Её дочь

Когда Ремитром целует её, то Мортимер считает, что Томэль до сих пор здесь, живая и любящая её всем сердцем, будто нет этих тварей и безумных насильников-Броков. Морти до сих пор не может поверить, что её возлюбленная самостоятельно раздвинула ноги перед этим подлецом; наверняка, он склонил её, воспользовался бедной девушкой, которая не могла дать отпор. Ну, ничего. С Реми такого никогда не случится, ведь мама всегда рядом. — Поцелуй меня, девочка моя. Ремитром послушно наклоняется, чуть приоткрытым ртом робко прикасается к щеке женщины, дрожащей, как в ознобе. Но Мортимер нужен совсем другой поцелуй. — Не так, — Тихо шепчет она, но дочь Томэль уже удаляется в другую сторону.