Согрейся, ангел, о наше пламя.

Слепой не проронил ни слова, он шёл напролом через всё валявшиеся на полу барахло, изредка хватаясь за спинки сгруппировашихся по середине комнаты кроватей. В это же время в тамбуре столпились возвратившиеся из столовой ребята. Ими поднятый гул начал потихоньку заполнять спальню, но приближавшийся к выходу Слепой, что аккуратно расталкивал своих состайников, пробираясь ближе к выходу, заставил все голоса стихнуть, пока их совсем не стало слышно. Слепца проводили в вернувшейся мёртвой тишине и взглядами полного недоумения, что ему даже нравилось и очень забавляло. – Что это нашло опять на нашего вожака? – с поддёвкой в голосе спросил Чёрный, закатывая глаза - его обычная реакция, на какие-либо действия Слепого. – А тебе-то какая разница, Чёрный? Не, ну, если правда так любопытно, то иди, побеги за ним, да и спроси, может скажет, что же это на него бедного нашло, аха-ха! – как всегда самый громкий Табаки раздался озорным смехом. – Гр-р... Смеёшься надо мной, да? – рявкнул тот, укладываясь на свою кровать, как обычно лицом к стене. – Нет, что ты. Пх-пх... – хихикал Шакал, подъезжая к своим оставленным безделушкам – Аргх... Даже свои вещи спокойно с краешку оставить нельзя! А что дальше? И носки сушиться без присмотра не повесишь или кровать теперь ещё охранять?! – Слепой всегда куда-то уходит и потом приходит обратно. Туда-сюда, ничего нового и чего вы столько шуму развели... – бубнил себе под нос Лорд, направляясь в туалет, чтобы привести себя в порядок, а после минут двадцать рассматривать в непонятках собственное отражение, раздумывая: симпатизирует оно ему или нет. Сфинкс согласился с ним в голове, поставил галочку напротив только что прозвучавших слов, чтобы лишний раз не счесть действия Слепого за грубость, ведь правда же, ему чуть что сбредёт и убежит, бог знает куда. Докуренная сигарета отправляется в банку, в которой табак давно истребил запах сгущёнки. День в Доме протекал как обычно, так же, как течёт река каждый свой день. Слепой вернулся глубокой ночью, когда сутки уже успели перевалить на следующие. Худощавый парень уверенно шёл в сторону, откуда раздавались хаотичные сопения. Давно известно, что вожак вернётся, когда всем будет не до того, чтобы провожать слепца до койки, поэтому попрятали своё добро под железные кровати. – Сфинкс... – в такое время даже шёпот казался громким. В длинных пальцах при лунном свете переливалось отблеском лезвие ножа. Странная мысль пришла в голову. Слепой придумал проходить по прутьям кровати ножом, может тогда он станет услышанным. Аккуратный и тихий звук, как звенящие бубенцы, заставил некоторых сменить во сне позу. Но именно этот в какой-то степени противный и странный, для обычных шумов в ночное время, звук заставил лысика приоткрыть сонные глаза. – Сфинкс, ну же... – продолжал пытаться достучатся до друга ночной житель. – Сле..пой? Слепой, я всё не пойму, чего тебе опять не спиться? – наконец выбравшись из объятий сна, отвел друг. – Иди за мной, прошу – молил его тот. Сфинксу ничего не оставалось, как покорно вылезти из одеяльного кокона. Он слез с кровати на цыпочки, идя за бледной и тонкой фигурой состайника, что словно призрак светящийся на лунном свету.