Alstroemeria

Минхо без преувеличения прогоняет этот кусок хореографии в сотый раз и каждый раз кажется, что он может лучше, но раз за разом только сбивается с ритма и отматывает песню, становясь в исходную позицию. Танец не был сложнее предыдущих хореографий, которые доводилось исполнять, но, может, это день такой, и ему стоит просто переспать с этим хорео и завтра всё получится, но Ли нетерпелив сегодня и хочется получить всё сразу. Пот стекал с кончиков волос огромными каплями, неприятно вел линию по шее и пропадал под футболкой, которая прилипла к телу. Кондиционер совершенно не спасал ситуацию и Минхо просто стянул с себя футболку, попутно промакивая ею шею и лицо. — Ли Минхо, выглядишь очень сексуально со спины. Парень даже не оборачивается назад, а просто пристально смотрит через зеркало на Джисона, который ушел с тренировки одним из первых ещё пару часов назад и вновь решил заглянуть: — Пришел потренироваться? — За кого ты меня принимаешь, хён? С тобой даже Феликса и Хёнджина нет, а на них ставок побольше. Хан подходит вплотную к Минхо и, забирая мокрую футболку, ведет ею по спине, собирая капли, которые вновь стекали с шеи. — Ты пришел протереть меня? Спасибо, — Ли старается неловко отшутиться и из его уст вылетает нервный смешок, но это звучит ещё хуже, чем в голове, и он стыдливо прикрывает глаза от этого поражения: всё же ему не нравится проигрывать. Джисон делает огромную услугу для своего хёна и не комментирует данное высказывание, но пальцами теперь ведет по животу старшего, соблазнительно проводя кончиками пальцев у самой резинки спортивных штанов, резко поднимаясь вверх, к накачанной груди, обводя напряженные соски. Минхо нервно выдыхает, но ловит руки Джисона в свои и спрашивает слегка дрогнувшим голосом: — Что ты делаешь, Сони? — Ничего такого, что тебе бы не понравилось. Минхо крепче сжал ладони Хана, после того, как он попытался их освободить, поэтому младший пошел другим путем, используя свой язык. Он провёл мокрую дорожку от загривка до лопаток, оставив поцелуй вначале слева, а потом справа, и повел носом вверх, к уху Минхо: — Отпустишь? — Ты хорошо справляешься и без рук, знаешь это? — Джисон смущенно улыбнулся и выглянул из-за плеча Минхо, сталкиваясь вновь взглядом через зеркало, но теперь взгляд старшего не напряженно убийственный, его взгляд теплеет. Он поднимает ладони младшего к своему лицу и нежно трется о них щекой, на пару мгновений прикрывая глаза, — ты мне очень нравишься, Хани. Их дружба всегда выходила немного за грань, не без помощи самого Минхо, который давно испытывал неоднозначные чувства к участнику группы, но им обоим было нормально, действительно так казалось со стороны. Но ровно до того момента, как они не застряли на одном интервью, где Минхо всё не унимался и подтрунивал над парнем, намекая, что младший думает о своем старшем больше, чем положено и не всегда так, как стоило бы. Они признались друг другу в том, что у них может что-то получиться только несколько недель назад и это первый их такой близкий контакт, ведь они даже после признания не решились поцеловаться, а просто посидели в гостиной, держась за руки, и позже разошлись по своим спальням, пожелав друг другу спокойной ночи. Конечно, они прикасались друг к другу довольно игриво и бросали различные фразы, но это были только невинные заигрывания. Минхо не хотелось торопить события для Джисона, ведь это его первые отношения и для него многое в новинку, но выглядит всё с точностью наоборот, будто это старший первый раз так близко чувствует тело другого парня и он тает от любого даже невесомого прикосновения к себе. Но всё обрывается так же неожиданно, как и началось, Джисон вырывает свои руки из рук Минхо и смотрит стеклянными глазами на его спину, так отчужденно, будто перед ним стоит кто-то совершенно чужой и это очень сильно пугает. — Что случилось, Сони? — Минхо резко разворачивается лицом к парню пытается вновь взять его руки в свои, но младший выворачивается и, как завороженный, теперь глядит на отражение в зеркале. — Мне нужно срочно идти, я больше не могу тут быть… — Джисон бормочет что-то ещё, но прежде чем он успевает ответить ему что-то, дверь громко хлопает с другой стороны. Парень стоит в растерянности какое-то время, думая, что же он мог сделать не так, ведь он уже признавался в симпатии ещё пару дней назад, они проговорили это вслух друг другу, и это не могло быть таким шоком, а больше и причин не было, ведь все действия делал Хан. Брюнет подобрал свою футболку и решил, что на сегодня с него хватит тренировок. Впереди его ждет душ, а потом он зайдет к Джисону и хотя бы попытается выяснить причину его побега. Расслабиться в душе совсем не удалось, в голове только добавилось разных мыслей насчет их с Джисоном отношений. Минхо был не великим чтецом эмоций человеческих, он вообще был в шоке от того, что смог найти такого близкого по духу человека, который мог бы быть его соулмэйтом, если уж на то пошло. Ли верил в то, что все эти вещи про соулмэйтов чистая правда, хоть в его окружении он ещё ни разу не видел людей, у которых были отметины в виде цветов на месте первого поцелуя, но ведь не могут все люди в интернете врать или поголовно делать парные тату со своими возлюбленными? Тем более, кто бы согласился на то, чтобы добровольно носить на своем теле цветочный рисунок, иногда даже в довольно интимных местах. Да, Минхо довольно много сидел на форумах посвященных «истинным» и читал не одну такую историю, которая начиналась не так мило, как об этом пишут в книгах или показывают в сериалах. Не у всех людей проходит это с томными взглядами друг на друга на протяжении месяцев. Конечно если думать об этом, то для себя Ли Минхо хотел любовную историю со всеми неловкими касаниями, отметинами на видных местах и счастливой долгой жизнью, которую он разделит с тем, кто предназначен ему судьбой. Встав перед зеркалом, парень провел руками по своим мокрым волосам, зачесывая их назад. Придирчиво осматривая взглядом себя в отражении, брюнет приходит к выводу, что всё не так плохо, безусловно есть куда стремиться, но Джисон сам сказал, что Минхо выглядел сексуально, так что и тут не находится решения всех проблем. Устало выдохнув, парень ведёт плечами назад и чувствует легкое покалывание в районе лопаток, которого не было ранее. Повернувшись спиной к зеркалу, парень начал высматривать, в чём же проблема, придерживаясь пальцами за своё плечо, и его глаза округлились ровно так же, как у Джисона, когда он понял, что так его напугало. — Твою же… — встревоженно прошептал Минхо. Казалось, что такое не может быть правдой, как бы ему этого не хотелось, поэтому парень подтолкнул свою руку ближе к лопаткам и начал пальцами тереть свой цветочный узор, думая, что это шутка такая или он настолько вымотался за эти дни, что ему уже мерещится всякое. Но рисунок упорно не стирался под пальцами, даже когда брюнет начал тереть его с мылом и водой, только теперь покалывание определенно усилилось и кожа вокруг его цветка была красного оттенка от такого интенсивного трения. Парень решил не терять больше ни минуты и, надев штаны и футболку, понесся в комнату Хана, хоть он и понятия не имел, как ему говорить с человеком, которого видимо совершенно не привлекала идея «истинных», но Минхо определенно в восторге от этого. Он врывается без стука, буквально выбивая дверь, которая была и без этого довольно хлипкой, державшаяся только на молитвах Джисона. Парень сидел на кровати, полностью укрытый одеялом, его глаза округлились в очередной раз за этот вечер и он подобрал ноги под себя, прижимаясь к спинке кровати: — Хён, что ты тут делаешь? Парень закрывает за собой дверь и не успевает младший моргнуть, как Минхо уже сидит на его кровати и прижимает его к своему телу, крепко обнимая и сбивчиво зашептав: — Сони, я увидел отметину, ничего не бойся, — он зарывается пальцами в волосы младшего и продолжает, - не убегай от меня больше и не делай вид, будто ничего нет, умоляю. Разве судьба могла ошибиться? — Хён, как судьба может решить что-то настолько важное? Может быть, у нас ничего не получится, а у тебя уже есть отметина от меня. — Малыш… — старший взял его лицо в руки, заставляя смотреть в свои глаза, — я уверен в своих чувствах по отношению к тебе и если нужно будет каждый день доказывать их, то я готов. И готов бороться за твои чувства, если они у тебя есть, — парень провел большими пальцами по его щекам, параллельно придвигая свое лицо ближе и потерся своим носом о чужой нос. Джисон долго молчал и Минхо даже показалось, что на его ладони капнула горячая слеза, но он просто прикрыл свои глаза, успокаивающе поглаживая щеки младшего и ждал, что он скажет в ответ, пока его сердце колотилось с бешеной скоростью, отдавая звоном в ушах. — Оставь на мне цветок, — кажется, что сердце одним разом прекратило биться и Минхо открыл глаза, заглядывая в глаза напротив, ища там подтверждение тому, что он только что услышал, но Джисон добавляет, — пожалуйста. Руки начали слегка дрожать, выдавая волнение Ли с головой, но он постарался взять себя в руки и, отстранившись от младшего, убрал в сторону одеяло, параллельно думая о том, где бы он хотел оставить столь значимый след. Его пальцы сами потянулись к краю домашней футболки Хана, они встретились глазами и младший слегка кивнул, помогая снять с себя элемент одежды, давая взгляду скользить по телу, которое он видел уже не в первый раз, но сейчас всё было абсолютно иначе. — Ложись, — Джисон послушно лег на кровать и через секунду Минхо уже навис над ним, упираясь руками по обе стороны от его головы. Прижавшись чуть ближе к телу младшего, он убрал одну руку и провел ею по груди, вызвав у парня, лежавшего под ним целый табун мурашек. — Я хочу оставить свою отметину там, где сейчас находишься ты, — Ли посмотрел в глаза Хана и склонился губами к его груди, слегка смещаясь влево, — и всегда там будешь только ты. Минхо оставляет свой поцелуй там, где предположительно находится сердце и, как только он отстраняется, на этом месте проявляется цветок белой альстромерии. — Очень красиво выглядит, — еле слышно шепчет Минхо, обводя пальцами контур рисунка, — и ты красивый тоже, Сони. Парень придвигается вплотную к младшему и нежно целует в губы, мягко сминая их своими губами, как тем временем Джисон отчаянно сжимает плечи старшего и невольно ерзает под ним, не зная, куда себя деть. Ладони Минхо повсюду, он гладит грудь, ведет вниз по подтянутому животу, оглаживает обнаженные бедра младшего, приподнимает их немного и кладет руки на ягодицы, слегка сжимая пальцами. Это не может никак не отозваться в парне, который лежит под ним и тихо стонет в поцелуй, одновременно с этим подкинув бедра вверх, от чего он непреднамеренно провел своим возбуждением по бедру Минхо, который тут же разрывает их поцелуй. — Джисони, твои намеки мне довольно... — парень не заканчивает предложение, а просто кладет одну руку на его член и медленно поглаживает, — если ты хочешь, я могу помочь тебе, я ведь обещал быть рядом. Минхо настойчивей сжимает пальцы поверх нижнего белья, на котором уже виднеются первые капли предэякулята, и забирается пальцами под ткань, оглаживая большим пальцем головку. Хан тихо стонет и вновь толкается вперед, желая почувствовать больше прикосновений к себе. — Я принимаю это как однозначное да. Джисон шепчет как в бреду, когда Минхо снимает с него нижнее белье и начинает виртуозно надрачивать ему, быстрыми и скользящими движениями ведя рукой вверх-вниз по стволу и головке члена, иногда сильнее охватывая её. Парень под ним вовсе начинает метаться по постели, когда Минхо наклоняется совсем низко и, проведя языком вниз по всей длине члена, вбирает его в свой рот. Плотно обхватив ладонями талию Джисона, старший прижимает его к постели и начинает быстро двигать головой, втягивая щеки и обводя языком головку. Хану хочется плакать от удовольствия, такого он ещё никогда не испытывал. Ему хочется что-либо сказать Минхо, но тот вбирает член до основания и, утыкаясь носом в лобок парня, замирает, полностью расслабляя горло, и Джисону рвет крышу, он прогибается до боли в спине, тем самым подтолкнув член дальше в горло, и открывает рот в немом стоне, судорожно хватая им воздух. По комнате будто эхом раздаюся пошлые причмокиванья, которые создаёт Минхо от усердной работы и прерывистые стоны парня под ним, который понимает, что долго вовсе не протянет и хочет предупредить, но старший стонет и это вызывает вибрацию по члену, которая оказывается последней каплей для него. Минхо немного отстраняется, чтобы удобней взять член рукой у основания и начинает быстро водить по нему, он хочет принять в свой рот всё, что сможет дать ему младший, который, кажется, ещё немного и отключится от удовольствия, которое он настиг. — Такой хороший мальчик, — Ли приподнимается на руках и легонько чмокает младшего в щеку. Грудь младшего быстро вздымается, ресницы трепещут, а в уголках глаз застыли слезы, который парень убирает большим пальцем, — Сони, ты жив? Джисон легонько кивает головой и, открыв глаза, смотрит внимательно на Минхо, который встал с кровати. — Ты куда? — Мне бы решить кое-что и я вернусь к тебе, если захочешь. Джисон хочет ещё задать вопрос, но он опускает взгляд ниже и понимает, что тот хочет решить. Сквозь ткань спортивных штанов было отчетливо видно, насколько велика его проблема и Джисон удивлен тем, как парень так спокойно смотрит на него. — Я…хочу ещё. — Малыш, ты сейчас чуть не отключился, — парень чмокает младшего в лоб и собирается уже пойти, но Хан крепко хватает его за руку и быстро выпаливает. — Я хочу тебя в себе. Джисон садится на колени и, воспользовавшись заминкой старшего, кладет руки на его талию и начинает целовать его живот, иногда грубо прикусывая кожу и оттягивая её на себя. Минхо откидывает голову назад и зарывается пальцами в волосы парня, слегка сжимая их. — Что же ты творишь, малыш? Любые ласки становятся мучительней с каждой секундой, поэтому парень отрывает младшего от своего тела и легонько толкает на кровать. Быстро сняв с себя футболку и штаны, Минхо остается нагим и следует за губами младшего, даря ему кроткий нежный поцелуй. — Сомневаюсь, что у тебя в комнате есть смазка, но может, есть массажное масло? — В тумбочке. Долго искать не пришлось, старший сразу выливает немножко масла на свои пальцы и подползает ближе к парню, который уже широко развел ноги, ожидая в предвкушении, когда старший начнет. Обведя несколько раз колечко мышц, Минхо медленно толкается внутрь, замирая ненадолго, чтобы дать время привыкнуть к ощущениям. Совсем немного неприятно и парень начинает судорожно вздыхать, когда палец начинает двигаться в нем, проталкиваясь во всю длину. Под пальцами комкается простынь, когда внутри так же медленно, как и в прошлый раз, оказываются уже два пальца, которые раздвигаются в нем и немного сгибаются, в поисках комка нервов. Когда внутри Джисона оказываются три пальца, он тихонько хнычет, откидывает пряди волос, которые прилипли к его мокрому лбу, пытаясь полностью расслабиться, пока Минхо не надавливает пальцами на ту самую точку, которую искал и вырывает вскрик из уст Джисона, который кажется после этого, был уже совсем не в себе и начал сам насаживаться на пальцы, до боли кусая нижнюю губу. Парень вытаскивает пальцы из тела младшего, на что слышит обреченный вздох и тихий шепот вслед: — Ты мне нужен внутри. — Мой малыш нуждается во мне? — Минхо наклонил голову вбок, глядя на то, насколько сильно нуждающимся казался его мальчик. — Прошу, войди в меня, Минхо. Если бы его член мог стать ещё твёрже, так обязательно и произошло, потому что ему определённо нравится, как он просит его и хочет. Подхватывая младшего под бедрами, он заставляет его обхватить ногами и начинает медленно входить, покрывая легкими поцелуями его шею и плечи. — Поцелуй меня, — жалобно тянет парень, пытаясь дотянуться до губ Ли. И Минхо, прижавшись всем телом к Джисону, проводит языком по нижней губе, которую до этого терзал младший, и страстно целует его, проводя языком по ровному ряду зубов и сплетая их языки. Первый раз толкнувшись в податливое тело парня, Ли ловит его негромкий стон в поцелуе и прикусывает его язык зубами, от чего Джисон резко вздрагивает и распахивает глаза, глядя на старшего. Следующий толчок был немного грубее и парень крепче обвил ногами талию Минхо, прижимая того ближе к своему телу, нуждаясь в большем. Выбрав размеренный темп, старший начал уверенно двигаться, поглаживая бока парня, который буквально плавился под ним от каждого нового прикосновения и толчка. Он такой чувствительный и Минхо хочется узнать все его грани, хочет поймать каждый стон, который срывается с пухлых губ, поцеловать каждый участок его кожи, оставить на нем много фиолетовых отметин, которые ещё более наглядно покажут, что этот малыш только его. Эти мысли дурманом окутывают голову Минхо, и он начинает двигаться быстро, грубыми рывками врываясь в тело парня, который совсем не против, а только стонет более развратно и блаженно прикрывает глаза от наслаждения. Повинуясь своему желанию, старший припадает губами к шее и начинает целовать её, грубо засасывая кожу, чтобы оставить самый яркий след, на который он был способен, пока Джисон шепчет имя Минхо, чередуя это с просьбами войти глубже и быть быстрее. Младший отчаянно гнался за своим собственным удовольствием и начал двигать бедрами навстречу, одновременно накрыв ладонью свой член, который уже второй раз требовал разрядки, но Минхо внимательно следил за его действиями: — Что ты делаешь, малыш? — старший завел его руки за голову и сжал своими пальцами, не давая даже пошевелить ими, — разве можно быть таким непослушным? — Но я не могу уже… Ли резко вышел из его тела и вновь грубо вошел, заставляя парня громко застонать. Второй рукой он крепко схватил лицо Джисона и наклонился к нему вплотную, зашептав в губы: — Ты должен быть послушным мальчиком, понимаешь? Минхо вновь начал медленно двигаться в младшем, после того, как он согласно кивнул, принимая эти правила игры. Каждый раз, когда Джисон был довольно близок к оргазму, Ли прекращал двигаться в нем и плотно обхватывал член у основания, не давая даже малейшего шанса кончить, что не могло не расстраивать младшего, который чуть ли не кричал и плакал от того, насколько ему хотелось, и слезы действительно потекли, что тоже не укрылось от взгляда старшего: — Мой малыш, — лёгкая улыбка тронула его губы и он провел ими по его щекам, собирая соленые капли языком, — так сильно нуждаешься. — Прошу, Минхо, разреши, — его уже слегка потряхивало от этого постоянного ощущения на грани, он начал более активно вырывать свои руки из стальной хватки, на что получил звонкий шлепок по ягодице. — Если будешь продолжать в том же духе, то эта игра затянется, — Джисон яро замотал головой, не веря в то, что Минхо может поступить так жестоко, — скоро ты получишь то, в чем так отчаянно нуждаешься. И старший начал размашисто двигаться, практически в животном темпе, попадая при каждом глубоком толчке по простате, от чего Хан громко кричал под ним, а Минхо упивался этими звуками, которые отныне и в дальнейшем станут его самыми любимыми, когда его малыш на пределе и определенно ему завтра будет немного больно говорить. Чувствуя, что он уже сам на пределе Ли покидает тело младшего и отпустив его запястья, берет оба члена в свою ладонь и начинает яростно двигать рукой по всей длине, подгоняя оба оргазма. Первым изливается Джисон, следом за ним сразу же Минхо, но парень продолжает двигать ладонью, не смотря на то, что оба их члена до боли чувствительны, Мин хочет выдавить всю сперму из них, и она пачкает не только его ладони и живот младшего, но и простыни под ними. Убирая руку, старший некоторое время просто глубоко и часто дышит, опустив голову вниз, чтобы немного прийти в себя. Джисон же просто закрыл глаза и даже, кажется, не дышит, только его тело пробивала легкая дрожь от того, настолько сильным был его второй оргазм. Не открыл он глаза даже в тот момент, когда почувствовал, как Минхо бережно, чтоб не потревожить его покой, обтирает тело влажными салфетками, которые он заприметил еще, когда искал масло в тумбочке. — Малыш, — Мин провел руками по его волосам, приглаживая растрепанные пряди, — давай ляжешь удобней, чтобы я остался. Джисон открывает глаза, и, не обращая излишнее внимание на ломоту в теле, ложится у самой стены и тянет руки к Минхо, призывая парня быстрее лечь рядом. Может, это и работает, потому что как только он ложится рядом, Хан обвивает его руками и закидывает одну ногу на него, давая понять, что всю оставшуюся ночь удобней ему не лечь. — Ты такой милый сейчас, Сони, — старший оставляет легкий поцелуй у его виска и довольно прикрывает глаза, растворяясь в объятиях и вот-вот готовясь провалиться в крепкий сон, но Джисон тихонько шепчет возле уха Мина: — Как думаешь, нам завтра сильно влетит от Банчана? — Тебя я в обиду не дам, даже если он что-то скажет, так что спи, малыш. Казалось, что Хан полностью расслабился и уже сам засыпал, меняя свое положение уже четвертый раз, чтобы удобно устроиться сверху на Минхо, но спустя пару мгновений его шепот опять прервал ночную тишину: — Хён, а теперь я в туалет хочу… — Хан Джисон, да ты издеваешься надо мной.