а вот так близко, настоящую, вижу впервые.

***

Эта ночь далась мне нелегко. Я совсем не спал. Нет, я не боялся смерти, я мог бы принять её как данность. Но вот то, что я так и не объяснился с Филиппом Бастье, меня очень тяготило. Наконец, я решил написать ему письмо. «Дорогой друг Филипп! Мы не были представлены друг другу и никогда не общались. Но в связи с последними событиями, видимо, мы уже никогда не сможем этого сделать. Завтра один из нас должен будет покинуть этот мир навсегда. С большой долей вероятности могу вам сообщить, что это, скорее всего, буду я, ибо у меня рука не поднимется убить любимого человека. Да, вы не ослышались, виконт, я вас люблю. Все досужие разговоры о моей связи с вашей сестрой — всего лишь светские сплетни. Я никогда не испытывал к ней никаких чувств. В то время как вы были для меня предметом обожания и властителем всех моих мыслей. Вы стали демоном моих бессонных ночей и ангелом моего сердца. Я пошлю вам это письмо утром. Так что, когда вы будете читать эти строки, меня уже не будет на этой бренной земле. Но я дождусь вас там, на небе. Я буду вашим ангелом. Прилетайте ко мне. Виконт Э. Фурнье.» Дуэль началась. Мы скрестили шпаги. Виконт неплохо фехтует, и в запасе у него есть пара-тройка секретных приёмов. А я только и делаю, что отбиваю атаки. Уже несколько раз я мог нанести ему смертельный удар, но всё продолжаю отступать. И вот моя оплошность, я пропускаю выпад, его шпага входит в мою грудь. Нестерпимая резкая боль в левом плече. Я чувствую, как одежда пропитывается тёплой липкой кровью. Понимаю, что это конец. И, медленно осев на землю, закрываю глаза.

***

Я нёсся как сумасшедший, потому что Мишель сказал, что это срочно, а застал я его снова за компом, что-то увлечённо рассматривающего и попутно грызущего орехи из стоящей рядом вазочки. — Привет! И что это? — Ага. Иди сюда! Я всю ночь копался в интернете, чтобы найти сведения о шпаге. Садись. Сейчас я тебе расскажу всё, что смог нарыть. Там, на клинке, была надпись и герб. Но надпись почти стёрлась, букв не разобрать. А вот по гербу я нашёл: он принадлежал роду Бастье. Герб этот ставился на всех фамильных вещах, которые передавались по наследству. — Дай посмотреть. Знаешь, интересная деталь, девичья фамилия моей мамы — Бастье. Какое совпадение. — Да? Может, ты потомок? — Какой я потомок? Говорю же, просто совпадение. Вот сколько знаю этого грызуна, он всё такой же фантазёр-мечтатель. Хотя, наверное, было бы неплохо оказаться потомком какого-нибудь знатного рода с вековой историей и фамильными тайнами. Но это только наши мечты. Мы просидели до позднего вечера, изучая всевозможные сайты с фамильными историями и пытаясь понять, как шпага с гербом рода Бастье через много лет могла оказаться у моего друга Мишеля Фурнье, но так ничего и не смогли раскопать. Возможно, она была подарена или получена в наследство по какой-нибудь побочной линии.

***

Я увидел яркий белый свет и попытался открыть глаза. Сильная боль в теле давала мне осознание того, что я ещё жив, а мягкие перины говорили о том, что я лежу дома. Повернув голову, я увидел испуганное лицо Филиппа. — Друг мой, как вы меня напугали! Я не хотел так сильно вас ранить. Но вы очнулись и мне уже не так страшно. Как вы себя чувствуете? — Болит плечо. Но как? Я ничего не понимаю. — Всё очень просто. Слуга принёс мне ваше письмо ещё до нашей дуэли. — Боже! И вы всё знаете? — Конечно. И должен вам сказать, что ваши чувства взаимны. Поэтому я не хотел вас убивать, но проучить за то, что вы флиртовали с моей сестрой, я был обязан. Не сердитесь на меня, дорогой Этьен. Если бы я убил вас по своей неосторожности, я бы тоже не стал жить. Мне нечего было бы делать на этой земле без вас. На душе как-то потеплело, и даже боль стала утихать. Я не знаю, что будет с нами дальше, как будут развиваться наши отношения и сможем ли мы вообще быть вместе. Но то, что Филипп испытывал ко мне те же чувства, что я и к нему, давало мне маленькую надежду, что всё у нас будет хорошо.

***

Я стал чаще бывать у Мишеля. Проводя с ним время, я открыл в себе страсть к истории. Мне вдруг стало безумно интересно копаться в прошлом, изучать людей и события, раскрывать тайны, скрытые от нас временем. Я решил получить второе образование и посвятить свою жизнь её величеству Истории. Мишель меня поддержал и сказал, что обязательно будет мне во всём помогать. Но я не удивлюсь, если этот грызун орехов и всяческих наук вдруг решит тоже пойти учиться вместе со мной. Ведь он точно упал к нам с Луны. Мы сидели на лужайке возле его дома. Вечер был тёплый и слышался аромат цветов. — Мишель, скажи, а почему из всех остальных для дружбы ты выбрал именно меня? — Не знаю. Вообще, по своей природе я реалист. Но если бы я верил во всякие потусторонние миры, переселение душ и в ангелов на небесах, то сказал бы, что я к тебе потянулся душой. Ты как-то выделялся из всех наших друзей, с которыми мы учились. Меня к тебе что-то влекло. — Я первый раз слышу от тебя такие странные речи. — А ты вообще ещё плохо меня знаешь. Вот пойдёшь учиться, я буду гонять тебя по всем предметам. — О! В этом я даже и не сомневаюсь! Не знаю, как сложится дальше жизнь. Какие испытания нам приготовит судьба. Но точно знаю одно — у меня есть хороший друг, на которого я смогу всегда положиться, потому что у нас, как сказал Мишель, родственные души.

***

«Дорогой друг Этьен! Я пишу тебе эти строки, зная, что ты уже не сможешь их прочесть. Вот уже полгода, как ты ушёл от меня в мир иной. Наши жизни сложились по-разному. В силу правил — жизненных и моральных, мы не смогли с тобой быть вместе открыто. Мы оба женились, у нас родились дети, и с точки зрения общества мы были благопристойными господами. Но насколько я был грешен, знал только ты. Также как и я знал все твои страшные грехи. Мы продолжали любить друг друга, и наши редкие любовные свидания были для нас как глоток свежего воздуха. Мы прожили долгую жизнь. И теперь, на её закате, я могу с уверенностью сказать, что мы были счастливы, потому что познали, что такое любовь. Сейчас, пребывая на смертном одре, я абсолютно спокоен. Моя семья окружает меня заботой и вниманием, мне вызывают лучших докторов. А я знаю, что мой путь завершён. И я тороплюсь. Потому что там меня ждёшь ты. И я спешу к тебе. Твой Филипп Бастье»…