I wanna hate, so I keep you alive

Они ненавидели друг друга с первого курса медицинского университета. Волею судьбы до поступления в ВУЗ Олли и Томми ни разу не пересекались в столь небольшом городке под названием Оулу. Но институт заставил их встретиться и возненавидеть друг друга. Казалось бы, и причины для ненависти как таковой не было. Просто Томми раздражался и выходил из себя от звонкого смеха и всегда весёлого настроения Олли, который всегда и везде был душой компании и, несмотря на совершеннолетие, оставался озорным и задорным ребёнком. Лалли же не понравился ему своим серьёзно-хмурым лицом и захлёстывающим за все края чувством ответственности и справедливости. Они уже успели обрадовался, что их зачислили в разные группы, но, к великому несчастью обоих парней, многие пары у них проходили совместно. И тогда уже злых и недовольных взглядов друг на друга было не избежать. Томми из-за своего высокого роста и крупных габаритов часто что-то ронял, случайно двигал или скрипел стульями на паре, на что Олли нервно закатывал глаза. Матела же часто смеялся с друзьями, подлизывался к преподавателям, вёл себя довольно дерзко и шумно, что выводило Лалли из себя и заставляло его сжимать в кулаке ручку с такой силой, что та не выдерживала агрессивного натиска и лопалась. Мало кто из других студентов замечал взаимную неприязнь парней. Они редко разговаривали между собой, старались пересекаться как можно реже и не конфликтовали в открытую, чтобы не привлекать к себе внимание. Но вот друг Олли, Мирко, всё же увидел, каким взглядом Матела каждый раз одаривает Томми. — Ты чего бесишься? — спросил он. — Ничего, — отмахнулся тот, отворачиваясь и стискивая зубы. — Всего месяц учимся! Вы когда поругаться успели? — спросил Мирко. — Мы не ругались, — ответил Олли, — Просто меня раздражает этот шкаф. Одним своим существованием. — Господи, нашёл проблему, — закатил глаза друг, — Ты сюда учиться пришёл! У нас скоро семинары и лабораторные! А ты из-за какого-то Лалли бесишься, которого ты знаешь чуть больше месяца. — Ну бесит он меня! — фыркнул Матела. — Переведись на другое направление, — вздохнул Микко, — Раз уж ты жить спокойно не можешь! — Ещё чего! — возразил парень, — Из-за этого амбала? — Ну тогда сиди ровно и не дёргайся! Олли обиженно отвернулся и достал телефон, стараясь отвлечься на социальные сети. Так парни и ненавидели друг друга все четыре года, пока Матела не закончил обучение и не устроился на работу, а Томми не поступил в магистратуру, где отучился ещё два года.

***

Олли решил далеко не ходить и устроился работать лаборантом в университет, который закончил. Его здесь многие знают, поэтому с радостью приняли в коллектив. Конечно, он не планировал всю жизнь здесь работать, но с чего-то ведь нужно начинать, правда? Работа несложная, в его обязанности входит совсем немного, и ему за это достаточно хорошо платят. У него хватает времени и на друзей, и на семью, и на развлечения. Он помогал и преподавателям, у которых учился сам, и новеньким, молодым, которые были немногим старше него самого, и иногда даже что-то им подсказывал. Томми же закончил два года магистратуры, где обучение давало возможность преподавать в школах и университетах химию, биологию и анатомию. Закончив учиться, он сразу стал думать, куда хочет пойти работать. Буквально через неделю после выпускного ему на почту поступает письмо от декана с приглашением на работу в их университет, который он только что окончил. Несколько дней Лалли думал над предложением — вроде и зарплату хорошую обещают, и график его устраивает, и от дома до работы недалеко. Единственное его останавливает — Олли всё ещё там работает. Парень долго метался между двух огней — отказать самому уважаемому человеку в институте и потерять вакантное место или же терпеть нахождение в одном месте с Матела, пока кто-то из них не уволится. « — Я его доведу, и он оттуда сбежит, » — хмыкнул Томми, размышляя о том, что скажет декану, за завтраком. Взяв телефон, он открыл почту и написал: « — Я согласен устроиться к Вам на работу» И кто бы мог подумать, чем это всё закончится…

***

Томми устроился на работу в ВУЗ ещё летом, но в то время, когда нет занятий, он и Олли пересекались довольно редко, и то в коридоре. Но вот с начала учебного года начался ад для них обоих. Матела буквально молился, чтобы его не поставили работать вместе с Лалли, но, к сожалению, его мольбы не были услышаны. Он будет его ассистентом на практических и лабораторных занятиях до самой летней сессии. Согласно новому расписанию, как минимум две пары в день им придётся терпеть друг друга.

***

Олли решил прийти на работу на полчаса пораньше, чтобы подготовиться к первой паре. Но так подумал не один он. Когда молодой лаборант вставил ключ в дверной замок, он понял, что дверь открыта. Зайдя внутрь, он увидел Томми, который сидел за столом преподавателя и готовился к занятию. Матела не знал, что сказать. Здороваться первым не хочется, но и пройти мимо, проигнорировав Лалли, было бы не очень красиво и профессионально с его стороны. Всё-таки теперь им придётся работать вместе. — Привет, — вдруг послышался голос Томми. Матела вздрогнул от низкого баса, раздавшегося в абсолютной тишине. — Привет, — он прошёл в лаборантскую, переобулся, надел белый халат, причесался и достал всё необходимое, что им может понадобиться на занятии. Вдруг в дверь постучали. — Да? — откликнулся Олли. — Это я, — в проёме показался Лалли. — Что-то хотел? — он всеми силами старался скрывать свою неприязнь в общении. — Поговорить, — тот прочистил горло и прошёл внутрь, закрывая за собой дверь. — Слушаю, — Матела стал протирать колбы для проведения опытов. — Я понимаю, что наше общение изначально не задалось, — начал Томми, — Но сейчас нам нужно работать вместе и желательно хорошо работать. Поэтому давай каждый из нас засунет свою гордость куда подальше и будем просто делать то, что от нас требуется? — Очевидно, — хмыкнул Олли. — Может, без хамства? — попросил Лалли. — Да нормально всё, не начинай, — он с громким стуком поставил колбу на стол. Тот только цыкнул и, закатив глаза, ушёл готовиться к занятию. Скоро звонок.

***

— Здравствуйте, уважаемые студенты! — Томми начал пару, — Меня зовут Томми Тапио Лалли, и я буду вашим преподавателем химии. Я буду у вас вести только практические занятия, на лекции вы будете ходить к моему коллеге Херра Виртанену, — он отметил присутствующих и продолжил вводную часть занятия: — У меня есть ассистент, который будет помогать вам с оформлением и оборудованием, — Олли вышел из лаборантской и с натянутой скромной улыбкой кивнул студентам, — Олли Элиас Матела. Убедительная просьба внимательно его слушать и выполнять все его указания. После небольшой вводной части Томми начал пару, рассказывая студентам о порядке действий при проведении опыта, который состоится во второй части занятия. Вся доска была исписана формулами и уравнениями реакции. Олли же тем временем сидел в лаборантской, не желая лишний раз сталкиваться с химиком. Слишком нудная тема, которую объясняет слишком раздражающий его человек. В перерыве между теоретической и практической частью занятия он подготовил всё необходимое оборудование и элементы, установил их в аудитории и рассказал студентам необходимые правила поведения и техники безопасности. — Итак, перейдём непосредственно к проведению опыта, — сказал Лалли, как только пришло время начинать, — Теорию я вам рассказал, а как её применять на практике, вам объяснит мой помощник и коллега Олли. — Ещё раз здравствуйте, уважаемые студенты, — начал Матела, — Сам опыт не является очень сложным. Все правила обращения с оборудованием вы уже знаете, поэтому у всех всё должно получиться. Пока Олли проводил со студентами опыт, Томми заполнял журналы и электронные платформы для обучения, практически не обращая внимания на то, что происходит в аудитории. Свою часть пары он провёл, всё остальное — забота Олли. Так и прошёл целый день. Пять пар, казалось, длились вечно. На часах уже половина шестого вечера. Матела оставил халат в лаборантской, вымыл все колбочки, протёр все приспособления, разложил всё по своим местам, привёл себя в порядок и собирался выходить, с полной уверенностью, что Томми уже ушёл домой, но, выйдя в аудиторию, он застал химика за ноутбуком. — Ты чего домой не идёшь? Поздно уже, — удивлённо сказал парень. — Мне нужно базы заполнить и подготовиться к завтрашним занятиям, — ответил Лалли, не отрывая глаз от экрана, а пальцев — от клавиатуры. — Это же можно дома сделать. Зачем до ночи сидеть в этом жутком месте? — когда все уходят по домам, университет становится пустым и не очень-то уютным. — Не могу дома работать, — сказал Томми, — Атмосфера не та. Я начинаю лениться и вообще ничего сделать не могу. — Аа, — Олли заинтересовало занятие преподавателя, и он решил посмотреть, чем тот занимается, — Ты составляешь тесты для электронного обучения? — Да, так легче работать, — ответил тот, не отвлекаясь, — Они дома всё сделают, спишут, откуда надо, это всё само проверится и выставит баллы. И вытаскивать никого не надо на нормальные оценки или зачёт, и мне меньше мороки. — Удобно, — кивнул головой Матела, — А зачем журналы заполнять? Ну, я имею ввиду, разве у тебя нет всей необходимой информации? — Есть, — усмехнулся Лалли, — Это деканату надо. Да и первокурсников много, надо данные все вносить. И менять некоторые данные старших курсов, но там немного. — Весёлая работа у тебя, — он присел рядом, — Нравится? — Пока да, — сказал Томми, — Потихоньку уже вникаю и привыкаю. А тебе как? — Тоже всё хорошо, — ответил Матела, — Не сложно, не напряжно, меня всё устраивает. Они разговорились, рассказали друг другу побольше о себе, обсудили их работу и весь учебный процесс, планы на семестр, других преподавателей и начальство. За это время Лалли успел сделать все свои дела, а вот Олли так заболтался, что опоздал на последний автобус. — Уехал, блин, домой, — недовольно цокнул он. — Я уже всё. Давай отвезу? — предложил Томми, собирая вещи в свой портфель. — Ой, если тебе не сложно, и если тебе по пути, — смущённо ответил парень, опустив голову и заправляя за ухо кудряшки. — Поехали, — он вышел из аудитории, выключил свет, а после они вдвоём покинули здание университета.

***

В машине парни снова заболтались, понимая, что у них достаточно много общих тем для разговора. — Я так и не понял, почему мы друг друга ненавидели, когда учились, — вдруг сказал Томми после небольшой паузы. До конца маршрута осталось триста метров. — Просто ты мне с первого взгляда не понравился, — честно сказал Олли, отвернувшись и смотря в окно, — Внешность бывает обманчива. — Так и скажи, что испугался, — усмехнулся Лалли. — Всё может быть, — младший ответил коротким смешком, — А ты меня за что ненавидел? — Не скажу, — рассмеялся Томми. — Почему? — спросил Олли. — А вот так. « — Вы прибыли на место назначения» — сказал навигатор, когда машина повернула во двор. — Тебе к какой паре завтра? — спросил Томми. — Ко второй, а тебе? — Матела явно не понял, к чему сейчас был этот вопрос. — Тоже, — сказал он. Повисло неловкое молчание. — Может, ко мне? — К тебе? — удивлённо переспросил Олли, но, не раздумывая, ответил: — Поехали.

***

К дому Томми ехать около тридцати минут. В Хельсинки снова пробки. В машине полная тишина. Никто из парней не решается начать разговор. Лалли сомневается: правильно ли сделал, что пригласил Олли к себе? Матела же думал, чем закончится этот вечер. — Приехали, — твёрдо сказал Томми, ставя машину на ручник. Всё так же, молча, они вышли из машины и двинулись к подъезду. Старший открыл дверь ключом. Его квартира была обычной, ничем не примечательной: белые стены, минималистичный интерьер в тёмных цветах, довольно чисто для «холостяцкой берлоги», а главное — достаточно просторно, несмотря на то, что квартира однокомнатная. — Давай пиццу закажем? — предложил Лалли, — Или больше роллы любишь? — И то, и то, — улыбнулся Олли, падая на мягкий бежевый диван. — Отлично. Парни договорились, что оформят заказ на имя Томми, а Матела просто переведёт ему половину суммы на карту. — Фильм посмотрим? Сериал? Или что-то другое хочешь? — спросил старший, присаживаясь рядом. — Врубай Уэнсдей, — уверенно сказал Олли, — Если ты не смотрел, конечно. — Как раз хотел, — ответил Лалли, после чего включил телевизор, вышел с него в интернет и включил выбранный сериал. Не успели они посмотреть и одной серии, как в дверь позвонил курьер. — Я открою, — Томми вышел в коридор. — Здравствуйте, вот Ваш заказ, оплата выполнена успешно, желаю Вам приятного вечера! — будто на автомате, с натянутой улыбкой проговорил молодой парень. — Спасибо большое, и Вам тоже! — он улыбнулся и проводил курьера. — Я ещё две бутылки колы заказал на всякий случай, — сказал Лалли, раскладывая всё сегодняшнее меню на столе. — Стой, а почему так много всего? — удивился Олли, — Мы не треснем? — Ты же сам сказал, и то, и то, — удивлённо посмотрел на него старший. — Я имел в виду, что люблю и то, и то, — усмехнувшись, ответил тот. — А, ой, — он задумался, — Ну ничего. Они продолжили смотреть сериал, попутно наслаждаясь вкусом пиццы, закусывая её роллами и запивая колой. — Может, по бокальчику красного? — спустя полчаса предложил Томми. — На работу завтра, — вздохнул младший. — И что? С одного бокала-то, — постарался переубедить коллегу тот. — Я не умею пить, мне остановиться сложно, — чуть покраснев, признался Матела. — Да не бойся, я налью и уберу, — после немого согласия Лалли ушёл на кухню и вернулся с бутылкой красного вина. Как и обещал, он налил по бокалу и унёс вино обратно. — Предлагаю выпить за обновлённое знакомство! — рассмеявшись, предложил Олли. — Поддерживаю, — усмехнулся Томми и, тихонько чокнувшись бокалом с парнем, сделал глоток. — Хорошее, — оценил напиток Матела. — Других не пьём, — улыбнулся старший. Они продолжили смотреть сериал. Началась третья серия. — Чёт жарко у тебя, — Олли снял толстовку и остался в футболке, — Или на меня вино так действует. — У меня тепло, — кивнул Лалли, но с этого момента довольно интересный сериал полностью перестал привлекать его внимание. Вместо экрана его взгляд стал падать исключительно на руки Матела, а после переместился и на его грудь и торс, обтянутые плотной тканью чёрной футболки. — Всё нормально? — младший почувствовал, как тот на него смотрит. — Да, абсолютно. Он на мгновение вернул свой взгляд на сериал, но спустя буквально пару секунд снова стал разглядывать Олли. Его внимание стали привлекать и стройные ноги парня, скрывающиеся за чёрными скинни, порванными на коленках. « — В жизни бы не подумал, что буду хотеть его», — пронеслось в голове. Он даже не стал отрицать эту мысль. — Ты какой-то странный, — смутился Матела, — Точно всё в порядке? — Олли, ты же не в отношениях, да? — уточнил Томми. Пора идти в наступление. — Нет, я свободен, а что? — тот в недоумении хлопал голубыми глазками. — Скорее всего, ты помнишь, что от любви до ненависти — один шаг? — Лалли резко поставил сериал на паузу и посмотрел парню в глаза. — Д-да… — тот явно не понимал, что происходит, — … В чём дело-то? — В обратную сторону это тоже работает, — в одно мгновение его губы коснулись губ Олли. Матела даже не успел сообразить, что произошло, но тело подсознательно отвечало на ласки старшего. Сильные руки уже нашли своё место на изящной шее и стройной талии. Тёплые губы целовали так сладко, но в то же время довольно настойчиво. Сопротивляться не захотелось. — Том…ми… — сбивчиво прошептал младший, откровенно нехотя отрываясь от чужих губ, — Чт-то ты делаешь? — Какая разница, если ты мне это позволяешь? — властным голосом ответил тот. — Это… очень… неожиданно… — жаркий и настойчивый поцелуй не давал свободно говорить, но не отвечать на него он не мог. — Признайся, что тебе нравится, — Лалли уверен в себе. Олли чуть заметно кивнул головой и расслабил тело, открывая полный доступ к себе. Старший обхватил его плечи и бёдра своими большими и сильными руками и, нисколько не медля, понёс его в спальню. Матела прижался к тёплой груди и думал лишь о том, что действительно хочет продолжения. Он не хочет просить парня остановиться, не хочет противиться его действиям, а хочет лишь отдаться и насладиться тем, чего не ощущал уже достаточно долгое время. Но остатки инстинкта самосохранения и здравого рассудка всё же дали о себе знать: — Будь аккуратнее, пожалуйста, — попросил Олли дрожащим от желания голосом. — У тебя до этого не было с парнями? — насторожился Томми и уже хотел было остановиться. Он, зная свои размеры и габариты своего тела, никогда не рискнёт быть у кого-то первым. — Было… — Матела томно вздохнул, призывно изгибаясь на мягкой кровати, — … но давно. — Я постараюсь быть нежнее, — искренне пообещал Лалли, но понимал, что абсолютно без боли и дискомфорта не обойдётся. Он снял с Олли футболку и откинул её на пол. Тот вздрогнул от соприкосновения разгорячённого тела с прохладными простынями. Томми скинул с себя лонгслив, вслед за ним отправились и джинсы, звонко стукнув по полу пряжкой от ремня. — У тебя очень красивое тело, — он плавно опустился на парня сверху и прильнул губами к шее, нежно и медленно лаская чувствительную кожу, — И как я раньше это не замечал? — Ты на меня пять лет учёбы даже не смотрел, — Матела еле дышал от накатывающего возбуждения, но не смог усмирить в себе желание подразнить старшего. — Если бы ты не выёбывался, трахнул бы ещё на первом курсе, — Томми скользил руками по плавящемуся под собой телу. Одной ладонью сжав бедро Олли, он вставил два пальца ему в рот. Тот, раскрасневшись от смущения, начал их посасывать и облизывать языком. Не сдержавшись, он тихо простонал, прикрывая глаза от удовольствия. — Послушный мальчик, — прошептал Лалли, прикусывая шею. Два влажных пальца проскользнули по всему торсу и остановились в области паха. Матела вздрогнул, почувствовав чужие руки в столь интимном месте. Старший не мог не обратить на это внимание: — Ещё не поздно меня остановить, — сказал он, прекратив ласки. — Не вздумай, — чуть ли не прорычал Олли, толкаясь бёдрами навстречу горячим ладоням. Томми мягко улыбнулся и обхватил пальцами возбуждённый член парня, скользя вверх и вниз и ни на секунду не переставая зацеловывать податливое тело. — Ммх… — прогибаясь в пояснице, простонал Матела, — Боже, блять… — он понял, что не сдерживается, и стал кусать губы, чтобы не издавать лишних звуков. — К тебе так давно никто не прикасался? — с довольной ухмылкой Томми продолжал мучить парня, — Какой чувствительный. Он восхищался его телом. Оно невероятно красивое. И дело даже не в гладкости кожи или ярко выраженных кубиках пресса. Совсем нет. Тело Олли такое мягкое и нежное. Бархатная кожа будто плавится в руках Лалли. Каждый его изгиб настолько прекрасен, что голова кружится. Сжимая между пальцев небольшой животик, тем самым образовывая несколько складочек, Томми терял рассудок. Еле заметная дорожка пушистых волосков вела прямо к самому сокровенному, что сейчас может быть для него. — Мне нравятся твои стоны, — тихо прошептал он, протягивая одну руку к тумбочке, где обычно лежит смазка, а второй продолжая ласкать Олли, наслаждаясь мелкой дрожью в его теле. — Не мучай меня, пожалуйста, — прохныкал тот, сжимая ослабевшими пальцами широкие плечи парня. — Ну как я могу тебя не мучать? — ухмыльнулся Томми, раздвигая его ноги в стороны, и, мягко целуя, обвёл колечко мышц смазанным пальцем и осторожно проник внутрь, — Ты так прекрасен, когда стонешь подо мной. Мне нравится, как ты выгибаешься и сжимаешь меня. Продолжай, малыш. Олли сходил с ума от малейшего прикосновения к своему телу. Крупные пальцы, густо смазанные лубрикантом, с трудом входили в него, растягивая тугие мышцы. — Тебе не больно? — спросил Лалли, добавляя второй палец и всё ещё оставляя поцелуи на покрытом испариной торсе. — Нет, — прошипел Олли. Он чувствует дискомфорт, но сквозь него позвоночник прошибает электрическими разрядами удовольствия. — Расслабься, малыш, — Томми просунул свободную руку под его плечи и крепче прижал к себе, — Не сжимай меня. Доверься мне, я не сделаю больно. — Я не сжимаюсь, — хныкнул Матела, — Ты очень большой. — Знаю, — вздохнул Лалли, — Потерпи немножко. Он добавил смазки и продолжил растягивать не поддающиеся мышцы ануса. Олли сильнее вжался в крупное тело старшего, утыкаясь носом в его грудь и тяжело дыша. От ощущения чужих пальцев глубоко внутри себя кружилась голова. Ему плевать на то, что он пять долгих лет всем сердцем ненавидел человека, который сейчас так горячо целует его, и тело которого — самое желанное в этот момент. Единственное, что ему нужно — чтобы Томми взял его. Страстно и грубо, выбивая из обессиленного тела глухие стоны. Или же нежно и аккуратно, лаская шею и грудь теряющего в экстазе рассудок парня. — Какой же ты узкий, — прошептал Лалли, не без труда добавляя третий палец, — Но в тебе так горячо… ммх, боже, ты невероятный, — выдохнул он прямо в ухо Олли. — Я очень хочу, — хныкал тот в ответ, — Я больше не выдержу… ахх… мхх, пожалуйста, — он сжимал плечи Томми, полностью теряя контроль над своим телом и отдавая его во власть старшего. — Я не могу сделать тебе больно, — ответил тот, с большим количеством смазки проталкивая внутрь три пальца, — Потерпи, пожалуйста, малыш, ты не готов. Матела извивался в руках парня, прогибаясь в пояснице и сжимая между пальцами всё, что попадётся под руку, будь то простынь, плечи Томми или какая-либо ещё часть его тела. В сладкой пытке ждать ему не хотелось точно так же, как и терпеть боль. Единственное, что он может сейчас сделать — довериться Лалли, отключить все мыслительные процессы и просто получать удовольствие от сильных рук и нежных губ на своём теле. Томми и сам уже с трудом держится, но он знает, что если он хоть немного поторопится, то сделает Олли больно, поэтому терпеливо раздвигал пальцами тугие мышцы, упиваясь сладкими стонами и изящными изгибами податливого тела. Когда три пальца стали выходить свободно, Лалли занервничал. Он понимал, что всё должно быть в порядке, но что-то всё равно заставляло его переживать. Выдохнув, он натянул презерватив, ещё раз смазал свой член и пульсирующее в нетерпении колечко мышц и приставил к ему головку. — Пожалуйста, давай, я больше не могу, — чуть ли не плакал Олли. — Расслабься, пожалуйста, — попросил Томми и осторожно толкнулся вперёд. Внутри так влажно и горячо, но невероятно узко. Стенки ануса тесно сжимают его со всех сторон, в очередной раз напоминая о превышающей все нормы ширине его полового органа. — Тоом-ми, — взвыл Матела, ощущая, как член старшего донельзя заполняет его изнутри. — Больно? — остановившись, прикусил губу тот. — Нет… ещё… глубже… пожалуйста, — сквозь рваные вдохи шептал Олли. — Не торопись, — Томми аккуратно продолжил медленные движения, успокаивающе поглаживая бёдра мечущегося под ним парня. Матела уже сходит с ума, — Я стараюсь быть аккуратней. Ему понадобилось пару минут, чтобы достаточно подготовить его к себе и спокойно двигаться внутри, не переживая за то, что может причинить боль. Лалли обвил податливое тело своими большими руками, прижал к себе и продолжил движения, начиная потихоньку ускоряться и входить глубже. За глубину проникновения он не переживал — его орган обычной длины, не способной доставить какой-либо дискомфорт. Но он довольно широкий, и именно это может причинить боль. Сейчас Томми понимает, что Олли безумно хорошо, а значит можно отставить волнение на второй план и насладиться моментом. Желание близости с Матела нахлынуло неожиданно. Ещё буквально пару дней назад он бы даже и не подумал, что обратит на него внимание. А сейчас он у него дома, в его постели, без одежды, кричит и стонет, как ему хорошо. Вся ненависть, по непонятной причине бушующая в груди долгие годы, мгновенно улетучилась, оставив вместо себя тёплое чувство желания. И не только сексуального. Смотря на Олли, хочется обнимать его. Крепко-крепко. И защищать от всего, ведь он такой крошечный по сравнению с Томми. Да, он выглядит довольно самостоятельным, взрослым и ответственным парнем. Но не для него. Сейчас Лалли хочет спрятать его от всего мира у себя на руках. — Томми! — Матела вскрикнул, вцепляясь пальцами в руки парня. Член внутри задел слишком чувствительную точку. Его буквально подбросило на кровати, по всему позвоночнику прошёлся ток, окончательно рассеивания сознание. Длительное отсутствие партнёра заметно сказывается на нём. — Тшш, тише, тише, ну что ты, — старший заметил капельки слёз на его ресницах. Олли перевозбуждён, и даже слишком, — Я нежен с тобой. Я хочу тебя. Ты невероятно красивый. — Томми! — медленно, но очень жалобно протянул Матела, — Мне так хорошо! — Верю, — улыбаясь, прошептал Лалли, — Ты безумно чувствительный. Он опёрся на локоть лежащей под плечами и Олли руки и почти полностью лёг сверху на парня, прижимая его своим крупным телом к кровати. Вторую руку он положил на каменно твёрдый член младшего и стал медленно двигать ей вверх и вниз, большим пальцем распределяя сочащуюся смазку по головке и тем самым доводя Матела до дрожи и жалобных всхлипов. — Я… ах… сейчас, — тихо постанывал он, вздрагивая всем телом, — … да… сейчас… — Олли с громким стоном излился в ладонь Томми. Тот почувствовал, как сократились его мышцы и сжали член внутри. Стало нестерпимо узко, стенки ануса давили на твёрдый, напряжённый орган, не оставляя парню ни грамма выдержки. Он еле успел среагировать, чтобы вытащить член и излиться в презерватив. Матела раскинулся звездой на кровати. Его грудь тяжело вздымалась в попытках восстановить сбившееся дыхание. Лалли выкинул использованный контрацептив, вытер влажной салфеткой руку и торс Олли, надел боксеры и лёг рядом с парнем. Тот ничего ему не сказал и продолжал смотреть в потолок, еле дыша после головокружительного оргазма. Томми тем временем помог ему одеться, точнее тоже натянуть нижнее бельё. Матела не мог прийти в себя. Его голова была забита странными мыслями. « — Я ненавидел его больше пяти лет. Меня трясло от злости лишь от того, что он находился в одном помещении со мной. Я терпеть не мог то, какой он умный. Меня это бесило так, что я сжимал пальцы в кулак до побеления костяшек. Меня раздражало, что он такой большой и сильный, а я совсем кроха рядом с ним. А сейчас я после одного дня совместной работы, не думая ни единой извилиной своего мозга, согласился поехать к нему домой и отдался ему без всяких лишних разговоров.» — Олли, всё хорошо? — Томми заметил безэмоциональное лицо парня и его сверлящий потолок взгляд. « — Действительно, Олли. С тобой всё хорошо?» — Да, конечно, я в порядке. Он встряхнул головой и попытался встать, но тело отказало ему. Оно ещё не восстановилось после сладкого вечера, наконец-то проведённого с партнёром, а не с правой рукой и видео для взрослых. — Ты куда? Лежи, — Лалли притянул его обратно на кровать и подставил плечо, чтобы тот на него лёг. Матела положил голову ему на грудь и тяжело вздохнул, — Точно всё нормально? — Да, да, — ответил Олли, — Просто я не до конца осознаю, что происходит. — А что не так? — удивился Томми, поглаживая руку парня своей крупной ладонью. Буквально на несколько секунд в комнате повисла пауза. Тишину нарушил громкий вздох младшего. — Пять лет, — его голос был совсем тихим, — Пять грёбанных лет я тебя на дух не переносил. Бесился от одного твоего вида. Ненавидел тебя всем сердцем, — снова тяжёлый вдох, — А сейчас… после одного совместного рабочего дня я без всяких лишних мыслей отдался тебе. И я с уверенностью могу сказать, что это был лучший секс в моей жизни. Снова в комнате повисло неловкое молчание. Олли не знал, что ещё сказать, а Томми не знал, что ответить. — Если честно, я всё ещё не понимаю, что не так, — всё же нашёл ответ старший. — Что со мной произошло? — он крепче вжался в тело парня, противореча самому себе. — Да какая разница? — улыбнулся тот, — Годы идут, мнение меняется, времена меняются. Мы не особо хорошо знали причину, когда терпеть друг друга не могли. А сейчас мы познакомились поближе, — младший кивнул, но ничего не ответил. — Если тебе так будет проще, — Томми поменял положение и навис над парнем сверху, — Ненавижу тебя, Матела, — сказал он, смотря прямо ему в глаза. Олли ничего не ответил. Он лишь в голос рассмеялся, смотря Лалли в глаза. — Я тебя тоже, — с улыбкой ответил он, после чего мягко коснулся его губ неловким поцелуем, — Терпеть не могу. Все мы знаем, что от любви до ненависти — один шаг. Но не все знают, что и в обратную сторону это тоже работает.