Хочешь сделать хорошо - сделай это сам

На следующее утро мастер Мин поправил свою маскировку и направился на завтрак. Когда заклинатель дошел до столовой, он мысленно присвистнул. Приемы пищи в секте Аметистового рассвета проходили в огромном зале, который одновременно вмещал не менее трехсот человек. Как и большинство зданий на территории секты, столовая была обильно украшена камнями. Похоже, все, к чему бы ни прикасалась рука главы Баоши, тотчас же становилось инкрустировано и позолочено, и это касалось не только главного дворца, но и хозяйственных построек. Это не вязалось с его собственным видом грозного и строго воина. Размышляя о дизайнерских предпочтениях главы секты, мастер Мин вошел внутрь. Вдоль стен стояли несколько длинных столов, за которыми завтракали ученики. Стол для учителей находился у стены напротив входа, и чтобы дойти до него, нужно было пройти вдоль ученических столов. В зале было многолюдно и оживленно, и никто особо не заметил появление нового человека. Мастер Мин направился к учительскому столу, и вдруг ощутил на себе пристальный взгляд. Резко повернув голову, он увидел Вань Ланя, который тут же опустил глаза и сделал вид, что очень заинтересован кашей в своей тарелке. «И с какого черта ты на меня так пялишься? На жену свою будешь пялиться» - раздраженно подумал мастер Мин, но заставил свое лицо оставаться непроницаемым. За столом для учителей сидели глава Баоши, его брат и еще около десяти заклинателей. Увидев «учителя Мо», глава Баоши поспешно встал, чтобы приветствовать его. Брат главы секты Шаньши тоже подскочил с места и начал кланяться. Главе Баоши уже доложили о ночном происшествии. Он был очень зол на своего старшего ученика - подумать только, в первый же день напасть на учителя, которого они с таким трудом уговорили приехать! Со злости он хотел выпороть ученика плеткой по заднице как провинившегося ребенка, несмотря на то, что Вань Ланю было почти девятнадцать. Но он все-таки сдержался, посчитав, что возможно учитель Мо захочет сделать это собственноручно. Глава секты изо всех сил старался быть любезным, чтобы хоть как-то загладить этот неудобный инцидент. Он указал мастеру Мину на место рядом с собой, приглашая сесть, и объявил всем собравшимся за столом: - Дорогие братья и сестры! С превеликим удовольствием хочу представить вам учителя Мо. Учитель Мо великодушно согласился посетить нашу секту для обучения адептов боевой музыке. Присутствующие поздоровались с мастером и начали с интересом его разглядывать. Кто бы мог подумать, что прославленный учитель, о котором так много говорил глава, окажется таким утонченным, невысоким и даже немного хрупким на вид. Конечно же все присутствующие знали, что судить о силе заклинателя по его внешности - самая последняя глупость. Однако представшая картинка все равно не клеилась с обликом человека, которого каждый воображал по-своему исходя из услышанных рассказов. Мастер Мин понятия не имел, что его внешний вид вызывал какие-то эмоции у окружающих. Он мирно жевал завтрак и слушал потоки лести от главы Баоши и Шаньши. Он сидел между двумя братьями, поэтому не мог заговорить с кем-то еще, чтобы избежать этой участи. Вскоре речь зашла о провинившемся адепте. Хоть Вань Лань и был первым учеником, но учитель Мо владел знаниями, необходимыми в войне с демоническими культиваторами. Удержать такого человека в секте было важнее, чем сохранить гордость пусть и талантливого, но все же только ученика. Поэтому между достоинством ученика и необходимостью задобрить важного учителя, оба брата, не сговариваясь, выбрали второе. - Сразу же после завтрака к вам явится старший ученик Вань Лань для наказания - тоном, не терпящим возражений, сказал глава Баоши. - За нанесенное благородному человеку оскорбление он должен понести расплату! Накажите его со всей строгостью, не сдерживайте себя! - вторил ему брат. - Но я не хочу... - попытался возразить мастер Мин. - Он заслужил хорошей порки, вам не нужно сдерживаться! - не унимался глава Баоши. - Но я не собираюсь... - мастер Мин не оставлял попыток возразить. - Я прикажу принести лучшие розги, плетки, хлысты - выбирайте на свой вкус! - не слушая его, продолжал Шаньши. Мастеру Мину захотелось удариться головой об стол. "Да что с вами не так!?" - вопил он про себя- "Я только зашел к вам в секту, а вы уже заставляете меня кого-то выпороть! И не просто кого-то, а самого настоящего будущего героя! С его талантами, если я подниму на него руку, то вскоре он сам меня выпорет!". Мастер Мин прекрасно осознавал, на что способен Вань Лань, если будет задета его гордость. Он сам же и выбрал такого человека, чтобы вырастить из него героя! Одно дело когда он доставал Вань Ланя будучи в амплуа недосягаемого злодея. Но совсем другое - вредить ему, когда живешь с ним бок о бок. Нет уж, спасибо, у него еще остался инстинкт самосохранения! Мастер Мин не сомневался, что если "учитель Мо" наживет себе врага в лице Вань Ланя, то юный герой найдет способ отомстить за пострадавшую честь. А ведь ему нужно какое-то время продержаться на посту "учителя"! С этими мыслями он закончил завтрак и направился к своему домику. На крылечке его уже ожидал Вань Лань. Мастер Мин заметил, что на скамейке возле крыльца лежал, заботливо принесенный кем-то, целый ворох разнообразных плеток, розг и хлыстов. Вань Лань поклонился и уставился на "учителя" ледяным взглядом. - Этот ученик прибыл для получения наказания - таким же ледяным тоном промолвил он. Мастер Мин задумчиво смотрел на юношу, заложив руки за спину и покачиваясь с носков на пятки. Вань Лань внимательно наблюдал за выражением его лица. Тут стоит упомянуть, что у мастера Мина от природы было крайне выразительное лицо. Любая эмоция, едва зародившись, тут же ясно отражалась на нем. Если мастер Мин не хотел, чтобы все его чувства были написаны на лице, ему приходилось сосредоточиться. Это не всегда удавалось, особенно в неожиданных ситуациях. В детстве бабушка пыталась научить его контролировать свою драматичную мимику, но у нее ничего не вышло. Тогда она придумала, чтобы он носил маску хотя бы вне секты. Ведь куда это годится, чтобы по лицу демонического заклинателя можно было прочесть все его мысли! Позже остальные члены секты подхватили эту идею и тоже начали закрывать лица масками. Сейчас лицо мастера Мина было покрыто гримом, но это все равно не могло полностью скрыть его экспрессивность. Вань Лань с удивлением наблюдал, как человек перед ним сначала широко распахнул глаза, потом нахмурился, потом прикусил губу, потом опять нахмурился и наконец вскинул брови, как будто ему в голову пришла какая-то идея. И все это менее чем за десять секунд. - Пошли внутрь - наконец сказал "учитель Мо". Вань Лань вновь одарил его ледяным взглядом и промолчал. Мастер Мин отворил дверь и вошел в домик, Вань Лань проследовал за ним. Они прошли в небольшой кабинет. В нем стоял низкий столик для письма, на стенах висели полки с книгами и свитками. - Садись - указал мастер Мин на столик, а сам начал рыться на полках. Он отыскал листы бумаги, кисть и чернильницу с чернилами и положил все это на стол. Затем он сел за столик напротив Вань Ланя и начал что-то писать. Исписав одну страницу, он положил ее перед Вань Ланем. Юноша увидел, что это список каких-то изречений. - Вот, ты должен переписать это сотню раз. Это и будет твое наказание. Это мудрости одной великой женщины, тебе это пойдет на пользу - сказал Мастер Мин. Вань Лань удивленно посмотрел на сидящего перед собой. - Учитель, разве вы не собирались выпороть меня? - Нет, в этом нет нужды - решительно сказал мастер Мин. - Учитель точно не желает сделать это? - не сдавался Вань Лань. "Да что за фетиш у них тут такой? Почему в этой секте все помешаны на порке? Они всегда что ли чуть что - хватаются за плетки?" - мастер Мин никак не мог переварить дикие нравы, царящие у этих праведных заклинателей. - Что, совсем ни разу не ударите меня? - недоверчиво спросил Вань Лань. Мастер Мин немного забеспокоился. Не развились ли у юного героя в такой атмосфере некоторые мазохистские наклонности? Вань Лань выжидающе смотрел на него.  - Нет, я же не один из этих... Мастер Мин хотел сказать "психованных праведников", но вовремя прикусил язык. - ...не один из этих сторонников подобных методов - закончил он. Вань Лань, наконец смирившись, что его не будут бить, коротко кивнул и приступил к переписыванию.