Сборник зарисовок

Осенний бал — давняя традиция школы, у которой своя романтика: целующиеся парочки на медляках, стаканчики из-под дешёвого алкоголя в раздевалках и запотевшие окна спортзала. Этот год не стал исключением, уже в начале сентября началась подготовка к этому мероприятию, что намечалось в первую неделю октября. Кто-то вырезал листья из бумаги, кто-то подбирал музыку и умолял диджея разнообразить плейлист чем-то более интересным, кто-то начинал делать привороты на понравившегося человека, кто-то таскал аппаратуру в спортзал, кто-то начинал по-тихому тырить алкоголь у родителей, а у кого-то началась истерика по поводу нарядов. Звучит уже многообещающе, но тебя изначально запрягли украшать зал и делать афишу мероприятия, поэтому времени на мысли об образе вообще не было. За неделю до бала ты взяла и постриглась под пацана, выглядело красиво и эффектно, но многие родственники не оценили, а когда оказалось, что платья нормального нет и тебе придётся идти в свадебном чëрном костюме отца и его же рубашке, бабушку чуть приступ не схватил, полдня откачивали, но мать надела на твои прекрасные ноженьки свои туфли на огромном каблуке, благодаря которым ты выглядела как корова на льду, поэтому пришлось быстро учиться ходить на этих пятнадцатисантиметровых орудиях пыток, повезло, что не шпильках. И вот этот прекрасный день настал. Отцовский пиджак делал тебя в полтора раза шире, но зато в карман очень удачно помещалась небольшая фляжка домашнего самогона, что так любезно вручил дед, хитро подмигнув подслеповатым глазом. В комплекте с мамиными каблуками ты выглядела как огромная стенка, что раньше занимала половину зала в квартире, и напротив которой обычно вешали тот самый красный ковёр. На самом деле всё не так плохо, ты была очень красивой, благодаря чёрной помаде улыбка казалась белоснежной, а тушь делала взгляд более выразительным. Правда, пока ты красила губы, вся семья тихо напевала строчки из песни «Опиум для никого» группы Агата Кристи, и это настроение передалось тебе, поэтому по дороге на дискотеку в голове играло: «Я крашу губы гуталином, Я обожаю чёрный цвет, И мой герой, он соткан весь Из тонких запахов конфет. Напудрив ноздри кокаином, Я выхожу на променад, И звёзды светят мне красиво, И симпатичен ад... ». На дискотеке все веселились и танцевали до упаду, и вот диджей объявляет медляк, на который девочки должны были приглашать мальчиков. Ты судорожно оглядываешься, и вдруг вспоминаешь, что твой взгляд в этот вечер пару раз цеплялся за фигуру Сала Фишера или Салли-Кромсали, что на год младше тебя и как же удачно этот парнишка пришёл в белом платье по колено. Стрелой мчишься к нему и зовëшь на танец. Разумеется, он растерялся, но ответ был положительный, что уже радовало. Вы выглядели как пара, но вас это ни капельки не смущало. Ты невольно залюбовалась голубыми волосами мальчишки в свете разноцветных огней, а он не мог оторвать взгляда от твоей чарующей улыбки. Как только мелодия кончается, звонко чмокаешь Сала в ухо, в качестве благодарности, весело смеясь, на что он сначала впадает в ступор, а потом хохочет в ответ. Вам хочется поговорить друг с другом, поэтому вы уходите из спортзала на лестничную площадку и садитесь на ступеньки, сразу же снимаешь туфли, тихо напевая: «Давай вечером с тобой встретимся, Будем опиум курить-рить-рить. Давай вечером с тобой встретимся По-китайски говорить. Не прячь музыку, она опиум Для никого, только для нас. Давай вечером умрём весело, Поиграем в декаданс. Убей меня, убей себя, Ты не изменишь ничего, У этой сказки нет конца, Ты не изменишь ничего. Накрась ресницы губной помадой, А губы лаком для волос, Ты будешь мертвая принцесса, А я твой верный пёс...». Последние строчки очень напоминали тебя и Сала, но парнишка, к сожалению, не понимал русский и лишь наслаждался твоим голосом. Он знал: друзья не будут его искать, ведь Ларри видел ваш уход, а Эш постоянно приглашали танцевать, из-за чего она уже давно потеряла ребят из поля зрения. Вы очень долго сидели на холодных ступенях и разговаривали обо всём: книгах, фильмах, музыке, играх. Было весело. Может этот танец и станет началом чего-то большего? Кто знает.