Сквозь стены и мосты

      Ониро пешком поднимается на четвёртый этаж и, удерживая пакет одной рукой, прикладывает ладонь к двери. Подъезд старого, не слишком высокого дома, где он сейчас живёт, вызывает то же чувство, что явления богомола-антисистемника — кто-то когда-то расписал часть стен мобильными граффити, и очевидные, но плохо улавливаемые глазом движения краски сбивают с толку. Маленькая квартирка-студия автоматически освещается, когда Ониро заходит внутрь. Сумасшедший город с сумасшедшими ценами на жильё! Он снимает парку и ботинки, проходит в кухонный уголок и сгружает пакет на стойку. Сорт риса, который так любит Ониро, здесь продаётся только в одной лавочке. Рука замирает над пакетом. А если его выследят? Вот по этому самому рису? Всем известно, насколько часто выдают привычки… Успокойся , говорит Ониро сам себе, если бы им было нужно , они бы выследили тебя месяц назад . Может быть , они и выследили… Малоутешительная мысль, что, в любом случае, он пока ещё жив, приходит следующей. Ониро использует свои навыки психпомощи, чтобы успокоиться. Самый простой метод — дыхание. И всё равно ему требуется не одна минута, и виной тому даже не рис, а тот факт, что, возможно, он видел сегодня Сола. Присутствие Сола придаёт неожиданный смысл нахождению Ониро в этом городе.       В конце концов он находит в себе силы набрать в кастрюльку воды и включить её. Что бы ни происходило, Ониро голоден. Сегодня хватало забот и без параноидальных мыслей или видений Сола. В полулегальном Центре работы с детьми и подростками ему поначалу сказали, что у него слишком высокая квалификация, но отказываться от предложенной помощи не стали. На счету Сета Мори были кое-какие деньги — в Канаде он особо не тратился — и, хотя большая их часть так там и осталась, кое-что всё-таки сохранилось и для Ониро. Конечно, не со счёта Сета Мори. С другого счёта. Сейчас он благодарен Мише ван Хофф, которая когда-то посоветовала ему эту — в тот момент показавшуюся мелким хулиганством — небольшую аферу. Понятное дело, Мишу надоумил её муж… Интересно, как давно Джон Кендрик знал о том, что должно произойти? Ониро качает головой и опускает в кастрюльку с закипевшей водой порционный мешочек риса. Может быть, зря он пошёл работать в тот Центр. С другой стороны… Все эти лица… Сегодня Ониро играл с ребятами в баскетбол. И это действительно было нечто!       Ониро приходит в центр два раза в неделю — вторник и четверг. Чаще руководство не может себе позволить его присутствия. В остальные дни он занимается другими делами. По понедельникам и средам Ониро даёт уроки музыки (как бы удивилась мисс Новак, если бы узнала о том, что её бывший подопечный оказался неплохим преподавателем!), в пятницу (и иногда по субботам) работает хайпером на подхвате в небольшом, но достаточно популярном танцевальном клубе под названием «МОСТ». Сет Мори с детства занимался музыкой и единоборствами, так что Ониро прекрасно управляется со звуковыми волнами, движения выходят красивыми. В свободные субботы Ониро отдыхает. В воскресенье занимается домашними делами, совершает покупки, кое-что, конечно, приходится переносить и на будние дни. Ониро продолжает тренировки и творческую деятельность в те часы и дни, когда он свободен. Это совсем не та жизнь, которая была у него в Канаде, прошлое полуторамесячной давности представляется беспечной прогулкой по зелёным холмам. 13 августа мы ездили к водопадам , напоминает себе Ониро, закрывая на несколько секунд глаза, чтобы увидеть улыбку Сола, и снова открывая, чтобы проследить за тем, как варится рис. Он знает, что в его наблюдении за процессом нет необходимости, но это успокаивает.       …Вот как они живут, местные. Маленькие квартирки, втиснутые стена к стене в дома, словно соты в ульях. Громыхающие и шипящие поезда подземки. Законы и обычаи — в каждом районе свои. И — театры, галереи, лавки писателей… Ставят Шекспира и Марчини на одной сцене. Продают цифровые копии с Да Винчи, подделки Мицугаэ и оригиналы Коноплянникова. На полках букинистических магазинов до сих пор можно увидеть бумажные книги. Всего через несколько дней после своего переезда сюда Ониро уже смог добыть очень неплохой, хотя и подержанный синтезатор «Новая Волна», очень похожий на тот, что он видел в стримовых записях исполнений Джорджа Акопяна… Вавилон! Город-убежище и город-ловушка одновременно. Плакаты предвыборной кампании, Итан Макгуайр версус Пирс Грей маячат на каждом перекрёстке, Ониро не нравится ни один из кандидатов. Макгуайр — слишком откровенно хитрый и самоуверенный, Грей — слишком закрытый, что-то в нём есть от Дэмиэна Милтона, что-то, что вызывает мурашки по коже… какой-то неявный, но ощущаемый фатализм.       Кастрюлька, выполнив свою задачу, отключается. Ониро берёт пиалу и перекладывает в неё рис — красивый, рассыпчатый, зёрнышко к зёрнышку. Соуса он приготовил вдоволь ещё вчера, хороший вышел соус, без комочков. Ониро добавляет соус к рису, достаёт палочки и приступает к ужину.       Завтра его ждут в «МОСТе» впервые на полную смену — Ив, администратор, позвонила сегодня, сообщила, что Диззер не выйдет, подхватил какой-то жёсткий грипп от племянницы, когда забирал её из детского сада. То, что люди здесь до сих пор болеют гриппом, повергло Ониро в мрачную задумчивость. Мысль о завтрашнем выступлении в качестве основного хайпера пытается отбить аппетит, и Ониро, разозлившись, быстро, с остервенением даже доедает рис. Подумаешь, полная смена. Уж всяко не сложнее выпускных экзаменов. Воспоминание вызывает у Ониро лёгкую улыбку. Кто бы мог подумать, что результатом всей его учёбы, всех его занятий, всего вообще в его жизни на этот момент станет крошечная студия в Н-Й и то, чем он занимается теперь?       Ониро подогревает воду и заваривает себе зелёный чай. На десерт — кусочек супербелкового сыра. Кстати, действительно очень вкусного.