Сквозь стены и мосты

      — Ониро? Ониро? — Голос звучит словно под водой, глухо и гулко… Ониро перекатывает голову по подушке и вдруг резко приходит в себя. Всё, что случилось… вчера или сегодня… это не был сон! Он распахивает глаза.       И видит Мэй Ким. Мэй Ким на фоне светлых стен незнакомой комнаты. Мэй Ким, смотрящую на него сверху, потому что она сидит, а он — лежит…       Мэй Ким, ласково улыбающуюся ему.       — Что случилось? — еле ворочая языком, произносит Ониро.       — Всё хорошо. Сейчас всё хорошо. Кан уже подписала твой больничный.       — Сол, он… все живы? — Ониро не знает, как лучше говорить о произошедшем.       Лицо Мэй Ким становится задумчивым.       — Погиб только Итан Макгуайр. У остальных — шок, как и у тебя, разной степени тяжести…       — Ох… — Ониро на несколько секунд прикрывает глаза. — Фарма… — шепчет он. — Фарма… не пройдёт… — и начинает тихо хихикать.       Мэй Ким терпеливо ждёт, когда прекратится этот приступ. Она уже работала с людьми, пережившими разного рода пси-атаки, но никогда — с теми, кто был бы ей настолько небезразличен. Когда Ониро, наконец, успокаивается, она убирает серебристо-сиреневые прядки, упавшие ему на глаза, и просто смотрит на него.              В задней комнате бара «Синяя бабочка», за глаза называемой «In Utero», собрание Рыцарей Круглого Стола, шестое место опять пустует: Весельчак до сих пор на попечении Конга, местного костоправа, да и Сол там же; оба отсыпаются на столах-мультиформах, отходят от шока. Мёртвоголовые рыцари передают друг другу сигареты, бокалы с вином и тарелки с закуской, качают головами и высказывают соображения о том, что будет с их отсутствующим товарищем дальше, куда катится мир и стоит ли попытаться легализировать часть до сих пор нелегальных предприятий.       — Кинг после Конга — это Кинг-Конг! — не выдерживает Бен и трясётся от смеха.       — Я их видел, — сообщает Гектору Эдди. — Столы совсем рядом. Конг их сдвинул, так что они как будто на одном.       — Значит, Фарма вылетел с выборов…       — Фарма вообще вылетел…       Игорь и Марки развернули экран и теперь чертят на нём новые вероятностные схемы, приходя к выводу, что у каждого из них бизнес мало зависит от смены правительства, и это немного успокаивает.              — Тебе оставили записку, — говорит Мэй Ким уже перед самым уходом. Ониро с сожалением выпускает её руку из своей. — Если хочешь, могу побыть здесь, пока ты слушаешь? Там, вроде бы, всё в порядке, иначе не пропустили бы.       — Побудь, — соглашается Ониро. Надевает браслет на руку и прикладывает к порту вывода. Сообщение от Ив, стоило догадаться… Он активирует послание.       «Надеюсь, ты в порядке, врачи говорят, что опасности нет… Можешь зайти, когда выйдешь из больницы? Будет серьёзный разговор. В хорошем плане серьёзный. До встречи, Ониро!» — и всё. Ониро хмурится.       — Администратор «МОСТа» просит зайти для серьёзного разговора. Когда меня выпустят отсюда… Сказала, что серьёзный — это в «хорошем плане»…       — Значит, у тебя есть ещё время морально подготовиться! — оптимистично говорит Мэй Ким.       — Надеюсь.       И Ониро снова берёт девушку за руку.       — Мне так спокойнее, — пытается оправдаться он.              — Чёрт-те что происходит! — Пирс Грей старается не повышать голос. — Кто это всё придумал, кто организовал? Как вообще можно устраивать так дела?..       Его собеседник, напоминающий то ли росомаху, то ли касатку — судя по количеству оскаленных зубов и недоброму взгляду — похлопывает Грея по предплечью.       — Успокойся, мистер Президент! Официально Фарма пострадал, недооценив страсть своего молодого любовника… на вечеринке, которой пытался подсластить горечь от предварительного проигрыша. Можно понять человека…       — Но…       Касатка перебивает:       — Никаких «но», мистер Президент. Дело закрыто. Хайпер перебрал психотропных, рубанул на низкочастотку, такое случается. Шок — и всё. Уверен, этим извращенцам даже понравилось. Они любят всякие острые ощущения.       — И никто со стороны в дело не вмешивался?       Касатка медленно качает головой, выразительно глядя на Грея, тот понимает этот взгляд, кивает, подтверждая, что понял.       Позже, в другом месте, их разговор становится более открытым.       — Эл-Джей был рядом, на контроле психоволн, хотя и говорит, что это, в общем, не понадобилось. Солдат справился почти со всем самостоятельно. Хайпера вели наши ребята, он из надёжных, ему можно доверять. Чист, как стекло. Ну и, конечно, Доберман. Благодаря ему удалось мгновенно определить нахождение Солдата и его напарника, их сразу же забрали оттуда, а после ещё раз бомбанули низкочастоткой, вроде как у Хайпера рука дёрнулась. Так что да, взрывов было два, а не один. Фармы нет, а ты — законный владыка этого гадюшника, Пирс.       Грей откидывается на спинку кресла, прикрыв глаза.       — Это наша страна, Лоуренс. Не называй её так.       — Хорошо, законный владыка нашей прекрасной страны, нашей великой державы. Так лучше?       Грей кивает.       — Ну что, праздновать-то будешь? — Спецагент Лоуренс Джонс ухмыляется.       — Если и буду, то в узком кругу. Никаких вечеринок с танцами.       — Зря. Впрочем, твоё дело. Знаешь, траур по Фарме — это может растрогать людей…