Мусорщик и принцесс

      Васька отдал заказ подъехавшему на Крауне полумажору, чей тупой подкат: «Спорим на ужин, что ты откажешь мне, когда я приглашу тебя на свидание», проигнорировал, захлопнув перед его носом окошко. Покупателей больше не наблюдалось, наступал очередной период тишины, когда количество жаждущих кофе и перекуса падало до нуля, и появлялась возможность немного передохнуть. Ноги гудели, побегать сегодня пришлось прилично, и Васька присел на стул, сложил руки на прилавочек возле окошка и положил на них голову. Мысли вяло и отрывочно текли в самых разных направлениях – от «не забыть купить хлеба и молока после работы» до неожиданной «а этот сегодняшний маньячелло красивый, вообще-то».       - А я тебе что говорил? – как чертик из табакерки выскочил голос. – А ты… Эх, какого мужчину просрал!       - Да чего там просирать-то было? Ты хоть услышал, какую он пургу начал гнать? Наконец я вас нашел, позвольте представиться… Руку поцеловал! Ну ясно же, что сумасшедший!       - Дурак ты! Ты хоть заметил, как он одет был? По твоему сумасшедшие носят джинсы Гуччи и пальто Бриони? Эх, Васька, такой шанс тебе выпал, а ты: я по девочкам, я по девочкам! Да где и когда ты по девочкам вообще? У тебя хоть с одной секс был? – голос беспощадно долбил мозги и нервы.       - Ой, блядь, отстань! – лениво отбивался Василиус. – Ну не был, и что? Еще будет, какие мои годы? Хочу-то я женщину, а не мужчину.       - Да ты и сам не знаешь, чего хочешь! Ты хоть раз задумывался о том, что ты будешь делать, если хоть одна из этих белобрысых телок с огромными сиськами согласится с тобой встречаться?       - То есть, что буду делать? Как и все нормальные люди, ходить на свидания, отношения строить.       - И сексом заниматься?       - Ну, йоптвоюмать! Конечно же, буду. Что за отношения без секса?       - А че тебе тогда секс с ними не снится, а намедни так и вовсе с мужиком целовался во сне, да еще как лизался, аж стонал вслух! А стояк утренний от сна о блондинке образовался? Или от этих поцелуев?       - Все, иди нахуй, еще не хватало какому-то голосу свою натуральность доказывать, - разозлился Васька.       - Я-то пойду, а мужика ты классного просрал!       - Да, блять! Ты что, не слышал, как он ко мне обращался! Он же подумал, что я девчонка! И он дурак, и ты тоже. Завались уже, нафиг!       Голос, как ни странно, заткнулся, а Васька решил продолжить свой медитативный отдых. Мысли опять пошли по кругу – от хлеба с молоком к долгам в колледже, потом вспомнилась соседская собачонка, которая всегда облаивала Ваську, а следом за злобной шавкой почему-то пальто Бриони приснилось и высокий красивый мужик с голубыми глазами и блондинистой головой, жарко дышащий прямо в ухо, от чего у Васьки по всему телу побежали кракозябры. Мужик глядел ему прямо в глаза и абсолютно откровенно намеревался засосать Ваську, который вытянув губы дудочкой и уже и сам был не прочь опробовать этого красавца на вкус… Но когда их губы после томительного ожидания должны были слиться в развратном горячем поцелуе, мачо вдруг достал из кармана своего пальто здоровенный будильник и сунул его Ваське прямо в ухо. В этот самый момент стрелки на нем сошлись на 7.00, и он зазвонил так, что Васька подпрыгнул и проснулся.       - Ох ты, йопжежнахуй, приснится же всякая срань господня! – протер Василиус глаза, надо же как его рубануло. Но тут будильник зазвонил снова и он окончательно взбодрился – под окошком павильона стояла машина, а недовольный клиент не отрывал палец от кнопки звонка. Васька принял заказ и понеслась опять карусель – принять заказ, оплату, приготовить кофе, отдать клиенту, потом следующему, потом еще одному и так до конца смены с небольшими перерывами.       Думать о блондине, так по-свински обломившем своим будильником Ваське сладостный морок, было некогда. Но уже когда он добирался домой в автобусе, мысли о голубоглазом маньяке накрыли снова. И мысль о том, что ему за сегодня уже два раза снилось, как он целуется с мужиком, заставила сердце замереть – это что же получается, он что, гей, что ли? Не-не-не! Ну, нахуй! Никогда и ни за что! -        Что ни за что? – ехидно прорезался голос. – Кататься любишь, люби и саночки возить.       - Какие, нафиг, саночки?       - Ну это так, литературная обработка народного фольклора. Целоваться с мужиками нравится, а признаться – не хочешь.       - Слышь, ты, лингвист хренов. Мне просто с девчонками еще не снились поцелуи, а так-то я хочу с ними и целоваться, и…       - И… - передразнил злой ангел. - И нихуя... ты с ними не хочешь. Хотел бы, уже давно завалил кого-нибудь, а то все ждешь чего-то. Хотя, ни чего-то, а вполне себе конкретного – чтобы именно тебя завалили и хорошо оттрахали!       Васька от возмущения оглох, мысленно и вербально онемел, захлопал глазами. Потом у него прорезался голос, и он на весь автобус заорал:       - Да пошел ты на хуй со своими поцелуями и траханьем!       Все пассажиры дружно повернулись и с любопытством уставились на Ваську и сидевшего рядом с ним дедулю лет за 70. Некоторым пришлось развернуться на 180 градусов и продолжить поездку против движения, но никто не был против, наоборот, народ хотел шоу маст гоу он. Васька густо покраснел и опустил голову , а дедуля перекрестился, встал, уступая свое место парню лет двадцати, и рьяно работая руками, рванул к выходу. Парень хмыкнул, с размаху шлепнулся рядом с Васькой, с интересом оглядел его и, положив руку на спинку сиденья за ним, сказал:       - Правильно ты его направила, а я так-то помоложе этого старого педофила буду, ты не пожалеешь, принцесса, - и, наплевав на зрителей, наклонился и уже в ухо шепнул, - к тебе или ко мне?       - Да откуда вы все на мою голову? – зашипел Васька и, подскочив, попытался улизнуть от новоявленного ухажера.       Тот схватил его за руку и потянул на себя, Васька рухнул на его колени и как ни пытался, не смог вырваться. Публика безмолвно наблюдала за продолжением бесплатного представления. Помощь пришла, откуда не ждали. Женщина корпулентной стати с двумя тяжело гружеными пакетами, видимо позавидовав, что освободившееся место досталось молодому нахалу, зычно призвала всех к расправе над хулиганом, пристающем к беззащитной девушке:       - Это что же такое творится, люди добрые! Всякая мразь к невинной девочке пристает, и никто его на место поставить не может. Дожили, средь бела дня на глазах у всего народа насилуют, а все молчат. Ах ты ж гад! – и с размаху шарахнула авоськой ухажера по голове.       Пакет порвался и на того посыпалась гречка, яблоки и яйца. Защитница, глядя на понесенный ущерб, разъярилась еще больше и пошла хлестать пакетом с остатками продуктов кавалера по голове, плечам, в общем по чему придется, войдя во вкус и призывая соратников присоединиться к побоищу. Ваське под шумок удалось просочиться между стремящимися не упустить ничего из разворачивающегося зрелища пассажирами и под крики: «Так ему, насильнику!», «Кастрировать его!» и «Бей, гада!» выскочил из автобуса вместе с дедулей, который благополучно избежал расправы, неизбежно обернувшейся бы затем и против него, когда вспомнили бы о престарелом "растлителе" несовершеннолетних.       - Что же ты, девочка, творишь? Я ведь на тебя даже и не смотрел, у меня внучки такие как ты. И в мыслях никогда ничего подобного не было, а ты… Эх, молодежь! – с горечью сказал дед и пошаркал прочь от остановки.       - Где ты, падлюка? Видишь, что из-за тебя произошло, сволочь ты поганая! – бесился Васька от злости на своего внутреннего компаньона. - Несешь всякую хрень, а страдают люди.       - Да ладно тебе. Деда только жалко, а остальным все в радость. Видал, какая развлекуха в автобусе началась. Ух, красота! Жаль, что я не могу в таких концертах участвовать, эх, жаль! – сокрушался голос.       - Уйди, чтобы я тебя не слышал, - устало послал сигнал Васька этой кровожадной сущности. – Заебали меня сегодня все, когда уже этот день закончится?