Ну почему именно он?

Майуми возвращалась домой, чувствуя себя на вершине мира. Контракт с Ямамото Ичиро был её первым настоящим шагом к мечте. Все ночи, проведённые за написанием текстов, и все волнения наконец окупились. Она достала телефон,на экране уже светилось сообщение от Дайки: "Нужно поговорить. Встретимся в парке через час." Что-то в этих словах заставило её нахмуриться. Слишком коротко, слишком холодно. "Может, он просто хочет всё услышать лично," — подумала она, отвечая: "Хорошо. Буду." Парк окутал вечерний сумрак. Майуми заметила Дайки на лавочке. Его поза выдавала напряжение — он сидел, скрестив руки, и смотрел вдаль. — Привет, — тихо сказала она, подходя ближе. — Привет, — ответил он, не поворачивая головы. Майуми села рядом, но сразу почувствовала, что что-то не так. — Ты как-то странно выглядишь. Что-то случилось? Он бросил на неё быстрый взгляд. — Случилось. Ты подписала контракт с этим… Ямамото. Майуми кивнула, стараясь понять, что его беспокоит. — Да, это было потрясающе. Он поверил в меня и... — Ты вообще понимаешь, с кем связалась? — перебил он, повышая голос. — Что ты хочешь этим сказать? — Этот продюсер никто. Его имя ничего не значит. Я нашёл для тебя кого-то действительно стоящего, а ты побежала к первому встречному. Майуми почувствовала, как её радость начинает улетучиваться. — Я не "побежала". Это было моё решение. Дайки усмехнулся, но в его взгляде не было ничего весёлого.Прежде чем он успел ответить, его телефон завибрировал. Дайки, бросив быстрый взгляд на экран, сжал губы, но всё же ответил на звонок. — Алло? Майуми не собиралась подслушивать, но голос на другом конце был достаточно громким, чтобы она услышала каждое слово: — Ну что, когда приведёшь эту девку? — раздалось грубое, раздражённое. — Мы уже всё обсудили. Мне твоя игра одному не нужна. Группа, понимаешь? Так что не тяни. Майуми застыла. Она не хотела верить своим ушам. Дайки нахмурился, бросив быстрый взгляд на неё. — Сейчас не могу говорить, — отрезал он и резко сбросил вызов. Майуми смотрела на него, словно впервые видела. — Этот продюсер… — её голос дрожал. — Ты искал его для меня не потому, что он был лучше, а потому что он хотел меня? Дайки открыл рот, чтобы возразить, но замялся. — Это не совсем так… — Нет, это именно так! — перебила она. — Он тебе сказал, что ты ему не нужен один, и ты хотел использовать меня, чтобы получить этот контракт? — Я думал, это будет шанс для нас обоих! — выпалил он, поднимаясь с лавочки. — Шанс? — её голос поднимался вместе с эмоциями. — Ты даже не сказал мне! Ты… ты просто пытался манипулировать мной. — Я не манипулировал! Я хотел, чтобы ты была успешной. — Успешной? Или просто полезной? — она встала, чувствуя, как внутри всё сжимается. — Ты никогда не верил, что я могу справиться сама. Дайки отступил на шаг, раздражённо проведя рукой по волосам. — Хорошо, если ты такая независимая, то почему тебе вообще понадобился Ран? Майуми отступила, поражённая его тоном. — Причём здесь Ран? — А ты мне скажи! Ты сама упомянула, что это он договорился с этим Ямамото. Думаешь, он просто так это сделал? — Он поддержал меня, потому что видел, как мне трудно, — бросила она, её голос был полон обиды. Дайки рассмеялся, но в его смехе не было веселья. — Поддержал? Не будь наивной, Майуми. Скажи честно: что у вас с ним? Он просто так ничего не делает. Ты ему отдалась ради контракта? Её дыхание участилось, а в глазах защипало от подступающих слёз. — Как ты можешь? Как ты можешь так думать обо мне? — А как мне думать, если ты не говоришь правду? — Ничего такого нет! — выкрикнула она, чувствуя, как голос предательски дрожит. — Ты просто не можешь смириться, что я справилась сама, без тебя. Он замер, а затем отвернулся, его плечи напряглись. — Может, ты и права, — холодно сказал он. — Может, я действительно больше не понимаю, кто ты. Он развернулся и ушёл, оставив её одну в холодной тишине. Майуми стояла, не в силах сдержать слёзы. Её сердце разрывалось, но в глубине души она знала: этот разговор был неизбежен. И, возможно, это был конец. Её сердце было разбито. Она не знала, что думать о его словах и о том, что их отношения оказались такими хрупкими. Майуми сидела на лавочке в тени парка, прижимая колени к груди. Её мысли блуждали где-то далеко, в воспоминаниях о словах Дайки и его обвинениях. Сердце то сжималось, то отпускало, словно в попытке понять, что же ей делать дальше. Внезапно знакомый голос вырвал её из этих мрачных раздумий: — Лисёнок, ты что, меня сталкеришь? — насмешливо произнёс Ран. Майуми вздрогнула и подняла взгляд. Перед ней стоял Ран в чёрных спортивных штанах и белой футболке. В руках он держал толстовку, небрежно перекинутую через плечо. Его волосы были чуть взъерошены, будто он только что встал с кровати. Она не сразу нашлась, что ответить, молча разглядывая его. В голове пронеслась странная мысль: "«Что он здесь делает? И в таком виде? Может быть, мусор выносил или ходил в магазин за хлебом?» Ран, заметив её заторможенность, слегка наклонился вперёд и помахал рукой перед её лицом: — Ты настолько шокирована увидеть меня, что даже говорить разучилась? — его тон был ироничным, но в глазах читался лёгкий интерес. Майуми очнулась и поспешно отвела взгляд: — Нет... Просто... — она замялась, не зная, что сказать, чтобы объяснить своё состояние. Ран сел рядом на лавочку, не дожидаясь её разрешения, и надел толстовку. Он, казалось, чувствовал себя абсолютно непринуждённо, словно они были давними друзьями. — Ну? — спросил он, глядя на неё искоса. — Что тут делаешь? Ждёшь апокалипсиса или просто решила провести ночь под звёздами? Его шутливый тон немного расслабил Майуми, но она всё ещё чувствовала себя разбитой. — Просто... думала, — наконец сказала она. Ран кивнул, не задавая лишних вопросов, и сделал вид, что внимательно рассматривает свои кроссовки. Через несколько секунд он добавил: — Если бы знал, что ты тут, принёс бы тебе что-нибудь пожевать. Ты выглядишь так, будто не ела весь день. Майуми невольно улыбнулась его заботливой шутке, но быстро стерла улыбку с лица, пытаясь сохранить серьёзный вид. — Всё нормально, — сказала она, но её голос звучал неубедительно. Ран прищурился, словно пытался разгадать её мысли: — Ты, конечно, можешь мне врать, но зачем? Лучше расскажи, что случилось. Слова Рана, , неожиданно стали для Майуми последней каплей. Она опустила голову, пытаясь скрыть покрасневшие глаза, но не смогла удержать слёз. Ран замер, удивлённый таким поворотом. Он молча смотрел на неё, явно не зная, как реагировать. Наконец, он пробормотал, больше себе, чем ей: — Ну ты опять ревёшь... И что мне с этим делать? В его голосе не было ни раздражения, ни осуждения — только растерянность. Он выглядел так, будто его внезапно поставили перед задачей, к которой он был абсолютно не готов. Майуми всхлипнула, закрывая лицо руками. — Я просто... Я больше не могу... Всё валится... — пробормотала она сквозь слёзы. Ран потёр затылок, раздумывая, как действовать. Он не был из тех, кто мог утешать, а слова вроде «всё будет хорошо» казались ему глупыми. Поэтому он поступил так, как подсказывало интуитивное чувство. — Эй, Лисёнок, хватит плакать. Иди сюда, — сказал он, и, не дожидаясь её ответа, осторожно обнял её. Майуми сначала замерла, а потом медленно прижалась к нему, чувствуя, как его тёплая рука крепко обхватила её плечи. Это объятие оказалось странно утешительным. Ран тихо добавил: — Выговаривайся. Станет легче. Он говорил это неуверенно, словно не знал, действительно ли это поможет, но Майуми почувствовала, что он искренен. Её рыдания постепенно стали тише, и она начала рассказывать. Не всё сразу, но кусочек за кусочком, словно вынимая из себя камни. Она говорила о Дайки, о его словах, о том, как сильно её задело его недоверие. Ран слушал молча, лишь иногда кивая. Его рука оставалась на её плече, словно напоминая ей, что она не одна. Когда Майуми наконец выдохнула, оставшись без слов, он тихо произнёс: — Ну, знаешь, этот парень... Он дурак. Но раз уж он так тебя выбесил, значит, тебе не всё равно. Майуми подняла голову и посмотрела на него сквозь остатки слёз. В его глазах читалась смесь насмешки и чего-то почти тёплого. Она не сдержалась и слабо улыбнулась. — Спасибо, — прошептала она. Ран пожал плечами, как будто это было само собой разумеющимся. — Ты только прекрати реветь. Иначе мне ещё придётся тащить тебя домой на руках, а это совсем не в моих планах. Ран заметил Майуми в её летней одежде, которая, по его мнению, была недостаточно тёплой для холодного времени года. Он недовольно взглянул на неё и сказал: — Сейчас не май месяц, что ты, совсем замёрзнешь в таком виде. Ты как маленькая, — пробормотал он, при этом слегка раздражённый её лёгким нарядом. Он снял с себя толстовку и без лишних слов накинул её на Майуми, обвивая её плечи. — Пойдём, я тебя до дома провожу. , — добавил он, что-то ещё пробормотав себе под нос. В его голосе не было злости, скорее, того холодного беспокойства, которое Майуми сложно было понять, но она почувствовала, как его присутствие успокаивает её.

***

Когда Ран вернулся домой, его встретил Риндо, который, заметив, что он долго отсутствовал, подколол его: —Что-то ты долго. Кого-то встретил? Ран, не желая вдаваться в подробности, ответил коротко: —Да, встретил лисёнка, провёл до дома. Всё нормально. Однако Риндо продолжил, заметив что-то странное в поведении Майуми: — Кстати, про неё. Я ещё когда она была у нас, после той "вечеринки", заметил, что она очень худая. И знаешь, что меня по-настоящему насторожило? Она так странно ела печенье. Типа просто разламывала их, как будто делала вид, что ест. Тебе не кажется это странным? Ран, не желая углубляться в разговор и думая, что это может быть всего лишь её привычкой, отмахнулся: — Да не неси ерунды, просто, наверное, не голодная была. Ты слишком много внимания на это обращаешь. Он пытался сменить тему, но в его голове что-то тревожно ёкнуло, не давая забыть об этом разговоре. Перед тем как заснуть, Ран лежал в кровати, погружённый в размышления. Он не мог отделаться от мыслей о Майуми, всё больше и больше вспоминая моменты, которые раньше казались ему незначительными. В кафе она всегда ела очень мало: всего пару ложек, а затем просто ковырялась в еде, будто не могла заставить себя есть. Даже когда она пила, это было как будто больше для того, чтобы что-то делать, чем по-настоящему из-за жажды. Он вспомнил их первую встречу. Майуми тогда выглядела иначе, но с каждым разом, когда они виделись, она становилась всё более хрупкой и худой. Это заметил не только он, но и Риндо. И вот теперь, когда он всё это вспомнил, Ран осознал, что её похудение не могло быть просто случайностью. Его это сильно беспокоило. Почему он так переживает? Почему это так волнует его? Он не мог найти ответа, но чувство тревоги не отпускало. Он даже не понимал, почему стал так за неё переживать, ведь их отношения всегда были сложными и не совсем тёплыми. Однако мысли о её состоянии стали занимать его ум, и ему было трудно просто забыть об этом. Ран ещё долго лежал, стараясь уснуть, но беспокойство не давало ему покоя.

***

Майуми находилась в студии звукозаписи, поглощённая работой над новым альбомом. На ней были наушники, и она внимательно слушала первые аккорды своей песни. Но что-то всё же не устраивало её в этом звучании. Она остановила запись и, почесав затылок, задумчиво произнесла: — Чего-то не хватает. Звукорежиссёр, сидящий за пультом и с вниманием следящий за её словами, кивнул. — Да, что-то нужно изменить. Может, добавить немного... И тут её телефон, который был весь в трещинах, вибрировал на столе. Майуми взглянула на экран, и, увидев сообщение от Рана, немного удивилась. Он написал: "Надо встретиться." Майуми вздохнула и быстро ответила: "Не могу, я в студии." На это Ран написал: "Скинь адрес, я приеду." Майуми немного замерла, не понимая, чего от неё хочет Ран. Она быстро набрала адрес и отправила его. Поскольку она думала, что он просто подождёт возле входа, она снова сосредоточилась на работе. Но прошло всего 15 минут, и её взгляд случайно упал на окно, которое разделяло две комнаты в студии. Она увидела, как Ран заходит в помещение. Он выглядел спокойным, но что-то в его походке выдавало его решительность. Он оглянулся, заметив, как Ямамото, продюсер, моментально направился к нему, обнимая его с радостью. Звукорежиссёр, казалось, был менее эмоционален, но тоже протянул руку, пожимая её с уважением. Майуми осталась в шоке, не понимая, как Ран решился зайти прямо в комнату для записи. Она замерла, наблюдая за этой сценой через стекло,В комнате, где записывался вокал. Майуми вышла из комнаты, где записывался вокал, и сразу услышала разговор. Ямамото, заметив её, предложил Рану послушать, как у них получается. Ран не стал возражать и после прослушивания, слегка нахмурившись, сказал: — Чего-то не хватает. Затем он сел рядом с звукорежиссёром и что-то шепнул ему на ухо. Звукорежиссёр с неожиданным восхищением воскликнул: — Точно! Как же я не догадался! Майуми стояла сзади, пытаясь разглядеть, что именно сказал Ран, но ей не удавалось понять. Она немного наклонилась вперёд, но из-за того, что Ямамото был занят этим же процессом, ей не удалось уловить детали. Звукорежиссёр продолжал активно обсуждать, как улучшить песню, и Майуми почувствовала, как её беспокойство растёт. Наконец, звукорежиссёр, заметив её, сказал: — Можешь принести мне текст песни? Майуми, тяжело вздохнув, направилась в комнату, где лежал текст, думая, что Ран пришёл и теперь будто это его песня. Все рады его присутствию, все согласны с его идеями, а её творческая роль вдруг оказалась затмённой. На её лице отразился лёгкий пессимизм, когда она доставала листы с текстом песни. Она принесла их, сдерживая раздражение. Как только она вернулась, через пару минут ей предстала картина: Ран в наушниках, сидящий в комнате для записи, поёт, как будто это его собственная песня. Майуми стояла у двери, её взгляд был полон гнева, она ощущала, как нарастает её раздражение. Она стояла с таким видом, что казалось, она вот-вот готова убить его за этот момент, когда её работа уже теряла свой первоначальный смысл. Когда всё было закончено и обсудено, команда пришла к решению, что эту песню выпустят отдельно, без привязки к альбому, так как она была слишком хороша, чтобы быть просто частью какого-то проекта. Майуми, стоя в коридоре студии, надула губы, ощущая, как её раздражение постепенно накапливается. Она понимала, что песня стала чем-то больше, чем её личным творением, и эта мысль не давала ей покоя. Выходя из здания, она уже собиралась уйти, как вдруг услышала, как её зовёт Ран. Она остановилась, не оборачиваясь, и просто посмотрела в его сторону. Ран, немного смущённый её молчанием, подошёл ближе и с невозмутимым видом сказал: — Ты обиделась? Серьёзно? Я всего-то две строчки там сказал. Майуми проигнорировала его слова и, повернувшись к нему, без всякой эмоции ответила: — Так зачем ты вообще пришёл сюда? Ран, не ожидавший такой реакции, просто взял её за руку, не давая ей возможности отойти, и с лёгким жестом повёл её к ближайшему кафе. — Пойдём, поговорим, — сказал он, пытаясь скрыть беспокойство в голосе. Майуми вяло сопротивлялась, но в глубине души она знала, что, возможно, им действительно нужно было поговорить. Они сели за столик у окна. Майуми, всё ещё надув губы, уткнулась в меню, стараясь не смотреть на Рана. Он, в свою очередь, внимательно смотрел на неё, словно пытался разгадать какую-то тайну. — Что будешь? — спросил он, прерывая тишину. — Не знаю. Может, чай, — буркнула она, продолжая листать меню, будто искала что-то, чего там не было. Ран нахмурился. — Чай? А поесть? — Не голодна, — бросила она, отводя взгляд. Ран положил локти на стол, наклонившись ближе. Его голос стал мягким, но с лёгкой долей упрямства: — Майуми, это не первый раз, когда ты "не голодна". Заметно, что ты совсем не ешь. Ты даже в студии ничего не ела, только ковыряла ложкой в чашке. Она резко подняла на него глаза, её лицо порозовело от удивления и раздражения. — Это не твоё дело, — ответила она, стараясь сохранить спокойствие. Ран не отступал: — Нет, моё. Особенно когда ты вот-вот в обморок свалишься. Я это не просто так говорю. Майуми отвернулась, сжимая меню в руках. Её раздражение начало сменяться странным ощущением стыда, но она не хотела этого показывать. — Я нормально ем. Ты преувеличиваешь. Ран откинулся на спинку стула, сложив руки на груди. — Если это "нормально", то мне страшно представить, как выглядит "плохо". Слушай, Майуми... Я не собираюсь смотреть, как ты себя изводишь. Его слова заставили её замереть. Он говорил спокойно, но в его голосе звучала искренняя забота, которую Майуми не могла игнорировать. Майуми сидела напротив, молча сжимая меню, и старательно избегала взгляда Рана. Она пыталась найти слова, чтобы ответить, но он вдруг продолжил, не давая ей шанса уйти от разговора. — Я заметил, что ты стала мне дорога, — произнёс он неожиданно мягко, почти шёпотом, но его слова прозвучали для неё громче, чем любые другие. Майуми подняла на него глаза, в которых смешались удивление и недоверие. — Что?.. — только и смогла выдавить она. Ран вздохнул, отводя взгляд, словно сам не мог поверить, что говорит это вслух. — Я бы не хотел, чтобы ты себя так... калечила. — Он замолчал, на мгновение потеряв привычную уверенность. — Я сам не знаю, что со мной происходит. Майуми смотрела на него, чувствуя, как её раздражение и злость начинают уступать место чему-то другому. Тёплому и пугающему одновременно. — Ран... — прошептала она, но тут же замолчала, не зная, как продолжить. Он поднял на неё глаза, в которых не было привычной холодности, только искренность и лёгкая растерянность. — Я не прошу тебя сразу что-то менять. Но... хотя бы подумай об этом. О себе. Майуми почувствовала, как её сердце начинает биться быстрее. Она никогда не видела Рана таким — уязвимым, открытым. Это сбивало её с толку, но вместе с тем она не могла отвести взгляд. Майуми всё ещё молча переваривала слова Рана, глядя на него через стол. Она собиралась что-то ответить, но их разговор прервало знакомое лицо. Дайки стоял у входа в кафе, явно удивлённый, что видит её с Раном. — Майуми? — его голос был полон растерянности. Майуми, будто очнувшись, повернулась к нему. — Дайки? — Она явно не ожидала его здесь увидеть. Дайки подошёл ближе, оглядывая их обоих. Его взгляд задержался на Ране, в котором читалась лёгкая насмешка, смешанная с холодной настороженностью. — Вы что, вместе? С этим бандитом?— спросил Дайки, стараясь казаться непринуждённым, но в голосе явно проскальзывало напряжение. Майуми покраснела, а Ран слегка ухмыльнулся. — А что, нельзя? — бросил Ран, наклоняясь на спинку стула и скрестив руки на груди. Майуми поспешила вмешаться, чувствуя, как обстановка накаляется. — Нет, мы просто... — Она запнулась, не находя подходящих слов. Дайки нахмурился, переводя взгляд с неё на Рана. — Майуми, мы же недавно говорили... Я думал, у нас с тобой что-то есть. Его слова заставили Майуми замереть. Она чувствовала себя загнанной в угол.И она прекрасно понимала, что Дайки это говорил специально, чтоб вывести, но непонятно кого. Ран усмехнулся и, поднявшись со стула, посмотрел на Дайки сверху вниз. — Она не твоя собственность, — сказал он холодно. — Может, хватит давить на неё? Дайки явно был раздражён таким тоном. — А ты что, решил за неё всё решать? — ответил он, не отводя взгляда. Майуми резко поднялась, чувствуя, что ситуация выходит из-под контроля. — Хватит! — воскликнула она, глядя то на одного, то на другого. — Это моё дело! И вы оба сейчас переходите границы. Ран и Дайки уставились на неё, а затем, не сговариваясь, сделали шаг назад. — Майуми... — начал Дайки, но она подняла руку, останавливая его. — Дайки, я благодарна тебе за всё, что ты сделал. Но сейчас я должна разобраться сама. — Она повернулась к Рану. — А ты... прекрати вести себя так, будто знаешь, что для меня лучше. Ран усмехнулся, но на этот раз в его взгляде было меньше вызова. — Как скажешь. Майуми развернулась и вышла из кафе, оставив двоих парней в неловком молчании.

***

Майуми вернулась домой, чувствуя усталость после насыщенного дня. Как и всегда, в квартире было пусто и тихо. Она привычно сбросила кеды у порога и направилась на кухню, чувствуя лёгкий голод. Открыв холодильник, она нахмурилась. Там было почти пусто — пара соусов, засохший лимон и бутылка воды. — Ну, конечно, — пробормотала она себе под нос, вспоминая слова Рана в кафе. — Может, это судьба? Она усмехнулась, но смех быстро стих, когда раздался неожиданный звонок в дверь. Майуми вздрогнула, не ожидая никого в это время. Подойдя к двери, она заглянула в глазок и от неожиданности застыла. На пороге стоял Дайки — его лицо было в синяках, нижняя губа рассечена, а футболка слегка порвана. Она открыла дверь, не в силах скрыть шок, её рот приоткрылся, но слов не находилось. — Это всё твоё мудло с патлами, — сухо бросил Дайки, ухмыльнувшись сквозь боль. Майуми молча смотрела на него, пытаясь осознать услышанное. — Ран?! — наконец, выдохнула она. — Что ты имеешь в виду? — Что имею в виду? — Дайки прошёл внутрь, опираясь на косяк двери, и остановился, тяжело вздохнув. — Я пытался с ним поговорить. Но этот... — он сделал паузу, на мгновение закрыв глаза от боли. — Этот тип явно не в настроении обсуждать что-либо мирно. Майуми закрыла дверь и повернулась к нему, всё ещё не веря своим ушам. — Ты хочешь сказать, вы подрались? Дайки посмотрел на неё серьёзно, но с каким-то странным вызовом. — Нет, Майуми, — саркастично произнёс он. — Мы просто немного "повздорили". Её сердце сжалось, пока она пыталась понять, как на это реагировать. — Садись, я принесу аптечку, — сказала она, опустив глаза. — Не надо, — остановил её Дайки, усаживаясь на диван. — Лучше скажи, почему ты позволяешь этому парню крутиться вокруг тебя? Его слова заставили её замереть. Она не знала, что ответить.