Помощь и доверие.

       Когда Дилан приходит в сознание в новом теле, это ощущается как настоящее чудо. Руки, ноги, голова, жажда, вкус еды, усталость. Наконец-то он снова настоящий. Он скучал по этому всему, скучал по ощущению самого себя. Он долго смотрит на свои ладони, сгибая пальцы в разном порядке. Трогает свои волосы и улыбается как ребенок, когда между пальцами проскальзывают пряди настоящих волос.        Уже стоя в прихожей клиники, куда после некоторых уговоров Солус согласился его отвезти, автоматон с восхищением думает о том, что его сердце взволнованно бьется, а руки подрагивают от волнения. Лололошка стоит напротив, такой знакомый, с такой комбинацией шока и радости на лице, что Дилан даже бесшумно смеется. Он не видел его так долго, что начал бояться, что забудет это милое лицо, непослушные легкие кудряшки и очаровательно-невинные синие глаза. Даже нарисованный шрам не мог испортить его. Глупо оглядываясь, мироходец никак не может взять себя в руки. Очень много потрясений за последние часы. Так что он просто стоит и смотрит им вслед, когда Саймон и Дилан уходят.               Сидя глубокой ночью на своей кровати спустя сутки, Лололошка пытается прийти в себя после всех произошедших событий. Проводник сломан, сообщение отправлено, Ричард громко сопит во сне, а в соседней комнате находится автоматон. Тело немного болит после удара током и болезненного падения, но он и не с таким справлялся. Усталость ноет в конечностях, спать не хочется.        Тихо, чтобы никого не разбудить, Лололошка выходит из комнаты, неслышно прикрывая за собой дверь. По полу пробегает сквозняк, и мироходец ежится, обхватывая себя руками. Футболка мало спасает от холода. Едва заметной тенью мироходец юркает в гостевую комнату, так же осторожно закрывая дверь.        Дилан сидит с ногами на застеленной кровати, одной рукой подпирая щеку, а второй что-то быстро печатая в телефоне. Когда Лололошка входит в комнату, парень вскидывает голову, смотря на него удивленно, но тепло. Мироходец мнется на входе, отводя взгляд в сторону. Он не уверен, зачем пришел, или что ему стоит сказать на свой незваный визит. Наверное, он просто… хотел увидеть своего друга. Убедиться, что всё это не фантазия его нездоровой головы.               - Что такое, Ло? – его голос очень похож на прежний. От его звучания внутри что-то знакомо сжимается. Мироходец, не думая, закрывает лицо обеими руками. Он скучал. Силы словно уходят, и Лололошка наконец чувствует, насколько он устал. С момента побега у него не было ни одного спокойного дня. – Что-то случилось?               Мироходец не замечает, как Дилан встает и быстро оказывается рядом. Он укладывает руки на худые плечи, тепло и крепко сжимая их. Лололошка вскидывает на него взгляд. Так непривычно, что программист теперь заметно выше. В темноте комнаты мироходцу сложно разглядеть глаза своего друга, но он уверен, что они всё такие же бирюзовые, какими были раньше. Он тихо вздыхает, опуская руки и расслабляя напряженную спину.               - Нет, ничего. Просто хотел увидеть тебя. Убедиться, что не придумал всё это, - мироходец грустно улыбается, чувствуя, как глаза постепенно начинает щипать.               Дилан смотрит на него нечитаемым взглядом секунду, две, а потом притягивает совсем близко к себе, обхватывая спину руками, и укладывает подбородок на чужую кудрявую макушку. Лололошка обхватывает его руками в ответ, зарываясь носом в черную кофту в районе груди. Странно. Тело другое, но запах тот же. Удивительно, что у автоматонов вообще есть запахи.               - Можешь посидеть со мной, если хочешь, - шепчет Дилан, немного отстраняясь.               Лололошка смотрит ему в глаза и быстро кивает. Программист улыбается ему, просто и искренне, и возвращается на кровать. Он пододвигается вплотную к стене, после чего раскидывает руки в стороны и весело подмигивает. Мироходец на секунду впадает в ступор и глупо хлопает глазами, понимая, что Дилан имел в виду под «посидеть с ним».        Это немного смущает. Они уже сидели в обнимку раньше, ещё на острове. Чаще всего они так делали в дни, когда Лололошка, особенно уставший после учебного дня, возвращался в их комнату совсем разбитым. После всего, что объединяло их вместе, Дилан не мог позволить себе оставаться в стороне.        Но с этим новым Диланом они так ещё не делали. Мысли об объятьях с ним вызывают волнение и некоторую тревогу. Хотя, наверное, он должен просто привыкнуть к этим изменениям? Мироходец надеется, что так и есть.        Программист видит сомнения на лице парня, но молчит, терпеливо держа руки на весу. Он надеется, что сможет постепенно вернуть то физическое доверие между ними, которое осталось далеко, в искусственном Хэнфорте. Лололошка продолжает топтаться на месте, и Дилану больно смотреть, как его кожа покрывается мурашками из-за ночной прохлады.               - Ло, ты замерзаешь. Серьезно, иди сюда, - автоматон встряхивает руками, настойчивее показывая своё желание.               Шумно вздохнув, мироходец забирается на кровать. Потерявший терпение Дилан тянет его на себя, из-за чего парень неуклюже падает, приземляясь точно в теплые объятья. Не давая опомниться, программист обхватывает его руками, прижимаясь грудью к спине Лололошки. Мироходец показушно пытается высвободиться, на что Дилан тихо смеется, но вскоре барахтанья его утомляют. С новым телом, превосходящим по размеру тело его друга, автоматону намного проще удерживать его в своих руках. Это неожиданно умиляет, потому что Лололошка закидывает голову назад, чтобы поймать его взгляд, и притворно хмурится. Они оба скучали.               - Теперь уже не такой крутой, мистер мафиозник? – Дилан хихикает, в который раз радуясь тому, что теперь может смотреть на своего друга. Он готов согласиться с тем стилистом – это лицо не портил даже шрам.               Игнорируя вопрос, мироходец ерзает, устраиваясь удобнее. Тело Дилана приятно греет спину, и это вызывает улыбку и ворох теплых воспоминаний. Знакомо-незнакомые руки обхватывают впалый живот, поглаживая широкими ладонями. Программист наклоняется, утыкаясь лицом во взлохмаченные волосы. Лололошка улыбается. Несмотря ни на что, это его старый добрый Дилан.               - Я очень скучал, - Дилан смущен и одновременно рад, что может наконец это сказать. Заключение в виртуальной тюрьме открыло ему самого себя с новой стороны – каким бы асоциальным он себя не считал, ему очень было нужно присутствие одного конкретного мироходца где-то поблизости, на расстоянии протянутой руки… или хотя бы в одном пространстве. – Всю дорогу так сильно хотелось тебя обнять. Хотелось не только слышать тебя, но и видеть. Я был так зол на то, что не могу на самом деле быть рядом… - программист обрывает себя на полуслове. Просто не уверен, что собирался сказать дальше, и не зашел ли он слишком далеко со своими откровениями за этот вечер.               - Я нуждался в этом, - Лололошка отвечает спокойно, укладывая свои руки поверх чужих. – Раньше. Сейчас я просто рад, что ты рядом. Спасибо, Дилан.               Это немного смущающе, но автоматон рад это слышать. Он не особо уверен, кто они друг для друга, какие у них отношения. Ему сложно оценить человеческие эмоции, не будучи человеком. Наверное, мироходцу тоже сложно это понять – кто знает, какие правила и нормы были в других мирах, где он успел побывать? Дилан просто надеется, что они испытывают что-то похожее.        Звуки редких машин за окном разрывают ночную тишину. Программист жадно вслушивается в ровное дыхание Лололошки, спокойно развалившегося в согревающих объятьях. Мироходец с интересом следит за тем, как его собственные пальцы поглаживают чужую руку – теперь такую большую. Но это ничего. Он думает, что может привыкнуть к этому.        Дилан тоже отстраненно за этим наблюдает, подмечая россыпи еле заметных шрамов на бледной коже рук. Легкие, ненавязчивые прикосновения кажутся ему по-странному комфортными. Он никогда не мог назвать себя особенно тактильным, и он не сразу заметил, что с его другом всё было немного иначе. Наверное, одних только объятий не хватает. Наверное, он бы хотел большего. Программист наклоняет голову вбок, чтобы видеть сосредоточенное лицо мироходца. Интересно, хочет ли он большего?               - Ло? – в ответ Дилан получает вопросительное мычание. Сомнения в его голове борются с соблазном. Отступить ещё не поздно. Но он не хочет. – Это ничего, что я хочу поцеловать тебя?               Лололошка не перестает гладить чужие руки, хотя теперь явно делает это просто автоматически, пока мозг обрабатывает заданный вопрос. Он вводит его в некоторый ступор, потому что после того, как сам мироходец инициировал их первый поцелуй, автоматон больше не поднимал эту тему. Сама мысль о том, что хочет сделать Дилан, поселяет в мироходце нетерпеливый интерес.               - Ты можешь.               Очередной короткий ответ, к которым программист успел привыкнуть за время знакомства со своим другом, заставляет что-то внутри работать быстрее и несколько громче. Дилан думает, что, если бы это было его старое тело, он бы уже начал перегреваться. Но новое тело мощнее, а мироходец дал положительный ответ.        Лололошка замирает и слегка напрягается, ожидая действий автоматона. Он взволнован, но одновременно заинтригован. Мироходец ждет, что Дилан сменит позу, чтобы они были лицом к лицу, но тот лишь наклоняет голову к чужому плечу. Искусственное дыхание щекочет оголенную кожу, прежде чем программист на пробу прикасается к ней своими губами, оставляя едва ощутимый мокрый след.        Дрожь пробегает по всему тощему телу, и Дилан немного отстраняется, решая, отступить ему или продолжить. Лололошка закрывает лицо руками, и автоматон видит, как его уши окрашиваются в слабо заметный из-за темноты румянец. Это кажется неожиданно милым, что что-то настолько простое и невинное может так сильно засмущать этого парня. Теперь программист окончательно решает продолжить начатое.        Задумавшись на секунду, Дилан ехидно улыбается и снова припадает губами к тому же месту, на этот раз уже намного увереннее. Поцелуй за поцелуем, он двигается всё выше. Когда он доходит до шеи, мироходец наклоняет голову набок, нечаянно или специально давая автоматону больший доступ.        Войдя во вкус, Дилан слабо прикусывает кожу, после проводя языком по потревоженному месту. Лололошка затыкает свой рот ладонями, не давая прорваться слишком стыдным звукам. Автоматон недовольно хмурится, разводит чужие руки и устраивает их на своих коленях, не получая никакого сопротивления. После он возвращает свои ладони на пригретое место на чужом животе. Неожиданно, там они лежат очень удобно.        Мироходец издает странный звук, похожий на хныканье, когда Дилан сильнее сцепляет руки, подтаскивая парня выше. Нос зарывается в кудряшки позади аккуратного уха. Что-то, что заменяет автоматону сердце, наращивает темп. Программист чувствует, что заходит далеко, но не хочет останавливаться. Он никогда не чувствовал себя так, как чувствует сейчас.        Не теряя времени, теплые губы переходят на острую линию подбородка, из-за чего Лололошке приходится откинуть голову на чужое плечо. Этого уже слишком много, и мысли в голове путаются в одну сплошную кашу, потому что с одной стороны это неимоверно странно, и им нужно закончить, пока граница «друзья» ещё не до конца стерта, а с другой мироходцу так хорошо, как не было уже очень давно, и остановиться сейчас кажется невозможным кощунством.        Широкие ладони ненавязчиво поглаживают напряженный живот, и, пока Лололошка отвлечен анализом своих ощущений, Дилан проникает одной рукой под ткань домашней футболки, трогая теперь уже голую кожу. Мироходец вздрагивает, застигнутый врасплох. Он поворачивает голову вбок и краем глаза натыкается на довольный взгляд автоматона.        Лололошка удивленно открывает рот, но не успевает ничего сказать. Предупреждая любые слова, Дилан подается вперед, целуя открытые губы. Это не так, как было в их первый раз. Тогда их поцелуй был попыткой восстановить ментальную стабильность, просто способом почувствовать близость другого существа, которому не всё равно на тебя. Сейчас это выражение привязанности и доверия. Показатель чего-то большего. Итог того, через что они вместе прошли за эти месяцы.        Очень скоро, не заметив попыток отстраниться, автоматон углубляет поцелуй, проводя языком по ровному ряду зубов и нёбу. Лололошка старается отвечать, применяя все навыки, что помнит его организм, но скоро сдается, позволяя Дилану вести. Мироходец чувствует себя так, словно плавится, несмотря на ночную прохладу. Окруженный теплом своего друга со всех сторон, разомлевший под нежными ласками, он пытается понять, могло ли это быть так же приятно, если бы вместо Дилана был кто-то другой. Ответ приходит быстро – с кем попало это не было бы так же хорошо.        Автоматон нехотя отлипает от чужих губ, чтобы дать им обоим передохнуть и прийти в себя. Он продолжает более уверенно гладить чужой живот под футболкой, прощупывая на нём неровности шрамов. Наверное, это именно то, о чём ему тогда говорил Ричард. Он отодвигает эту мысль в сторону, концентрируя внимание на раскрасневшемся лице Лололошки. Глаза мироходца кажутся слегка потемневшими, приоткрытые губы блестят в падающем из окна свете фонаря. Дилан наконец радуется, что является автоматоном, и может запечатлеть в своей памяти эту картину, даже не фотографируя её на телефон.               - Всё в порядке? – программист вслушивается в тяжелое дыхание, терпеливо ожидая, когда Лололошка возьмет себя в руки. Он бы хотел продолжить, но ему важно знать, что парень будет не против.               - Д-да, я просто… - Дилан видит, как чужие щеки вспыхивают ещё сильнее. Мироходец отводит взгляд, пытаясь скрыть своё смущение.               - Я сделал что-то не так? – автоматон хмурится, останавливая движения ладоней, из-за чего Лололошка издает хныкающий звук и немного ерзает.               - Нет, - парень тяжело вздыхает и трясет головой, пытаясь прогнать стыд. – Просто теперь у меня появилась небольшая проблемка, - он неловко улыбается и кивает головой куда-то вниз.               Дилан прослеживает взгляд друга и наконец замечает, к чему провели как ему казалось невинные ласки. Пижамные штаны Лололошки, конечно, свободные, но даже это не скрывает небольшой бугорок в районе паха. Пока в голове крутятся шестеренки, автоматон никак не может отвести глаза в сторону, из-за чего мироходец чувствует себя ещё более неловко. Повинуясь спонтанному желанию, он сводит ноги вместе, пытаясь скрыться от внимательного взгляда.        В мозгу программиста что-то щелкает, и руки уверенно ложатся на сведенные вместе бедра. Сидящий между ног автоматона Лололошка отрешенно откидывается на широкую грудь, ожидая каких-то более понятных действий. Он и так уже попал в самую смущающую ситуацию из возможных, так что не видит смысла и дальше чего-то стыдиться. Остается только ползущий по органам холодок страха, что теперь Дилан прогонит его прочь и больше никогда не захочет видеть. Но мироходец и сам понимает всю глупость этих мыслей. Именно из-за Дилана и его действий они оказались в таком положении.               - Я могу помочь тебе? – неожиданный вопрос вырывает Лололошку из вороха размышлений. Он пару раз хлопает глазами, осмысливая вопрос, а потом его лицо вытягивается от удивления. Автоматон находит это забавным. – Если только ты не против.               - Я не против, - мироходец завороженно смотрит на теплую улыбку Дилана. Старый Дилан редко улыбался, а если улыбался, то чаще всего ехидно. Ему нравится эта новая улыбка.               Программист снова запускает одну руку под немного задравшуюся кофту. Второй он разводит в стороны худые ноги и на пробу накрывает бугорок в чужих штанах. Лололошка на это шумно вздыхает, закрывая ладонью рот. Он запоздало думает, что дома они не одни, и Глен вполне может ещё вести стрим в соседней комнате. Лишний шум может доставить им проблем.        Пальцами свободной руки мироходец вцепляется в коленку Дилана, когда тот крепче фиксирует парня на месте, приспуская пижамные штаны. Взгляд автоматона ненадолго останавливается на мокром пятнышке смазки на синих боксерах, прежде чем нетерпеливое хныканье рядом не заставляет его действовать дальше.       Нижнее белье так же, как и штаны, сдвигается вниз, открывая Дилану вид на ровный член, слабо истекающий смазкой. Это странно, автоматон никогда не думал, что у него будет такого рода близость с парнем, он даже никогда не замечал в себе особого желания. Но открывшийся вид его неожиданно завораживает. Внутри растет желание дотронуться, которое Дилан успешно сдерживает. Он не хочет, чтобы всё было быстро и как попало. Он хочет, чтобы этот вечер оставил им обоим только приятные воспоминания.       Давая себе перерыв, чтобы немного охладить голову, программист одной рукой выше закатывает футболку. Наконец он их не только чувствует, но и видит – те самые шрамы. Ему открывается вид лишь на небольшой участок кожи, но следов былых ран на нем так много, что они едва не залезают друг на друга. С живота они ползут на грудь и бедра, но Дилан не уверен, что готов видеть их сейчас. Или что Лололошка готов все их показать.       Мироходец сильнее затыкает рот ладонью, сдерживая рвущийся наружу стон, когда автоматон наконец обхватывает его член всей ладонью и на пробу проводит сверху вниз, открывая головку. Скользит не очень хорошо, Дилан собирает пальцами успевшую натечь смазку и распределяет её по горячей плоти. Ещё раз двигает рукой, на что слышит задушенный скулеж. Не прекращая размеренные движения рукой, он поворачивает голову, покрывая щеку Лололошки россыпью влажных поцелуев.       Жар разливается по телу, сворачиваясь спиралью где-то внизу, но этого всё ещё катастрофически мало. Мироходец отнимает ладонь ото рта, наконец позволяя Дилану найти его губы своими. Поцелуй выходит смазанным и мокрым. Автоматон буквально вылизывает чужой рот, пока слюны не становится настолько много, что она начинает стекать по их подбородкам.       Дилан двигает рукой сильнее, и Лололошке приходится отстранится, чтобы снова заткнуть свой рот рукой. Автоматон отвлекается на секунду, быстро вытирая свой подбородок о ткань кофты на плече, прежде чем возвращается к лицу мироходца, покрывая короткими поцелуями все места, до которых может дотянуться.       Рука двигается всё быстрее. Периодически длинные пальцы собирают капли смазки с головки, распределяя её по всей длине, и это зрелище сильнее распаляет мироходца, подводя его к грани. Наверное, Дилан тоже понимает это, ощущая, как напрягается чужое тело.        Через пару минут быстрых движений Лололошка кончает, топя громкий стон в очередном поцелуе. Его бьет крупная дрожь, и автоматон крепко прижимает его к себе одной рукой, второй на ощупь выискивая на подоконнике старую тряпку и вытирая об нее испачканную руку. Когда дыхание мироходца выравнивается, Дилан быстро натягивает на него спущенную одежду и помогает перевернуться, чтобы парень мог удобно усесться на его коленях теперь лицом к лицу.               - Спасибо, - мироходец выглядит смущенным, но не отводит взгляд. Программист улыбается.              - Не за что. Как ты и говорил, проблемка оказалась совсем небольшой, так что это не составило для меня труда, - Дилан ухмыляется, когда под недовольное «эй!» ему в плечо прилетает удар кулаком. Недостаточно сильный, чтобы причинить хоть какой-то вред. Автоматон смеется, ощущая себя необычно счастливым.               - А что насчет тебя?              Дилан вопросительно поднимает бровь, но, кажется, Лололошка не жаждет пояснять свои слова. Он немного елозит на чужих коленях, а после кивает вниз. О. Так вот о чём он. Автоматон усмехается, устраивая руки на узкой талии. Конечно, в этом весь Лололошка. Не может не беспокоиться о других.               - Не парься, всё нормально. В другой раз отдашь услугу, - Дилан укладывает мироходца на себя, руками поглаживая расслабленную спину. Ему повезло, что новое тело намного совершеннее старого, и его конечности долго не затекают из-за неудобных поз. Иначе его ноги и поясница уже ненавидели бы его.               - В другой раз… - шепот Лололошки раздается над самым ухом. Программист ощущает, как по его спине пробегают приятные мурашки. – То, что сейчас было. Это что-то изменит?               - Ну… - Дилан вспоминает, что подобный диалог у них уже был. Это кажется забавным совпадением. – Надеюсь, что да. Надеюсь, в хорошую сторону.               Удовлетворенный ответом, мироходец медленно проваливается в сон, позволяя автоматону охранять его тело и сон этой ночью. Дилан сидит ещё долго, раскладывая всё то, что между ними произошло, по полочкам. Ранним утром, когда до чуткого слуха наконец доносится храп улегшегося спать Глена, он переносит Лололошку на кровать в его с Ричардом комнату, после чего возвращается назад, чтобы осмотреть гостевую перед уходом. Взгляд натыкается на оставленную на подоконнике тряпку. Щеки моментально вспыхивают слабым румянцем. Дилан забирает её, чтобы выкинуть по дороге домой, после чего выходит из комнаты и закрывает за собой дверь.              …              Редкий момент для Блогер-Хауса – Лололошка приходит домой достаточно рано, чтобы застать соседа неспящим. Ричард сидит на своей кровати, болтая в воздухе одной ногой и просматривая ленту новостей перед сном. Он уже привык, что мироходец приходит домой поздно. Режим его друга невероятно странный. Блогер вообще не особо понимает, как ему хватает нескольких часов сна, чтобы восстановить энергию на целый день.       Ричард замечает появление Лололошки не сразу. Мироходец, несмотря на хаотичный характер, передвигается почти всегда очень тихо. К этому блогер тоже успел привыкнуть. Он поворачивается на кровати и смиряет соседа взглядом, подмечая его немного помятое состояние. Но Ричард не указывает на это, понимая, что знание причин поставит его под угрозу.       Лололошка смотрит, как двигаются губы блогера, как меняется мимика на его лице, но не может вникнуть в слова. Мысли клубятся и занимают всё место внутри. Голова уже некоторое время болит. Всё, чего мироходец хочет сейчас – лечь в кровать и просто исчезнуть. Вина прогрызает путь по венам к самому сердцу, слипаясь в тяжелый комок страха и ненависти в грудной клетке.       Когда Ричард отворачивается, Лололошка делает несколько вялых шагов до своей кровати и буквально валится на неё. Последние силы уходят на то, чтобы выпутаться из грязного пальто, после скинув его на пол, снять очки и повернуться лицом к стене. Мироходец чувствует, как усталость расползается по всему его телу, намертво пришивая его конечности к кровати. Но сон так и не идет. Лололошка просто лежит, считая в голове секунды и минуты, чтобы мысли не возвращались к событиям сегодняшнего вечера.       Щелкает выключатель. Комната погружается в полутьму, с которой борется только небольшой светильник на комоде. Лололошка слышит шаги за своей спиной, шорох поднятого с пола пальто. Следом парень чувствует, как Ричард садится на его кровать, прижимаясь своей спиной к пояснице мироходца. Он сидит некоторое время, буравя кудрявый затылок взглядом, а после без тени смущения запускает руку в спутанные волосы. Лололошка не реагирует, позволяя другу гладить себя. Как какого-то брошенного щенка. Эта мысль заставляет его невесело усмехнуться.               - Тяжелый день, да? – Ричард передвигает руку ниже, поглаживая теперь плечо. Он не может выслушать, но в прошлые разы ему и не нужно было быть слушателем, чтобы иметь возможность помочь. – Я могу предложить объятья. Раньше они тебе помогали, вроде.              Это немного смущающе, но блогеру всё равно. Он хочет помочь другу, а значит, поступает правильно. Кроме того, ему и самому нравилось ощущать тяжесть тела мироходца в руках, когда тот позволял себе отбросить ненадолго все мысли и побыть беспомощным и нуждающимся. Ричард краснеет, вспоминая, какими мягкими были его губы на ощупь. Ладно, может, он лукавит, убеждая себя, что делает это исключительно ради Лололошки. Он сам хочет этого физического контакта, этих прикосновений.       На некоторое время в голове мироходца образуется полная тишина. Он думает о предложении блогера один раз, второй. Вспоминается Дилан и то, чем несколько дней назад они занимались в соседней комнате. Если бы он был сейчас рядом, Лололошка точно бы попросил о повторении, потому что такой метод оказался более эффективный средством для снятия стресса.       Прямо сейчас рядом с ним не Дилан, а Ричард. С ним у мироходца пока ничего такого не было. Лололошка не знает, как его друг отнесется к такому развитию их отношений, но… В голове у мироходца проносятся воспоминания о ночах, которые они вдвоем провели в «Гнезде». Кажется, тогда Ричард не был против, если к объятьям прибавлялись поцелуи.               - Да. Я бы хотел, чтобы ты меня обнял, - до сих пор размышляя о том, как попросить о желаемом, Лололошка приподнимается и отползает в сторону. Он ждет, пока блогер залезает на кровать и садится спиной к окну.               - Знаешь, я даже скучал по этому, - Ричард ухмыляется. Мироходец садится к нему на колени, сцепляя ноги за спиной, и парень крепко обнимает его, с удовольствием проходясь раскрытыми ладонями по острым лопаткам. – С тех пор, как мы переехали в Блогер-Хаус, времени на обнимашки как-то не было, да?              Лололошка поднимает голову и ловит взгляд парня. Блогер счастливо улыбается, и это неожиданно придает мироходцу больше уверенности. Он тянется вперед, но Ричард перехватывает его на полпути. Парень целует мягкие губы, и ощущения от этого точно такие же, как и раньше. Немного подождав, Лололошка приоткрывает рот, на пробу коротко проводя языком по чужим губам.       Ричард дергается. Мироходца моментально охватывает паника, что он перешел границу дозволенного, но руки на спине прижимают его ближе, не давая отстраниться, а блогер впивается в его губы с жадностью, теперь исследуя своим языком тепло чужого рта. Целуется он на удивление хорошо, хотя Лололошка не уверен, что у его друга был какой-то опыт. Думать особо не получается, потому что Ричард активно берет на себя весь контроль, и мироходцу остается только подстраиваться под следующие один за одним поцелуи. Чего-то такого он и хотел. Но хочется ещё больше.       Наконец блогер отстраняется, давая им обоим перевести дыхание. Он чувствует, как быстро бьется сердце его друга. Внутри разливается теплое чувство восторга. Ричард даже не понимал, насколько хотел этого, пока Лололошка не подошел и не дал. Он хочет ещё, ещё и ещё, он, кажется, мог бы целовать его бесконечно. Слишком приятно. Слишком желанно.       Мироходец немного съезжает вниз, прикасаясь к открытой шее губами. Он легко целует влажную кожу несколько раз, прежде чем спуститься ещё ниже, целуя так, чтобы не оставить случайно следов. Ричард шумно выдыхает и сам смущается из-за этого. Прикосновения Лололошки горят на коже. Через минуту мироходец отрывается от чужой шеи, возобновляя зрительный контакт со своим другом.               - Я бы хотел зайти дальше, если ты не против, - Лололошка ещё ощущает остаточное смущение, но говорит предельно спокойно, чтобы его сосед понял всю серьезность его намерений.               - Я… - лицо Ричарда вспыхивает. В его голове очень много мыслей о том, какое может быть «дальше». Это волнительно и одновременно очень привлекательно. Почти полное отсутствие опыта с его стороны немного пугает блогера, но разделить с Лололошкой такое важное событие, как первая близость, кажется предложением, от которого он не может отказаться. – Я согласен.               - Ты уверен? – мироходец наклоняет голову набок, вопросительно приподнимая бровь. – Если что-то будет не так, мы точно не сможем просто забыть об этом. Я бы не хотел терять тебя как друга.               - Всё будет хорошо, Ло. Я уверен в этом.              Ричард улыбается и тянет Лололошку на себя, снова глубоко целуя. Его язык повторно исследует линию зубов и гладкое небо, иногда переплетаясь с языком мироходца. Кажется, что температура поднимается. С тихим стоном Лололошка разрывает поцелуй и отстраняется, настойчиво стягивая с блогера ночную футболку. Не давая другу времени опомниться, мироходец припадет ртом к выступающей ключице. Ричард впивается пальцами в смятую простынь, когда его сосед быстро кусает кожу, сразу зализывая пострадавший участок языком.       Лололошка упирается одной рукой в кровать, а вторую устраивает на чужом боку, удерживая блогера на месте. Он спускается ниже, на пробу целуя левый сосок. Сверху раздается приглушенный стон, что придает мироходцу больше уверенности в своих действиях. Он втягивает бусинку соска в рот, коротко посасывая, после чего отстраняется. Его дыхание приятно холодит чувствительную кожу, запуская по телу Ричарда табун мурашек. Он снова стонет, затыкая рот одной рукой. Лололошка переходит ко второму соску, точно так же облизывая его.       Реакция блогера кажется интересной, но сейчас терпения не хватает на долгие игры. Мироходец проводит рукой по подрагивающему боку вниз, останавливая руку у кромки нижнего белья. Уже вставший член заметно натягивает ткань, пачкая её проступающей смазкой.       Лололошка останавливается, поднимая взгляд на соседа, без слов спрашивая разрешение продолжить. Ричард смотрит на него в ответ. Немного припухшие губы, полный беспорядок в волосах, покрасневшие щеки и невыносимо уставшие глаза, смотрящие сейчас так открыто и просяще. Он кивает.       Рука тянет нижнее белье вниз и в конце концов снимает, откидывая на соседнюю кровать. Мироходец смотрит на освобожденный от сковывающей ткани член, и неожиданно его пристальный взгляд заставляет Ричарда возбудиться ещё сильнее. Не говоря ни слова, Лололошка опускает руку на разгоряченную плоть, проводя пару раз по ней вверх и вниз. Блогер издает стон, едва не забывая заткнуть рот ладонью. Не хватало им ещё перебудить весь Хаус.       Мироходец скатывается на пол, наваливаясь животом на край кровати, и устраивает руки на чужих бедрах. Его лицо оказывается напротив стоящего члена, и Ричард, смотрящий на это сверху, заливается краской, гася в себе желание закрыться от пристального взгляда. Из уретры стекает капля смазки, и Лололошка тянется вперед, целуя головку. Блогер крупно вздрагивает и запускает руку в кудрявые волосы, немного оттягивая и заставляя остановиться.               - Хей, у тебя хоть есть опыт с этим? – слова даются парню с трудом, во рту по ощущениям настоящая пустыня. Мироходец хлопает глазами.               - Я не знаю? – он поднимает взгляд на своего соседа, выглядя несколько растеряно. – Ну, ты помнишь, амнезия? – Лололошка пожимает плечами. Ричард смотрит в ответ немного недоверчиво. – Если окажется, что мышечная память сохранилась, то скорее всего опыт есть.              Ответ не кажется обнадеживающим, но блогер расслабляет руку, давая продолжить. Мироходец подтягивается ещё ближе, снова целуя покрасневшую головку. После он высовывает язык и проводит им несколько раз по всей длине, распределяя по горячей коже свою слюну. Наградой ему служит череда с трудом сдерживаемых стонов и сжавшиеся пальцы в волосах.       Ещё немного подразнившись, Лололошка открывает рот, вбирая внутрь головку. На языке остается непривычный привкус, но на это просто не обращать внимание. Ричард закусывает ребро ладони, подавляя желание податься бедрами вперед, чтобы почувствовать жар податливого рта целиком. Он смотрит вниз, и от открывающегося зрелища напряжение внизу только увеличивается.       Лололошка на пробу насаживается глубже, не замечая никаких помех. Член проскальзывает до середины, и парень отрывает одну руку от взмокшего бедра, чтобы обхватить кольцом пальцев возбужденную плоть у самого основания. Мироходец прикрывает глаза и размеренно дышит носом, начиная двигать головой назад и вперед.       Блогер смотрит, как губы Лололошки растягиваются вокруг его члена, который с каждым разом входит всё глубже. Это приятно, это просто чертовски приятно. Внутри всё горит, хочется быстрее получить разрядку, но одновременно с этим хочется максимально растянуть удовольствие. На прикрытых глазах мироходца появляются слезы, когда он берет ещё глубже, и Ричарду кажется, что он никогда не увидит картины более потрясающей.       А потом Лололошка открывает потемневшие глаза и насаживается до упора, без проблем принимая член в своё узкое горло. Слезы наконец срываются с ресниц, прокладывая себе дорогу по красным щекам. Блогер автоматически сжимает его волосы, не давая отстраниться. Он смотрит на мокрые щеки, на прилипшие к вспотевшему лбу прядки волос, на растянутые вокруг его члена тонкие блестящие губы. И сдерживать себя уже невозможно. Мироходец дважды моргает, не отводя глаза, и Ричард принимает это за разрешение посамовольничать.       Он удобнее зарывается в волосы и на пробу тянет чужую голову назад, не получая никакого сопротивления. Лололошка только закрывает глаза и полностью расслабляется, устраивая свои руки на бедрах блогера. Ричард быстро входит во вкус, уже без сомнений силой направляя движения. Он то оттягивает голову так, что головка едва не выскальзывает из плена влажного рта, то вгоняет до упора, чувствуя, как рефлекторно сжимается горло его соседа.       Слюны становится слишком много, она стекает по подбородку и шее, пачкая футболку мироходца. Слезы продолжают бежать по щекам, а горло и губы немного саднят. Но Лололошка не пытается отстраниться. Это именно то, чего он хотел, и он рад, что Ричард понял это и взял контроль. Отсутствие возможности повлиять на ситуацию внезапно успокаивает. Мироходец просто позволяет блогеру делать всё так, как ему нравится.       Лололошка наслаждается хваткой руки в волосах и ощущением тяжелой плоти на языке. Его собственный член иногда нечаянно потирается о матрас, из-за чего мироходец постанывает и посылает горлом вибрации по члену Ричарда. Возбуждение становится уже почти болезненным, но мироходец не спешит помогать себе с разрядкой. Хочется растянуть это ощущение беспомощности.               - Ло, я уже скоро, - блогер отрывает ладонь ото рта и едва не срывается на громкий стон. Парень чувствует, как напряжение внизу усиливается, приближая конец. – Можно я?..              Он не договаривает мысль, но Лололошка поднимает на него затуманенный взгляд и почти сразу снова прикрывает глаза, выражая своё безразличие. Ричард криво ухмыляется и насаживает податливую голову до упора, упираясь возбуждением куда-то в заднюю стенку горла и замирая. До разрядки не хватает совсем чуть-чуть. Мироходец, несмотря на неудобство, пытается сглотнуть излишек слюны, и это становится последний каплей.       Блогер стонет, сильно зажимая рот ладонью. Он кончает глубоко в чужое горло, всё так же удерживая лохматую голову на месте. Лололошка терпеливо ждет, проглатывая всё до последней капли. Наконец Ричард отпускает его, и мироходец отстраняется, сползая с кровати на пол. В трусах неожиданно липко. Похоже, он не заметил, как сам кончил. Мысль об этом заставляет его вяло ухмыльнуться. Как мало ему нужно, оказывается.       Ричард, не до конца восстановив дыхание, на трясущихся конечностях подползает к краю кровати, разглядывая лежащего на полу мироходца. Тяжело вздымающаяся грудь, покрасневшие губы, мокрый подбородок, стеклянные глаза, через один из которых проходит уже привычный шрам. Даже в таком виде Лололошка кажется блогеру невероятно привлекательным. Если бы не общая странность ситуации, сомнения по поводу того, какие отношения их теперь связывают, и сильное смущение, Ричард бы возбудился во второй раз.       Взгляд привлекает мокрое пятно на чужом паху. Сразу же приходит стыд за свой недосмотр – так увлекся своим удовольствием, что забыл про чужое! Однако, кажется, Лололошка и без его непосредственной помощи смог получить разрядку.               - Ло, ты как? – тихо задает вопрос Ричард, когда взгляду мироходца добавляется капля осмысленности.               - Мне… - Лололошка хрипит и закашливается, хватаясь одной рукой за саднящее горло. Блогер прослеживает это движение взволнованным взглядом. Он не знает, правильно ли всё делал, но он точно не хотел причинить другу какой-либо вред. – Мне бы в ванную…              Лололошка снова опускает руку на пол, ощущая всю тяжесть своего тела. Ричард неожиданно ловко спрыгивает с кровати, наскоро натягивает отброшенные в самом начале трусы и наклоняется к мироходцу. Он тянет друга за руку, помогая сначала сесть, а потом и встать. Когда мироходец более-менее твердо становится на ноги, блогер закидывает одну его руку себе на плечо и тянет к двери. Забавно. В прошлый раз он так же тащил его в обратном направлении.       Через минуту Ричард возвращается в комнату и усаживается на свою кровать. Лололошка прогнал его, сказав, что справится сам. В какой-то степени парень даже рад. Ему нужна небольшая передышка, чтобы привести мысли в порядок. Потому что. Что ж. Сейчас всё произошедшее кажется сном, но приятная слабость в теле и остаточное наслаждение говорят о том, что ему ничего не приснилось.       Мироходец возвращается в комнату минут через десять. С его мокрых волос падают редкие капли воды, быстро впитываясь в черную домашнюю футболку. Вместо испачканных вещей на нём свежие боксеры. Ричард очерчивает заинтересованным взглядом длинные стройные ноги, бледная кожа которых покрыта уже знакомыми шрамами. Он думает, что хотел бы до них дотронуться, но это вряд ли сейчас уместно.       Ничего не говоря, Лололошка без сил плюхается на свою кровать, сразу откатываясь в сторону и похлопывая раскрытой ладонью по свободному месту рядом с собой. Ричард расплывается в улыбке и быстро перебирается на чужую кровать, сгребая вялое тело мироходца в объятьях. Лололошка тихо вздыхает, обнимая в ответ, и утыкается лицом в грудь блогера. Тепло и наконец спокойно.               - Ты в порядке? – Ричард снова запускает руку в чужие волосы, но в этот раз это совсем по-другому. Он легко играется с непослушными прядками, ещё влажными после душа. Блогер не видит, но чувствует немного запоздавший кивок. Такой ответ его не особо удовлетворяет. – Скажи словами, пожалуйста.               - Я в порядке, - голос ещё хрипит, в горле немного першит, но в целом говорить уже легче, чем было пятнадцать минут назад. – Было круто. Спасибо.               - Тебе спасибо. Я же почти ничего не сделал, - Ричард улыбается, одной рукой поглаживая узкую спину мироходца. Кажется, тот хочет что-то возразить, но забивает. Объяснит, когда говорить будет не так дискомфортно. Блогер о чём-то думает и тихо посмеивается. – Дилан хвастался, что, в отличие от меня, у него была девушка. Теперь мне есть, что ему ответить. В отличие от него, у меня есть мироходец.               - Оу, - Лололошка хихикает, уже проваливаясь в сон. Усталость, копившаяся весь день, наконец берет свое. – Вообще-то, он и здесь тебя обогнал.               Ричард моргает пару раз, приподнимаясь немного на локте и смотря на лицо моментально уснувшего соседа. В смысле Дилан его… обогнал…               - Что!?              На телефон Ричарда приходит уведомление.